Маскарад

Лини поправляет маску, закрывающую лицо. На губах - привычная улыбка. Для него любое светское мероприятие - ничто более, как ещё одно выступление. Он знает, что привлекает внимание, знает, что завораживает взгляды, знает, что попадая под свет софитов или свеч - не важно - всегда и наверняка остается главным действующим лицом. Привычная маска - уже не физическая - всегда надежная защита и опора для него. Под ней он всегда в безопасности, и нет ещё человека во всем Тейвате, кто мог бы хотя бы немного приблизиться к тому, чтобы разгадать самую главную загадку Лини - его самого. Юноша тихо проскальзывает в зал, ловит несколько заинтересованных взглядов от изящно одетых дам, вслушивается в играющую мелодию и приближается к естественным образом освобожденному для танцующих центру зала. Несколько пар старательно вытанцовывают, оправдывают наличие этого пространства. Гости ещё только собираются, так что мало кто поддерживает уже начавших, а большинство только готовятся, точнее, постепенно выпивают, чтобы к началу мероприятия быть уже полностью готовыми и способными танцевать так, как никогда раньше, но при этом недостаточно, чтобы вести себя чересчур вульгарно. Лини довольно улыбается, а затем внезапно чувствует тепло и знакомый запах. Юноша не успевает обернуться, но чувствует касание к закрытой перчаткой ладони. -И как тебе? - голос Ризли звучит над самым ухом, и Лини задумывается. Невольно ловит себя на том, что рад появлению Герцога. Юноша действительно надеялся, что тот появится на маскараде, но старался не думать об этом, и уж тем более не собирался спрашивать. -С Вашим появлением, Герцог, стало лучше. - в своей привычной манере отвечает он. Улыбка становит снисходительной. Уже даже не оборачиваясь, он чувствует этот пристальный взгляд на себе. Несколько секунд проходят в тишине. Наконец, Ризли окидывает взглядом весь зал, и Лини полностью убежден, что сейчас мужчина понял, сколько в зале людей, кто на них обратит внимания, кто может доставить проблем и с кем нетрезвым надо быть начеку. Говоря о том, что на всем Тейвате нет человека, способного разгадать главный секрет Лини - его самого, юноша немного грешит против истины. Есть один. И это Эмиссар крепости Меропид, Ризли. Проблема даже не в самом человеке, а в том, насколько он терпелив и проницателен. Ему достаточно любого промаха, чтобы зацепиться, едва заметной выбившейся из общего ряда ноты, и он не будет кидаться, как зверь, учуявший добычу, нет. Он будет ждать, он будет наблюдать, он будет собирать, пока не поймёт всё и не поймает человека в ловушку, выстроенную человеком самим себе. И это его преимущество. Лини держит маску, привычную. А Ризли и не пытается её сорвать. Лишь продолжает спокойно выжидать, пока юноша сам снимет - по неосторожности ли, в опасности ли, по собственному желанию ли - не важно. Главное, чтобы снял. И Ризли готов ждать. Герцог осторожно кладёт руку Лини на талию, а затем плавно уводит в сторону - ближе к стене и приглушённому свету свеч, где их вдвоем будет меньше видно. Юноша чувствует, как его всего окутывает запах Ризли и невольно вдыхает глубже. Ризли и сам ощущается как надежная крепость, и иногда Лини так тянет к нему. Каждый раз ему приходится одергивать себя, ведь любое проявление чувств, любое неверное доверие, любая лишняя информация может навредить и не только ему, но и всей Семье. Это моментально отрезвляет юношу, заставляет собраться, и Герцог чувствует эту перемену. Широкая ладонь увереннее ложится на талию, притягивает ближе, и Лини почти утыкается ему в грудь. Вторая ладонь - та, что оказывает ближе к стене, медленно скользит с достаточно тонкой талии по бедру, и Лини шумно выдыхает, уже самостоятельно прижимаясь к нему. Сверху раздается тихий смешок, и юноша чувствует себя странно проигравшим. -Маскарад ещё не начался, а ты уже готов? - голос Ризли звучит с незлобной насмешкой, пристально глядя на Лини. Последний закатывает глаза и фыркает, а затем одним плавным движением тянет ворот рубашки Ризли к себе и приподнимается на носочки. -Ещё чего, Герцог, странно, что Вы так думаете, когда сами лезете ко мне. - произносит он шёпотом Ризли на самое ухо, а затем резко отстраняется и отходит за бокалом шампанского. Взяв один, он оборачивается к Герцогу. Даже за тёмной маской видно блеск глаз, пристально смотрящих на него одного. Лини лучезарно улыбается, едва заметно салютует Ризли, а затем быстро осушает бокал. Кажется, вечер становится интереснее, чем предполагали они оба.