Все здесь

Истинное счастье - быть у кого-то первым. Ещё большее - справиться настолько идеально, сделать так хорошо, что вы теперь связаны на всю жизнь. Даже через, о ужас, десять, пятнадцать лет вы будете всё равно вместе, и даже неважно, в каком именно смысле "вместе". Когда Дима познакомился с Антоном, он и сам ещё был достаточно юн, чтобы понимать впечатления первого раза, но уже достаточно опытен (или, как скажет потом Шаст, - мудр), чтобы понять, как не надо. А когда Дима шарит - он поступит идеально. Антоше Шастуну, нескладному подростку, было едва пятнадцать лет, когда Дима впервые его увидел. Конечно же, Поз не провидец и не мог в тот момент знать, кем они станут друг другу через несколько лет. Он даже не знал, хватит ли у этих детей запала быть кавээнщиками ближайшие месяцы, не то что годы, но был готов поддерживать их интерес. Разными способами. И ребята держались отлично, росли над собой. На шестнадцатилетие Антон сильно выпил с приятелями и требовал к себе куратора прямо сейчас, потому что у него пухнет голова от разъёбных шуток и их надо вотпрямщас записать, чтобы потом рассказывать со сцены. Пацаны смеялись, но позвонили Димке. После этого всё, что на самом деле помнит Антон, - утреннюю побудку. Это уже потом ему рассказали, как он вис у Димки на плечах, порывался кинуться в кусты и показывать оттуда пьяные миниатюры, и как потом надёжный и непреклонный, как пухленькая скала, Позов увёз их всех домой. Даже сам себе Антон не сразу признался, что был расстроен последним фактом. Не тем, что побывал наконец у Димки дома, а тем, что там побывала вся команда, а не он один. Шутки Дима, кстати, записывал. Что-то даже вошло в очередное выступление, хоть и в сильно видоизменившемся состоянии. Антон вообще, протрезвев, краснел от своего ёбнутого пьяного юмора, но славный Дима уже тогда поступал идеально, и всё получилось. Правда, что именно получилось, они поняли несколько позже: Антон перестал напиваться в людных местах, только на хате с близкими друзьями. Неудивительно, что именно с Димой через несколько месяцев Антон отпраздновал новый год. То есть, разумеется, там опять была вся команда, и даже девчонки, которых родители отпустили только из-за доверябельности Позова, но Антон забрал себе всё внимание этого вечера. Он показывал слова песен жестами и мимикой так, что все уссывались, - позже в "Спорном вопросе" они назовут это "Танец со смыслом". Он придумал крутую фразу и отвечал всем с полчаса только ею с разными интонациями, пока кто-то не предложил добавить ещё одну. С двумя стало ещё смешнее, и уже подвыпивший Антон продолжал гнуть эту линию, пока Дима не сжал миролюбиво его плечо и не сказал: - Антош, ну разъёб. Но на этот год хватит, хорошо? Антон согласился подождать до следующего. А новый год полетел вскачь, да так, что в следующую ночь с тридцать первого на первое, когда они уже были совсем другой компанией, Антоша дико смущался от взглядов серьёзного Стаса и не мог никак понять: как так-то? Как всё вдруг так перевернулось? Среди этих ребят не было ни одного его друга, кроме Димки. Поэтому, когда зашла речь о прошлом празднике и Антона попросили (очень вежливо) показать свои две фразы, он показывал их только Диме. И тот, как всегда, поступил идеально: смеялся до колик, у него даже очки слетели, и Антон со своими двумя фразами помогал ему найти их. А поскольку в компании были одни пацаны, фразы были придуманы пошлые, и от этого, конечно, только смешнее. Посреди этой импровизации Стас вдруг начал что-то записывать, задумчиво поглядывая на Антона. Тот совсем растерялся, и Димка отреагировал мгновенно: проследил глазами, поднялся и опустил тяжелую руку на плечо носатому