Армор

Чонгук целует чувственнее, углубляет поцелуй, снова разжигая все внутри. Он ведет ладонью по телу ниже, сжимает талию. Альфа ведет ей ниже пупка, поглаживая, Юнги прижимает бедра к кровати, глубоко вдыхая. Его переполняет эмоциями. Чонгук давит ладонью на живот очень мягко, оставляя Юнги на месте. Альфа, опираясь ладонью на кровать, переставляет ногу в центр, аккуратно двигает колено омеги рукой в сторону. Юнги напрягается. — Расслабь ее, — шепчет в губы Чонгук. Он не давит, но ждет, пока омега позволит отодвинуть ногу дальше в сторону. Юнги дрожит. Он глубоко дышит. Он так возбужден, что едва остается в сознании. Ему сложно, но он старается сделать то, что просит альфа. Чонгук мягко давит дальше, поглаживая пальцем, одновременно с этим целует в губы. И Юнги поддается. — Теперь согни, — шепотом направляет дальше Чонгук. — Моя умничка, — хвалит за старания. Юнги сгибает ногу. Чонгук остается в штанах, и это немного успокаивает. Альфа, придерживая колено ладонью, садится и медленно гладит бедро второй ноги с внутренней стороны. Чонгук улыбается. — Эту тоже. Юнги часто дышит, откидывая голову на подушку. Он закрывает глаза. Чонгук просит его раскрыться. Вот так интимно. Вот так доверчиво. Это невозможные чувства. Юнги захлебывается трепетным волнением. Он расслабляет ногу и позволяет Чонгуку помочь согнуть ее. Когда Юнги ощущает теплое дыхание совсем рядом с пахом, он подтягивается на кровати выше к подушкам. Он не боится. Он не может решиться. Чонгук ловит за талию и мягко тянет на себя. — Спокойнее, — теплым дыханием в живот. Альфа гладит живот ладонью, целует рядом бедро. Юнги раскрытый перед Чонгуком. Омега просто ждет. Он сгорает от желания. Чонгуку открывается прекрасный вид. Небольшой член омеги прижимается к животу, головка уже на кончике блестит. Мягкие бедра омеги хочется поцеловать. Чонгук оставляет это на потом. Альфа берет основание члена в руку и опускается сразу на всю длину. Юнги подкидывает сразу, он громко всхлипывает от чересчур сильных ощущений: ноющий член погружают в тепло и сразу ласкают языком. Юнги ерзает на кровати, хныча. Чонгук ощутимо прижимает таз рукой, удерживая на месте, и продолжает ласки в том же темпе. Юнги дрожит под ним, его накрывает. Ему до одури хорошо, ему кажется, что он сейчас отключится. Чонгук сосет головку губами, водит ладонью по длине, Юнги громко стонет и сжимает одеяло руками, стараясь прогнуться. Чонгук сосет, не обращая внимания, он спокойно продолжает ласкать в своем темпе, зная, что телу Юнги сейчас нужно именно это. Альфа поглаживает его живот, успокаивая в моменты, когда омега не дергается вверх бедрами. — Я… я сейчас… — рвано выдыхает Юнги, его тело простреливает, и омега настолько потерян в собственных реакциях, что его переполняют ощущения за края. Чонгук оставляет язык, втягивает щеки и не сдерживает оргазм. Юнги давно возбужден, и ему требуется разрядка. Чонгук с удовольствием играет языком, и Юнги дергает бедрами, кончая. Альфа не выпускает член, все проглатывает и продолжает еще недолго медленно водить языком. Юнги растекается по кровати морской звездой. Он закрыл глаза и рвано дышит. Ему нужно время. Чонгук улыбается, наблюдая за своим результатом. Юнги получил удовольствие, яркое и мощное, он смог испытать его. Чонгук так давно хотел ему подарить эти ощущения. Альфа ложится рядом с Юнги. Он просто тепло улыбается. Какой же Юнги красивый, когда так расслаблен, когда ему так хорошо. Чонгук поглаживает кончиками пальцев его живот, ребра, грудь, пока омега приходит в себя. Он глубоко дышит, кажется, окончательно дезориентированный в пространстве.  — Ты такой красивый, когда удовлетворен, — улыбается Чонгук. Юнги с закрытыми глазами, но отвечает смущенной улыбкой. Он чувствует по голосу. Омега приоткрывает глаза. Юнги смотрит на Чонгука. И не может до конца осознать, как этот человек смог открыть для него совершенно новый мир удовольствия. Юнги знал, что такой существует. Но считал, что такого не существует для него. Юнги опускает взгляд на губы альфы. Ему хочется Чонгука поцеловать, но, неожиданно, на это даже не находится сил. — Твои прикосновения… Они такие бережные. Альфа это замечает и наклоняется, чтобы невесомо коснуться своими теплыми губами. — Вот эти? Юнги поворачивается к Чонгуку, чтобы зарыться носом в шею и тихо и спокойно выдохнуть. Так медленно, снова прикрывая глаза. Альфа гладит ладонью по спине, целует в макушку, тянет к себе ближе. Омега прижимается, вкладывая всю благодарность и нежность в свои объятия. Он слегка надламывает брови. Ему не хочется… — Ты не собираешься меня отпускать, да? — в голосе снова слышится улыбка. «Никогда, Чонгук. Я никогда тебя не отпущу». Альфа медленно гладит по волосам, пропускает пальцы через черные пряди. Руки Чонгука волшебные. Юнги думает об этом. Они с самого начала были бережными. Они говорили об этом, не касаясь, показывали, что долго и терпеливо будут ждать момента, когда Юнги позволит это сделать. Что будут делать все, чтобы такой момент однажды случился. Чтобы показать свою ласку, чтобы отдать ее всю до конца, абсолютно всю. Потому что эта ласка была создана теплом Чонгука и только для Юнги. — Эти руки никогда не сделают тебе больно. Юнги было суждено остаться в этих руках. Потому что он сам творил свою судьбу. И сам создал ту, в которой эти руки тоже останутся рядом с ним. — Я так тебя люблю… — омега целует около ключицы. Аккуратно улыбается, чувствуя ладонями мурашки альфы. Чонгук тоже умеет чувствовать. Альфа снова улыбается уголком губ, закрывая глаза. Вот так — правильно. Когда эта кроха в его руках вот так доверчиво прижимается, когда в его руках согревается и когда в его руках остается. — Я сильнее, — шепчет Чонгук. — И я тебе это покажу, — он отстраняется, чтобы заглянуть Юнги в глаза. Проводит рукой по щеке, засматриваясь. У омеги глазки улыбаются. Завораживает. Взгляд такой расслабленный и спокойный. Чонгуку кажется, что он такой долго не выдержит. Расчувствуется, и придется прятать свой в новых объятиях. Он счастлив видеть то, как именно сейчас Юнги смотрит на него. Чонгук глубоко внутри себя давно об этом мечтал. Чтобы Юнги однажды улыбнулся ему глазами в ответ. Они лежат какое-то время в тишине, любуясь друг другом. Слова здесь ни к чему. Они разговаривают взглядами, рассказывая о сильных и глубоких чувствах внутри. — Пойдем в ванную, — шепчет Чонгук. Юнги согласно моргает. Он с радостью позволит себя помыть. Но, когда оказывается в просторной душевой кабине, уже готовый включить воду, поворачивается к Чонгуку и смотрит на него. — Ты?… Альфа в штанах, и омега не совсем уверен в том, что Чонгук к нему не присоединится. Тот мотает головой, улыбаясь. — Я буду в одежде, — Чонгук разводит руками, опускает немного голову, осматривая себя, и тихо смеется. — По крайней мере, в той, что на мне осталась. Юнги широко улыбается. Чонгук иногда бывает таким милым. Омега тихо смеется в ответ. Альфа подходит к нему, целует в кончик носа. Теплая вода начинает шуметь, Юнги отворачивается лицом к стене, водит по коже руками. Он опускает голову, начиная сильно смущаться. Чонгук стоит сзади него, нанося гель для душа на мочалку. Юнги был перед ним голым, да и сейчас таким же остается. Но то, что он своим положением открывает вид на ягодицы, заставляет омегу покраснеть до кончиков ушей. Чонгук замечает, как Юнги затихает: он перестает двигаться, обнимая себя руками. Омега легонько вздрагивает, когда чувствует ладони Чонгука на своих плечах и следом оставленный поцелуй на спине. — Ты смущаешься? — через несколько секунд негромко спрашивает альфа, сразу замечая изменения, поглаживает большими пальцами плечи. Юнги уверен, что тот игриво улыбается. — После того, как я тебя приласкал? Боги. Омега закрывает глаза. Он никогда не сможет спокойно реагировать на флирт Чонгука. И его, кстати, это полностью устраивает. — Нет, — зачем-то отвечает омега. Хочется с альфой тоже поиграться. — М-м-м, — мочалка касается спины, Чонгук начинает тереть ей круговыми движениями. Юнги просто стоит, концентрируясь на прикосновениях. Чонгук заботливо трет плечи неторопливо, основание шеи, лопатки, спускается постепенно к пояснице. Омега выдыхает, когда альфа заменяет ее своими ладонями. Чонгук улыбается уголком губ. Он поднимает руку к плечам и повторяет маршрут уже ладонью. Гладит спину, проводит рядом с шеей, потом на ключицы, обратно, к другому плечу, гладит кожу ребер. Когда Юнги чувствует еще одну ладонь рядом, то глубоко вдыхает. У него предчувствие. Чонгук опускает их на талию, водит круговыми движениями и плавно скользит на живот. Юнги подается вперед, когда чувствует, что Чонгук заходит к нему. Кажется, ему все равно на то, что штаны намокнут. Чонгук мягко притягивает к себе, кладя голову на плечо. И покачивается с Юнги. — Так лучше? — шепчет, широко улыбаясь. Чонгук не может устоять, когда омега начинает смущаться. К нему сразу хочется быть ближе. Чтобы еще немного посмущать и почувствовать эмоциональные перемены. Юнги не может сдержать улыбку, втягивает голову в плечи. Ему такой Чонгук очень нравится. Он всегда с ним так ласково флиртует. Альфа водит ладонями по животу к груди расслабленно, неторопливо. Он прижимается виском и водит кончиком носа. — Ты чего? — Юнги все больше заливается краской. Он тонет в нежности. Чонгук не отвечает. Он целует в висок. Юнги выдыхает. В руках Чонгука так спокойно и правильно. Альфа опускает ладони к тазовым косточкам, и омега сразу подается назад, прижимаясь к сильному телу. Чонгук улыбается, поглаживая место кончиками пальцев. Юнги шумно дышит, его тело отзывается, покрываясь мурашками. Так хорошо. Одной ладонью Чонгук поднимается по груди выше, поглаживая, касается противоположной ключицы, оставляет ладонь на плече и притягивает к себе, обнимая рукой. Юнги наклоняет голову к лицу Чонгука, прижимаясь щекой. И аккуратно улыбается, прикрывая глаза. Второй ладонью альфа гладит живот, дальше талию. Все так спокойно