Walk a Mile in Another’s Shoes

После часа гугления Изуку так и не смог найти никаких упоминаний о могиле Цубасы. Он считал, что у мальчика ее нет. Ведь он исчез без тела и без семьи. Изуку знал, что могилы предназначены для живых, а не для мертвых, но даже в этом случае его мучила несправедливость. У Цубасы должен быть какой-то памятник. Изуку чувствовал себя ужасно виноватым в том, что его друг детства умер много лет назад, а он даже не знал об этом. Когда Цубаса был прямо перед его глазами, Изуку даже не узнал его. Изуку и так знал, что он неудачник, не заслуживающий звания героя, но этот случай подтвердил это с абсолютной очевидностью. Изуку снова и снова задавался вопросом, мог ли он остановить вторую смерть Цубасы. Он даже не пытался, просто воспринимая Ному как чудовище. Должен ли был Изуку спасти Цубасу, или смерть — это милость для того, кто превратился в неживого раба? Изуку не знал. Тем не менее, он был благодарен Изуку за то, что Цубаса спас его. Все за Одного должен был умереть. Изуку не питал иллюзий по поводу своей способности достичь столь высокой цели, но все же ненависть пылала внутри него. Конечно, главным приоритетом Изуку должно было стать спасение матери. Если бы не это, он мог бы попытаться убить злодея при следующей их встрече. И умереть. Изуку не должен обманывать себя. Он мог мечтать о мести, но у него не хватало сил для ее осуществления. Он был еще подростком. Он был напуган. Он устал. Он был совсем один. В ту ночь Изуку почти не спал. Он проснулся от боли в голове. Теперь Изуку жалел, что договорился встретиться с Томурой, чтобы поиграть в видеоигры. Это был выходной, и Изуку мог бы просто свернуться калачиком в постели и смотреть сериалы про героев. Но он проспал, и было уже поздно вежливо отменять встречу. Придется бежать, чтобы успеть вовремя. После того как Изуку неудачно проиграл три гонки подряд, Томура бросил свой игровой контроллер на землю и потребовал: — Что с тобой сегодня, Игрок-2? За ночь твой геймплей упал на полдюжины уровней. Изуку вздрогнул. В глазах Томуры, несмотря на его грубый тон, читалась искренняя озабоченность. Но Изуку не мог сказать Томуре, что вчера допоздна размышлял над тем, как убить Всех за Одного. Даже если бы Изуку не очень преуспел в своих планах убийства, эта тема все равно не понравилась бы ему. Как обычно, Изуку решил вплести в свою ложь немного правды. — Вчера, когда я патрулировал, женщина с ребенком, увидев меня, перешла на другую сторону улицы. Томура хмыкнул. — Присоединяйтесь к клубу. Видимо, я был настолько страшен, что люди бежали от меня, когда я был пятилетним ребенком. По правде говоря, если они думали, что я чудовище, то они были правы. Изуку почувствовал в этом рассказ о темном прошлом, на которое намекала его мать. Просто получить представление о возрасте Томуры в то время было бы полезно. — Прости. — А что случилось? — На самом деле я мало что помню. Но Сенсей спас меня. Тон Томуры был благоговейным. — Тогда я понял, что единственный человек, который поможет монстру, — это другой монстр. У тебя, по крайней мере, есть мы. Он толкнул Изуку в плечо. Да, конечно, Все за Одного будет держать Изуку рядом до тех пор, пока он будет полезен. Не в силах скрыть выражение лица, Изуку опустил взгляд. Томура сказал: — На твоей стороне тоже есть поклонники, особенно после того, как ты победил Пятно. Сейчас я тебе покажу. Создатель и президент вашего фан-клуба размещает в интернете видеоролики о тебе. Томура открыл видео на своем телефоне и протянул его. На экране молодой человек с зелеными чешуйками на лице говорил в камеру: — После того как я пережил издевательства из-за своей мутации, я бросил школу. Для меня очень важно слышать, как люди называют Изуку Мидорию героем после инцидента в Хосу. Я не думаю, что кто-то критиковал бы его на спортивном фестивале, если бы он взрывал людей, но к нему отнеслись по-другому, потому что он использовал яд. Я думал, что он точно сдастся и