О побочных эффектах целомудрия (ОПЭЦ)

      Как хорошо, что иногда люди ошибаются в прекрасном смысле слова! Мне не подарили очередную смерть от удара кулаком по голове, а великодушно предложили мир, дружбу и жвачку. За неимением жвачки пришлось обходиться обнимашками. Обнимашки, правда, вышли настолько крепкими, что ребра мои таки сломались. Продырявив лёгкие. Так я и познала прелести относительно долгой и болезненной смерти… после смерти. Пришлось новообретённому другу из милосердия проткнуть мне сердце первым попавшимся под руку ножом. Кровь хлынула из раны фонтаном: вот такое оно, избавление от страданий. Полночь принесла восстановление сил и благословенное исцеление-возрождение тела…       …А после полуночи бугай пришёл каяться.       Я спокойно лежала в постели, когда на том конце мыслесвязи вдруг пошли незапланированные помехи и прозвучало голосовое сообщение-приказ:       «Дай посмотреть! Разреши смотреть глазами и слушать ушами».       Наглёж, но пусть. Зачем? И, главное, как?..       «Как в твоё время говорили часто: в произвольной форме. Ну, разреши! Сейчас будет интересно».       Уже что-то… Как я сама в своё время поговаривала — «окей».       «Но к языку доступ не дам, как не проси!», — предупредила я.       «Это мы ещё посмотрим, Ма-а-астер…» — протянул этот… капитан. Вот везде нужно пошлость придумывать?..       «Видишь, ты тоже об этом подумала!» — восторг, незамутнённый ничем. Почти детский.       «Изыди!.. — я была настроена решительно, не сразу, но смекнув, в чём дело. — М-м-м… То есть, сиди тихо-веди себя хорошо».       — Разрешаю тебе в течении этого дня смотреть моими глазами и слушать моими ушами!       Да, я сказала это вслух. Шёпотом. Судя по всему, получилось. Так-то различий в восприятии я никаких не заметила, но капитан явно остался доволен:       «Молодец! Всё, не подавай виду!»       Ну-ну.

***

      Интересно, против ожидания, не было. Было тоскливо. Слова «твоё дело», «не моё дело» и «прости», повторённые столько раз подряд, быстро успели набить оскомину.       «Прогресс налицо и на лице — эти твои/не мои дела, имей ввиду», — полезное замечание, а то я сама не понимаю. Да-да, возьми с полки пирожок… Но уши-то мои за что?       Заверив в сто первый раз посетителя в своей незлобивости и выпроводив его, я наконец осталась в спальне одна. Можно было и поразмыслить над одним интересным вопросом.       «Почему я бунтую?.. Хороший вопрос… А я вообще бунтую?.. Наверное, потому, что бездействие — высшая форма бунта. Вот как. Но разве я бездействую?..»       Мысли сменяли друг друга неохотно.       «Пожалуй, я… Выжидаю, присматриваюсь. Разве это бунт?.. Выходит, бунт. Я ведь не призналась сразу в ошибочном попадании сюда. Я придумала имя, всю свою историю… Свою смерть… Даже возлюбленную. Я притворялась мужчиной. Притворялась, что мне нравится здесь. Притворялась во всём. Значит, бунтовала. А зачем-почему?.. А потому что…»       Я села на кровати и уставилась в стену.       «…потому что я хочу, чтобы мне было хорошо. Даже если сто тысяч раз несправедливо и невозможно. И не хочу, чтобы было плохо. Пусть плохо будет кому угодно… Да хоть всем остальным вместе взятым! А мне — хорошо. Вот поэтому я бунтую».       — Приземлённо, — послышалось со стороны входа.       — Честно. И кратко, — не оборачиваясь, сказала я.       — Твоя очередь?..       Да. Моя. И знаю, каким будет мой следующий вопрос.

***

      — А где души достойных, попавших не сюда? Они пришли с тобой?       — Отказались участвовать. Так и сказали: «Придём под конец, посмотрим, что да как, и тогда решим, к кому присоединимся».       — Демократично.       — А зачем кого-то уговаривать? Ну, остались они и что?.. С концом миров и им бы конец пришёл. Велика разница…       — Цинично, но разумно.       — А то!       Игра в вопросы увлекала.       — А почему «Мастер»?       — А потому что делать ничего толком не умею, вот потому и «Мастер»!       — Неплохо!       Взаимный салют кубками с водой, которой (моя идея) решено магией придавать разные вкусы и ароматы. Сейчас это был арбуз.       — А почему ты даже в мыслях не называешь никого по именам?       Вопрос был очень хорошим.       — С самого начала всем местным решила придумать клички и использовать только их. Подумала, а ну как механизм молитвы срабатывает и на контекстное упоминание?.. А я тут вот так. Мало ли, что могу ненароком подумать.       Уважительный взгляд был почти комплиментом.       — Предусмотрительно. Хвалю. Но необязательно — это так не работает. Нужны эмоции.       — А если эмоционально, скажем, разозлившись кого-то упомянуть? — заинтересовалась новой информацией я.       — Возможны варианты. Но… не думаю.       — Я лучше перестрахуюсь…       — А правда, что в твоём родном языке слово «топить» используется в значении «убивать водой», и в значении «обогревать огнём»?       Я подвисла.       — Ну, по идее, да… «Протопить», «утопить» — и там, и там «топить». Но я думаю об этом впервые.       — Почему ты так спокойно реагируешь на чтение мыслей?       Хороший вопрос. И ответ на него был совсем на поверхности:       — Потому что я давно привыкла жить с мыслью, что за любым пользователем банковской карты, современного смартфона или ноутбука постоянно кто-то приглядывает. Или может, по крайней мере. А уж история поисковых запросов… Я давно перестала её стесняться.       — …Так весь сыр-бор из-за того, что я не вышла замуж? Ничего так, эффект бабочки…       — Ну да. Вышла бы замуж… в девятнадцать. И пророчество начало бы исполняться… Но не отсутствие заключённого на бумаге брака главное, — он сделал выразительную паузу. Наклонился поближе и сказал:       — А то, что брак не был заключён даже по древнейшему обычаю.       — Э-э-э… — не сразу дошёл до меня смысл сказанного. — Э!.. А если… Так вот, почему…       «…почему у меня теперь бесполое тело», — закончила я мысленно.       — Спасибо, — сказала я, имея в виду далеко не только мои изменившиеся формы.       — Пользуйся.       «Всегда считала, что девственность в любом возрасте — не порок… А вон оно как, оказывается. Всему сущему теперь, возможно, грозит радужный цугцванг. А впрочем…»       — А впрочем, это и к лучшему, — подумав, произнесла я, смотря прямо в изучающие глаза напротив. — Пусть теперь будет невесть что, но… Хотя бы не так, как было задумано. Это главное.       — Себялюбивая!..       — Сочту за похвалу.       — За это и выпьем…