По грани

В полной темноте не оставляй меня.

Свист. Грохот. Свист. Грохот. Снова свист и снова грохот. Гарри сидел в самом углу темного подвала на коленях, низко склонив голову и сложа руки перед собой. Здесь было влажно и сыро, в одном месте с потолка капала вода, зато было ощущение безопасности. Том спал рядом, свернувшись клубком вокруг ног Гарри. Дети вокруг либо спали, дрожа от холода, прижимаясь друг к другу, чтобы хоть как-то согреться, либо тихо плакали в юбки воспитателей. Гарри сидел с закрытыми глазами, погрузившись в себя, почти не слыша шума над головой. Он лишь шептал что-то себе под нос. Вдруг он почувствовал, как кто-то дернул за рукав его кофты, и открыл глаза. Около него сидела маленькая девчушка лет четырех, вроде бы ее звали Роуз. По ее впалым от голода щечкам текли слезы, которые Гарри поспешил вытереть большими пальцами. Девочка была одета в рваную на рукаве рубашку и слишком большие для нее брючки. — Мне холодно, — всхлипнула Роуз и протянула крохотные ручки к Гарри. Гарри сглотнул и поднял малышку на руки, усадив к себе на колени и крепко обняв. Малышка вздохнула и уткнулась холодным носом в его кофту, а Гарри снова сложил руки вместе и продолжил шептать. — Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь. Свист. Бомба упала где-то совсем близко. Содрогнулась земля. А затем стало тихо. Гарри судорожно выдохнул и поблагодарил Бога за то, что и сегодня они все остались живы.

***

Как же сложно было в эти дни найти еду! Том тихо чертыхнулся, споткнувшись и чуть не упав в яму в земле. Ноги и руки колола жгучая крапива, но Риддл не обращал внимания. Он увидел дом, в который явно не так давно попала бомба, и воровато огляделся, прежде чем шмыгнуть за невысокую ограду. Частные дома на окраинах Лондона стали настоящим спасением для брошенных детей. На участках при доме часто разбивали сад или даже огород — Тому несказанно везло, когда он натыкался на такие участки. Там можно было найти картошку. В этот раз ему также улыбнулась удача — прямо за домом находилось приличных размеров поле. У Тома загорелись глаза, и он упал на колени прямо перед грядкой. Руки стали разрывать землю. Есть! Сегодня дети поужинают! Он достал первую картошку, вторую, третью. Спустя полчаса холщовая сумка, которую он принес с собой, была полностью забита спасительной едой, а руки Тома — грязными и пыльными. Но кого это смущало, когда в них ты нес жизнь? — Есть еда! — радостно крикнул Том, забегая в приют и гордо вставая посреди тесной комнаты. Теперь все жители приюта ютились в гостиной на первом этаже, чтобы в случае тревоги быстро спуститься в подвал. — Сколько? — с надеждой спросила миссис Лесли. — Целая сумка! — воскликнул Том, показывая свою добычу. Дети столпились вокруг, с голодом поглядывая на картошку. Худые, грязные мордашки, на которых живыми были только глаза. — Ну слава Богу! — выдохнула женщина, забирая у Тома сумку. — Тут даже хватит на всех. Как хорошо, Том! Женщина крепко обняла Тома, благодарная ему за огромную помощь.

***

И только Гарри знал, как тяжело давались Тому такие походы за едой. Том просто не мог смотреть на убитых снарядами и осколками людей, лежащих на улицах. Их не всегда убирали сразу. Как-то раз бомбежка застигла их двоих прямо на одной из улиц Лондона. Забежать в подвал они не успели, а потому притаились в самом углу переулка, между домами. Гарри снова тихо молился — он теперь почти все время молился. Бомбы пока миловали их — никто из приюта не умер. Был ли с ними рядом Бог? Но бомбы не были так милосердны ко всем. Прямо на их глазах одна упала на жилой дом напротив. Дом упал, словно игрушечная башня, похоронив под завалами жильцов. Одного мужчину отбросило ударной волной — он лежал посреди улицы, весь в крови, с оторванной ногой. Том не мог отвести от него глаз. — Том! — взмолился Гарри, видя, как побелел его друг. — Не смотри туда, пожалуйста, тебе же плохо! — Он попытался отвернуть голову Тома, закрыть ему глаза. А Том смотрел, не сумев отвести глаз, пока к горлу не поднялась тошнота. Он закрыл рот рукой, но сдержаться не получилось — его вырвало прямо на мостовую. Желчь скатилась по горлу, к глазам подступили слезы. Он начал плакать, тихо повторяя имя Гарри. Гарри и сам был готов заплакать, но лишь крепко прижал к себе друга, шепча ему какие-то глупости о том, что все будет хорошо, что они справятся, что они не умрут.