бросит школу, но он упорствовал. Это заставило меня тоже попробовать выйти на улицу. Томура сказал: — Его зовут Шуичи Игучи. Он выложил много материалов о вас. Томура пролистал видеозаписи. — Посмотри, сколько лайков они набирают. Изуку пробормотал: — Те же люди, которые освистывали меня на спортивном фестивале в Юэй, бросились поддерживать меня после того, как я победил Пятно. Как только я переступлю черту или проиграю бой, они снова ополчатся на меня. Томура пожал плечами. — Общество — это глюк. Ты герой, если побеждаешь, но никто не защищает тебя, если ты проигрываешь. Но этот парень совсем другой. Шуичи Игучи защищал тебя на видео со Спортивного Фестиваля в тот же день, когда это случилось. Его ник — Spinner, я взломал его, чтобы узнать его личность. Он продолжал удалять свои комментарии и возвращаться за новыми. Для некоторых людей было очень важно видеть, как кто-то со злодейской причудой побеждает все «яйца» героев с их идеальными и приемлемыми способностями. Изуку сглотнул. Он понимал, что Томура пытается поднять ему настроение, но мог только представить, что произойдет, когда его раскроют как шпиона. Тогда все скажут, что так и было задумано, что ученик со злодейской причудой никогда не сможет стать героем. Каково же будет тогда разочарование Шуичи Игучи? Изуку уже предал всех в Юэйе, он не хотел подводить совершенно незнакомых людей. Изуку молчал, глядя на свои руки. Томура заглянул ему в лицо. — Я знаю, что поможет тебе почувствовать себя лучше. Хочешь выследить и убить тех, кто распространял о тебе ложь на спортивном фестивале? — Нет! — закричал Изуку. — Тогда легкое избиение? — Нет! Да ладно, Томура, ты же знаешь, что я должен думать о своем прикрытии как шпиона. — Скорее, ты слишком мягкий, — проворчал Томура. — Ладно, тогда как насчет горячего шоколада? — Я бы не отказался от горячего шоколада, — сказал Изуку, понимая, что ему лучше хотя бы притвориться веселым, иначе предложения об убийстве никогда не закончатся. — Курогири! воскликнул Томура. «Мы хотим горячего шоколада!» Из кухни донесся вздох. — Одну минуту, — позвал Курогири. Голос ному был едва слышен за многократным гудением его телефона. Томура встал и пошел к двери. — Кто, черт возьми, так часто звонит тебе, идиот? Твой телефон сходит с ума всю последнюю неделю. У тебя же нет друзей. — Вообще-то это смс, — сказал Курогири. — Наверное, я попал в список спама. Я получаю все эти бессмысленные сообщения от человека, утверждающего, что он крыса. Томура вошел в кухню. — Я могу разложить твой телефон. — Пожалуйста, прекрати! закричал Курогири. — Я выключу свой телефон. И приготовлю вам горячий шоколад. Томура вернулся с двумя кружками горячего шоколада. Сев на диван, он сказал: — У меня хорошие новости. Сущий Мик ведет радиопередачу в прямом эфире, и он разыгрывает настоящий шарф Сотриголовы, немного использованный. Глаза Томуры заблестели. Приветствуя смену темы, Изуку подул на свой горячий шоколад. — Да, мистер Ямада упоминал об этом на уроке. Видимо, мистер Айзава порвал свой шарф во время тренировки, и он взял новый. Деньги от лотереи будут переданы в благотворительный фонд для героев, пострадавших при исполнении служебных обязанностей. Шинсо — мой сокурсник — уже купил пятьдесят билетов. Он большой поклонник Сотриголовы. Томура вскинул руку. — Покупать билеты — это для лохов. Я собираюсь украсть этот шарф. Изуку чуть было не сказал Томуре, чтобы он этого не делал. Фанаты будут очень разочарованы. Но потом Изуку понял, что это гораздо лучше, чем если бы Томура выслеживал людей, оскорбивших его во время спортивного фестиваля, и убивал их. Злодей не перестанет быть злодеем только потому, что они вместе поиграли в несколько видеоигр. Изуку должен был выбирать битвы, и как фанбой Изуку знал, что в этой битве ему не победить. Сделав глоток горячего шоколада, Изуку спросил: — Каков план? — Курогири перенесет меня сюда до начала шоу, я захвачу шарф, и мы уйдем, пока будет звучать