и медленно, что Юнги млеет. Чонгук водит кончиком носа по скуле, его ладонь скользит к пояснице. Альфа опускает ее плавно на бедро сбоку, поглаживая, медленно вверх, к центру, в сторону колена, и мягко подушечками пальцев, задевая внутреннюю сторону бедра. Юнги громко выдыхает, подаваясь назад. Еще немного и он начнет возбуждаться. Чонгук ладонью обратно к талии и медленно вниз. — Я не перейду границу, — шепчет на ушко, успокаивая. Большая ладонь аккуратно касается ягодицы, сразу ее поглаживая. Так мягко и плавно. Юнги сглатывает. — Чонгук, — он хочет предупредить, не знает, зачем. Альфа видел его возбуждение, но, почему-то, снова так быстро реагировать становится неловко. — Все в порядке, — Чонгук ладонью поглаживает ягодицу полностью, и, довольно улыбаясь, добавляет: — Мне нравится видеть, как ты реагируешь на мои ласки. Юнги выдыхает, в последний момент проглатывая тихий стон. Чонгук ребром проводит между половинками, обхватывая одну полностью ладонью, и мягко сжимает. В этот раз сдержать стон не получается, Юнги убирает голову в сторону, и Чонгук сразу припадает к шее, целуя. Он плавно ведет ладонью ниже, сжимая упругость мышц, и уверенно скользит рукой между ног, Юнги прогибается в пояснице. — Чонгук… — ему хочется захныкать. Это так приятно и горячо, эти поглаживания не пошлые, но Юнги от них плавится так сильно и быстро, что разум снова окутывает туманом возбуждения. — Я же… снова… — Может, я этого и хочу? — шепчет в шею, проводя носом. Юнги тихо стонет. Чонгук невозможный. И ему невозможно не поддаваться. Альфа ощутимее поглаживает между ног, омега сгибает колени, пытаясь усилить давление. И сразу же смущение пробивает все потолки от этого осознания. Юнги стонет громче, потому что Чонгук мягко сжимает ладонь, параллельно проводя языком по шее и аккуратно засасывая небольшой участок кожи. Как же горячо. Юнги мычит, жмуря глаза, прижимается телом к Чонгуку, не оставляя свободного места. Они оба мокрые от воды, гель для душа давно смыло. — Боже… — на выдохе шепчет Юнги. — Я не могу… Член становится твердым, в паху тянет. Омега ощутимо прикусывает нижнюю губу, сдерживая тихие стоны. Чонгук выключает воду, отстраняется, он берет полотенце, которое оставил рядом, накрывает им Юнги и прижимает к себе. Омега дрожит от возбуждения. Чонгук незаметно улыбается. Он хочет сегодня подарить удовольствие, о котором его просили. «Не останавливайся сегодня». Чонгук все прекрасно понял. С сексом он не спешит. Юнги должен сначала узнать, что яркое удовольствие можно получить и без проникновения. Близость — это не только секс. Это еще и различного вида ласки. Многие об этом забывают. Чонгук берет Юнги на руки, прижимая к себе вместе с полотенцем, и несет омегу обратно к кровати. Он опускает его на спину рядом с краем, чтобы бедра были на кровати, колени согнуты и ноги касались пола. Чонгук раскрывает полотенце в разные стороны и смотрит на Юнги. Тот раскрасневшийся, взгляд из-под ресниц, и тяжелое дыхание. Омега опирается на ладони, пытаясь отползти назад, чтобы они смогли лечь удобнее, но Чонгук за талию возвращает его в прежнее положение. — Лежи так, — альфа нависает, шепча в губы. И подмигивает. Чонгук выигрывает. Юнги закрывает лицо ладонями, не в силах выдержать очередную волну смущения. Чонгук садится на колени на пол. Он касается члена ладонью, поглаживает сверху и слышит тихий стон. Юнги толкается в руку, все еще прячась в ладонях. Его тело следует за Чонгуком, полностью поддается и отзывается. Альфа целует тазовую косточку. Он обдает жарким дыханием. — Расслабься, — шепчет Чонгук. — Я тебя приласкаю. Куда еще больше ласки, омега не понимает. Он уже разумом плавает, поэтому на Чонгука, по большей части, реагирует только его тело. Альфа его давно выучил и прекрасно чувствует, что оно проснулось. Чонгук руками подхватывает ноги и ставит стопы на кровать. Юнги поднимает голову, часто моргая. Чонгук нависает над ним, заглядывая в глаза. — Чонгук… — омега раскрытый, ему хочется свести бедра, но альфа между ними. — Кончишь для меня? — шепчет в губы Чонгук, ласково прикусывая. Юнги тихо стонет, то, как альфа на него влияет всем собой, просто невозможно. — Да… — Умничка, — улыбается, согревая дыханием припухшие от поцелуев губы. — Оставайся так, — шепчет, смотря в глаза. — Не двигайся. Чонгук садится обратно на колени. Он двигает плавно ладонью бедро немного в сторону, раскрывая. Юнги часто дышит, возбуждение ощутимое. Чонгук не встречает сопротивления. Тело поддается, разнеженное, и омега сам расслабляется, терпеливо ожидая действий. Чонгук касается подушечками пальцев входа, аккуратно кружит. Юнги вздрагивает, вжимаясь тазом в кровать. — Тш-тш-тш, — успокаивает сразу Чонгук, поглаживая ладонью по животу. Он чувствует смазку. Ее достаточно много. Юнги сильно возбужден. Чонгук улыбается. Ему так хочется снова подарить Юнги удовольствие. — Ты такой мокрый, — Чонгук проводит пальцами вверх и вниз, растирая смазку. — Такой горячий, — Юнги тихо стонет, сразу отзываясь. Чонгук кружит у входа. — Я хочу тебя вылизать. Юнги стонет, ощущая, как завелся с пол-оборота. Что же Чонгук с ним вытворяет. Господи. Это прозвучало так горячо и возбуждающе. Чонгук шире раздвигает мягкие бедра в стороны, открывая вид на сжавшееся блестящее колечко. Юнги их рефлекторно сводит, пытаясь закрыться: теплое дыхание альфы прямо там, щекочет и нехило возбуждает. Альфа целует мягкую кожу бедра, прикусывает, сразу снова успокаивающе целует. Чонгук разводит ягодицы, держа их в ладонях, и сразу припадает ртом к нежному входу. Юнги едва не заходится плачем. Он думал, что приятнее и жарче не бывает. Омега сильно выгибается, крупно дрожа телом. Альфа плавно проталкивает язык внутрь, обводя стенки, чувствует, как Юнги его сразу сжимает. И снова стонет, потому что чувствует язык Чонгука плотнее. Альфа толкается языком, выходит, собирает губами смазку и проталкивает ее внутрь снова. Юнги хрипит, находясь на грани реальности. Его просто вышибает из нее. Резко и сильно. Чонгук облизывает вход тщательно, все собирает, проталкивает внутрь язык, максимально прижимаясь лицом. Тугие стенки отчаянно сжимаются вокруг сильной мышцы. Чонгук наслаждается процессом сполна. Он толкается языком в медленном темпе, водя внутри им по кругу, после делает широкий мазок по входу, проталкивает язык внутрь и одновременно с этим целует, собирая губами обильно вытекающую смазку. Юнги громко стонет, дышит, хрипит, дергает бедрами, пытается насадиться глубже, от этого же осознания весь краснеет. Его тело горит. Чонгук меняет темп, двигает чуть быстрее, аккуратно сжимает ягодицы в руках, тянет на себя ближе, прижимая к своим губам вплотную. Юнги громко хнычет, не зная куда себя деть, сжимает руками одеяло до хруста, и выгибается. Он крупно дрожит, мышцы живота содрогаются. Язык Чонгука тщательно его прорабатывает, омега, заполненный, сходит с ума. Альфа снова замедляет темп, вытаскивает язык, кружит около входа, целует колечко. Член крепко стоит, налитый кровью, но альфа ему пока не уделяет внимания. Он хочет, чтобы Юнги кончил от его языка. Чонгук кладет ладони на основание бедер, одним движением тянет на себя и одновременно с этим насаживает омегу на сильную мышцу, глубоко ее проталкивая. Юнги извивается, но едва ощутимо: Чонгук крепко держит, не давая уйти от ласк. Альфа кружит внутри, активнее толкается. Юнги чувствует, как все подкатывает. Мышцы входа начинают сокращаться, пульсируя, Чонгук добавляет скорости, так глубоко засовывает язык, что Юнги ощущает его толстую часть входом. Он едва не плачет, содрогаясь во втором оргазме, который оказывается еще сильнее, чем первый. Юнги дергается, кончая себе на живот с громким стоном. Мелькает мысль о том, что здесь они одни и что все эти стоны только для Чонгука. Их никто не услышит. Пока тело Юнги постепенно расслабляется, Чонгук убирает за собой: собирает языком обильно вытекающую смазку, вылизывает тщательно всего омегу, остается доволен результатом. Он ласково прикусывает ягодицу рядом со входом, не удержавшись. Юнги едва остается в сознании. Такие яркие оргазмы выжимают его, но, омега уверен, что Чонгук, если захочет, проведет его через них еще несколько раз. Юнги возбуждается по щелчку пальцев. Это просто крышесносно. Чонгук встает, подтягивает омегу на кровати повыше, чтобы он лег полностью. Сам остается рядом, откровенно любуясь. Он ласково прикусывает щечку. Это мимолетное желание Чонгука уносит за пределы Вселенной. Юнги очень красивый и очень вкусный, альфа лично его попробовал и в этом удостоверился. Кажется, Чонгука самого теперь нехило заносит. Этот омега творит с ним что-то невероятное. Чонгуку так хорошо от осознания, что он доставил омеге удовольствие, будто он сам лично через все это прошел. — Кажется, я сейчас умру, — пытаясь справиться с дыханием. — Что ты со мной делаешь… Юнги дышит ртом. Его перекрыло по полной. Ему хочется заплакать от того, насколько Чонгук невероятный. От того, насколько альфа был к нему внимательным все время, от того, что Чонгук смог довести их до этого этапа. От того, что в ласках Чонгука можно тонуть и не бояться своих ощущений. Он всегда контролирует ситуацию и чувствует Юнги. Он действительно чувствует его. — Что я вижу? — Что же? — Всего тебя. Чонгук целует носик и глазки. Ему почему-то так нравятся поцелуи в эти места. Альфа ощущает особый трепет. Юнги чувствительная крошка, и эти области напоминают Чонгуку того смущающегося и хрупкого омегу, который такой глубоко внутри. А хрупкое нужно целовать аккуратно и нежно. В глазки и в носик. Чонгук последние часы наблюдает, как стеснительный Юнги с румяными щеками, которые прячет в ладонях, робким взглядом, который прячет под веками, перестает прятать всего себя и открывается доверчиво, так слегка, маленькими шагами, все такими же робкими, как и он сам. Чонгуку хочется расплыться в нежности. Быть ласковым с Юнги — его тактика. Не просто потому, что омега в этом нуждается. А потому, что Чонгук чувствует, что так — правильно. Юнги поворачивается к альфе и прячется носом в груди, обнимает за шею и льнет ближе. Он прикрывает глаза и тихо выдыхает. Будто боится спугнуть этот момент, такой важный для них, такой особенный. — А как же ты?