нарушителю. - Хватит пугать мне парня, Стас. Смотри, он решил, что ты донос тут строчишь, как в тридцатых. Антон моргнул прямо Стасу в глаза и выдал непередаваемо: - Я тебе кто?! Все засмеялись, потому что это была одна из тех самых двух фраз. Димка тоже смеялся, но с невероятной гордостью и нежностью в глазах. Потом он обнял Антона, усадил рядом с собой на диван и шепнул, дотянувшись до уха: - А ты ему понравился. - Да нахуй он мне. - Не, да я не в том смысле, - Димка закатил глаза. - У нас тут в планах замутить импровизационное выступление на сцене в ДК. Давай с нами? Антон, если честно, струхнул. Дима казался ему непререкаемой величиной, да и его приятели тоже. Как-то он будет среди них смотреться? Но отказаться из-за этого - точно не в характере Шастуна, так что он сглотнул и молча кивнул несколько раз. Позов хлопнул его по плечу, и веселье продолжилось. Когда под утро, уже нагулявшись по праздничным улицам, ребята поредевшим составом вернулись в Димкину хату, Антон почти сразу уснул. И снилась ему какая-то дичь: что Стас в своем блокноте не про юмор писал, а что-то вроде "Интересно, насколько у этого длинного длинный член?", а Димка, хлопнув Антона по спине и приобняв, спросил Стаса: "Ты чё моего парня пугаешь?". И такой взгляд у Димки там был, пошлый и одновременно ласковый, что Антон мгновенно проснулся, опередив свой утренний стояк. А рядом на кровати, неизвестно почему, спал, уютно обняв подушку, нарушитель сонного спокойствия - собственной персоной Дмитрий Позов. На целых три с половиной месяца Антону удалось убедить себя, что стояк был обычный, как и в любое утро, а Димка, конечно, лёг спать не рядом с ним, а на свою кровать, и, будучи пьяным и сонным, тупо не заметил под одеялом тощую фигурку, забившуюся в уголок, к самой стене. Самоубеждение дало сбой в день Антонова восемнадцатилетия. Мать с отчимом готовили стол на вечер воскресенья, но с друзьями Антон решил отпраздновать чуть раньше - в ночь между выходными, чтобы ровно в ноль часов ноль минут девятнадцатого числа уже быть "хорошим". В число друзей, помимо растущей кавээновской команды, уже входили серьёзный, но уже не пугающий Стас, долбанутый весёлый Дрон, ещё пара ребят постарше и, конечно же, Димка - центр всего. И когда только он успел им стать? По пьяни можно простить многое, и становится только смешнее, когда друзья дарят дебильные подарки. Антона нарядили в дурацкую шляпу в цветочек, заставили изображать девушку, и Димка немного потаскал его на руках. Худенький Антон откидывал назад голову на длинной шее, придерживал шляпку, оттопырив мизинец, и ощущал, ощущал, какие тёплые у Димы руки. С такими не страшно. Когда рядом человек с такими руками и добрыми глазами, как у Димки, появляется некая эйфория, иррациональное чувство, что здесь и сейчас ты можешь всё. И на сцене выступать, и дурачиться, и пить, и читать рэп, и всё что угодно. - А тебе идёт, - Димка поставил Антона на пол, отдышался и поправил цветочек на шляпке. Но цветок оторвался, и, недолго думая, Позов вручил его Шасту с такой улыбкой, что сердце у парня подскочило куда-то в горло. Нерс заржал, Стас поднял взгляд от своего вечного блокнота и улыбнулся, а Димка просто стоял рядом. Антон тогда смотрел только на него и потому не заметил, как Стас на секунду задумался, щёлкнул пальцами и начал снова что-то писать. А даже если б Шастун и заметил - рядом с Димкой ему ничего не страшно. Как-то так у них с ребятами пошло, что если в Димкиной квартире ночевала толпа, то в его личной спальне, на полутораспальной кровати, всегда с Димкой ложился Антон. Разумеется, только потому что он не помещался ни на один диван, только поэтому. Ну, и ещё потому что он не пинался