сигнал тревоги. Это будет идеальное преступление. К облегчению Изуку, похоже, никто не пострадал. Томура продолжил: — У Сэнсэя есть какой-то план на день радиошоу, поэтому я должен буду украсть шарф до начала шоу. Если бы Сотриголова лично явился на мероприятие, я бы, конечно, настоял на его посещении. Но он никогда не устраивает фан-мероприятий. Очень жаль, что я пропустил встречу с ним в USJ. Айзаве повезло, что он не попал именно на это фан-мероприятие. От напоминания о Все за Одного и его планах у Изуку затряслись руки, а горячий шоколад захлюпал в кружке. Томура нахмурился. — Серьезно, что случилось? Изуку сделал большой глоток шоколада, чтобы выиграть время для ответа. Возможно, ему не стоило рисковать, но он должен был знать. — А Все за Одного когда-нибудь принимал сирот, кроме тебя? Томура сморщил нос. — Конечно, нет. Я особенный. — Я хотел спросить… То есть… дети должны быть слишком малы, чтобы превратиться в Ному, но… доктор, кажется, может сильно изменять их тела… Изуку не мог перестать думать о том, каким маленьким выглядел Цубаса на его старых фотографиях в Интернете. Он задавался вопросом, как бы выглядела Эри, превратившаяся в Ному. Его руки затряслись сильнее. Томура похлопал Изуку по спине. — О, теперь я понял. Да, сэнсэй использует в качестве сырья подчиненных, которые его подвели. Но я никогда не позволю, чтобы это случилось с тобой. Мы же друзья. На самом деле Томура ничего не понял, но теперь, когда он поднял эту тему, Изуку стало еще хуже. Изуку уставился на рябящую поверхность своего горячего шоколада. — Если бы я подвел Все за Одного, то ты не смог бы помешать ему наказать меня. — Посмотри на меня. Томура повернул свое лицо к Изуку. — Правда, Сэнсэй делает то, что ему заблагорассудится. Он много раз наказывал меня, и я выживал. Я не позволю ему превратить тебя в Ному. Клянусь всеми играми, в которые я когда-либо играл. В уголках глаз Изуку появились слезы. — Спасибо, — тихо сказал он. Он хотел бы в это поверить, но не был уверен, что это обещание относится только к ошибкам Изуку. Будет ли Томура по-прежнему обязан помогать другу, который его предал? Изуку был предателем для всех, не на стороне героев и не на стороне злодеев, единственным человеком, пытавшимся спасти его мать. Кто спасет самого Изуку? Изуку снова плохо спал. С тех пор как он увидел, что стало с Цубасой, и понял, что может случиться с Эри, сон не шел. Изуку подмывало взять отгул на работе, но он не знал, как это воспримет Все за Одного. Кроме того, он обещал позавтракать с Тошинори. Изуку поднялся с постели. Изуку встретил Тошинори у входа в агентство Endeavor. — Не хотите зайти внутрь? спросил Изуку. — Здесь жарко. У меня есть свой офис, где мы могли бы поесть. — Может, и не стоит. Тошинори потер затылок. — Я никогда не нравился Старателю. Даже если он не узнает, что я пришел сюда, это будет неправильно. Изуку добавил еще одну причину, по которой Старатель имел ужасную рассудительность. Кому может не нравиться трудолюбивый уборщик, кроме сноба? — Хм, в кафе я не смогу съесть твой вкусный бенто. Но я знаю ближайший парк, где есть несколько столиков под беседкой. Пока они шли, Изуку заметил, что Тошинори выглядит необычно подавленным. Уборщик сгорбил плечи и все время крутил пальцами. Когда они сели за стол, Изуку открыл бенто. Суши оказались на редкость неаккуратными, авокадо выскользнул наружу. Изуку не стал жаловаться — он получал бесплатную еду, и вкус у нее был одинаковый, независимо от того, как она выглядела, — но он воспринял это как еще один знак беспокойства со стороны повара. — Что случилось? — спросил Изуку, взяв в руки суши. Тошинори не сделал ни одного движения в сторону своей еды. — Насчет твоей просьбы… Он уставился на стол. — Это было слишком хлопотно? — спросил Изуку. — Я подумал, что стоит попросить вас об этом, но я знал, что это маловероятно. Я пойму, если вы ничего не нашли. — Я нашел одно дело, — мрачно сказал Тошинори. Он