Идиома

      Себастьян проснулся от ощущения настойчивого взгляда. Он расслабленно вздохнул, повернулся на другой бок, но глаза не открыл, следуя давней, выработанной годами, привычке не вскакивать сразу после пробуждения, а оценить обстановку вокруг. Что-то явно было не так. Тишина комнаты обволакивала, внушала чувство защищенности, но едва слышный скрип половицы смыл с Себастьяна остатки сна. Резко вскочив, он столкнулся взглядом с карими глазами. От неожиданности он дернулся, выхватывая нож из-под подушки. Швырнул его в сторону размытого силуэта и скатился с постели, сразу же вскакивая на ноги, готовый обороняться. Однако последовавший за этим тихий, очень знакомый смех, заставил парня замереть и недовольно нахмуриться.       — Какого черта ты делаешь в моей спальне, Анна? — спросил Себастьян и, потянувшись к выключателю, включил свет, недовольно зажмурившись. — Ты должна была вернуться завтра.       — Отменная реакция, братишка, но я бы поработала над меткостью, — ответила девушка с ухмылкой, выразительно глянув назад. Себастьян проследил за взглядом сестры и увидел нож, торчащий из стены чуть выше ее плеча.       — Ты как всегда безумна, сестрица, — в тон ей ответил парень, раскрывая объятия, — что, даже не обнимешь любимого старшего брата?              Анна взвизгнула, словно ребенок, и бросилась вперед, не утруждая себя попытками обойти кровать, а пробегаясь прямо по ней, буквально повиснув на близнеце. Себастьян искренне улыбнулся и, подхватив ее на руки, крепко обнял.              — Привет, старший братик, — пробормотала Анна ему в шею, и парень на секунду зажмурился, отпуская, наконец, зудящий под кожей страх за сестру.              Себастьян знал, что Анна была одним из сильнейших и искуснейших бойцов. Она командовала группой оперативников из младшего состава семьи и всегда идеально исполняла миссии, возложенные на нее боссом. Но иррациональный страх потерять единственного родного человека не давал расслабиться ни на секунду, пока Анна была далеко.       — Как прошла миссия? — спросил парень, наконец, опуская сестру на пол.       — Отвратительно. — Ответила Анна резко и поморщилась. — Бухарест — прекрасный город, но впечатление от него испортил Александру Катана. Ужасный, эгоистичный, невоспитанный ублюдок, абсолютно не понимающий слова «нет».       — Надеюсь, он мертв? — Спросил Себастьян ровным голосом.              Его глаза опасно сверкнули, когда он незаметно пробежался взглядом по телу сестры, словно выискивая повреждения. Не то, чтобы он не доверял ее умению постоять за себя, но от привычки беспокоиться и каждый раз лезть в драку, когда ей что-то угрожало, так просто не избавиться.              — Все было не настолько плохо, — усмехнулась Анна. Девушка обошла кровать, мимоходом провела кончиками пальцев по коллекции ножей, аккуратно развешенных на стене, и упала в кресло у окна. Сняв с подлокотника футболку Себастьяна, она критично ее осмотрела и бросила в полураздетого брата. — Я расставила все приоритеты еще в аэропорту, и мы пришли к выводу, что сотрудничество в плане торговли нам более выгодно. К тому же, со мной были Имельда и одна из ищеек Поппи, а против таких аргументов Александру уже не устоял.              Александру Катана был лидером бухарестского клана Спортиви, промышляющего похищением людей, наркоторговлей, контрабандой, изготовлением фальшивых документов и мошенничеством с ценными бумагами. Через подпольное казино «Poker Patatu» он отмывал не только деньги от собственных сделок, но и помогал другим подчищать хвосты. Сферы деятельности Блэков и Спортиви сильно разнились. При Сигнусе Блэке, отце Финеаса, семья плотно занималась наркоторговлей и фальшивомонетчеством. Сейчас подделывать стерлинг стало сложнее, поэтому Блэки переключились на контрабанду элитных табака, алкоголя и подделку дорогих фирменных товаров. Наркотики же Матильда Уизли считала слишком грязным бизнесом, чтобы браться за него, поэтому полностью уступила эту нишу в Великобритании Малфоям и Лестрейнджам. Себастьян не вдавался в подробности сферы деятельности Анны. Даже в Америку, где сделка так же касалась контрабанды и отмывания денег через лас-вегасские казино, они с Натти поехали, потому что сестра не могла быть в двух местах сразу, а время поджимало. Шатен командовал силовиками и редко вникал в тонкости бизнеса Блэков.              — Лучше расскажи, как вы съездили в Америку? — спросила Анна, устраиваясь в кресле и подтягивая колени к груди. — Я видела Натсай, когда приехала, но она спешила, и мы не успели толком поговорить. Лас-Вегас действительно настолько впечатляющий, как о нем говорят?       — Слишком яркий и шумный, — коротко ответил шатен, одеваясь. — Роскошь на грани пошлости. Чересчур много самоуверенности, завышенное самомнение и дурной вкус на алкоголь. Себастьян поморщился и взял бутылку с водой с прикроватной тумбочки.       — А Джеймс Сейр? — лукаво подняла бровь Анна, наклонив голову. — Он и правда настолько красив, как о нем говорят?              Себастьян, как раз делающий глоток, подавился и закашлялся, чувствуя, как вода пошла носом, заливая только что надетую футболку. Откашлявшись и недовольно оглядев себя, парень осуждающе посмотрел на сестру, которая выглядела как воплощение невинности. Даже не верилось, что эта хрупкая девушка могла в одиночку справиться с тремя мужчинами вдвое больше себя.              — Он не в моем вкусе, — категорично ответил Себастьян на провокацию сестры, отбрасывая полупустую бутылку на кровать и направляясь к шкафу, чтобы переодеться. — Тем более, меня больше занимали пушки его охраны.       Анна рассмеялась и подскочила с кресла, распахивая задвинуты шторы, впуская в комнату рассеянный свет предрассветных сумерек.       — Ты уже была у Матильды? — спросил Себастьян у сестры, захлопывая шкаф и натягивая новую футболку. — Она хочет передать работу с кланом Сейра тебе.       — Да, Натти упомянула об этом, — кивнула девушка, всматриваясь в клубившийся за окном туман, — перед походом к ней я хотела увидеться с тобой. — Анна замолчала, скрестив руки на груди, и закусила нижнюю губу. Она всегда так делала, когда нервничала. — Я видела Гаррета у конюшни. Он был очень расстроен. Не хочешь мне ничего рассказать?              Себастьян закатил глаза и отзеркалил позу сестры, чувствуя, как настроение начинает портиться. Внезапная догадка обрушилась на него, словно обухом по затылку, и он растерянно обернулся на молчавшую девушку.       — Ты была в курсе — Это был не вопрос, Анне не нужно было отвечать. Себастьян слишком хорошо знал это выражение лица. Видел в зеркале.       — Да. — Сестра кивнула и поморщилась. — Это было где-то пару месяцев назад в Лондоне. Я ездила с Поппи, Имельдой и Натти за покупками в «Harrods». Мне нужно было отойти позвонить, и я увидела Гаррета и Леандера в книжном магазине. Гаррет меня заметил и очень испугался. Слишком сильно для человека, который просто гуляет с другом по торговому центру.       — Вот же идиоты. — Себастьян закатил глаза и пренебрежительно фыркнул. — Они бы еще у фонтана на Трафальгарской площади с плакатом «Мы трахаемся!» фотосессию устроили.       — Не будь таким циником. — Анна ткнула его кулаком в плечо и рассеянно улыбнулась. — Гаррет и правда его любит.              Себастьян недоверчиво поднял бровь, пренебрежительно скривив губы. Живя под опекой Матильды Уизли с девяти лет и работая на семью Блэков — с четырнадцати, он верил лишь в выгоду, расчет, корыстное использование всех доступных ресурсов, в том числе — человеческих, в четкую иерархию и строгое подчинение внутри семьи, и в свою сестру. Но никак не в любовь.              — Я знала о сделке Леандера с Малфоем, — тихо произнесла Анна, склонив голову. Себастьян вздрогнул, услышав это, и невольно оглянулся, словно ожидал, что их подслушивают. — Они хотели обмануть Септимуса, вызволить старшего Пруэтта и сбежать из страны.       — Боже, Анна! — Себастьян простонал, едва не схватившись за голову. — Ты же знаешь, что если предать семью — не удастся скрыться ни на одном континенте. Особенно от Блэков! Если Матильда узнает — мы оба погибнем. На себя мне плевать, но я не хочу, чтобы из-за безрассудства Гаррета пострадала ты.       — Это уже не важно, — грустно ответила девушка, следя в окно, как лучи восходящего солнца разгоняют утренний туман, — Малфои не простят Леандеру неудачу. Даже если ему удастся спрятаться — он не доживет до конца года.       — Это не наша забота, — хладнокровно отрезал Себастьян и отвернулся, ставя точку в разговоре. — Не хочешь потренироваться перед тем, как попасть в руки нашей дорогой Маме Тильде? Мне есть, о чем тебе рассказать.       — О, ты перенял манеру у Натти? — Анна хихикнула, выдергивая нож Себастьяна из зеркала, и перебрасывая его брату. — Может быть, поучишься у нее сдержанности?       — Это у Натти, что ли? А не наша ли это сдержанная Натти, — Себастьян ехидно фыркнул, изобразив в воздухе кавычки, — на свой день рождения вынесла охрану «Hyper Reality» и разнесла им бар, потому что бармен отказался сделать ей коктейль «Мечта газели», которого, строго говоря, не существует.              Анна мягко рассмеялась, окончательно расслабляясь, отбросила тревоги от неприятного разговора, и потянулась, разминая мышцы: — Предложение потренироваться еще в силе?