во сне, а забивался к стеночке, закутывался по самый подбородок и спал так, что пушкой не разбудишь, целую ночь. Они просто-напросто не мешали друг другу. А ещё - часто он был единственным школьником в этой толпе, и класть его с малознакомыми (пусть это уже и не так) взрослыми мужиками Дима считал неправильным. Так что, как и всегда, Позов поступил идеально: стал укладывать мальчишку с собой. Так и пошло. Они перед сном могли болтать час, а то и два обо всякой важной ерунде. Как правильно пишется слово "звериный", какого цвета пятно на потолке, сколько выступлений планируется на майских, куда поступать после школы, чтобы зашибать бабло, какие девчонки лучше целуются... Антон решил, что это будет их общая тайна, повернулся к Димке и доверительным, заговорщицким шепотом сказал: - А я ещё ни разу не целовался. - В смысле? - с любопытством подыграл ему Димка, тоже разворачиваясь и уставясь прямо в огромные тёмные глаза. - Ну, в прямом. Я ж с шестнадцати лет только с вами тусуюсь, а никто из вас чё-то не хочет со мной целоваться. Антон был достаточно пьян, чтобы не думать о глобальных последствиях, но достаточно трезв, чтобы приятно щекотать себе нервы сиюминутной пошленькой беседой с человеком, который ему... Нет, не интересен. Он ему нравится. - Бля, ну как так-то, Антош? В смысле "не хочет". Ты просто маленький ещё. - Эу, мне восемнадцать! - Так всё равно ж ещё школота. - Ладно! - Антон поудобнее устроился головой на собственном локте, пододвинулся к Димкиному лицу близко-близко. - Тогда уговор: я заканчиваю школу, а ты со мной целуешься. Позов тихонько захихикал. - Почему я? - Потому что я с тобой сплю! Пожалуй, именно тогда Антон и Дима впервые одновременно смотрели друг на друга как на равных. Не как на ученика, которым ты гордишься, и не как на наставника, до вершин которого пытаешься дотянуться. Димка безусловно почувствовал настрой, выпростал руку из-под одеяла и осторожно положил её Антону на щёку. - Ну раз спишь, тогда уговор. Спи давай. - Уговор? - Уговор. - Зуб даёшь? - Зуб даю, Шаст. Спи. Наутро Дима прекрасно помнил этот разговор, но надеялся, что его не запомнил Антон. Антон и не помнил, но знал точно, что Дима согласился поцеловаться. Больше ему ничего и не нужно было помнить. Школу Антон закончил даже с приличным средним баллом выше четвёрки. Не пригласить на выпускной куратора кавээнщиков они не могли. И после на пьянке с "малышнёй", как Димка их до сих пор иногда звал, Шастун утащил его на улицу покурить и между первой и второй сигаретой напомнил об обещании. - Ну, чё там по пососаться? - Бля... - Дима протёр лицо ладонью, давая себе время подумать. - Шаст, ты уверен? Димка поёжился от легкого прохладного ветра. Стояла непроглядная темень, час ночи. Откуда-то из соседнего двора громко доносились "Районы-кварталы", разбавляя ночную тишь. Большинство вчерашних школьников уже были в зюзю или по домам, только Антон стоял на своих длиннющих ногах, прислонясь к стенке подъезда, и размеренно кивал. - Не был бы - не сказал бы. А ты чё, зассал? - Хватит перенимать мои словечки, - проворчал Димка. - Я надеялся, что ты передумаешь. Ну не дело это: первый поцелуй - и с мужиком. Тем более со мной. - Так и скажи, что зассал. - Я зассал? - Ты. Ты, - Антон смешно набычился. - Ссыкун. Понял? Такие обвинения нормальные пацаны должны рубить на корню. Так что, затушив и отбросив в сторону тлеющий окурок, Димка отряхнул руки, прихватил приятеля за загривок, притянул к себе вниз, заставив его согнуть тощую спину, и смачно впился в по-бабски пухлые губы. - Не зассал, а засосал, - выдохнул он прямо в них же. - А ты пиздабол. - Чё?.. - Антон почти задыхался от эмоций, и только навык импровизировать