… — шепчет Юнги, хорошо Чонгук не видит его начинающие краснеть уши. Омега думает теперь об альфе. После второго оргазма, который его всего привел в полный чувственный беспорядок, Юнги ловит мысль, что в ответ Чонгук не получил от него ничего. — Не беспокойся об этом, — Чонгук улыбается уголком губ, поглаживая по голове. Юнги не согласен. Он должен тоже сделать Чонгуку приятно. Омега глубоко вдыхает, сглатывая. Альфа помогал ему разрушать барьеры, пора бы уже использовать это. Юнги должен просто это сделать. Он хочет, чтобы Чонгук тоже почувствовал удовольствие. Юнги вылезает из объятий, смотрит в глаза Чонгуку, еще раз сглатывает, опускает ресницы вниз, прикусывает губу. Снова кидает короткий взгляд на Чонгука и поднимается на кровати. Альфа внимательно за ним наблюдает, немного вопросительно. Юнги пересаживается ниже, несколько раз моргает, тянет руку к резинке штанов и почти уже цепляет ее, когда Чонгук ловит его за запястье, поднимается и смотрит в глаза. — Нет, — альфа качает головой, продолжая держать зрительный контакт. Юнги растерянно приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но не знает, что. — Чонгук… Омеге не нравится то, что он оставляет альфу без своего внимания. Это ведь неправильно? Выходит же так, что только Юнги все принимает, вокруг него все внимание. Чонгук ведь тоже нуждается в этом… — Я сказал нет, — медленно и вкрадчиво повторяет альфа, он держит едва дрожащую руку, опускает на нее взгляд, Юнги повторяет за ним. — Ты не будешь этого делать, — снова к глазам. — Я хочу, чтобы тебе тоже… — омега поднимает слегка бровки. Да, он понимает, что дрожит телом и весь в растерянности, он не знает, как это делать и как вообще это делается, но он бы разобрался в процессе? — Юнги, — Чонгук отводит его руку и прижимает ладонью к кровати. — Посмотри на меня. Омега поднимает свои большие глазки. — Я хочу, чтобы для тебя не было ни одной причины, чтобы начать испытывать переживания и дискомфорт, — Чонгук поднимает вторую ладонь, слегка опуская голову, чтобы не дать Юнги его перебить. — Пожалуйста, не спеши и дай мне самому все сделать. Позволь дальше нас вести. Хорошо? — Чонгук слегка наклоняет голову, внимательно всматриваясь. Альфе, конечно, приятно то, что омега испытывает чувство, которое толкает его к нему ближе в физическом контакте, это в принципе ожидаемо в их ситуации. Юнги раскрывается, и ему становится комфортно. Но омега действует, скорее, на этих новых эмоциях. Он чувствует, что его больше не пугает близость, но это не значит, что он готов теперь так спокойно и быстро пройти все оставшиеся этапы. Чонгук со своим телом его еще не до конца познакомил, не до конца показал и не дал привыкнуть полностью. Юнги не стоит пытаться самому это сделать. — Я не согласен, — омега почему-то чувствует, что ему нужно отстоять свое решение. — Это несправедливо. Да, Юнги немного волнуется, ну ладно, не немного, но это неважно. Это же нормально для него. Это просто новое, но с ним Чонгук, и все остальное неважно. Он хочет быть с альфой тоже ближе. Чонгук снисходительно улыбается. — Я не хочу сказать, что я не верю тебе. В том плане, что твое желание сделать мне приятно искреннее и твердое. Я знаю, — альфа гладит большим пальцем тыльную сторону ладони и смотрит в глаза, улыбаясь уголком губ. — Потому что я тебя чувствую. — Тогда разреши, — негромко просит Юнги, втягивая голову в плечи, отводя взгляд на секунды и возвращая его обратно. — Нет, — Чонгука не переубедить. — Я обижусь, — Юнги в сердцах это выпаливает, а потом смущенно опускает глаза. Да почему с Чонгуком так сложно? Омега искренне не понимает причины отказа. — Какая милая манипуляция, — Чонгук не сдерживается и тихо смеется, мотая головой и широко улыбаясь. — Маленький, я весь твой. Ты можешь сделать мне приятно и другими способами. — Я хочу таким, — кажется, это уже дело принципа. Юнги с каждой секундой все больше волнуется, осознавая, о чем просит, но его решение тоже окончательное. — Почему ты так настаиваешь? — Чонгук расслабленно опирается на руку позади себя и наклоняет голову, всматриваясь. Альфа понимает прекрасно, почему, но хочет, чтобы Юнги для себя это осознал. — Потому что, — омега хлопает глазами. Он задумывается, теряясь. — Хочу, чтобы тебе тоже было приятно. Разве не очевидно? Чонгук задумывается, прикусывая уголок нижней губы. Смотрит на Юнги какое-то время. Он встает, сопровождаемый непонимающим взглядом. Альфа идет к шкафу, достает оттуда футболку и штаны, расслабленно подходит, встает напротив омеги и протягивает ему вещи. — Оденься, — Юнги насупливается. — Иначе я продолжу ласкать тебя еще более откровенно, — Чонгук поднимает бровь. Так себе угрожающая фраза! Но на Юнги действует безотказно, он не боится, он начинает люто смущаться. Чонгук выиграл. Юнги с красными ушами забирает вещи и прикрывается ими. — Ты невыносим, — бормочет омега, пряча широкую улыбку. Он слабый перед флиртом Чонгука. Очень слабый. Альфа возвращается к шкафу и достает чистые штаны. Его промокли насквозь, следует тоже переодеться. Чонгук какое-то время стоит спиной. Юнги нагло любуется этой большой и сильной спиной. Представляет себя за ней и готов запищать. Хочется, чтобы она продолжала закрывать его от всего мира. И осознание, что теперь так и будет, делает из омеги чувствительность в апогее. Он пропускает изменения в реальности, пока пребывает в своих мыслях, а когда возвращается вместе со своим взглядом к Чонгуку, то зависает. Альфа снимает штаны, стоит к нему боком и остается в боксерах. Боги. Дайте Юнги сил. Чонгук поворачивается полностью. Юнги смотрит, не отрываясь, с красными ушами. Чонгук улыбается уголком губ, слегка голову вверх. И поднимает игриво бровь. Флиртует. Юнги весь красный. Что ж, Чонгуку не жалко, он позволяет себя рассматривать, наблюдая за сменой эмоций. Юнги просил. Но у Чонгука, как всегда, свои способы альтернатив и подхода. Омеге этого оказывается достаточно. Юнги не может оторвать взгляда от ткани, которая накрывает член альфы. Чонгук красивый внизу. Там. Боже. Что это вообще значит… Но Юнги думает, что то, что он видит, очень красиво и эстетично, в общепринятом значении этого слова. Что же Чонгук творит. Он так аккуратен с Юнги до сих пор, если что-то не позволяет, то находит другой выход. Он невозможный. — Могу предложить подойти ко мне, — губы Чонгука трогает игривая улыбка. Он набирает обороты, неумолимо заставляя Юнги смущаться. Омега же хотел! И даже совсем другого! Намного большего... А теперь сидит весь в мурашках, не в силах вытащить голову из плеч. Как это работает? Юнги молчит, не зная, что теперь ему ответить. Он бы с радостью, но Чонгук добился своего. Омега остается на кровати, поглощенный эмоциями. — Переоденусь в ванной, — Чонгук любуется результатом. Юнги невозможно милый. Альфа стоит несколько секунд, а потом шагает к омеге. Юнги прячется за челкой. Чонгук наклоняется, рассматривая его, и целует, улыбаясь. — Я весь твой, — Чонгук шепчет в губы. — Везде.  Нокаут. Юнги поднимает мысленно руки вверх, сдаваясь. Альфа с довольной улыбкой уходит. Юнги находит свое нижнее белье, тонет в футболке и штанах. Все время, пока одевается, думает о том, насколько ему повезло с Чонгуком. Он будто знает все уголки души Юнги. Он будто чувствует его всего без остатка. И знает, как лучше. Юнги сбегает на кухню, решает сделать кофе. Он упирается руками на столешницу, ожидая, пока взобьется молоко. Чонгук. — Ты со мной теперь откровенный. Мне стоит начать к этому привыкать. Юнги откровенный. В своих чувствах, теперь и в своих желаниях. С Чонгуком хочется обнажать душу, раскрываться полностью. Это невозможно приятное чувство. Юнги рассказывает о себе музыкой, обнажает душу и раскрывает руки в стороны. Он не боится, что его ранят. Юнги не боится, что его не обнимут. Юнги больше не боится того, что так сильно любит Чонгука. — Стоит. Я планирую продолжать. Забирай меня всего себе, Чонгук. Я протягиваю руки и вижу раскрытые твои. Твою ласковую улыбку, твой мягкий взгляд, твою нежность в этих руках. Чувствую твое желание меня защищать. «Пожалуйста, защити меня», просит мысленно Юнги. Спрячь от всего мира, создай тот, где только мы с тобой. Обними меня своими большими руками, заключи в нежные и крепкие объятия. «Пожалуйста, обними меня», просит мысленно Юнги. Обними так, как можешь только ты. — В таком случае мы далеко пойдем. Я пойду с тобой, Чонгук, куда бы ни предлагала судьба. Которую мы будем с тобой творить вместе. Давай пойдем, неважно куда, главное, чтобы вместе. Чтобы бок о бок, чтобы твоя ладонь в моей. Юнги чувствует, как руки Чонгука бережно обнимают его, скользя со спины на живот. Чувствует теплое дыхание. Альфа кладет голову на плечо, прикасаясь к шее и прикрывая глаза.  