***

Пережить такое и остаться ребенком? Невозможно. Гарри с Томом вернулись в Хогвартс взрослыми. Не только они, конечно. Половина гриффиндорцев и хаффлпаффцев, если уж на то пошло, больше не были детьми. У некоторых больше не было дома. У кого-то умерли родственники. Изменилось их поведение: им редко было весело. На каждом приеме пищи они наедались как в последний раз. Девочки плакали. Изменились их глаза: из детских, вдохновленных, они стали серьезными, взрослыми. Пустыми. В Гарри было еще одно изменение: теперь он постоянно молился. Том в одной из вылазок в город наткнулся на разрушенную церковь. Вместе с едой он забрал оттуда четки священника, подарив их Гарри. Вот и в этот вечер Гарри молился, сидя один в гостиной Гриффиндора. Все уже спали, в камине догорал огонь. Поттер сидел на ковре перед камином, шепча молитвы за близких. Было темно и почти тихо — потрескивал камин, за окнами дул ветер, скрипели стены и пол старого замка. Гарри казалось, что в этих звуках с ним говорит Он. — Так ты верующий, Гарри? — тихо спросил Брандо Прюэтт, внезапно опустившись на ковер рядом с ним. Гарри вздрогнул и оторвался от молитвы, открыв глаза и покраснев от неожиданности. Брандо за лето накачался и теперь выглядел еще привлекательнее, чем до этого. Сейчас он сидел, скрестив ноги по-турецки, опираясь на свои руки. На них проступили вены, и Поттер невольно засмотрелся, оторвавшись от созерцания спустя где-то полминуты. Гарри неуверенно кивнул. — Да, я… да, — неловко сказал он, кивнув еще раз. Брандо скользнул по нему взглядом и вдруг улыбнулся. — Я пытался читать Библию, но ничего не понял. Наверно, я слишком тупой для этого. Гарри помотал головой. — Нет! — воскликнул он, а потом смутился от своего слишком громкого возражения. — Ну, эм, необязательно понимать всю Библию, чтобы верить в Бога. Брандо тихо рассмеялся и чуть толкнул Гарри в плечо. — Чего ты так напрягаешься? — Тут он хмыкнул. — Я тебя смущаю? Гарри распахнул глаза и покраснел еще сильнее. Кажется, даже уши стали красными. — Нет! — еще громче, чем в первый раз, воскликнул Гарри. Мальчик поймал взгляд парня и застонал про себя. Брандо явно ему не поверил. В глазах шестикурсника сквозили веселье и хитрость. Вдруг он придвинулся к Гарри. — То-очно, Гарри? — Его лицо оказалось слишком близко к лицу Гарри. Он в панике выдохнул, не зная, куда ему деть глаза. — Я… — заикнулся Гарри и замолчал, а затем помотал головой. Брандо качнулся вперед, заставив Гарри податься назад и лечь спиной на ковер. Гарри смотрел на парня широко распахнутыми глазами, а его сердце бешено стучало в груди. Что он делает? Спина Гарри коснулась мягкого ковра, а волосы разметались по полу. Брандо хмыкнул и наклонился над Гарри, сверкая веселой улыбкой. — Целоваться вне брака — грех? Гарри не успел ответить, потому что его губ коснулись губы старшекурсника. И, о, Господи! Гарри понял, почему люди целуются! Поцелуй был мягким, словно Брандо только проверял, как Гарри отреагирует. Он быстро отстранился и усмехнулся, облизав губы. — Это же твой первый поцелуй? Гарри, завороженно глядя на Прюэтта, кивнул. — Тогда отлично целуешься, — засмеялся парень и поднялся с пола, махая Гарри на прощание и идя к своей спальне. Гарри остался лежать на ковре перед камином, потерянно глядя в потолок. Это было… круто. Что-то, что Гарри раньше никогда не испытывал. Он покраснел. Это ведь всего лишь гребанный поцелуй! Но это его первый поцелуй! Пока Гарри медленно шел до спальни, пока умывался холодной водой, пока лежал в кровати, пытаясь уснуть, из его мыслей не выходили губы Брандо.