в любой ситуации спасал его сейчас. - Ты уже целовался, сто пудов. Я ж чувствую, как ты там шевелишься. - Не, - Антон мотнул головой, впечатался щекой в Димкины волосы и повис на его плечах. - Я только тренировался. - На помидорах? - усмехнулся Дима. - На персиках. Антон свесил одну руку вниз и сжал Димкин зад, сам уже не помня зачем. Позов же, как всегда, поступил идеально: он огладил тонкие голые руки, переместил длиннопалую ладонь с задницы на талию, приобнял Антона покрепче, почти заваливая на себя, и вслепую открыл дверь подъезда. - Пошли, че мы мёрзнем. Почти все уже спали, кто где повалившись друг на друга или на мебель. Двое самых стойких за кухонным столом пытались заплетающимися языками перепеть друг друга - кажется, это был рэп, но Димка не вникал. Он только кивнул им и утащил Антона в свою спальню. К счастью, на его кровать никто, как всегда, не позарился, так что Позов спокойно, размеренно дыша, уложил приятеля и закутал его в одеяло. После стянул не поместившиеся под одеяло тапки, и замерзшие ступни тут же спрятались в тепло. - Эй, - вяло отозвался Шаст. - А дальше? - А дальше спать, Антош. - Ну в смы-ысле... Поцеловал и продима... Проди-на-мил, получается? - Продимамил, да. Мы только на поцеловаться договаривались, между прочим. Всё, спи давай, - Димка встрепал лёгкие русые прядки на бедовой голове. - Не! А давай... Давай пердо... Пер-редоговоримся, - Антона в тепле разморило. Он клевал носом, но продолжал просыпаться и говорить. - Я поступаю в институт, и мы переспим? Уговор? - Нет, Шаст, не уговор. Давай ты проспишься, а потом на трезвую голову обсудим. Завтра, ладно? Антон подумал. Задремал, потом проснулся и снова подумал. Димка за это время успел сменить футболку, найти себе в шкафу плед и устроиться рядышком. - Ладно. Обсудим. Завтра. Прям уже сегодня. Димка угукнул, поправил подушки и провалился в сон. Назавтра Димка проснулся с утра. Растолкал молодёжь, распихал их по курткам и по родителям. Последним пошёл будить Антона. Во-первых, потому что он близкий друг, пускай спит сколько угодно. А во-вторых - Майя (он не смог вспомнить отчества) сказала, что вверяет сына старшему товарищу и надеется на его, Димкино, благоразумие, так что вернуть его домой можно во сколько угодно, хоть послезавтра, главное чтобы живым и целым. И чтоб сообщал, что живой. Димка же всегда поступает идеально, правда? - Антош. Антон, просыпайся. Час дня уже. Длинная гусеничка зашевелилась и показала заспанную наморщенную мордашку. - Сколько? - Час. Завтракать надо. Тебе чай? Антон зевнул, покивал и зарылся обратно в одеяло. На Димкины попытки вытащить его наружу он невнятно буркнул что-то про "пять минут, мам". - Ладно, пять минут. Но учти, с маленькими детьми я про всякие там поцелуйчики не разговариваю. Димка встал и ушёл на кухню. Антон появился там же минуту спустя, отчаянно зевающий, небритый и лохматый, плюхнулся на стул, уронил голову на руки и замычал. - Что? - переспросил Дима. - А так? - повторил Антон громче, но всё так же не поднимая головы. - А, ну так лучше, конечно. Держи. Осторожно, горячий. На не убранной после попойки кухне в пустой квартире они молча пили каждый своё. У Димки хранился чёрный чай на верхней полке, а в спальне Антона у него дома была припрятана от матери банка с Димкиным любимым кофе. О том, где на самом деле обычно лежит этот кофе, даже Дима не знал. - Ну так... Чё по сексу? - изо всех сил стараясь казаться взрослым и спокойным, спросил Антон, и Димка усмехнулся. - Ну, я бы предложил найти девушку и подкатить к ней. Не думаю, что у тебя будут с этим... - Да нахуй мне девушка, Поз. Ещё время на неё тратить и деньги, которых у меня нет... - Хочешь, я тебе