Юнги чувствует защиту. Юнги чувствует объятия. Омега прижимается головой в ответ и тоже закрывает глаза. Они стоят в тишине. Юнги чувствует так много. Через него снова проплывают тягучие эмоции альфы. Они окутывают и согревают. Тепло. Как же много там тепла. Юнги разворачивается, ласково кладет ладони на лицо альфы и заглядывает ему в глаза. Я так благодарен за то, что ты нашел меня. Я так благодарен за то, что ты дал нам шанс. Я так благодарен за то, что ты остался. «Пожалуйста, люби меня, Чонгук», просит мысленно Юнги. Этот глубокий взгляд отвечает. Он заверяет, что слышит. Заверяет, что будет. Что обязательно будет. Заверяет, что он уже. Чонгук все чувствует. Он все слышит. Он все знает. — Мое маленькое счастье, — шепчет альфа. У Юнги намокают глаза. Он часто моргает, глубоко вдыхая. — А ты мое самое большое счастье, — признанием на признание. Чонгук улыбается. Так мило, что они имеют в виду их разницу в размерах. Юнги думает о том, что Чонгук был создан для него. А сам он — для него. Они так подходят друг другу. Они так сильно переплетаются своими мирами, которые внутри. Которые такие богатые чувствами и эмоциями. — Я сделал нам кофе, — улыбается Юнги. Чонгук целует его в кончик носа. Он чувствует омегу прямо сейчас. Его мысли. И целует в глазки. Потому что прямо сейчас Юнги очень хрупкий в своих мысленных признаниях и просьбах. Они пьют кофе, продолжая стоять рядом. Это спокойная тишина, которую иногда не хочется нарушать. Они разговаривают взглядами и просто наслаждаются сменяющими друг друга секундами. Погружаются в это время, которое делят на двоих. Чувствуют каждое мгновение, которое говорит о том, что они вместе. Чонгук берет Юнги за руку и они идут обратно в спальню. Не сговариваясь, залезают под одеяло и поворачиваются друг к другу на подушках. Не спеша любуются. — Расскажи о себе, — шепотом просит Юнги. Чонгук медленно моргает, убирая прядь волос омеги за ушко. — Что ты хочешь обо мне узнать? — тоже шепотом. — Все, — честно и с аккуратной улыбкой. — Поконкретнее? — улыбается альфа. — М-м… — Юнги хочет узнать так много. Он бы хотел услышать про всю жизнь Чонгука. С самого детства до настоящего момента. — Как ты стал таким уверенным в себе?… Внезапный вопрос слетает с губ. Это было первое, о чем он подумал. Юнги не хватает такого качества. Оно ему неизвестно. — Это прожитые годы, — Чонгук медленно моргает. — Опыт, который оставляет свой отпечаток. — Ты кажешься уверенным в себе, — Юнги очень бы хотелось узнать ингредиенты. — Будто всегда таким был. — Конечно же, не всегда, — снисходительная улыбка. — Сначала ты наблюдаешь, как на тебя влияет каждый прожитый день и ситуации, которые происходят с тобой. Наблюдаешь, как к тебе могут относиться другие. Наблюдаешь, как ты реагируешь на это отношение к себе. Смотришь на то, к чему приводит каждый твой выбор, — Чонгук делится, а Юнги, как всегда, внимательно и с интересом слушает. — И постепенно понимаешь, что нужно учиться навыку себя отстаивать. Свои интересы, свое мнение, себя. Если этого не делать, то ты не сможешь жить так, как ты этого хочешь. Это значит, что за тебя будут решать другие. И другие за тебя будут жить, — альфа скользит взглядом по лицу омеги. — Такой расклад меня не устраивает. — Ты сам творишь свою судьбу, — улыбается аккуратно. Юнги запомнил эту фразу навсегда. — Именно, — Чонгук так тепло улыбается в ответ. — Научишь меня?… — звучит тихая просьба. — Я хочу научиться отстаивать свои решения. — Ты хорошо с этим справляешься, — прищуривается Чонгук. Юнги непонимающе поднимает брови. — Ты приехал ко мне и до последнего не уходил. Ты принял решение и уверенно его защищал, — поясняет альфа. — И у тебя это получилось. Юнги опускает взгляд. Почему он этого не замечал? — Не уверенность управляет тобой, — вкрадчиво шепчет Чонгук. — А ты управляешь уверенностью. Юнги смотрит в глаза альфы, затихая. — Когда ты чувствуешь, что изо всех сил хочешь защитить самое дорогое, что у тебя есть, именно тогда ты управляешь уверенностью, ты заставляешь ее родиться.  Юнги замирает, задумываясь. Он не был уверен в себе никогда. Он не обладал таким качеством. Но тогда, стоя на коленях перед самым дорогим ему человеком, он внезапно ее обрел. Он заставил ее родиться, чтобы защитить их. — Чонгук… — глаза готовы намокнуть. Почему Чонгук такой? Откуда у него ответы на все вопросы, которые у Юнги появляются? Которые когда-либо его беспокоили? Как у Чонгука получается отвечать так, что все сердце замирает? Как у Чонгука всегда получается сделать так, что в итоге Юнги чувствует себя особенным? Альфа продолжает ему открывать простые истины, пусть и не всегда очевидные. Чонгук умеет говорить так, что внутри все переворачивается новым осознанием. Что иногда ответы на поверхности. А иногда они прямо внутри тебя. — Мы управляем собой, Юнги. В нас есть много качеств, которые можно представить. Многие спят, дожидаясь, когда мы заставим их родиться или поможем им родиться. Какие-то с рождения нам свойственны больше. Главное помнить, что мы можем больше, чем иногда думаем. У Юнги внутри спало много чего и спит, наверное, до сих пор. Проще перечислить те качества, которыми омега обладал и обладает. Юнги задумывается. Что бы он хотел в себе разбудить? — Самая страшная из всех тюрем та, которую ты построил в своей голове, — Чонгук гладит Юнги по щеке большим пальцем. Его взгляд разговаривает. — Когда мы ставим себе решетки, а потом сами же отчаянно в них бьемся. У Юнги была такая решетка. Он вокруг себя ее воздвиг и спрятался внутрь, никого не подпуская и защищаясь. Он упрямо не позволял никому себя найти. Эта решетка была такая холодная, как ледяное раскаленное железо, и если бы кто-то решил вдруг к ней прикоснуться, то все внутри этого человека сразу бы остановилось и застыло. И выход один: только назад. Юнги не умел строить доверие, зато умел в совершенстве строить ледяные крепости. — Это не значит, что мы легко можем всех их убрать, — продолжает тихо Чонгук. — Если бы так и было, мы бы не испытывали абсолютно никаких трудностей в этой жизни. Но стоит помнить, что мы в силах попытаться. А еще можем позволить другому помочь их разрушить. «Неважно, кем я был до этого. Важно то, кем я стал благодаря тебе» — Если бы ты знал, насколько сильно изменил мою жизнь… — шепчет Юнги, рассматривая темные глаза Чонгука. — Изменил меня… В отношениях альфа невероятно замечательный партнер. Юнги не с кем сравнить, но он уверен, что такой Чонгук на свете один. С вот таким внутренним миром, который он построил. Все мы индивидуальны. И индивидуальностью Чонгука остается тихо восхищаться. — Ты мне позволил это сделать, — важное уточнение. — Без тебя я бы не смог. Человек не может измениться без собственного желания. Так что это не только моя заслуга, — Чонгук красиво улыбается, а потом поднимает бровь. — Ты правда очень смелый. Юнги вспоминает, как в начале их отношений альфа так же говорил про смелость. Как тогда омегу это слово заставляло смущаться и тихонько таять глубоко внутри. Как тогда Чонгук с помощью этого слова с ним флиртовал и указывал на то, что омега может быть решительным. Юнги аккуратно себе улыбается. Они так много прошли. Фразы, которые они говорили раньше, звучат теперь по-другому, ощущаются по-новому. Это так необычно наблюдать. — Знаешь… — Чонгук замолкает, о чем-то задумываясь, а потом смотрит в глаза: — Ты изменил мою жизнь тоже. Это дорога с двусторонним движением, Юнги. Омега затихает, очень внимательно слушая. Чонгук снова делится своими мыслями и чувствами. — У меня не было особых планов на будущее после того, как закончились прошлые отношения. Я ничего не ждал и ничего не искал. Я никого не ждал и никого не искал, — Чонгук гладит ласково ладонью по щеке, любуясь. —Наверное, когда не ждешь счастья, оно к тебе и приходит. И я сразу понял, что ты сможешь стать моим. Это сложно объяснить, — задумывается. — Но своего человека ты чувствуешь сразу. За тебя делает выбор сердце. Ему стоит доверять. Я всегда доверяю, — легкая улыбка. — И ты сейчас здесь, рядом со мной, смотришь на меня, и я понимаю, что оно не ошиблось. Юнги надламывает слегка брови. Чонгук такой откровенный. Дыхание задерживается само собой. — Ты напомнил мне о том, что внутри меня остались чувства. Они никуда не исчезли. Хотя мне казалось совсем наоборот, — Чонгук убирает челку омеги и наблюдает, как пушистые волосы ложатся обратно. — К моему удивлению, я их не начал отрицать. Я наблюдал за ними. Это было очень необычное ощущение. Я с интересом ловил каждую свою эмоцию, чтобы распробовать. Рядом с тобой мне было комфортно, — улыбается уголками губ. Юнги так приятно это слышать. Он был погружен в себя долгое время и в свои чувства, поэтому особо не думал о том, как их взаимодействие отражалось на Чонгуке. — Я так хочу, чтобы у нас с тобой все получилось, — шепчет Чонгук в губы Юнги. — Давай сделаем все для этого? Омега целует. Отвечает на вопрос чувственно и уверенно. Юнги делает для этого все и готов делать дальше. Омега отдал себя в руки альфы, всего себя без остатка. Он обязательно будет опорой и защитой тоже. — Я люблю тебя, — Юнги согревает дыханием губы и поднимает взгляд. — И я буду показывать тебе свою любовь. Я узнаю все способы и найду новые, — он улыбается. — Особенные и только для тебя. — Я буду ждать, — Чонгук ласково водит кончиками пальцев по лицу. — Я скучаю, — Юнги внезапно сильно вжимается в крепкое тело и обнимает руками, сталкиваясь носом с грудью. — Я же здесь, — Чонгук сразу обнимает в ответ. — Мне тебя не хватает. Я не могу тобой надышаться, — шепчет Юнги, его сердце сжимается. — Я так долго тебя ждал… Пока ты появишься в моей жизни, — он обнимает крепче, прижимаясь щекой к груди. — Это время, которое я был без тебя, во мне отзывается. Поэтому я невыносимо по тебе скучаю. У Юнги не было Чонгука, а у Чонгука не было Юнги. Этот промежуток времени, который они провели порознь, почему-то кажется потерянным. Его хочется восполнить. И Юнги это делает прямо сейчас: долго целует Чонгука, нежно обнимает ладонями за шею, водит губами по щеке, оставляя легкие касания, снова к губам. Альфа позволяет омеге делать все, а сам наслаждается. Юнги молчаливо об этом просит, он хочет отдать то внимание, которое нужно Чонгуку тоже. — Иди ко мне, — альфа тянет Юнги к себе, обнимает и гладит ладонью по голове, оставляя вторую ладонь на лопатках. Омега прижимается к телу снова, затихая. В руках Чонгука так спокойно и тепло. У них был насыщенный день, они наслаждались друг другом сполна. Они разговаривали и делились взглядами. Напоминали своими прикосновениями о чувствах, которые едва помещались внутри. Юнги, окутываемый теплом, засыпает. «Защити меня» Находясь в руках Чонгука, можно ничего не бояться. «Обними меня» Крепкие и бережные объятия, которые убаюкивают. «Люби меня» Ласково — это ты, Чонгук. Ласковая любовь — самое прекрасное чувство, о котором я узнал благодаря тебе.