°°°

      — Что ты хотел мне рассказать? — спросила Анна, метнув очередной нож в деревянную мишень. Себастьян оценил технику и одобряюще хмыкнул.              В столь ранний час спортзал был еще пуст. В дальнем конце просторного посещения размещались стенды с различным оружием, начиная от пистолетов, заканчивая клинками различной длины и шестами. Там же были мишени для метания ножей, предназначенные исключительно для близнецов Сэллоу, единственных из семьи Блэков виртуозно владеющих почти любым холодным оружием. Чуть дальше расположился вход в звукоизолированное помещение для стрельбы, а рядом с ним валялись спортивные маты для рукопашного боя.              — Завтра вечером в усадьбу приедет новенький, — ответил парень, подбросив нож в руке и метнув его в «свою» мишень, — Матильда вверила его обучение мне.       — Ого. — Анна повернула голову, удивленно подняв бровь. — Сколько прошло времени с тех пор, как она доверяла тебе новичков? Уж не меньше трех лет.       — Все они — слабаки, — фыркнул в ответ Себастьян, бросая следующий нож, попадая ровно на дюйм левее первого, — тем более, последний — не моя вина.       — Он попал в больницу с открытыми переломами обеих ног, Себастьян, — протянула девушка и под пристальным раздраженным взглядом брата подняла руки вверх, капитулируя, — не важно. Так что там с новеньким?       — Матильда дала мне его личное дело, — ответил парень, метнув два ножа подряд, — я изучал его перед сном и что-то мне в нем не нравится.       Анна выжидающе посмотрела на замолчавшего брата и пошла к мишеням вытаскивать ножи. В меткости снова победила она, а вот в спаррингах с Себастьяном ей еще ни разу не удалось выйти победителем. Парень тем временем отошел к стендам, скользя задумчивым взглядом по лезвиям ножей и кинжалов. Отвернувшись от холодного оружия, Себастьян зацепился взглядом за укороченные деревянные шесты и ухмыльнулся краешком губ. Взяв два в руки, он крутанул их и бросил внимательно следящей за ним сестре, удовлетворенно кивнув, когда та ловко их поймала.              Взяв оружие себе, он махнул головой в сторону матов и начал говорить: — Габриель Томас О’Коннелл родился 15 ноября 1999 года в маленьком портовом городе Трали на юге Ирландии. О его жизни до тринадцати лет в личном деле ничего нет, будто бы до 2012 года Габриеля О’Коннелла не существовало. Первые сведения начинают появляться с момента усыновления парня неким Элеазаром Фигом, профессором лингвистики из Кембриджского университета. Который, как оказалось, являлся близким другом Матильды Уизли.       — Никогда не слышала о нем, — удивленно произнесла Анна, становясь в защитную стойку, выставив один шест вперед, прикрывая голову, а второй заведя назад.       — Не ты одна. — Себастьян скопировал стойку сестры и сделал короткий пробный выпад. Громкий стук столкнувшегося дерева разнесся эхом по пустому залу. — О биологических родителях ничего не известно. По крайней мере, из официальных источников. Учился в Итонском колледже, делая определенные успехи в языках. Ожидаемо поступил в Кембриджский университет на специальность к приемному отцу, где изучал современные и средневековые языки. Владеет французским, немецким, итальянским, испанским и русским. Занимался рукопашным боем и стрельбой из лука. Даже участвовал в национальных соревнованиях.              Себастьян был вынужден замолчать, отражая удары сестры. В ближнем бою Анне была не менее смертоносной, чем в метании ножей и стрельбе, но против брата ей не хватало силы, которую она успешно компенсировала скоростью, и техники. Отбив два быстрых удара, один из которых едва не пришелся ему в голову, парень воспользовался превосходством в физической силе и оттолкнул ее шесты своими, ускользая с линии атаки и прокручивая оружие в руках.       — Способный парень, — отдышавшись, произнесла Анна, забросив один шест на плечо, вторым легко похлопывая по бедру, — нам такой пригодится. Попробуй его не сломать.              