денег дам? Антон смерил его ты-чё-придурок-что-ли-взглядом и стукнул чашку о стол. - Димон. Я вот когда говорю о сексе с тобой, ты мне за что деньги предлагаешь? - Не за что, а на что. На свидание с девушкой, - Дима прикинулся дубом. - Да нахуя мне свидание, блять, с девушкой?! Если ты тупо не хочешь со мной трахаться, так и скажи. Предлагает он тут мне! Димамо! - Шаст, ну я ж не девушка. Я считаю, что ты ко мне сейчас от спермотоксикоза лезешь. На безрыбье и рак, как говорится... - Дима потёр вспотевшие от волнения ладони. Он не волновался сейчас за себя или даже за дружбу. Он переживал за будущее своего друга, ни больше ни меньше. - Но ты же не меня сейчас хочешь, а секс, просто секс. - Да я тебя хочу! Уже полгода хочу, ты крутой и заботливый, прикольный, и мне с тобой круто... - То есть ты хочешь вот это вот "круто" перенести в постельную плоскость? Шаст, это так не работает. - Да нет! Блять! Поз, я хуй знает, как это объяснить. Просто когда с человеком круто везде, хочется, чтоб было прям реально везде. Со всех сторон чтоб. Антон завертел руками в воздухе, и Димка проследил за ними. В какой-то момент пальцы сложились в "шокер", и Поз вдруг почувствовал, как внутри что-то заинтересованно дёрнулось. Ему почему-то захотелось на практике узнать, как именно этот парень, Антоша Шастун, которого он знает больше трёх лет и который больше не школьник, представляет себе секс. Антон продолжал говорить, пришлось прислушаться, но по сути он просто переформулировал всё, что сказал до этого, так что Дима жестом остановил его. - Я тебя понял. Дай мне подумать. Я хочу попробовать, но не хочу, чтобы ты потом об этом пожалел. Понял? - Понял, - горячо кивнул Антон. - У тебя это будет первый раз? - Да. Я же даже не целовался никогда! Ну, до этой ночи, - исправился он. - Как ты себе можешь представить секс без поцелуев? - Теоретически - легко. С тобой - вряд ли. Антон рассмеялся, откинув голову назад. А всё-таки красивый у него изгиб шеи. И плечи эти широкие, хоть и пока по-юношески острые. И губы у Шаста мягкие. - Ладно. Я подумаю и дам тебе аргументированный ответ. Ты тоже подумай. Вдруг тебе и не это надо на самом-то деле. Просто подумай, - Димка вскинул ладони, когда Антон возмущенно поджал губы. - Подумаю, ладно. Но если, - Антон наклонился через стол, почти столкнувшись с Димкой носами, - если, - он ткнул друга в грудь, - никто ничего против не надумает до моего поступления, то мы потрахаемся. - По всем правилам, без "куда тут сувать?". Это было произнесено с совершенно серьёзным лицом, но Антон рассмеялся, захлопал по столу, и Димка улыбнулся тоже. - Я серьёзно, Шаст. Есть такая хуйня, как травмы во время секса, так что это, блять, не шутки. Понял? - Понял, - Антон всё ещё хихикал, но реальная серьёзность ситуации до него точно дошла. - Ты это знаешь, потому что ты врач? Или?.. - Бля, Шаст, я стоматолог, а мы не про минет! Не про минет же? - на всякий случай уточнил Дима, и Антон снова заржал. - Сука! Никогда не думал, что услышу такое в реальной жизни! - Поверь, в этой жизни можно услышать всё что угодно. Ладно, всё, закрыли тему потрахушек. Кстати, я вообще не обижусь, если ты себе кого-то пораньше найдёшь. - Хуй тебе! - Шаст вскинул кулак, ударив себя по сгибу локтя. - Не зарекайся. Короче, с этим закончили. Какие планы на сегодня? И действительно, горячую тему они свернули вплоть до середины августа. До звонка Антона со словами: - Я поступил! Прикинь! В государственный! - Ну круто, чё, - Дима переложил трубку мобильника в другую руку и продолжил готовить себе обед. - Зайдёшь? Отпразднуем. - А зайду! Антон не зашёл - он влетел в открывшуюся дверь и вихрем обвился вокруг Димки, обнял изо всех