***

Происходит событие, размышляет Юнги, общение искреннее и неформальное. Собеседники как «человек и человек». Житейская психологическая помощь характеризуется естественностью речи, общением без «специальной» вежливости, в отличие от настоящего сеанса с психотерапевтом. Юнги представляет, как два человека друг напротив друга сидят за барной стойкой, и один из них делится своими переживаниями. Они могут спорить друг с другом и спокойно перебивать. Один условный «консультант», мистер Ли, выступает в роли «помогающего» собеседника и имеет авторитет в глазах условного «клиента», мистера Чана, который рассказывает о своей проблеме. Последний прислушивается к мнению первого, желая услышать совет со стороны. Мистер Ли дает новый взгляд на проблему. «Почему ты так себя не любишь?», спросил мистер Ли. Мистер Чан оторопел, пришло осознание: действительно, ведь он относится к себе ужасно и именно поэтому не может построить отношения с другими людьми. «Консультант» мистер Ли попал в точку системы ценностей и взглядов мистера Чана. «Ты понимаешь мою душу!», говорит вдруг последний. «Так ты же умный человек, как я вижу, адекватный. И красив собой», отвечает мистер Ли. Вряд ли мистер Чан согласен с тем, что он такой замечательный, думает Юнги, но тот факт, что посторонний человек так хорошо к нему относится и делает комплименты, очень поддерживает. Происходят серьезные сдвиги в психологическом состоянии «клиента» мистера Чана. «Не зря мы поговорили», делает вывод мистер Чан, «Это был мощный диалог, в котором меня так поддержали». Он чувствовал, как все то, что его беспокоит, отпускает и растворяется. Юнги прикусывает губу в раздумьях. У мистера Чана появляется почва под ногами. Он увидел выход из своей ситуации, которая казалась зашедшей в тупик. Теперь он думает, что все будет хорошо, его уверенность в этом подкрепляется. Такая «психотерапия» изменяет эмоциональное состояние «клиента». Негативные эмоции стихают, ощущается прилив душевных сил, и приятные эмоции вдруг тебя заполняют. «Я, как дурачок, теперь улыбаюсь, я вдруг почувствовал, что не один в этом мире. И он перестал казаться страшным», думает мистер Чан. В когнитивной сфере «клиента» тоже происходят изменения: проблема становится решаема, ведь он получил новый взгляд на нее. В действенно-волевой сфере: мистер Чан готов решать проблему, он готов теперь пробовать строить взаимоотношения. «Какой же удачный разговор вышел. Мне так повезло», подводит итог мистер Чан. Теперь к профессиональной психологической помощи, Юнги думает в эту сторону. Такой «консультант» — не психотерапевт. Мистер Ли не стремится быть безоценочным и нейтральным, он, наоборот, очень включается и интересуется. Он делает то, что психотерапевтами рассматривается как проявление непрофессионализма. Мистер Ли не боится рассказать про себя и дать совет. В основе такого «помогающего общения» лежит встреча сознаний, открытое смысловое взаимодействие двух людей. В ситуации же психотерапии мы имеем удостоверенную бытийственную вненаходимость консультанта. Юнги перечитывает предпоследнее слово четыре раза. Он отрывает взгляд от книги и задумчиво смотрит в потолок. Через минуту тишину нарушает громкий голос омеги: — Чонгук! Юнги утыкается носом в книгу и, нахмурив брови, снова читает последнее предложение. Чонгук сказал, что пойдет поработает, будет не сильно занят, просто проверит что-то и доделает дела. Поэтому омега не боится его отвлечь. — Чонгук! — Юнги снова зовет. А еще он хочет альфу увидеть. Соскучился за сорок минут. Юнги залезает мыслями в книгу с головой, поэтому не слышит шаги. — Что случилось? — теплое дыхание щекочет сзади шею. Чонгук подошел к креслу и встал за спиной омеги. — Что это значит? — Юнги наклоняет голову, потому что щекотно, и улыбается. — М-м… — Чонгук смотрит на слово рядом с пальцем, которым омега показывает в страницу. — А сам как думаешь? Есть варианты? — Он не находится, — логично же. — А где — непонятно. Вне себя от злости, что ли? — Юнги смеется. Чонгук пришел, и теперь у него прекрасное настроение. Альфа ерошит волосы на голове омеги, тихо смеясь. — Тогда это непрофессиональный психотерапевт. — Знаю, — лыбится Юнги, мотая головой, пытаясь вернуть волосам нормальный вид. Чонгук обходит кресло и садится перед ним на корточки. Он берет ногу Юнги в ладонь, поднимает штанину и целует около щиколотки. Омега вздрагивает и покрывается мурашками. Что за невинный ласковый жест? Боги. Почему Чонгук такой? — Вненаходимость означает то, что консультант лично и эмоционально не связан с клиентом. Юнги смотрит в глаза молча. Чонгук снова тихо смеется, красиво улыбаясь. — Вненаходимость позволяет психологу выстраивать отношения более рационально, дает возможность добиться более целостного, глубокого и устойчивого «взгляда» на ситуацию, — Юнги кивает, он понял. Чонгук добавляет: — Этот потенциал «вненаходимости» значительно выше той, которой располагают люди, в той или иной степени аффилированные с жизнью собеседника.  — Чонгук, — стонет Юнги. — Ты специально? Я же начну сейчас считать себя тупым, — вздыхает омега. Но смотрит в глаза альфы и широко улыбается. Он знает, что Чонгук просто хочет… — Я хочу, чтобы ты учил новые слова и повышал свой уровень знаний, — он подмигивает. Флирт во время изучения? Это новый уровень. Чонгук и тут умудрился засмущать омегу… — Аффилиация — это стремление быть в обществе других людей. Потребность человека в создании теплых, доверительных и эмоционально значимых отношений с другими людьми. Дружба, любовь, общение, — Чонгук тепло улыбается, видя, как Юнги зависает на нем. Умный Чонгук — слабость омеги. — Для специалиста это недопустимо. Поэтому там написано слово «вненаходимость». — Ты знаешь о том, — Юнги подтягивает к себе смущенно ногу. Место поцелуя еще мимолетно сохраняет тепло. — Что твой ум дико сексуальный? Теперь можно поглубже вдохнуть. Юнги сказал это вслух. Осталось теперь выжить и не умереть от смущения. — Правда? — поднимает бровь Чонгук, улыбаясь уголком губ. Так привычно и так красиво. — Только ум? — Уверен, что свою сексуальность Чонгук еще не использовал. Готовься, — наигранно обреченно говорит Тэхен. — Будет сложно это выдержать, гарантирую. Юнги вжимает голову в плечи. Он вряд ли будет готов к еще одной сексуальной стороне Чонгука… — Не только, — бормочет омега с красными ушами. — М-м, — Чонгук неторопливо поглаживает ладонью опущенную ногу омеги, поджимает губы и хитро смотрит в глаза. Юнги набирает побольше воздуха в легкие. Он скажет. Ему нельзя проигрывать. Да и просто Чонгук должен знать, что омега считает его сексуальным. Стоит ему в этом признаться. — То, как ты флиртуешь со мной, — это, конечно, вообще уровень «босс» для Юнги. — Я покрываюсь мурашками, — какие откровения… — Я едва могу это выдержать. Ты слишком сексуальный… Юнги видел тело Чонгука, но про его сексуальность у него не хватит сил сказать. Омега просто не успеет и умрет от смущения. Чонгук прищуривается, продолжая держать на лице игривую улыбку. Никакие высшие силы не помогут Юнги справиться с ней. Чонгук скользит рукой к колену, поглаживая. — Ты очень мило смущаешься, — говорит альфа, не давая разорвать зрительный контакт. Притягивает к себе им, и глаза Юнги попадают в этот сладкий плен. Чонгук поднимается, мягко кладет ладони на бедра омеги, опирается на них и подается ближе, выдыхая теплом в губы: — Так очаровательно, что мне хочется тебя… Зацеловать? Съесть? Заласкать? Вылизать?… Господи. А если в этой фразе нет продолжения?… — Хочется меня?… — шепчет Юнги едва слышно, из-под опущенных ресниц они оба смотрят на губы друг друга. Сердце грохочет. Юнги глубоко дышит, внутри все заходится волнением. От такой трепетной близости. И от ауры, которую прямо сейчас излучает Чонгук. Альфа поднимает взгляд, на миллиметры подаваясь вперед. Он не отвечает. Юнги понимает… — Дальше нет продолжения, — шепчет Чонгук, согревая дыханием и проводя ладонью по лицу Юнги. — Это законченная фраза. Омега задерживает дыхание. Волнение прошибает его насквозь. Оно от ожидания и предвкушения. Внутри хаос из ощущений, там так много всего. И эти ощущения разгоняет по телу шумно стучащее сердце. — Чонгук… — глубокое дыхание носом, грудная клетка вверх и вниз. — Я хочу… Продолжения тоже нет. Юнги сглатывает, позволяя себе утонуть во всем. Чонгук мягко проводит пальцем по нижней губе, зачарованно наблюдая за своим же жестом. — Что ты хочешь? — шепчет альфа. Он кончиками пальцев проводит по щеке. Какой же это невозможно трепетный жест. — Хочу, — сглатывает Юнги. Он вслух даст свое согласие, с громко стучащим сердцем. И, прикрывая веки: — Тебя. Альфа почти незаметно поднимает уголок губ. Он целует Юнги, после прижимаясь губами. Оба закрывают глаза. Чонгук запускает пальцы в волосы, ведет к затылку, начинает ласково двигать губами, медленно и чувственно. Он приводит в движение ладонь на бедре, поглаживая ткань. У Юнги мурашки. Он плывет от осознания, что будет дальше. Как хорошо будет дальше. Альфа берет лицо Юнги в ладони и целует настойчивее, языком цепляет губы. Глубже, чувственнее. Юнги мычит в поцелуй, едва справляясь с дыханием. Он целует в ответ, включаясь, тоже обнимает ладонями лицо Чонгука. Тело дрожит от приятной близости, Юнги едва успевает за своими ощущениями. Чонгук запускает руку под футболку и накрывает ладонью живот, сразу поглаживает. Омега рвано выдыхает в губы, мурашки новой волной его накрывают. Чонгук скользит ладонью к ребрам, водит немного по спине, к талии, чтобы ее мягко и уверенно сжать. Юнги тихо стонет. Он плавится в руках альфы за секунды, его обдает жаром. Чонгук слишком чувственно целуется, так тягуче, при этом медленно. Альфа проводит языком по губам, сразу целует и повторяет. Юнги становится на колени, упираясь ими в кресло, чтобы податься ближе и выгнуться в руках Чонгука, когда тот тянет к себе за талию, прижимая. Альфа целует шею, и Юнги ее сразу подставляет, тихо постанывая. Внизу тянет, тело так быстро отзывается. — Попробуем еще раз? — шепчет в губы Чонгук. Юнги выдыхает. Он ждет, не совсем пока понимая, что альфа имеет в виду. — Обними меня руками за шею. Омега выполняет, и Чонгук его подхватывает за бедра. Он меняет положение: садится на кресло вместе с Юнги. Оно широкое, поэтому они на нем спокойно располагаются. Чонгук заглядывает в глаза, водя руками под футболкой. Альфа повторяет ситуацию. Юнги робко обхватывает ладонями шею. Он глубоко дышит, снова чувствуя себя раскрытым. — Не думай, — Чонгук внимательно рассматривает эмоции напротив. — Просто почувствуй меня. И проводит ладонями по бокам, плавно вверх и вниз. Он одной рукой притягивает к себе, чтобы успокаивающе поцеловать. Юнги часто дышит, весь в приятном волнении. Оно такое яркое, будто усиливает восприятие. Омега кладет руки на плечи, отвечая на поцелуй. Чонгук мягко притягивает, его ладонь на затылке, он вытаскивает руку и тыльной стороной пальцев проводит невесомо по открытым ключицам. Оттягивает футболку в сторону и целует в плечо, губы оставляют мокрый след. Чонгук ведет носом по шее, мажет языком и слегка засасывает кожу, Юнги убирает голову в сторону и прикусывает нижнюю губу. Чонгук делает все плавно, но так горячо, что омега сходит с ума. Он плавится и плавится. Альфа ведет, и это чувствуется очень ярко. Чонгук целует, забирается рукой снова под футболку, чтобы притянуть к себе за талию ближе, и Юнги