Академ

…под вечер погода стала уже совсем тёплой в контрасте с ночью и утром. Казалось, будто ветер приносил воздух тёплого лета. Сидя свесив ноги у сада, я под ногами держал пакет, пока ножом поддев оболочку провода, оголял его, показавшуюся медную рыжину выворачивая на волю. Правый глаз резал дым от сигареты во рту, такой же картонно-бумажной при затяжке, как и чай. У малышки Хими всё было хорошо, фоном стоящее радио играло неизвестно почему, жутко любимый япошками, метал, который навевал мне воспоминания о старшей школе и нет, это в отличии от подавляющего большинства, нихрена не приводило меня к мысли, что дескать «вот детсад ненавидел, пришёл в школу и скучаешь по садику» — наоборот. Воспоминания — закалка с ненавистью и пустотой одиночества, помню прекрасно как зубодробительно тяжко было тогда. И да, кстати говоря, возвращаясь к академу, я всё больше и больше ненавидел этот факт — ещё два года вместо одного в этом аду чалиться, да ещё и из своего кармана. Ага, говночистом паршиво, да вот только уже завтра последнее вождение сдаю Кёске, послезавтра занимаюсь музыкой (гружу аппаратуру) и потом вжух! Нафиг это всё, уйду таксовать. Не, ну конечно старший контингент намекал, дескать, «привет от проктолога», да один хер помирать рано или поздно, чё за это чрево-то держаться. Из живота поднялась отрыжка с привкусом блевотины, как бы подтверждая догадку. Докурив, выкинув онемевшими спресовавшимися подушечками пальцев обрывок кабеля в мусорный пакет, я затушил сигарету и вздохнув, поглядел на мгновение в небо ~Малышка Хими пишет, что у неё всё замечательно, а она всё равно скучает ужасно и всё тяжелее ей с каждым днём вдали от, вот так новость — меня…~ А я вот смотрю на небо, дышу спокойно и свободно, осознавая: ~А ведь всё хорошо. И жить хорошо и жизнь хороша. Вот я чуть было не погорел от рук буржуев, в такой жопе был и произошло невозможное — настоящее чудо вывело меня из западни, да ещё и денег поднял… Западни мне хватило чтобы на всю оставшуюся жизнь пробыть в аскезе, уж я лучше пожалуй монахом буду в келье. Брать у меня нечего, совесть словно белоснежный свежевыпавший снег, туда залезть душевно и охладиться спокойствием, вот это богатство, вот она счастливая воистину жизнь. И сортиры драить всё же унизительно, а лучше чем сгореть заживо в ресторане, тем паче что втайне от босса, гораздо выгоднее было меня там оставить, а бабло попилить между собой. Из огня выйти — так куда? Во-первых не поверят, что Кобаяши в этом замешан, а во-вторых те же ребята из Кобаяши скажут, что я и участие принимал и соучастник. Ну, там докрутят потом дескать вообще самый злодей и закроют меня… «Отсижу за чужие грехи, а ему на погон две звезды… Да повысят зарплату и чин… Ну, а я только стану седым»… Нет уж, я счастлив и даже понимаю что это просто подарок такая чистая безгрешная жизнь. Относительно конечно, но всё же. Одно дело я только что чувствуя себя на мушке отдавал рюкзак походу с чем-то для поджога Кагомэ с дедом и вот уже узнаю, что просто лох, которого обвели вокруг пальца и кинули, чудом не грохнув. Главное-то ведь и никакого преступления, я кроме посуды и огня с Кагомэ и дедулей вообще нихера не видел, это уже не говоря о купленных ОПГ кадрах в органах… Да, ну его к лешему. И да, привет проктологу конечно. Лучше так, чем уголовником насиловать беспомощное и невинное, святое в своих страданиях, подноготное население, в чьей шкуре я и оказался… Плохишом становиться ради бабок? Химицу бы этого не хотела… Почему я опять её вспоминаю? Ну не повезло: Элли шлюха, Кагомэ шантажистка, но ведь есть ещё девушки на белом свете… А всё равно, никому я кроме Химицу-то и не нужен. Чего она, так думает меня утешить, что мол скучает? Ах Химицу… Какое же сокровище я потерял… А ведь жизнь идёт в гору. За мужество и отвагу проявленную в данных ситуациях, не сказать иначе — дар свыше, который я своей волей сохранил и использовал, поскольку нутро-то моё гадкое открылось почти лишь с уездом малышки Хими, дало мне очень хорошую прибавку к обучению. Почти уже половина суммы на второй год есть… И, не имей я долгов, не было бы таких проблем, даже если пришлось бы брать академ, поскольку мог бы подрабатывать и учиться… Всё же, жизнь пошла в гору, я счастлив ведь родился в рубашке, а жизнь очередным испытанием только лишь пулей по касательной оставила на мне зарубку горького сурового матёрого жизненного опыта, убив всякие загоны и прибавив мужества… Мне кажется… Ещё чуть-чуть… И я наверно уже готов буду содержать семью. Свою собственную. Я готов взять ответственность, буду пахать таксистом, вместо говночиста, работа гораздо более респектабельная… Домик, гитару — продам, ещё что-нибудь… Возьму домик скромнее… Найду жёнушку… И всё… Может, и отчислюсь… Но это совсем уже подозрительно сладко… Доучусь и… Блять! Опять! Я снова и снова, заканчиваю мысль, обнаруживая своё желание упасть на колени перед Химицу, обнять её и попросить, если у неё никого не было и нет кроме меня, вернуться… Если у неё кто-то есть… Я даже и думать об этом не хочу. Хоть и понимаю, какая скотина, но нутро хоть убей, а не тает — чёрство, твердо. Если у неё было с кем-то кроме меня, то и Химицу мне уже не надо… Так ли я люблю её после этого? Ох, как же я всё вдребезги проебал… О ужас…~ Тяжело вздохнув и вспомнив, что завтра на работу, я лёг спать и выдохнул протяжно, опустив веки и проваливаясь в океан усталости, убивающей загоны и раздражённые нервы — нет сил даже злиться… Нет сил ни на что…

О! Если бы Химицу была со мной…