пододвинул к себе фотографию семьи: отец, мать, дочь и сын. На руках у мальчика пыхтел корги. — Это семья Шимура. Тебе знакомо это имя? Это ваши старые соседи? Изуку присмотрелся. За исключением черных волос, мальчик был очень похож на Томуру. — Может быть? Думаю, да? Это было так давно. Что с ними случилось? — Боюсь, я должен сообщить тебе очень плохие новости, юный Мидория. Тошинори глубоко вздохнул. — Вся семья мертва, кроме сына. Изуку ожидал этого, но он постарался выглядеть потрясенным. — О, нет. — Предположительно, юный Тенко Шимура спонтанно развил причуду распада и случайно уничтожил всю свою семью. Соседка видела часть этого. Она побоялась подойти к мальчику. Он сбежал, его объявили в розыск и сочли мертвым. Изуку сузил глаза. — Почему вы говорите «предположительно»? — Тенко был поставлен диагноз «Безпричудный». Тошинори вцепился руками в колени. Его глаза горели таким огнем, что, казалось, вибрировал сам воздух. — - Полиция считала, что он поздно расцвел, но я знаю злодея, который может отдавать и забирать причуды. Теперь Изуку собрал все свои способности фальшивого актера. — Ого, в это трудно поверить! Не то чтобы я думал, что вы лжете, конечно. Неужели он преувеличил? Его голос звучал высокопарно и фальшиво. К счастью, Тошинори, казалось, был слишком отвлечен, чтобы заметить это. Уборщик был погружен в свои мысли и смотрел куда-то вдаль. — Злодей также может принудительно активировать причуды. Несчастные случаи с причудами случаются, но очень необычно, чтобы у мальчика в возрасте Тенко причуда появилась без каких-либо предварительных признаков и вызвала такие масштабные разрушения при первом же использовании. Я уверен, что это произошло по вине злодея. Изуку отложил в сторону информацию о возможностях Все за Одного. Это была действительно запутанная история. Бедный Томура. — Почему вы думаете, что это сделал злодей? — Нана Шимура была героем, бросившим вызов злодею, и погибла от его руки. Он так ненавидел ее, что она отдала своего единственного сына в программу защиты свидетелей, чтобы обезопасить его. Котаро должен был быть в безопасности. Я не понимаю, почему он сменил фамилию на Шимуру, ведь мать должна была рассказать ему об опасности. Я не знаю, как злодей нашел их. Я не могу поверить, что это произошло без моего ведома. Из глаз Тошинори покатились слезы. — Я должен был защитить их. Изуку обежал вокруг стола, протягивая руки. В последний момент он замешкался. — Можно вас обнять? Тошинори согласился на объятия. Его плечи казались костлявыми, грудная клетка выпирала из тела. Он дрожал, прижавшись головой к плечу Изуку. Слезы пропитали рубашку Изуку. Тошинори прошептал: — Нана была мне как мать, а я ее подвел. Изуку знал, каково это — винить себя в чем-то, даже если это произошло далеко от тебя и не под твоим контролем. То же самое он чувствовал и в связи со смертью Цубасы. Он с трудом подбирал слова. — Это не ваша вина. Неужели он не мог придумать ничего другого, кроме банального клише? — Это сделал злодей, а не вы. Вы не могли знать. Тошинори отстранился и вытер нос. — Прости, что устроил такую сцену, юный Мидория. Мне стыдно, что я показал это тебе. — Ничего страшного. Взрослые тоже могут плакать. Вы бы видели мою маму! Нам приходится регулярно менять ковер, потому что она его заливает. Изуку протянул бумажный платок. Он обычно держал их при себе, потому что и он, и его мама очень много плакали. — Спасибо. Тошинори высморкался. — Я не хотел сваливать на тебя, когда ты, должно быть, тоже в трауре. Я, в отличие от тебя, никогда не знал эту семью. Для тебя это, наверное, такой шок. Не совсем так. Изуку давно предвидел эту историю, и, несмотря на ложь, он никогда не встречал никаких Шимур, кроме Томуры. — Я знал их очень давно. Честно говоря, я их почти не помню. Уверен, что больше всех страдаете вы. Тошинори ответил: — Я очень благодарен тебе за то, что ты обратил на это мое внимание. В противном случае я мог бы совершить ужасную