По грани

С наступлением весны Том таки сумел расслабиться. Теплый ветерок, вернувшиеся с зимовки птицы, что теперь весело щебетали в Запретном лесу, всегда нежный Гарри рядом сняли с него напряжение. Даже экзамены не могли испортить его настроения. К тому же он знал материал, и знал прекрасно. Кажется, если бы ночью его разбудили и попросили перечислить все ингредиенты зелья для лечения фурункулов с точностью до грамма и способа нарезки, он бы ответил без запинки. Хотя пробовать это у него особого желания не было. На весь этот семестр у них с Гарри появилось новое развлечение: Этерна и Тайная комната. И то, и то было до ужаса интересным. Змея постоянно шипела какие-то едкие комментарии о сотрудниках школы — она постоянно, конечно же, случайным образом оказывалась рядом с ними и подслушивала их разговоры. Василиск знал — о, ужас! — что думает директор Диппет о профессоре Шах. Весьма интимные подробности, которые Этерна рассказала мальчикам, не были им нужны от слова совсем. — Буэх! — Гарри сделал вид, что его тошнит. Том засмеялся. И правда, кошмар. Однако Этерна знала не только сплетни. С помощью своей новой подруги мальчишкам удалось узнать, что будет на экзамене по Чарам и Зельеварению. Удача! Том расслабился еще больше: все это он знал на отлично. В самой Тайной комнате было, как ни странно, много тайн. Том облазил все уголки, обшипел всех змей и в итоге выяснил, что в подземелье кроме огромной статуи Салазара, бассейна и змеи была маленькая библиотека и комната с оружием. Риддл засел в библиотеке почти на два дня и, если бы не Гарри, не вышел бы из нее еще столько же. Том с удивлением заметил, что Гарри приглянулась оружейная. Мальчик ходил по ней как завороженный, разглядывая мечи, шпаги и кинжалы, изредка проводя пальцем по гладким блестящим лезвиям. — Не замечал за тобой склонности к оружию, — сказал Том, наклонившись над плечом Гарри, когда тот взял в руки один из кинжалов. Бишоп вздохнул и, улыбнувшись, обернулся на Риддла. — Оно здесь такое… притягивающее, что ли. Я как будто чувствую, что здесь есть что-то мое. — Гарри с благоговением оглядел комнату. — Один из мечей или кинжалов я словно должен забрать с собой. Он так и сделал. Гарри забрал блестящий кинжал с изумрудной рукояткой, надежно спрятав его в своем сундуке.