Себастьян фыркнул и начал обходить сестру по кругу. Выпад. Защита. Уклонение. Резкая боль в ноге, когда удар Анны, наконец, достиг цели. Перекат. И снова по залу разносятся лишь эхо глухих стуков дерева о дерево и тяжелое дыхание сражающихся.              Когда стало понятно, что победителей в этой схватке ни одному из них не быть, Анна перекинула оба шеста в одну руку и поманив ладонью брата к себе: — В рукопашную?       — Думал, уже не спросишь. — Улыбнулся Себастьян, отбрасывая шесты в стороны и резко бросаясь вперед.              В рукопашном бою из семьи его не мог победить вообще никто. Боец клана должен выполнить задание. А это значит — сделать все тихо, грамотно и без шума. В первую очередь бойцов учат тихо убивать — на этом построена вся подготовка новичков. Тихо убивать — это значит выжить. Однако, когда дело касалось близнецов Сэллоу, никто не мог сказать, в какой момент все закончится всеобщей резней. Хотя это и не значило, что они не умели, когда нужно, быть незаметными, словно тени.       Анна, резко отбрасывая оружие за пределы матов, заблокировала выпад, от его силы проехавшись по полу и тут же нанесла серию ударов, заставив брата уйти в глухую оборону. Парень едва успевал отбивать удары сестры, не переставая удивляться. С последнего их спарринга прошло довольно много времени, сказывалась их занятость, однако уровень Анны за последние полгода вырос, и он заинтересованно вскинул бровь, уклоняясь от хука справа.       Себастьяну потребовалось добрых шесть минут, чтобы разгадать новую технику сестры и следующий удар Анны пришелся в его раскрытую ладонь. Победно усмехнувшись, парень перехватил руку Анны, выворачивая ее, и швырнул пискнувшую от неожиданности девушку через бедро, не сильно, но ощутимо, надавив коленом на грудь.       — Сегодня долго. — Анна похлопала брата по бедру, попросив его подняться. — Тебе понадобилось в два раза больше времени, чтобы разгадать меня.       — Ты делаешь успехи. — Себастьян протянул руку сестре и помог ей подняться, оставив замечание без ответа. — Но тебе не хватает внезапности. Твой стиль боя хорош, но его можно разгадать. Ты не всегда будешь сталкиваться с неумехами, способными только кулаками махать. Когда-нибудь может попасться противник, способный анализировать бой, и тогда тебе придется трудно.       — Я еще не встречала людей, способных драться и думать одновременно, — отмахнулась Анна, принимая у Себастьяна полотенце, — только тебе хватает умений на это.              Себастьян самодовольно усмехнулся и бросил взгляд на часы, висящие над дверью в спортзал: — Прими душ и иди к боссу, ты же знаешь, что она не любит ждать.       — Где ты будешь? — спросила девушка, вытирая лицо и закидывая полотенце на плечо. — Хочу прокатиться вечером. И ты не дорассказал о Габриеле.       — У Амита, — ответил Себастьян, направляясь к выходу, — хочу разузнать больше о нашем новичке.              Схватив из холодильника бутылку персикового чая и пинту фисташкового мороженого, Себастьян спустился в подвал, где Амит Таккар оборудовал свой, как он его называл, кабинет. Сэллоу казалось, что это больше походит на логово техноманьяка: десятки больших и маленьких мониторов, компьютеры, провода, гудящие серверные шкафы, разобранная техника, детали которой валялись в самых неожиданных местах, разбросанные учебники по квантовой физике и матанализу. Амит был настоящим гением. Закончив MIT в двадцать один, он развлекался тем, что взламывал правительственные сайты, сливая в интернет секретную информацию. Три года назад, будучи в Англии, Таккар буквально разрушил систему безопасности MI5, поставив на уши все службы Королевства. Благодаря связям в силовых ведомствах, Матильде удалось узнать, где скрывается Амит, и Себастьян успел раньше полиции.       Толкнув дверь комнаты, Сэллоу на секунду зажмурился, ослепленный светом мониторов.       