ошибку. Боюсь, что план мести злодея еще более изощрен. Злодей, напавший на USJ, использовал причуду распада. А еще он был похож на Тенко Шимуру. Хорошо, Тошинори уже установил связь с Томурой, так что Изуку не нужно было искать способ раскрыть ее. Изуку выдохнул и покачал головой. — Это ужасно. — Юного Шимуру, должно быть, забрали в детстве и всю жизнь промывали ему мозги. Это… это… так несправедливо! Я не знаю, сколько в нем осталось от прежнего Тенко. Этот злодей может творить ужасные вещи с сознанием людей. Тошинори поднял заплаканные глаза. — Как ты думаешь, Тенко еще можно спасти? — Определенно! Услышав эту историю, Изуку еще никогда не был так уверен в ней. Хотя Изуку знал, что Томура может быть опасен, он также знал, что Томура был добр к своим друзьям. Томура даже готов был солгать Все за Одного, чтобы уберечь Изуку от неприятностей. Он был гораздо более сложным человеком, чем марионетка с промытыми мозгами. — Но разве безответственно желать спасти злодея? Что, если из-за этого желания пострадает больше людей? — Злодеи — тоже люди. У людей всегда есть свои причины становиться злодеями. Изуку думал о себе, а не о Томуре. — Как вы думаете, можно ли перевоспитать злодеев? — Да, конечно. — Вы же не станете винить того, кто стал злодеем, потому что ему угрожали? — Это, безусловно, было бы смягчающим обстоятельством, в зависимости от характера угрозы. Как ты думаешь, юному Шимуре угрожали? Изуку вздрогнул. — Скорее, ему промыли мозги, но эти случаи… похожи. Смягчающие обстоятельства, как вы и сказали. — Но как его спасти? — пробормотал Тошинори. — Наверное, самым безопасным вариантом было бы арестовать юного Шимуру, а затем реабилитировать его в тюрьме. Но меня не покидает ощущение, что Все за Одного пытается заставить юного Шимуру сражаться со мной… с героями. Это может сыграть ему на руку. — Я думаю, вам следует рассказать Томуре Шигараки правду, — сказал Изуку. — Вряд ли он знает, что Все за Одного (забавное имя злодея, ха-ха) стал причиной гибели его семьи. Изуку и сам подумывал о том, чтобы рассказать все Томуре. Вероятно, Изуку пользовался у Томуры большим доверием, чем кто-либо другой. Но такой вариант был бы очень, очень рискованным. Изуку начал понимать, в какие планы Все за Одного он может вмешаться, а в какие — нет. Злодей не заботился о вербовке Пятна. Его волновало получение Эри. И Все за Одного очень, очень заботился о том, как он манипулирует Томурой. Если Изуку попытается настроить Томуру против Все за Одного, но у него ничего не получится, то он не сомневался, что его мать поплатится за это. Пытаясь убедить себя, Изуку сказал: — Вы были для Наны Шимуры как семья. Я уверен, что ты — лучший человек для разговора с Тенко Шимурой. Оставалось надеяться, что Тошинори будет хотя бы вторым после Изуку. Тошинори выпрямился. — Ты прав. Я постараюсь найти юного Шимуру и рассказать ему правду. Если это не удастся, тогда я прикажу героям доставить его сюда. — Определенно хорошая идея, — сказал Изуку. Он содрогнулся, представив, как такой болезненный Тошинори пытается сражаться с Томурой. Тошинори улыбнулся. — Спасибо, юный Мидория. Этот разговор помог мне больше, чем ты можешь себе представить. Благодаря тебе я нашел свой путь вперед. Изуку покраснел. — Я просто отплатил вам за то, что вы столько раз помогали мне. Возвращаясь в агентство Старателя, Изуку обдумывал различные планы. У него было много возможностей встретиться с Томурой, а затем сообщить Тошинори о его местонахождении. Но у него было две проблемы: 1. Как объяснить, откуда он знает, где найти Томуру, и 2. Как не попасться в ловушку. Изуку все еще не мог избавиться от ощущения, что ему следует лично поговорить с Томурой. Они были чем-то вроде друзей. А друзья не должны хранить секреты друг от друга. Но у Изуку в последнее время не было ничего, кроме секретов, и это был риск, который он не мог себе позволить. Это было правильное решение, даже если оно казалось неправильным.