***

Экзамены прошли без проблем. Том оказался первым по всем предметам, уступив Гарри лишь пару баллов в заклинаниях. Со всеми заданиями оба справились на превосходно. Третий курс был окончен. Том иногда с удивлением задумывался о том, что им осталось учиться совсем немного, всего четыре года. Такой пустяк по сравнению с целой жизнью. Однако он панически боялся уезжать из Хогвартса. Он читал газеты, знал, что на Лондон каждый день падают бомбы, что там умирают люди, реальные люди. Ему все еще было больно вспоминать Марту и Марка, навсегда уснувших под завалами их прошлого приюта. Возвращаться в новый приют к мадам Лесли не очень хотелось. Что он увидит, когда вернется туда? А увидит ли приют вообще, или его тоже снесли с лица земли маггловские бомбы? И Том решился на тяжелый для него шаг. Он пошел умолять директора Диппета оставить их с Гарри в Хогвартсе. Том шел к Директорской башне только пять минут, но ему казалось, что он идет уже час. Ноги были тяжелыми, не хотелось показывать свою слабость. Том никогда ничего не просил. Но он не желал подвергать Гарри опасности, не желал терять его навсегда. Дойдя, наконец, до огромной каменной горгульи, охраняющей вход в кабинет директора, Том остановился и глубоко вздохнул. Пароль он знал благодаря Гарри — Дамблдор пару раз приглашал Гарри на совместные беседы с директором. Бишоп каждый раз успешно съезжал с темы. — Клубничные леденцы, — неуверенно сказал Том, чувствуя себя последним дураком. Надо сказать, что пошел он в тайне от Гарри, боясь вселить в него надежду раньше времени. Он и сам надеялся, но ничего нельзя было сказать наверняка. Тем временем, горгулья отпрыгнула в сторону, словно живая, и открыла для Тома проход. Он сглотнул и несмело ступил на лестницу, круто поднимающуюся вверх. В эту секунду тесные стены башни давили на него, ему казалось, что кирпичи выдвигаются из стены, грозясь упасть на него. Том поежился. Скоро он оказался перед массивной дверью из темного дерева и несмело постучал в нее. Минуту спустя дверь распахнулась, впуская нервничающего мальчика. Том осторожно зашел внутрь кабинета. Глаза его разбежались — чего тут только не было! Разнообразные столики с кручеными ножками, на которых умещались хрупкие серебряные приборы, статуэтки и памятные вещи. Стены увешаны портретами прежних директоров и директрис, которые мирно дремали в красивых рамах. В центре — громадный письменный стол на когтистых лапах, а за ним на полке — потертая, латаная-перелатаная Волшебная шляпа. В огромном шкафу нашли себе приют магические фолианты и рукописи, видимо, из личной библиотеки директора. — Добрый день, мистер Риддл, — раздался голос Армандо Диппета. Том повернулся к столу и опешил. Рядом с директорским креслом на удобном на вид диванчике сидел Альбус Дамблдор. Серый костюм выгодно выделял голубые глаза с хитрыми огоньками в них. Том опешил на секунду, но затем прищурил глаза и сложил руки за спину. — По какому поводу пришли с визитом? — Здравствуйте, директор. Здравствуйте, профессор. — Том слегка кивнул и развернулся к Диппету. — Сэр, я хотел бы попросить у вас одолжения. Альбус с интересом поднял бровь, рассматривая Риддла. Профессору трансфигурации явно было интереснее, чем директору. — Продолжайте, мистер Риддл, я весь внимание. Том вдохнул побольше воздуха. — Я хочу, директор Диппет, чтобы вы разрешили нам с Гарри остаться в Хогвартсе этим летом. — Том посмотрел на директора, но быстро отвел глаза. Диппет тем временем принялся заваривать себе чай. Одна минута, две, пять. Том уже начал нервничать, когда Альбус заговорил: — Мистер Риддл, я думаю, это невозможно, — сказал Дамблдор спокойным и доброжелательным тоном. Внутри Тома что-то рухнуло и ударилось, словно о бетонный пол. — Но, сэр, там война, нам с Гарри… мне… — Том был так удивлен этим строгим отказом, причем не Диппета, а Дамблдора, что потерял дар речи. — Понимаете, мистер Риддл, у нас в Хогвартсе не принято, чтобы ученики оставались на лето в замке, — подал голос директор. — К тому же наверняка вы соскучились по Лондону, по друзьям из приюта. Том стоял с приоткрытым от шока ртом лишь пару секунд, а потом опомнился и сжал зубы. — Я понял, сэр, — сказал Том и бросил негодующий взгляд на Дамблдора. — До свидания, сэр. Профессор. Риддл развернулся и на негнущихся ногах отправился к выходу. Когда за ним уже закрывалась дверь, он услышал брошенное ему в спину «до свидания, мистер Риддл», сказанное спокойным голосом Дамблдора.

***

Смерть рядом. Она смотрела на него, следила за ним, дышала ему в спину. Как от нее спастись? Том не знал наверняка, но способ был. Опасный, рисковый. Стоило ли пытаться? Не просто оттянуть момент смерти, но обойти смерть вообще? Том думал. Долго думал, темными ночами читая книги из библиотеки Салазара и ту самую книгу из запретной секции. Сейчас его интересовало одно — вся информация о крестражах, какая только существовала. Проблема — такой информации не существовало вовсе, кроме единственной книги Герпия Злостного, какого-то вредного грека. «Тайны наитемнейшего искусства» рассеивали мрак над этой темой, но и создавали его. На сколько частей можно разделить душу? Что чувствуешь после такого? Есть ли какие-нибудь последствия ритуала? Какие вещи можно сделать крестражами? Он тщательно выписал в свой дневник все подробности о создании крестража. Радость и возбуждение от этой находки подбивали его рассказать о крестражах Гарри, но он пока не решался. Как тот отреагирует? А если негативно? В один день он сдался и, когда они с Гарри вдвоем отдыхали в Выручай-комнате, начал делиться своими мыслями. — Гарри, а вот если бы был способ спастись от смерти… — начал Том будничным тоном, глядя на потрескивающие в камине бревна, — ты бы его использовал? Гарри задумчиво посмотрел на Тома и тихо хмыкнул. Его глаза стали мутными, словно какая-то мысль завладела его разумом. — В каком смысле? Насовсем? — Да, — ответил Том, посмотрев прямо в зеленые глаза Гарри. — Насовсем. — Крестраж? — вдруг сказал Гарри, глаза которого все еще были мутными. Риддл охнул, и этот звук заставил Гарри очнуться. — А? Что? Что такое крестраж? Мальчики смотрели друг на друга в недоумении. Гарри вдруг уронил голову на руки и застонал. — Опять! Опять эти чертовы не мои мысли!