просто отдается, позволяя их вести. Он расслабляется и вовсю наслаждается каждым касанием. Омега сжимает рукой футболку на плече альфы, жаркое дыхание щекочет кожу, а мокрые губы ведут дорожку снизу вверх к мочке уха. Чонгук ее лижет и погружает в рот, засасывая. Юнги тихо стонет и выгибается. В паху начинает тянуть. — Вот так, — шепчет на ухо альфа, и Юнги снова обсыпает мурашками. Чонгук ведет раскрытую ладонь к животу, омега подается назад, не в силах выдержать это прикосновение. Но с каждой секундой тело контролируется все меньше, поддается этим невозможным ласкам. Чонгук ожидаемо тянет за талию на себя, возвращая в прежнее положение. Он почти сталкивает их внизу. Юнги немного откидывает голову назад, когда альфа накрывает ладонью его член и мягко сжимает. Он сразу твердеет, и бедра сами толкаются в руку. Юнги выдает стон и всхлип. «Просто почувствуй меня». Омега чувствует очень сильно. Он прикусывает нижнюю губу, выгибаясь. Чонгук в среднем темпе продолжает сжимать ладонь, водит ей вверх и вниз, запуская глубже между ног. Юнги неосознанно приподнимается, чтобы позволить руке свободнее двигаться. Омега мычит, выдыхает, начиная дрожать от усиливающегося возбуждения. Чонгук убирает руку и тянет за поясницу к себе. Юнги прижимается членом к паху альфы, чувствуя нужное ему давление. Его это не пугает, потому что разум постепенно уплывает, а тело расслабляется от возбуждения. Чонгук тянет за талию уверенно еще ближе. Юнги слегка толкается бедрами вперед. Ему хочется потереться, чтобы вернуть стимуляцию, потому что руки Чонгука теперь только на его талии. Омега животом прижимается к альфе, громко мыча, и плавным движением, выгибаясь, вжимается в член Чонгука. Он громко выдыхает и часто хватает ртом воздух. Альфа проводит кончиком языка у основания шеи и припадает губами, замирая. Он возбуждает Юнги, оставляя только один вариант стимуляции. И тело омеги подрагивает бедрами. Его член ноет. Он смущается, насколько это только возможно, но не может перестать тереться о пах альфы. Чонгук тянет за талию вниз, на пробу слегка поднимая свои бедра навстречу, и Юнги громко стонет. Он дрожит от возбуждения. Омега тянет руку вниз, чтобы сжать свой член, но Чонгук ее перехватывает за запястье. Он обнимает полностью за талию другой рукой, удерживая на месте. А руку Юнги кладет на свое плечо, прижимая ладонью. Чонгук дышит в шею, пуская по коже мурашки. — Только так, — альфа насаживает плавно на себя, снова поднимая бедра. Юнги хнычет. Ему приходится двигать тазом, чтобы совершать поступательные движения. Он не может кончить, стимуляция недостаточная. Поэтому он отчаянно выгибается, не в силах увеличить амплитуду. Чонгук лижет языком шею, прикусывает подбородок. Это сводит с ума. — Я не могу, — Юнги хнычет. — Пожалуйста… Чонгук оставляет мокрый поцелуй, продолжая ласкать место. Шея Юнги очень чувствительная, и альфа этим пользуется. Омега чувствует возбужденный член Чонгука, и это давление ощущается сильно. Оно такое желанное. Омега едва соображает. Чонгук подхватывает его, Юнги обнимает ногами за талию и держится руками за шею, постанывая. Член прижимается к животу альфы, но это прикосновение всего лишь дразнит. Чонгук поднимается в спальню и кладет Юнги на кровать, нависая сверху. Любуется поплывшим взглядом и припухшими от поцелуев губами. Юнги тяжело дышит. — Сделай что-нибудь, ох, — омега выгибается, сжимая пальцами одеяло. Чонгук аккуратно прикасается губами к шее, будто лениво. Он намеренно сбавляет обороты, заставляя Юнги дрожать от возбуждения. Чонгук садится на колени и тянет футболку Юнги вверх. Тот сразу приподнимается, помогая. Чонгук снимает следом свою. Альфа мягко толкает Юнги обратно, сразу целует в грудь, снова лениво и медленно. Это невозможно. Он целует сосок, прикусывая, и Юнги стонет, подаваясь навстречу. Он глубоко дышит, едва оставаясь в сознании. Член пульсирует, требует внимания. Чонгук плавно гладит по бокам, лижет второй сосок широким мазком. Мокрыми губами оставляет поцелуи и ведет ими дорожку ниже по животу, удерживает руками таз, вжимая его в кровать. Потому что Юнги пытается вскинуть бедра навстречу поцелуям. — Терпение, — шепчет Чонгук, целуя ниже пупка. Юнги стонет, отчаянно выгибаясь. Альфа тянет штаны вместе с нижним бельем вниз, омега сразу же поднимает ноги, позволяя освободить себя от ненужной ткани, которая неожиданно раздражает. Член Юнги крепко стоит и блестит смазкой около головки. Чонгук, не торопясь, спокойно снимает штаны, оставаясь в боксерах. Он нависает над Юнги и заглядывает в глаза. Тот приходит немного в себя, осознавая, что Чонгук разделся. Альфа горячо целует, добавляя язык, глубоко погружает в рот, омега сразу отвечает своим, мычит в поцелуй. Возбуждение сводит с ума, а Чонгук не особо торопится. Альфа отстраняется, чтобы установить зрительный контакт, берет руку Юнги и медленно ведет ее между животами. — Не бойся, — шепчет Чонгук. Он плавно накрывает ладонью Юнги свой член, слегка ее прижимая. Омега сглатывает, немного подрагивая. Это Чонгук. Его родной Чонгук. И он тоже возбужден. Почему-то это осознание делает так хорошо. Чонгуку тоже приятно. — Твое тело отзывается на мои прикосновения. А мое тело отзывается на твои. Юнги слегка ведет рукой, едва ощутимо, на пробу, резко выдыхает. Это возбуждает. Реакция тела Чонгука на него возбуждает. Альфа выдыхает носом. — Не спеши, — дыханием в губы. Чонгук помогает, водит их ладони, давая привыкнуть к новым ощущениям. Его член тоже крепко стоит, и это чувствуется. Юнги смущен до апогея. Чонгук аккуратно убирает свою ладонь, оставляя ее рядом. Омега руку не отнимает, продолжает самостоятельно поглаживать. Его выносит эмоциями. Ему снова хочется, чтобы Чонгуку тоже было приятно. Поэтому он смелее давит ладонью и слегка сжимает. Сердце сходит с ума. Чонгук тяжело выдыхает Юнги в шею, опуская голову. Омеге внезапно так нравится видеть эту реакцию. Он влияет на Чонгука. Это внутреннее чувство невозможно описать. Омега проводит ладонью, повторяя предыдущие движения альфы: потирает член через ткань, давя ладонью сильнее. Юнги останавливает ее и замирает, когда слышит тяжелый и глубокий выдох. Чонгук мягко прикусывает его подбородок, стараясь держать себя в руках. — Ты такой твердый… — Юнги говорит вслух то, о чем роятся его мысли. И совершенно не ожидает увидеть то, как его слова подействуют на альфу. Чонгук опускает бедра вниз, едва касаясь члена Юнги. Альфа заглядывает в глаза. Омега задерживает дыхание. Потому что Чонгук нереально красивый, когда возбужден. — Повтори, — тяжелым дыханием в губы. Юнги краснеет. Взгляд Чонгука изменился. Он глубокий. А ладонь омеги между их бедрами и все еще касается члена Чонгука. Юнги сжимает ладонь, наблюдая, как альфа выдыхает сквозь зубы. Чонгук прикусывает шею, и Юнги вздрагивает. Он сам чувствует новую волну возбуждения. И решает кое-что сделать. Он убирает руку, обнимает Чонгука ногами за поясницу и робко давит ими вниз. Альфа целует горячо. Атмосфера меняется. Чонгук берет инициативу в свои руки, не давая больше Юнги что-либо с собой делать. Он собирается продолжать, поэтому возвращает контроль себе. Чонгук смотрит в глаза, опирается ладонью рядом с головой омеги, сжимает рукой талию, слегка вдавливая Юнги в кровать, и делает плавный толчок бедрами, проводя по члену Юнги своим. Омега стонет и выгибается, дрожа. Он обнимает Чонгука за шею, глубоко дыша ртом, и тянет на себя. Его выносит за пределы Вселенной. Возбуждение такое сильное, что Юнги в нем тонет. — Я разденусь полностью, — шепчет Чонгук, целуя в уголок губ. Юнги продолжает хватать ртом воздух, неотрывно наблюдая за тем, как Чонгук снимает боксеры. Альфа большой. В нормальных пределах, и Юнги даже не знает, что в его голове, какие мысли от увиденного. Потому что все сосредоточено на теле, на его реакциях. Чонгук садится в ногах, обнимает пальцами щиколотку и, не отрывая взгляда, мягко целует. Юнги прошибает мурашками. Его грудь часто вздымается. Волнение несется по крови на бешеной скорости, но оно от новых ощущений. От нового между ними. Чонгук оставляет невесомые поцелуи до колена, а после проводит подушечками пальцев другой руки по внутренней стороне бедра. Он слегка улыбается. Видит, как Юнги волнуется и как на него смотрит. Чонгук ласково подмигивает, поднимая уголок губ. Он мягко ладонями давит на внутреннюю сторону бедер, раскрывая, для того, чтобы нависнуть над Юнги. — Как мы себя чувствуем? — Чонгук гладит ладонью по щеке, заглядывая в глаза. — Я могу продолжать? Юнги кивает, хватая ртом воздух. — Я, кажется, готов задохнуться от переизбытка эмоций, — признается омега. — Но они приятные. Господи, Чонгук, ты сводишь меня с ума, — стонет Юнги, жмурясь. Он открывает глаза и целует Чонгука, придерживая его лицо ладонями. — Не останавливайся. Прошу, — шепотом и так искренне. Чонгук принимает ответ. Он успокаивающе целует, задерживаясь и замирая. — Я не тороплюсь, — он согревает дыханием губы и гладит по груди и животу. — Не переживай. Расслабься для меня. Чонгук возвращается, садясь в ногах. Он плавно давит ладонями на бедра, и Юнги раскрывается, прикрывая глаза. Он чувствует, но, кажется, сейчас сгорит от смущения. Омега решает оставить только тактильный канал восприятия. Как когда-то хотел. И совсем не жалеет. Чонгук оставляет поцелуй на внутренней стороне бедра, тянет ноги за щиколотки выше, ставит стопы и сгибает ноги в коленях. Прямо как тогда. Альфа ложится на грудь и его дыхание ощущается на члене. Юнги тихо стонет, откидывая голову на подушку сильнее. Чонгук лижет головку и сразу ее посасывает, обводя языком по кругу. Омега подбрасывает бедра: он давно возбужден и на грани, чтобы кончить. Чонгук фиксирует руками таз, лижет мазком по члену снизу вверх и вбирает на всю длину, погружая в теплоту рта. Юнги сходит с ума. Чонгук неторопливо ласкает, втягивая щеки. Он немного играет языком. И сжимает пальцами основание, сдерживая оргазм. Юнги вымученно хнычет. Чонгук отстраняется и нависает. Он смотрит в глаза, берет руку Юнги и целует в раскрытую ладонь. От этого жеста омега готов умереть прямо здесь, в эту же секунду. Оно такое ласковое. Это место такое… В него обычно не целуют. Но Чонгук умудряется удивлять и зарождать снова и снова внутри омеги трепет. — Доверишься мне? — шепчет Чонгук в губы, внимательно заглядывая в глаза. — Я хочу, чтобы ты потрогал меня, — Юнги задерживает дыхание. — Я остановлюсь, если для тебя это будет слишком, — альфа рассматривает, стараясь уловить эмоции. — Напоминаю, что ты главный. Он ждет ответа. Юнги глубоко дышит, не убирая взгляда. Потрогать Чонгука так интимно… Показать, что он для него особенный и что близость между ними тоже особенная. Только они и больше никого. — Иди ко мне, — отвечает Юнги. Он чувствует то, что чувствовал Чонгук, когда говорил эту фразу. Так тепло. Чонгук нависает сверху, меняя положение, и гладит Юнги по щеке. Омега ведет рукой ниже и очень аккуратно касается раскрытой ладонью члена. Его пронизывает чем-то новым. Безумно сильным ощущением, таким сильным, что сбивается дыхание. Чувствовать Чонгука так интимно… Это невероятно. Это неописуемо. Юнги исследует свои ощущения, смелее накрывая член ладонью, берет в руку и проводит, оттягивая плоть. Альфа громко выдыхает через нос. — Ты большой… — шепчет Юнги, краснея.  