***

Старатель провел брифинг, посвященный операции по спасению Эри и захвату Восстановителя. Каждый момент был мучительным. Изуку не мог перестать думать о том, что Все за Одного знает весь их план, и во всем виноват он. Он внедрил вирус. А что, если в результате этого пострадает кто-то из героев? Изуку почти не обращал на это внимания. Всем было все равно. Хотя Шото разрешили войти внутрь комплекса вместе с отцом, Изуку было приказано оставаться снаружи и «следить за убегающими якудза». Старатель прокомментировал это взглядом и оправданием, что Изуку слишком часто попадает в неприятности. Очевидно, Старатель ожидал возражений, но Изуку почувствовал облегчение. Чем меньше его роль в этом плане, тем меньше Все за Одного сможет заставить его саботировать его. Хотя Изуку вполне ожидал, что Все за Одного все равно найдет ему применение. После брифинга Изуку получил сообщение от Все за Одного с предложением встретиться сегодня за ужином. Его желудок сжался. После смерти Цубасы и прошлого Томуры Изуку терпеть не мог, когда его заставляли играть в хорошие отношения с Все за Одного. Изуку очень не хотелось выслушивать план по захвату Эри. Но не факт, что уклонение от этого поможет решить проблему. Он чувствовал тошноту. Голова пульсировала. Он никак не мог перекусить. К несчастью, именно в этот момент Шото постучал в дверь кабинета Изуку. Дверь была слегка приоткрыта, и сквозь щель виднелся серый глаз Шото. Изуку быстро убрал телефон, не желая отвечать на вопросы о «Дяде Все за Одного». — Заходи. Вошел Шото, держа в руках тарелку с двумя пончиками. — Я заметил, что ты сегодня не завтракал. И похоже, что обед ты тоже пропускаешь. У нас есть пончики, оставшиеся после утренней встречи. Не хочешь ли ты их? — Ох, спасибо. Но я сыт. Я завтракал с другом. — С кем ты ел? — спросил Шото. К своему ужасу Изуку понял, что Шото думает, что он лжет. Каким жалким и беззащитным он выглядел? Изуку ответил: — Мистер Яги оказался в городе. Не знаю, может быть, вы с ним знакомы? Он работает уборщиком в Юэй. Шото поднял брови. — У нас есть уборщик? Я думал, что Незу использует роботов для уборки школы… Изуку огрызнулся: — Кто-то должен следить за роботами, очевидно. Он сжал руку. Он понял, что поступил несправедливо. После того как Изуку столько раз лгал, он не имел права расстраиваться, когда кто-то ему не верил. Шото просто проявил заботу. Потирая лоб, Изуку сказал: — Извини, но я не в настроении есть пончики. — А что бы ты хотел съесть? — спросил Шото. — Может быть, собу? Соба напомнила Изуку о Даби и дала ему повод сменить тему. — Как продвигаются поиски твоего старшего брата? Шото ответил: — Я не нашел никаких следов того, где он скрывается, но узнал много интересных фактов о его прошлом. У Изуку заклокотало в желудке. Понял ли Шото, что Даби — злодей? Неужели и Изуку разоблачат? Он пожалел, что затронул эту тему, но ему нужно было знать. — Например? Шото засиял. — Оказывается, Тоя вроде как линчеватель. Изуку охватило полное замешательство. В голове промелькнули образы Даби, маниакально гогочущего и мечущегося по улицам, как эджелорд. Изуку просто не мог в это поверить. — Вроде как? — У него были неприятности с полицией, но всегда из-за того, что он помогал людям. Тоя победил серийного убийцу. Он заставил поджигателя бояться огня. Он сжег ресторан, который задерживал зарплату своим сотрудникам. А один случай, когда