сил и чуть не повалил на пол. - Ого, как ты радуешься, - Дима поправил очки и тоже сомкнул пухлые руки за спиной приятеля. - Доволен, что в кабалу попал на четыре года, да? - Блин, Поз, ну ты как скажешь! - Антон отпустил его, зачем-то отряхнул Димкины плечи, с любопытством вытянул шею, заглядывая за угол кухни и принюхиваясь. - А кто-то ещё будет? - Нет, Антош. Сегодня я весь твой. Даже если бы у Димки были планы, он бы их все отодвинул, чтобы отметить с этим парнем любой его праздник, будь это юбилей или пятница. А сегодня так уж совпало, что он думал сходить в кино на одну комедию, но не хотел идти один. Антон же после Димкиного "я весь твой" малость расфокусировался и вдруг зажёг ещё более довольную коварную улыбку на лице. Дима точно знал, о чём он вспомнил, и тоже улыбнулся. - Ну, Поз... Я себе так никого и не нашел. И никаких там причин не придумал. А ты? - И я нет. Я старался, но хуй там, - Димка махнул рукой. - Значит, сегодня? - Ага. Только я не подготовился, - слегка смутился Антон. - Да и отлично. Значит, всё делаем по правилам, помнишь? А по правилам перед сексом что должно быть? Антон думал с минуту, но после нескольких отвергнутых предположений недоуменно пожал плечами. - Действительно, какие тебе девушки, Шаст, - Дима пару раз ткнул его пальцем под рёбра, вынуждая согнуться и захихикать. - Свидание должно быть! Тогда Антон округлил глаза ещё больше, выпрямился и посмотрел на друга, как на душевнобольного. - Что, прости?.. - Свидание. Ну там, кафешка, киношка, всё такое. - Ага, цветы, конфеты, места для поцелуев, - театрально закивал Шаст. - Поз, ты ёбнулся? - Про цветы я ничего не говорил, но если ты хочешь... - Дима загадочно улыбнулся, выдерживая паузу, и оба рассмеялись. - Бля, Поз, - Антон вытер выступившие от смеха слёзы, - я уже сам себе завидую, такого парня на вечер отхватил! - Да я вообще мечта, - Димка смешно приосанился, попытался втянуть пузо и тут же был схвачен за зад. Они ещё немного потанцевали - вернее, поперетаптывались с места на место, лапая друг друга, и поржали над этим, - пока Антон не вписался головой в полку и им не пришлось остановиться. - Сука. Почему у тебя полки в коридоре такие низкие? - Не убился? - Не, всё ок. И вообще, чё по свиданию, Поз? А то наобещал тут и цветы, и кино, - Антон подёргал руками в воздухе, как возмущенная мультяшка. - Ну, всё, значит. Веду тебя в кино. - Только у меня денег нихуя, как всегда. - Разбогатеешь - вернёшь, - Димка хлопнул его по тощему плечику. Антон улыбнулся и довольно кивнул. - А чё за фильм? - Люблю тебя, чувак. - А? - Антон вздёрнул брови. Это всегда смотрелось до жути комично, как и любые рожицы в его исполнении. - Я тебя тоже, конечно, но я вообще-то про фильм спросил. Димка усмехнулся и вздернул нос. - А вот там и узнаешь. Когда Антон увидел название фильма на постере на входе в кинотеатр, он ржал так, что чуть не упал. "Не, ну чтоб так совпало!" - несколько раз с диким восторгом на лице повторил он, пока они не уселись наконец в зал. Тут уже возник новый повод поржать: места Димка взял всё-таки на последний ряд, да ещё в самом дальнем углу, чтобы мимо никто не бегал. Целоваться в кинозале даже при выключенном свете они не стали. Да и не собирались - какие мужики в России в здравом уме будут на людях сосаться? Если только в прикол, но не в кино же на последнем ряду, в самом деле. Но им никто не мешал переглядываться на особо милых моментах и цепляться друг за друга, безудержно хохоча на особо смешных. Да, тёплая американская комедия о близких друзьях была идеальным выбором для этого свидания. Но, несмотря на слово "люблю" в названии, про секс там не было ничего, кроме намеков. - Бля, да как ты себе