Чонгук смотрит в глаза и наклоняется ближе к лицу. — Боишься? — тихо спрашивает. Для Юнги это новый этап, поэтому эта эмоция была бы естественной. Чонгуку нужно уточнить. — Нет, — омега моргает, вдыхая. — Ты не сделаешь мне больно. Чонгук так благодарно смотрит. Нежно целует в кончик носа. — Не сделаю, — теперь ласково в щеку. — Юнги, — альфа смотрит внимательно в глаза и говорит серьезным тоном: — Мне важно понять, что ты осознаешь, что будет дальше, и насколько ты к этому готов. Я не могу здесь рассчитывать только на свою интуицию и чувства, которые вижу, — Чонгук рассматривает лицо, стараясь что-то по нему прочитать, прочитать по глазам, но на привычном уровне, на том, который ему доступен. И его мало. — Ты можешь со мной разговаривать. Если это будет тяжело… — Чонгук впервые не уверен в том, что сможет все сделать комфортно. Юнги парализует, его голос и его тело могут молчать. Альфе будет тяжело почувствовать состояние Юнги. И он сильно переживает. Придется действовать вслепую. Но он так не хочет навредить и сделать больно. Неосознанно. Вдруг он не сможет на это повлиять? Юнги замечает. На мгновения в глазах Чонгука читается сомнение. Он сильно переживает. Омега это видит. Он знает, что на Чонгука можно положиться. Но видеть то, как альфа хочет сделать все для того, чтобы Юнги было комфортно, но не знает, сможет ли… Немного больно. — Чонгук, — Юнги берет его лицо в ладони и заглядывает в глаза. — Я тебя люблю, — шепчет омега. — Я тебе доверяю. Я хочу быть с тобой. По-настоящему, помнишь? — робкая улыбка. — Ты мне доверяешь? — Да, — сразу же отвечает Чонгук на выдохе. — Конечно. — Тогда не сомневайся, родной, — Юнги просит всем сердцем. У Чонгука тоже есть чувства. И ему тоже бывает страшно. — Хорошо, — альфа смотрит в глаза. Так благодарно и ласково. И Юнги снова понимает. Как же сильно Чонгук его любит. — В таком случае иди ко мне, — Чонгук возвращает настрой за мгновения, выдыхая в губы. Это всегда действует безотказно. Возбуждение Юнги все еще остается сильным. Он расслаблен и очень сильно хочет почувствовать Чонгука. Дойти с ним до конца. Юнги больше всего на свете этого хочет. Чонгук целует около ушка. — Мой омега нуждается в том, чтобы его приласкали, — выдыхает, и мурашки обсыпают Юнги снова. Эта фраза вызывает те же ощущения, что и в первый раз. Чонгук ведет. И его уверенность заполняет всю атмосферу вокруг. Альфа расслабленный и спокойный, знает, чего хочет Юнги, и прекрасно знает, как ему доставить удовольствие. Он услышал то, что хотел, и теперь у него нет ничего, что бы могло его выбить из равновесия. Юнги этим влиянием накрывает с головой. Он чувствует альфу. Своего альфу. Который забирает контроль над телом Юнги в свои руки. Это возбуждает… И омега хнычет, чувствуя, как член дергается. Чонгук жарко дышит в кожу, ладонью сжимает талию, целует в шею, ключицы и внезапно играет пальцами с соском, потирая его. Юнги громко выдыхает. Он чувствительный. Чонгук припадает к ноющему месту языком, кружит кончиком и целует. Юнги постанывает, забираясь пальцами в волосы альфы. Его член требует внимания, и ласки чувствительных сосков усиливают возбуждение. Хочется сжать рукой член, чтобы выдохнуть от стимуляции. Но Чонгук уделяет внимание груди, постепенно опускается поцелуями вниз, около паха целует дольше, каждый участок кожи. Томит, это ожидание заставляет хныкать. Чонгук ставит стопы Юнги на кровать, сгибая ноги в коленях, берет ягодицы в ладони и погружает язык в колечко, сразу уверенно толкаясь в него. Член остается прижатым к животу, он наливается кровью, а Юнги сильно выгибается. Он громко стонет, хватаясь руками за одеяло. Чонгук не медлит, он ласкает уверенно, полностью завладевая телом омеги. Оно в его руках, и альфа намерен оставлять средний темп ласк. Он нежен, но при этом его напор ощутимый. Это сводит с ума. Юнги теряется в этих руках, ему остается только стонать и выгибаться. Чонгук сжимает ягодицы, разводит их в стороны, максимально раскрывая для себя омегу, водит внутри языком. Он свободно скользит: смазки много. Юнги дрожит от возбуждения, мечется по кровати, задыхаясь. Чонгук собирает широким мазком смазку, вылизывает вход, больше внутрь не проникая, дразнит чувствительное место, кружит языком. Он тянет на себя за основание бедер и толкается глубоко несколько раз. Юнги течет ему на руки, и альфа довольно за этим наблюдает. Он вытаскивает язык и плавно погружает средний палец внутрь, прижимая ладонь ко входу. Юнги рвано выдыхает, не сразу осознавая подмену. Он хочет подняться на руках, но Чонгук его тело читает прекрасно. Зря он в этом сомневался. Тело Юнги приручено им давно. — Тш-тш, — Чонгук проводит ладонью по низу живота, успокаивая. Он сгибает аккуратно палец, вытаскивает и снова медленно погружает. Юнги сжимается вокруг него. Чонгук поднимается, убирая руку, опирается коленями между ног Юнги, оставляя омегу раскрытым и не позволяя их свести, и нависает сверху. — Так хорошо меня принимаешь, — смотрит в глаза, а потом воркует на ушко, целуя: — Такая умничка. Юнги тихо хнычет. Альфа возвращает руку вниз, проводит ладонью по члену, который сразу дергается, и трет пальцами вход. Юнги дрожит от возбуждения и новых ощущений. Это слишком интимно. Слишком запредельно. Чонгук погружает средний палец плавно и сразу на всю длину, прижимается ладонью. Юнги внизу мокрый, смазка вытекает из входа. Альфа двигает рукой неторопливо, давая прочувствовать стенкам давление. Он добавляет безымянный. Два пальца скользят хорошо, но Юнги это сразу ощущает. Он пытается свести колени, но в итоге упирается ими в бедра альфы. — Ты такой мокрый, — шепчет жарко в губы Чонгук, наблюдая, как Юнги смущается, опуская взгляд и раскрывая рот, когда Чонгук толкается чуть быстрее, задерживая пальцы внутри на несколько секунд, не вытаскивая до конца. Юнги надламывает брови и стонет. Два пальца ощущаются давлением на мягкие и чувствительные от возбуждения стенки. Это приятное давление. — Еще немного, — Чонгук целует в губы и добавляет аккуратно третий палец, сначала пропуская одну фалангу и вытаскивая ее перед тем, как погрузить их все внутрь. Юнги сжимается вокруг пальцев. Давление усиливается, но возбуждение не дает сильно зажиматься, стенки расслабляются, чтобы ощутить их полностью. Юнги мычит в поцелуй, когда Чонгук плавно вытаскивает и немного резче проталкивает внутрь, аккуратно сгибая. Он касается точки, и от этого внезапного приятного ощущения Юнги поднимает брови, выгибаясь. Его прошибает неизвестным ощущением, дыхание перехватывает. — Хорошо, верно? — Чонгук жарко шепчет и ласкает языком губы. Юнги бы сказал, что слишком хорошо. Он дергает бедрами, пытаясь насадиться сильнее. Его тело вытворяет самостоятельно движения, а омега только может ему это позволять. Он тонет в ощущениях. Чонгук приставляет четвертый палец к колечку, оставляя остальные три внутри. — Расслабься, — просит на ушко. — Не сопротивляйся. Это приятно. Юнги надламывает брови, когда давление становится ощутимым. Чонгук плавно проворачивает рукой, постепенно растягивая вход. Он успокаивающе целует Юнги. Поднимается, садится на колени, берет ноющий член второй рукой и давит вниз, совершая поступательные движения. Юнги всхлипывает: сжимается вокруг пальцев, но долгожданная стимуляция его расслабляет, и он откидывает голову назад, глубоко дыша. Чонгук водит ладонью по члену и одновременно погружает пальцы все глубже. — Послушный омега, — говорит Чонгук и сразу видит, как Юнги откликается. Громко выдыхает, а член в руке альфы дергается. Эти слова неожиданно возбуждают. Юнги чувствует эту похвалу. Внутри какое-то новое ощущение. Его тело покрывается мурашками от осознания, что Чонгук удовлетворен. Это создает такую тесную связь между ними. Юнги принимает пальцы хорошо. Они достаточно спокойно погружаются внутрь. Чонгук не чувствует сопротивления и давления. Альфа опускается ко входу, чтобы вытащить пальцы и толкнуться языком внутрь, расслабляя и даря наслаждение. Юнги громко стонет и сжимается вокруг языка. Эта сильная мышца слишком приятно чувствуется внутри. Чонгук сжимает основание члена, сдерживая оргазм. Юнги хнычет. Он на грани так долго. Альфа нависает над ним и глубоко целует. Юнги пробует себя на вкус. Это посылает новую волну возбуждения. — Я займусь с тобой любовью, — Чонгук шепчет в губы и смотрит в глаза. Его взгляд невозможно теплый, — Ты мой, Юнги. И только мой. Чонгук аккуратно приставляет член ко входу, водя по кругу головкой. Юнги рвано выдыхает. Он ощутит Чонгука полностью. Волнение от этого трепетом разливается по телу. Дыхание глубокое и частое. Юнги ждал этого момента давно. Он так хотел, чтобы они смогли дойти с Чонгуком до конца. Альфа не спешит, он дает прочувствовать новые ощущения, собирает смазку и водит головкой плавно вниз и вверх. Чонгук кладет свой член на член Юнги, обхватывает их ладонью и толкается, создавая трение. Омега давит бедрами вниз, не в силах сразу справиться с такой стимуляцией. Его член уже чересчур чувствительный. Юнги смотрит на Чонгука. Этот мужчина такой сексуальный в своей уверенности. Просто невозможно сексуальный. Он двигает ладонью, оттягивая крайнюю плоть каждого, плавно толкается, работая тазом, и наблюдает. Смотрит в глаза и видит, что Юнги весь в своем взгляде к нему. Чонгук ласкает недолго. Он снова не дает кончить. Альфа нависает над Юнги и нежно целует. Проводит ладонью по щеке, согревает теплым взглядом. — Расслабься, маленький, — ласково просит Чонгук. Он приставляет головку ко входу и совсем немного плавно толкается, практически не погружаясь. Юнги выгибается, тихо постанывая. Он дрожит. Кладет ладони на шею Чонгука и тянет на себя, прячась в ней. Он хочет чувствовать Чонгука. Вот так обнимать, чтобы близко-близко. Юнги не зажимается, стараясь расслабиться изо-всех сил. Головка погружается плавно дальше. Чонгук хорошо его растянул, поэтому давление оказывается приятным. Юнги теряется в ощущениях. Он прислушивается к телу и тому, что происходит у него внутри. Он переполнен трепетом и любовью к Чонгуку. Любовь. Она, по ощущениям Юнги, такая хрупкая, ее нужно оберегать, ее нужно прятать глубоко внутри и смотреть на человека, в котором она будет отражаться. Чонгук выходит почти до конца и плавно толкается глубже. Юнги сжимает его, тяжело выдыхая. — Тише, родной, тише, — Чонгук ласково шепчет на ушко. — Все хорошо. Юнги надламывает брови и его сносит эмоциями. От того, насколько Чонгук с ним бережный. От того, насколько Чонгук с ним внимательный. От того, насколько Чонгук с ним нежный. От того, насколько Чонгук отдает эмоционально всего себя Юнги. Омега расслабляется и охает, когда альфа входит наполовину. Чонгук замирает, позволяя привыкнуть к давлению, касается ладонью лица Юнги, возвращая его голову на подушку. Он смотрит в глаза, согревая теплом. — Расслабься еще немного, — он шепчет в губы, прикрывая глаза. — Впусти меня, малыш. Чонгук целует, одновременно с этим подается слегка назад, и плавно толкается вперед, глубже, полностью. Юнги громко стонет, крупно дрожа, он заполненный. Его стенки расслаблены, поэтому член Чонгука приятно их растягивает. Юнги дышит ртом, постанывая. У него перед глазами красивый взгляд Чонгука. Альфа кладет ладонь, придерживая лицо, и начинает выходить на середину, чтобы снова плавно толкнуться. Юнги дрожит от возбуждения и ощущений. Ему хочется расплакаться от того, насколько это приятно. Насколько приятно вот так тесно ощущать Чонгука. Он стонет в