он преследовал священника, бросая в него огонь, но когда священник попал в больницу с поверхностными ожогами, оказалось, что у него рак. Его жизнь была спасена, потому что рак обнаружили на ранней стадии, хотя я не уверен, откуда Тоя знал о раке. Хм, очевидно, что Даби не знал? Найти ресторан, где плохо обращаются с персоналом, было несложно — Инко недолго работала официанткой, так что Изуку знал. Потирая лоб, Изуку пытался придумать, как помягче развеять наивность Шото. — Ээ… какие еще случаи ты обнаружил? — Мой старший брат также финансирует и руководит театральной группой для малообеспеченной молодежи. Глаза Шото засияли. — Я понял, что Тоя не может быть плохим человеком, как только узнал, что он помогает наставникам людей, которым трудно контролировать свои причуды. У нас обоих было очень трудное детство, и это выявило в нем худшие качества, но в глубине души он добрый человек. Здорово, что он преодолевает свое прошлое, чтобы помогать людям. Глядя в эти гетерохроматические глаза, Изуку почувствовал себя так, словно собирался пнуть щенка. Он не мог сказать Шото правду, не нарушив своего прикрытия и не разбив сердце Шото. С тихим стоном Изуку помассировал виски. Шото с беспокойством спросил его: — У тебя болит голова? Изуку ухватился за это оправдание. — Да, мне плохо. — Мне жаль это слышать. Тебе лучше пойти домой пораньше, — сказал Шото. — Твое здоровье превыше всего. Я скажу отцу. — Я с тобой соглашусь. Изуку встал. Он был благодарен за побег. Мнение Старателя о нем не могло стать ниже, сколько бы он ни отлынивал от работы.

***

Когда Изуку открыл входную дверь, Даби лежал на диване, ел чипсы и просматривал телефон. На злодее была футболка с символикой Всемогущего, которую он позаимствовал у Изуку. Футболка пришла по почте слишком большой, чтобы подойти Изуку, но он никогда не мог заставить себя вернуть товары Всемогущего. Даби поднял бровь. — Ты рано вернулся. — Мне плохо. — Не смог справиться с токсичным характером отца? — Что-то вроде этого. Изуку оценил Даби взглядом. Несмотря на то, что ему предложили чистую одежду и душ, Даби оставался потным и с сальными волосами. Вокруг его рта было кольцо из крошек. Отрыгнув, Даби поправил трусы. Изуку сказал: — Я слышал, что ты победил серийного убийцу и поджигателя. — Правда? — спросил Даби. — Я нападаю на всех, кто меня раздражает, полагаю, что рано или поздно мне должен был попасться преступник. Изуку сказал: — И ты сжег ресторан. Даби потянулся за очередным картофельным чипсом. — Они не должны были перепутать мой заказ. — И ты спас жизнь священнику. — Ты хочешь сказать, что я убил священника. Я подумал, что это будет отлично смотреться в моем резюме злодеяний, — с гордостью сказал Даби. Изуку поднял бровь. — Ты думаешь, он мертв? — Когда я уходил, его одежда горела, — сказал Даби. — Конечно, он должен быть мертв. Это было мое единственное удачное убийство — забудь, что ты это слышал. За убийство священнослужителя начисляются двойные очки, верно? Насколько же этот дурак был плох в убийстве?! Изуку даже не хватило духу сказать Даби, что в тот единственный раз, когда, по его мнению, ему это удалось, он случайно спас кому-то жизнь. — Ты финансируешь театральную группу для неимущих детей? Этого не может быть, откуда же ты берешь деньги? Даби пожал плечами. — Я провалил все остальные прослушивания, но эта группа взяла меня, потому что я дал им