Он прошел вперед, и замер, пораженно переводя взгляд с мониторов на спину сидящего за столом парня. Компьютерный гений, человек, способный написать самый сложный код за полчаса, умножающий пятизначные числа в уме, играл в змейку, гоняя ее с одного монитора на другой. Закатив глаза и фыркнув, Себастьян с грохотом захлопнул дверь, привлекая внимание Амита к себе. Парень обернулся и, клацнув мышкой, отключил игру. Развернувшись к Сэллоу в кресле, он поправил очки и сложил руки на груди, выжидающе уставившись на пришедшего.       — Кого будем искать на этот раз? — Амит, казалось, был не удивлен появлением Себастьяна в своей обители.       — Неужели я не могу просто навестить друга? — Сэллоу притворно возмутился и широко улыбнулся, бросив ему чай. С удобством усевшись в кресло-мешок, стоящее в углу, шатен открыл мороженое. — Ладно, не буду ходить вокруг да около. Мне нужно все, что ты сможешь раскопать на Габриеля Томаса О’Коннелла.       — Источник? — деловито спросил Амит, сверкая любопытными глазами.       — Официальные источники меня не интересуют, — усмехнулся Сэллоу, облизывая ложку, — кому как не тебе знать, что им доверять не стоит.              Амит понимающе хмыкнул и встряхнул кистями, словно дирижер перед концертом, а затем развернулся к мониторам. Себастьян успел съесть мороженое, почитать книгу, выуженную из сваленных в кучу рядом с креслом романов и даже задремать, когда Амит, наконец, радостно воскликнул. Сэллоу вздрогнул и выпрямился в кресле, едва не завалившись на бок.              — Уж не знаю, кто этот парень, но мне пришлось здорово попотеть, чтобы раскопать хоть что-то. — Амит самодовольно хмыкнул, не переставая стучать пальцами по клавиатуре. — Информации по нему почти нет, а та, которую все же можно найти — хранится в таких зашифрованных каналах, что даже не до конца понятно, кому они принадлежат.       — Есть что-нибудь стоящее? — Себастьян потянулся, разминая затекшие от неудобного положения мышцы.       — Держи, — ответил Амит и перебросил шатену планшет, — все настолько запутано и супер-секретно, что даже мне не удалось скачать данные, поэтому читай тут.              Себастьян поймал гаджет и снова удобно устроился в кресле-мешке.              — Ну, посмотрим, кто же ты на самом деле, Габриель О’Коннелл.

***

      Берег небольшого озера озарял свет закатного солнца. Желтый горящий диск уже коснулся верхушек деревьев на другом берегу. Они стояли над водой черной изгородью, а над ними медленно затухало безоблачное, желто-оранжевое закатное небо. От исходящей от озера тишины веяло чем-то зловещим и гнетущим. Темные силуэты деревьев и короткая золотая дорожка размыто отражались в воде у дальнего берега, становясь все темнее к тому месту, где на поваленной высохшей коряге утроились близнецы.       Гнедой жеребец Себастьяна и пегая кобыла Анны паслись чуть в отдалении от сидящих почти у самой кромки воды людей. Парень не был особым фанатом конных прогулок, но его сестра буквально бредила лошадьми. Себастьян коллекционировал дорогие мотоциклы, а Анна по возможности покупала в конюшню поместья редкие породы лошадей.       Это уже стало традицией: после каждого успешно выполненного задания брат и сестра покидали особняк и долго сидели у озера в восьми милях от Лосли. Это был единственный способ побыть наедине вдали от посторонних глаз после сложных миссий, выполняемых на благо семьи. Сегодня же поводов сбежать из поместья было вдвое больше.       Себастьян раздраженно выдохнул и перевел взгляд с неподвижной воды на темнеющее небо, где слабо начинали мерцать первые звезды. Молчание Анны не было в тягость. Парень чувствовал себя рядом с сестрой уютно и спокойно, несмотря на произошедшее днем.       Тихий всплеск воды выдернул Себастьяна из мыслей. Все это время Анна внимательно разглядывала брата, стараясь не нарушать тишину. Вздохнув, он достал из кармана куртки сигареты. Протянув пачку девушке и, дождавшись, пока она возьмет свою, он чиркнул зажигалкой и втянул в легкие никотин.              — Вопросов стало только больше, — наконец, произнес Себастьян, когда сигарета почти дотлела до фильтра, — информации очень мало, а та, которая есть, достаточно хорошо спрятана даже для Амита. Отец, Патрик О’Коннелл — сирота, выросший в сиротском приюте в Белфасте. С детства сталкивался с несправедливость по отношению к жителям Северной Ирландии в целом и сиротам в частности, поэтому поступил на юридический факультет Оксфорда, делая всё, чтобы преуспеть в обучении. Начинал карьеру в Министерстве по делам Северной Ирландии в отделе по надзору и предотвращению деятельности ирландского терроризма. После работал в отделе противоборства международному терроризму MI5. Коллеги характеризовали Патрика, как ответственного, исполнительного и чрезвычайно внимательного к деталям сотрудника. На его счету самое большое количество раскрываемых дел в отделе. Отличался буйным темпераментом и взрывным характером. Никто не мог предугадать, что он может сделать в следующий момент.              Себастьян глубоко вдохнул сигаретный дым, едва не обжигая пальцы, и раздражённо отбросил окурок в сторону. Спрятав руки в карманы толстовки, он поёжился от порыва промозглого ветра.              — Мать, Вайолет Делакур, происходила из богатой влиятельной французской семьи, сколотившей состояние на незаконном обороте ценных бумаг и держащей в кулаке все фармацевтические компании западной Европы. Неудивительно, что Вайолет с детства питала страсть к химии и биологии. Окончила факультет медицины Университета Пьера и Марии Кюри в тройке лучших студентов. Вопреки желаниям отца передать старшей дочери дела и управление бизнесом, всё бросила и тайно переехала в Англию, где открыла маленькую клинику и занималась частной практикой. Вайолет и Патрик познакомились, когда последний пытался скрыться в клинике девушки от преследующих его наёмников ирландской мафии. Через год они поженились и переехали жить в город Трали на юге Ирландии, ещё через год у них родился Габриель. Патрик продолжал работать в MI5, продвигаясь по службе, а Вайолет развивала своё дело, открыв клиники в Дублине и Кардиффе.       Себастьян замолчал, переводя дыхание, и достал новую сигарету, глядя на их с сестрой лошадей, мирно объедающих куст шиповника. Закурив, он продолжил рассказ. — У Габриеля есть сестра на семь лет младше — София О’Коннелл. Когда ей исполнился год, а Габриелю — восемь, детей из семейного загородного дома похитили члены ирландского синдиката Хатча. По официальной версии, так ирландская мафия пыталась свести счеты с О’Коннеллом, который посадил их главаря.       Анна ахнула, прикрыв рот ладонью. Несмотря на все ужасные вещи, которые творили близнецы, его сестра оставалась нежной и ранимой девушкой, впадающей в отчаяние, когда слышала о муках детей.              — Брата и сестру спасли, — продолжил парень, глядя в неподвижную воду, — но Патрик О’Коннелл погиб. С тех пор их воспитывала мать, полностью передав право управления клиникой доверенному лицу. Они переехали в Эдинбург, жили тихо, не привлекая внимания. Вайолет никоим образом не касалась прошлой жизни, разорвала все связи, не общалась с друзьями и знакомыми. Так было до тринадцатого дня рождения Габриеля, когда на их дом снова напали. Мать погибла, сестра пропала, сам Габриель попал в больницу. Напавших найти не удалось. Все.       — Все? — Эхом повторила Анна, повернувшись и удивленно глядя на брата. — Куда пропала София? Почему на них напали только пять лет спустя? Каким образом друг Матильды связан с этим? Кто вообще такой Элеазар Фиг и почему мы ничего о нем не слышали за столько лет? Связаны ли как-то нападения на семью О’Коннеллов и смерть профессора?       — Ты сейчас перечислила вопросы, которые я уже задал себе, — невозмутимо произнес Себастьян, с улыбкой глядя на сестру, — иногда я даже рад нашей «магии близнецов», в такие моменты она сильно выручает.              Анна улыбнулась и легонько пихнула брата плечом. Подтянув колени к груди и, уложив на них подбородок, девушка чуть повернула к нему голову.       — Итак, — наконец произнесла она, — наверное, не стоит говорить о том, что сегодня произошло. — Сестра на секунду замолчала и невесело хмыкнула. — Хотя мне очень хочется.              Себастьян мельком посмотрел на девушку и снова перевел взгляд на горизонт.