это представляешь?! - Шаст отпрыгнул в сторону, и Дима шагнул вокруг стола в противоположную. - Да уж лучше, чем наоборот, - Дима швырнул на стол презик и смазку. - Я серьёзно, Шаст, так будет лучше. Сам подумай... - Нет, Поз, нет, иди нахуй! В смысле в жопу, - сразу поправился Антон, увидев прищур глаз за очками. Димка наклонился над столом, как давеча Шаст, и сжал его плечо. - При всём уважении к твоему мнению, Антош, тебе, сука, восемнадцать, это твой первый секс, и тебе же лучше будет начать сверху, чтобы, если ты потом передумаешь, не было проблем! - Поз, - Антон скользнул языком по губам, - да в том-то и дело, что у меня это первый секс. Я ж кончу через, блять, минуту. И чё потом? Да я хер знаю, что делать! Лучше уж ты... - Я подскажу, - Дима всё-таки обогнул стол и обхватил друга за плечи уже с обеих сторон. Антон смотрел на него слегка расширившимися зрачками, сверху вниз, приоткрыв губы, слегка ссутулясь, словно пытаясь казаться меньше. - Теоретически, правда. У меня тоже не то чтобы дохуя опыта в сексе с парнями, так что учиться будем вместе. - Ты тоже первый раз. Это даже почти не было вопросом. Антон констатировал факт, и, когда Димка кивнул, - тоже поймал его за руки и, глядя в глаза, выпалил: - Я боюсь. Не хочу тебе навредить. Димка моргнул. Вот неожиданность: неугомонный Антоша чего-то боится? То есть Шаст, конечно, боялся ужастиков, всяких скримеров и пранков, но чтобы произнести вслух то, что он только что сказал, нужен совсем иной уровень доверия. Дима не ожидал подобного от общавшегося сплошными приколами дворового пацана вроде Антона. Хотя - а чё, собственно, в этом удивительного, если однажды Шаст уже признался, что хочет его? Что любит его? Пусть это не возвышенная неземная любовь из сказок и женских романов, но можно ли подумать, что она менее важна? - Не хочешь - значит не навредишь, - Дима ласково обнял ладонями Антоновы тощие локти. - Пошли, я тебе пару статей подкину, почитаешь, пока я подготовлюсь. - Бля, Поз, ты серьёзно? - Абсолютно серьёзно. А бояться не надо, Антош, тут вообще другие чувства должны быть, и они у тебя есть. - Ну, есть, - увлекаемый в спальню Антон упал на кровать и получил в руки Димкин ноутбук. - Ну и у меня есть. Ну и всё. Давай, не скучай тут, я скоро. Позов вернулся через полчаса и застал Антона в недетской заинтересованности перечитывающим одну из статей. Шаст поднял на него глаза, потом зажмурился и отвел их. - Я как-то сложнее всё представлял, - буркнул он и улыбнулся. - Можно сложнее, но не в этот раз, - Дима ласково взъерошил другу волосы. - Пошли? Они выключили в Димкиной маленькой спальне свет, но оставили настольную лампу. Всё было спокойно и уверенно. Дима вёл, несмотря на позицию, и расставлял рамки, а Антон проявил вдруг совершенно взрослую, мужскую заботу и уже не казался мальчишкой, не познавшим радостей секса. Когда же он полностью понял, что можно делать, в какую сторону импровизировать - Димка прикрыл глаза в наслаждении и от очередного правильного толчка застонал. И Антон не воспринял это как стоны боли: для такой ошибки они слишком хорошо знали друг друга. Дима был в экстазе и в легком ахуе, это транслировалось напрямую в мозг Шастуну. Когда после первого в жизни настоящего оргазма Антон перекатился на спину, дыша, как загнанный олень, то первой его ясной мыслью было: как же хорошо, что они друзья. Кому бы ещё он смог так довериться и более того - кому бы ещё он позволил так доверять себе? - Поз... - М-м. - Я тебя ебать как люблю. - Мгм, - утвердительно промычал тот, наконец переворачиваясь с живота на бок, стрельнул томно прищуренными близорукими глазами. - Обжиматься будем? И Шаст рассмеялся, чисто, от всей души.