***

Том сразу заметил, что с Гарри что-то случилось. Они сидели на Истории Магии, и Том толкнул Гарри ногой под партой, кладя ему на тетрадь листочек с вопросом. Что случилось? Гарри отрешенно посмотрел на этот листочек, а потом взялся за перо. Вчера я поцеловался с Брандо. Том моргнул, вчитываясь в эти слова, а потом посмотрел на Гарри как на восьмое чудо света. — Ты — что? — прошипел Том. Гарри пожал плечами и покраснел. — Ну да. Мы сидели в гостиной вдвоем. Он вдруг поцеловал меня. И, Том, ты бы знал, как это круто! — мечтательно протянул Гарри, глядя куда-то в окно. А у Тома в душе что-то рухнуло. Ему показалось, что вокруг стало темно. В ушах зазвенело, как при обмороке, и он еле как справился с дыханием. Как неприятно оказалось даже просто слышать такое от Гарри, от его Гарри! Он же был его, его, только его! Том потерянно посмотрел на Гарри и нащупал рукой свой браслет на руке. — Гарри… — растерянно сказал Том. — И тебе… понравилось? — спросил он, совсем не желая знать ответ. — Да, — довольно выдохнул Гарри, впервые не замечая состояния друга. Вдруг в приоткрытое окно скользнул бумажный самолетик, приземлившись на парте прямо перед Гарри. Он с удивлением развернул самолетик и прикусил губу от радости, вчитавшись в послание.

Приходи сегодня в 8 на Астрономическую башню. Научу целоваться.

Б. П.

***

Теперь Гарри проводил много времени с Брандо. Слишком много времени, по мнению Тома. К сожалению, в этот раз он даже не находил слов, чтобы выразить Гарри своих чувств. Да ему бы и самому их понять! Что он чувствовал? Зависть? Пожалуй. Раздражение? Определенно. А почему? Кто бы знал. Гарри его, но почему Гарри должен был быть только его? Связь… ну и? Вдруг они с Гарри ошиблись? Том терзал себя этими мыслями уже две недели. Хотя он удачно скрывал свои мысли, поэтому немногие заметили перемену в его поведении. Однако гриффиндорцы, кажется, были довольно прозорливыми в вопросах любви. Первой, кто задал ему вопрос, стала Дэйзи. Том вывалил на нее все, о чем думал, а она вдруг предложила ему необычное решение, о котором он совсем не думал. — Может, тебе найти девушку? — с намекающей улыбкой спросила Дэйзи, кладя ладонь на руку Тома. Том удивленно посмотрел на ее маленькую ладошку, так сильно отличающуюся от ладони Гарри. Она была сильно меньше, не такой твердой, с длинными ноготками. Том посмотрел в глаза Дэйзи. Она улыбнулась и покраснела. С этого дня Том стал встречаться с Дэйзи. Как отреагировал Гарри? Сначала остолбенел, увидев Тома, идущего с ней за ручку. Как-то это выглядело… ну неправильно, совсем неправильно! А когда они поцеловались на его глазах, сердце Гарри будто бы пронзили сотней иголок. Он убежал в спальню, не находя ответа своим чувствам. Они стали друг друга избегать. О, как же это было на руку Дамблдору!