поцелуи, чувствуя стимуляцию стенок, то, как они приятно растягиваются, то, как твердый член его заполняет. Юнги вздрагивает, когда альфа толкается внутри в какое-то место, из-за чего омегу подбрасывает навстречу, и он громко стонет, теряясь. Чонгук остается в таком положении и теперь толкается точно в это место. Он замедляет темп, практически полностью останавливаясь, потом плавно толкается резче, набирая темп, еще быстрее и снова очень медленно. Юнги хватается руками за плечи Чонгука, кладет ладони на шею, выгибается и чувственно целует, вкладывая всю благодарность. За подаренное тепло и нереальное удовольствие. Чонгук теперь толкается в одном темпе, постепенно ускоряясь. Смазка Юнги позволяет члену свободно скользить, и поэтому нет никакого дискомфорта. Омега сильнее выгибается, раскрывается полностью, отдается и получает от этого удовольствие. Юнги не может описать то, что ощущает. Его просто выносит, вышибает всего эмоционально. Он стонет, показывая, как ему хорошо. И Чонгук ускоряется. Он слышит. Он чувствует Юнги. Омега сотрясается в оргазме с протяжным стоном, выгибаясь навстречу Чонгуку, сжимает его в себе, когда мышцы сокращаются. Альфа на это стонет, резко толкается несколько раз, входит до упора и кончает. Он плавно толкается бедрами еще глубже, прижимаясь вплотную, целует Юнги и замирает в таком положении. Омега дрожит, продолжая ощущать давление на стенки. Он рвано дышит в губы и обнимает Чонгука за шею, притягивая к себе. Альфа плавно выходит. Он смотрит в глаза и так откровенно любуется. — Ты такой красивый, — шепчет он, ласково проводя ладонью по щеке. — Мое счастье. Юнги, расчувствовавшись, тянет Чонгука на себя, кладет его рядом и обнимает за шею, сильно вжимаясь. — Заниматься с тобой любовью, — тихо говорит омега. — Самое приятное чувство, которое я когда-либо испытывал. Юнги узнает, что такое заниматься любовью. Любовь. Она из хрупкой становится крепкой и сильной: способна защищать и твердо оберегать тебя. Способна делать тебя счастливым. Способна отражаться во взгляде самого дорогого тебе человека. Юнги отстраняется, смотрит с теплой улыбкой Чонгуку в глаза. Гладит его по лицу кончиками пальцев. Как делает это альфа. Сколько же нежности от этого жеста ощущается. Чонгук медленно моргает, любуется. Он поднимает уголок губ, рассматривая Юнги. Ласка от омеги вызывает в нем такой трепет. Именно трепет. Они часто по очереди это ощущают. И это еще одна маленькая деталь, которая объединяет. — Я так хорош? — Чонгук поднимает бровь, улыбаясь уголком губ. Он мягко флиртует. Юнги сразу тихо смеется, смущаясь. Он рассыпается от такого альфы. Это самое любимое его чувство. Такое легкое смущение. Чонгук через Юнги наклоняется и тянет уголок одеяла на себя, чтобы накрыть омегу, и ложится обратно. Юнги возвращает руку. — Очень, — шепчет откровенно омега с улыбкой на лице, продолжая зачарованно наблюдать за медленными движениями своей ладони. — Это вся твоя сексуальность? — воркует в ответ, ложится ближе, легким теплом касаясь губ. Он накрывает одеялом Чонгука тоже. Оно большое и спокойно их обнимает. — Дай подумать, — Чонгук развивает этот настрой, хитро прищуриваясь. — Полагаю, что не вся. — Хочу увидеть ее полностью, — улыбается Юнги, хлопая глазками и проводя кончиком носа по щеке, прикрывает слегка веки. — Покажешь? — Хочешь, чтобы я сразу тебе открыл все свои карты? — Чонгук кладет ладонь на спину Юнги и притягивает к себе. После отстраняется на сантиметры. Альфа любуется и улыбается глазами. И эта улыбка отражается в зрачках Юнги. Омеге невозможно тепло. Он согрет всем нутром и до краев. Он любуется тоже и видит, как откровенно любуются им в ответ. — Нет, — омега кладет голову на подушку. — Оставь интригу. Чонгук так бережно его обнимает. Так невозможно мягко. Юнги прикрывает глаза на секунду, чтобы проследить, как эти чувства внутри него расплываются. — Как скажешь, — двигает губами альфа, плавно убирая прядь волос омеги за ушко. — Чонгук, — зовет его Юнги. Тот поднимает слегка брови, — Чонгук. Омега широко улыбается. — Чонгук, — снова повторяет. — Маленький мой, — альфа проводит пальцами за ушком ниже и огибает ими линию нижней челюсти. — Юнги. — Еще, — шепчет омега. — Юнги, — Чонгук мягко улыбается, наблюдая за тем, как омега жмурит носик. — Мне не хватает того, как ты произносишь мое имя. Теперь оно звучит так часто. И будет звучать еще и еще. — Скучаешь по мне? — спрашивает тихо альфа. Юнги двигается ближе, кончик носа невесомо сталкивается с носом альфы. Омега берет ладонь Чонгука и кладет на свою грудь, мягко обнимая ее тыльную сторону пальцами. — Вот тут не часть тебя, — отвечает омега. — Ты у меня весь и везде. Доверие — это часть тебя во мне. Вторая часть — это твое тепло. Чонгук улыбается. Ему хочется обнять Юнги и никогда не отпускать. — Если ты хочешь познакомиться, стоит быть увереннее. Я и правда, оказывается, смелый, Чонгук. Ты был прав, представляешь? Я заставил смелость родиться, чтобы обрести тебя. — Буду рад тебя видеть, — Чонгук мягко улыбается и отходит в сторону принимать заказы. Я рад тебя видеть напротив себя. Видеть твои глубокие глаза и ласковую улыбку. — Юнги, — зовет его Чонгук и ждет, пока на него посмотрят. — Если ты будешь так тихо говорить, мне придется подойти ближе. Я благодарен тебе за то, что ты подошел ко мне. Ты показал, что близость бывает нестрашной. — Какие мы откровенные, — улыбается Чонгук. Это мы. Только так, Чонгук. Только так. Юнги улыбается. Он разговаривает взглядом, и взгляд Чонгука отвечает. Нам не нужны слова, чтобы напомнить друг другу о том, что наши миры переплелись, став единой судьбой. Мягкие взгляды шепчут: «Я буду так показывать тебе свою любовь» «Мы теперь вместе, рядом. И у нас целая жизнь впереди». Такие взгляды не врут. Тихое счастье глубоко внутри тебя и меня. Слышишь его, Чонгук? Чонгук, конечно же, слышит.

***

Юнги радостно встает с кресла, когда раздается звонок, оставляет на нем книгу и спешит открыть дверь. Чонгук вернулся раньше, чем обещал. — Привет, — омега широко улыбается. Он замечает в руках альфы упакованный квадратный предмет. Чонгук целует в кончик носа, нежно кладя ладонь на щеку. — Что это? — Юнги сдерживает интерес, но надолго его не хватает. — Сейчас увидишь, — улыбается Чонгук нетерпеливости. Он протягивает подарок омеге и любуется эмоциями. Юнги очаровательный. Омега торопливо бежит на кухню, чтобы взять ножницы. Аккуратно открывает пленку, чтобы ничего не повредить. Он весь с головой в процессе, поэтому не замечает, как тепло улыбается Чонгук. Но это и не нужно, Юнги научился чувствовать его улыбки. Омега снимает последний слой и замирает, разглядывая подарок. После сразу глазами к Чонгуку, разливаясь нежностью и благодарностью. — Я приготовил заранее место, — говорит альфа и раскрывает объятия с теплой улыбкой, видя, как Юнги бежит к нему. — Мы можем повесить ее в нашей спальне. Омега впечатывается в Чонгука так, что тому приходится сделать шаг назад, чтобы его поймать и устоять на ногах. — Это чудесный подарок, — шмыгает носом Юнги, расчувствовавшись. — Спасибо. Чонгук целует в макушку. — Идем! — омега сразу берет за руку и тащит наверх. Альфа поднимает уголок губ. Видеть улыбку Юнги — значит наполняться запредельной нежностью. — Вот сюда? — омега замечает над кроватью крепление. Он раньше даже не обращал внимания на него. — Да, сюда, — Чонгук забирает картину. Юнги любуется альфой. Его любимая картина, конечно же, отдельный вид счастья. Но Чонгук на первом месте со своими улыбающимися глазами и теплотой во взгляде. — Вот так ровно? — спрашивает альфа, поворачиваясь и держа картину руками. — Еще немного влево. Это так согревающе. Весь этот процесс. Обустраивать комнату дома, в котором они живут. Так по-семейному. — Готово, — Чонгук отстраняется и переводит взгляд на Юнги. Омега замер и почти не моргает, задержав дыхание. Это чересчур трогательно. Почему Чонгук такой? Альфа подходит к Юнги. — Это еще не все, — Чонгук аккуратно улыбается, наблюдая за тем, как омега расширяет глазки. — Дай мне руку. Юнги ее вытягивает, не отрывая взгляда от альфы. Чонгук достает из кармана коробочку, вытаскивает браслет и, задевая кончиками пальцев запястье омеги, застегивает его. Юнги даже сказать ничего не может. Невесомо дотрагивается до цепочки, завороженно разглядывая подарок. «Amorous» Юнги бесконечно растрогался. — Влюбленный, — поясняет Чонгук. Омега какое-то время молчит, замерев. Потом поднимает взгляд на картину Рене Магритта «Влюбленные». Чонгук встает сзади омеги и обнимает со спины, складывая руки на животе и кладя голову на плечо, и тоже смотрит на картину. — Это… — Юнги шепчет на выдохе, осознавая сказанное альфой. — Чонгук… — Бывает так, что живущие рядом так и не узнают друг друга, — Юнги продолжает негромко говорить, смотря пустым взглядом перед собой на картину, не моргая. Чонгук тоже никогда не будет способен узнать Юнги до конца. Его внимание, эмпатия, доверие, наблюдательность — все это лишь часть ключей, которые вставляются в дверь души Юнги. Но эти ключи так и не в силах открыть ее полностью. Чонгук приоткрывает дверь, запускает туда свежий воздух, с ним свое тепло и желание быть рядом. Готов осветить мрак, встать рядом с Юнги, взять за руку и шагнуть в темный лабиринт его души, чтобы выйти из него вместе. Юнги забывает, что иногда достаточно приоткрыть дверь, чтобы зайти внутрь, и необязательно открывать ее настежь. «Amorous» созвучно с «Armor» «Влюбленный» и «Броня» У Юнги внутри и на запястье теперь только одно слово. — Нравится? — шепчет Чонгук с улыбкой. Конечно же, он знает ответ. Юнги поворачивается в его руках, чтобы посмотреть в глаза. Он широко и благодарно улыбается. — Почему ты такой? — шепчет в ответ Юнги. — Какой? — Чонгук игриво поднимает бровь, улыбаясь уголком губ, так привычно и так красиво. — Невозможный, — Юнги обхватывает шею альфы, продолжая искренне любоваться. — Чуткий, внимательный, — он чувствует, как Чонгук мягко обнимает его за талию и добавляет: — Ласковый и нежный. — Ты этого заслуживаешь, — отвечает шепотом альфа. Мы оба этого заслуживаем, Чонгук. Мы заслуживаем друг друга. Что может быть интимнее момента, когда ты так искренне отдаешь всего себя в руки человека, которого любишь? Чонгук подмигивает. Юнги широко улыбается. Он согласен никогда не привыкать к ласковому флирту альфы и смущаться каждый раз, как в первый. Юнги невесомо целует Чонгука, и альфа сразу отвечает, вкладывая нежность. Они прикрывают глаза, всем трепетом концентрируясь на этих ощущениях. Чонгук медленно отстраняется, смотрит на Юнги, и у того внутри сердце заходится теплом. Альфа смотрит на омегу, как на самое драгоценное, что только есть в его жизни. Такие взгляды не врут. Юнги нашел человека, который готов дарить всего себя без остатка. Который нашел внутри омеги нежный лепесточек и накрыл его собой, даря защиту. Человека, который успокоил его тревоги и страхи, унял боль и подарил спокойствие. Чонгука, который снял тяжелую броню, откинул ее в сторону и заменил собой.  Теперь он защита Юнги. Доверие — это часть меня в тебе. Доверие — это часть тебя во мне. Юнги бережно прижимает доверие родного человека к себе и прячет глубоко в своем сердце, а потом делится своим с Чонгуком. И, согревая друг друга теплом, миры переплетаются. Бережно — это ты, Чонгук. Ласково — это ты, Чонгук. Тепло — это ты и я, Чонгук. Тепло — это мы.