Крыши, разговоры и трансфигурация.
7 октября 2023 г., 18:40
15 декабря, 1972 год, вечер.
Часы на одной из башен Хогвартса пробили семь часов вечера.
За весь день снег так и не закончился. Он мягкими, белыми и большими хлопьями падал на землю.
Помимо непрекращающегося снегопада, на улице начинало холодать. Конечно, пока разница в температуре воздуха утром и вечером была не сильно ощутима, но всё же...
В открытых помещениях замка (коридорах, учебных классах и факультетских гостиных) было достаточно холодно. Камины не спасали. Ученикам приходилось ходить по Хогвартсу, кутаясь в тёплые свитера и мантии.
Уроки давно закончились. У Марлин никогда не было проблем с учёбой, поэтому она быстро выполнила домашнее задание на завтра, и теперь сидела на крыше, куря и пытаясь настроиться на предстоящую тренировку.
На крышу (на которой сейчас сидела Марлин) можно было выбраться через окно спальни девочек.
Спальни Джеймса, Сириуса, Римуса и Питера, и Марлин, Мэри, Лили и Доркас находились с одной стороны. Выход на крышу был из обеих.
Марлин спокойно курила, читая письмо, которое она сегодня получила. Письмо было от мамы, и в нём были обычные вопросы по-типу: "Как дела в школе?", и такие же обычные ответы из дома, на незаданные, но предполагаемые вопросы Марлин.
Также в письме говорилось, что во время зимних каникул, родители вряд ли смогут ей писать, по уже известным нам причинам.
При всём этом, в письме, мало того, что не было ни намёка на поздравление с Рождеством, оно само по себе было каким-то "сухим".
Мама по большей части вела монолог о какой-то ерунде, папа не написал ни строчки, и брат тоже. В общей сложности письмо вышло лишь на половину страницы с одной стороны. Раньше ей писали в четыре раза больше.
-Маккиннон! - весело окликнул её кто-то.
Марлин завертелась, пытаясь понять откуда звук, и кто говорит.
Повернув голову вправо, она увидела машущих руками Сириуса и Римуса.
Они тоже курили.
Конечно, как же ещё? Сириус - ещё один поставщик сигарет в Хогвартс. И что Марлин, что он, пытались подсадить на это своих друзей. Впрочем, Марлин делала это не настолько усердно, как Сириус. Она лишь ненавязчиво предлагала сигаретку, а Сириус пытался "втюхнуть" курево всем друзьям (и не только). Марлин не могла не признать, что стратегия Сириуса была хорошей.
Из мародёров он не смог "подсадить" на это только Джеймса Поттера. Марлин же удалось втянуть в курение только Мэри Макдональд.
Возможно, в этом и была проблема небольших продаж?
Нет, Марлин не жаловалась на доход в сумме десяти галлеонов в месяц, но это же Марлин... Ей было просто жизненно необходимо позагоняться хоть на какую-то тему.
-Марли-и-и-ин! - протянул Римус, подзывая её к себе.
Марлин встряхнула головой, чтобы отбросить все мысли и загоны. Затем она потушила сигарету, убрала письмо в карман своей любимой мастерки, и пошла к друзьям. Прямо по крыше.
***
Марлин, Римус и Сириус говорили около часа. Весь этот час ей пытались внушить, что с ней всё в порядке, она идеальна и тому подобное. Марлин в это не верила. Каждый раз, когда ей говорили что-то такое, она кивала и мямлила что-то означающее согласие. Но это было лишь для людей, чтобы успокоить их. Сама Марлин совсем не так думала. Но, поскольку сегодня с ней говорили Римус и Сириус, обманывать было куда сложнее. То ли к сожалению, то ли к счастью, мародёры знали друг-друга, как себя. Поэтому Римус и Сириус, конечно, нашли к ней подход. Они быстро сообразили, что нужно сказать и что сделать, чтобы Марлин поверила им. Марлин пыталась обмануть сама себя, сказать, что не верит, что это неправда, но всё-равно краснела от стыда, выдавая очередную ложь. Ложь про то, что она всё понимает. Мэри, Лили и Доркас, конечно, тоже пытались с ней говорить, но после того, как во сне Марлин наложила на каждую из них по Заклятию молчания, перестали. Поняли, что спорить с Марлин - себе дороже. На Сириуса с Римусом она, к сожалению, не могла ничего наложить во сне, по причине разных комнат.***
После долгого разговора на крыше, Марлин, придя в комнату решила, что сегодняшняя вечерняя тренировка может перенестись на ночь. Сейчас ей было необходимо спокойствие. Ей нужно было успокоиться, чтобы не наслать порчу на Римуса и Сириуса прямо посреди ночи. Лучше проклинать днём, когда все видят и понимают, кто проклинающий. Марлин поняла это давно. В таких случаях все всё понимают, и перестают лезть. Маккиннон села на свою кровать, задёрнула балдахин, наложила заглушающее, и решила попытать подушку. Она сначала трансфигурировала бедную подушку в тетрадь, затем в пергамент, и наконец, в спичечный коробок. Короче говоря, и злость выпустила, и домашку по трансфигурации выполнила.