денег. Мои занятия танцами гораздо важнее, чем одежда или еда. Он почесал свою задницу. Изуку показалось возмутительным, что такой умный, талантливый и в целом идеальный человек, как Шото, восхищается этим куском сгорающего мусора. Может быть, после того, как Шото подвели оба его родителя, он отчаянно хотел верить, что его старший брат хоть в какой-то степени порядочный человек. Шото нуждался в положительном примере для подражания, поэтому Изуку еще больше стремился держать его как можно дальше от Даби. Изуку было невыносимо видеть разочарование Шото. Представьте себе, как бы чувствовал себя Шото, если бы старший брат попытался его убить. Лучше бы Шото никогда не сталкивался с холодной реальностью. Кроме того, прикрытие Изуку будет уничтожено, потому что никто из тех, кто провел с Даби больше пяти минут, не поверит во всю эту чепуху о его помощи группе поддержки причуд. Изуку направился к лестнице. — Пожалуйста, не испачкай диван крошками. В ответ он получил лишь нейтральное ворчание. Даби был еще одной проблемой. Изуку с радостью передал бы своего злодея Мируко, но Даби не выходил из дома. Даби, казалось, мог сидеть на диване Изуку и есть его еду целыми днями. Увы, Изуку вряд ли смог бы позвать героя-кролика к себе. Может быть, если Изуку даст холодильнику опустеть, то Даби в конце концов выйдет на улицу. Откровенно говоря, Изуку был рад отложить проблему Даби на потом, когда проблема Эри была куда более насущной. Изуку плюхнулся на кровать и закрыл глаза. За веками мелькали искры. Ему нужно было придумать план, но голова слишком сильно болела, чтобы сосредоточиться. Возможно, короткий сон поможет ему почувствовать себя лучше. Даже не накрывшись одеялом, Изуку легко заснул. Изуку разбудил звук дверного звонка. Он застонал, заставив себя открыть заспанные веки. На лестнице Шото позвал: — Мидория, я принес лекарство от желудка и хлебцы. Они должны быть легкими для слабого желудка. Привет, старший брат. Затем послышался треск огня. Изуку спускался по лестнице сразу по две ступеньки.

***

ВРЕМЯ ОМАКЭ! Омаке: Трагедия USJ. Томура: Наконец-то я могу встретиться с Сотриголовой и попросить у него автограф. О нет, я краснею. Ному, заставь Сотриголову не смотреть на меня. Я не хотел, чтобы ты разбил лицо Сотриголовы о землю! Ничего не остается, как ударить его по голове еще сильнее и надеяться, что у него разовьется амнезия. Айзава: (Лежит на земле, истекая кровью) Вот почему я никогда не встречаюсь со своими фанатами. # Омаке: Получено достижение — дружба Томуры и Спиннера Изуку: Жутко, что ты взломал аккаунт Спиннера в Интернете, чтобы узнать его настоящее имя. Томура: Мы вместе играем в онлайн-игры. Он один из единственных нормальных людей в моей команде. Я также играю с вором, происходящим от Оджи Харумы, двумя грабителями и школьницей. Я проверяю личности всех своих друзей в Интернете, чтобы случайно не убить их в реальной жизни. Изуку: Я не знаю, мило это или тревожно. # Омаке: В котором Изуку присоединяется к ограблению Изуку: Томура, ты не можешь украсть шарф Сотриголовы. Это неправильно с моральной точки зрения. Деньги пойдут на благотворительность! Томура: Я слышал, что Всемогущий добавил в лотерею свой старый костюм. Изуку: Ну вот, теперь мне придется помогать злодеям красть товары героев. Меня заставляют делать это против моей воли. У меня нет никакого выбора. Ты знаешь, какая версия его костюма?