Обезвредить! Сохранить! Засекретить!

       Днём рыцари умывались в ближайшей реке и бережно стирали свои вещи. В это время кузнец подготовил их оружие, меч Джека пришлось затачивать с помощью слуг, у него широкое и длинное лезвие, размером близко к взрослому человеку, из прочнейшей стали. А щит его похож на каменную башню в столице, высокий, способный закрыть за собой пять человек полностью. Один вербер стоит небольшой армии, но их очень мало, и они редко воюют под чужим знаменем. Но если такой рыцарь сражается на стороне света, то это вселяет огромную надежду.        С полудня до вечера прошло несколько дождей, сушить вещи приходилось под специальным навесом из дерева и жестяных листьев.        — Я вот смотрю на эти убранные поля и думаю, может когда-нибудь и у меня такие будут? — размышляет сир Клайт, орочьи глаза осматривают угодья, в некоторых местах покосился забор и зарос травой, которая уже пожелтела. К нему подошёл Джек, и тоже посмотрел на открывающийся с небольшой возвышенности вид. — Своими руками построить дом, взрастить там семью, воспитать детей. Можем ли мы когда-нибудь рассчитывать на это?        — Не знаю, Клайт. Мечты нам не помогут, — Джек знал, что орков мало, и что каждый из них хочет помочь своему народу. — Твоё место в Ордене, как и у всех нас. Ты должен забыть о своей мирной жизни, чтобы другие жили в мире. Мы — твоя семья.        — Да, понимаю, капитан. В моих мечтах я солдат, который защищает мирные семьи и семьи моего народа, — Клайт кивнул, посмотрев на вербера с улыбкой. — Но землю я всё равно куплю, и подарю её орочьей семье, а там будь что будет.        — Ну ты и добряк конечно, перепил эля из апельсинов, брат? — Джек хохотнул, хлопнув Клайта по плечу, они вместе громко засмеялись, и отправились обратно в таверну. — Вон спроси у Тара, он тебе скажет про рентабельность…        Проходя через ограду, они услышали мужской крик из церкви. Аллесандр отправлялся туда осматривать одного из раненых охотников, за которым ухаживал священник этого места. Сказав Клайту идти в таверну, Джек сам решил туда зайти, несмотря на запрет входить в святое место вне молитвенных обрядов.        Пройдя через высокую ограду, Джек подошёл к высокой, резной двери, с несколькими табличками и множеством листов пергамента, на которых были написаны молитвы и песни Света, их мотал в разные стороны ветер, но они были прибиты гвоздями и закреплены железными печатками. Дверь открылась, вербер немного наклонился и вошёл внутрь, держась за круглую железную ручку. В таких местах церкви часто служили и местом для ухода за больными, внутри горят свечи, а на каменных колоннах подвешены светильники. Рыцарь в главном зале, тут несколько лавочек, алтарь; место под стеклом наверху, чтобы всегда видеть свет неба, дневного или ночного, на нём горит множество свечей, аккуратно выделанные ступени держат крест с орнаментом из солнца и звёзд. Когда-то ходили слухи о том, что ночное небо раньше освещалось серебряным солнцем (1), менее ярком и тёплом, ночное светило, повелительница звёзд, помогающая путникам видеть даже ночью, но то не более, чем слухи. Ночь — обитель полной тьмы, и лишь плеяды многочисленных звёзд можно увидеть в ней.        Крики доносятся со стороны широкого каменного прохода, Джек моментально проходит туда.        Священник и слуга пытаются удержать лысого взрослого мужчину с щетиной на кровати. Его нога разбинтована, разодрана до мяса, из открытых, незаживающих ран сочится чёрная кровь, он дрожит, пытается сопротивляться. Над его телом стоит Аллесандр, с милосердным и печальным выражением лица, он держит пилу для костей. Джек не вмешивается, он только смотрит. Охотник умоляет вылечить его магией, но Аллесандр не поддаётся. Магические кристаллы тихо гудят в воздухе, они идеально огранены, и освещают всё пространство мягким солнечным светом.        — Скверна уже проникла в кровь, поздно, моя магия бессильна, и до столицы вам живым не добраться. Или смерть, или нога, — капеллан услышал, как вербер облокотился о стену, послышался звук шаркающей шкуры, потирающейся о шершавый камень, Аллесандр повернул голову. — Джек, помоги его удержать.        Раны шевелятся, в них копошатся черви, отслоившаяся кожа пульсирует, священнику не сказали, что за существо нанесло их, и он лечил ногу обычными средствами. Джек встречался с такой болезнью, нужен очень быстрый уход целителя, иначе через день ногу уже не спасти, а через два больной станет лишь оболочкой для тысяч падальщиков с заражённой кровью. Вербер молча подходит, видит лицо священника, сморщенное, дряблое, худое, у него короткая причёска, он отступает от рыцаря, смотря в пол. Его слуга, мальчик, садится на пол, прижимаясь спиной к стене. Охотник молит пощадить его, и лапа лишь двумя пальцами прижимает человека, Джек не прикладывает усилий, если не рассчитать свою огромную силу, он раздавит его насмерть нажатием одной лишь ладони. Мужчине кладут в рот дощечку, чтобы не откусил язык.        Не теряя времени, Аллесандр подходит к больной ноге, его руки в крови, видно, что он уже пытался. Одна его рука хватается за здоровую ногу, ищет упор, он делает надрез, мужчина вопит от ужасной боли, вся его нога превратилась в кусок гнилостного мяса с надрывами. Второй разрез, пила прорубается сквозь мясо легко, доходит до кости. Ещё раз, слышится треск, пила врезалась в кость на бедре, Аллесандр распиливает ногу очень быстро и ровно. Охотник потерял сознание.        Джеку дают ремешок, которым он быстро и легко затягивает место разреза. Обрубок очищают водой и мазями, наконец пошла кровь нормального цвета, оголённую плоть заматывают чистыми бинтами, с ладоней Аллесандра сходит свет, успокаивающий покидающую кровь.        — Уберитесь здесь, ногу я сожгу. Спасибо, Джек, — капеллан вытирает руки белой тканью и отходит в сторону вместе с вербером. На его лице печаль, но очевидно, что он с этим сталкивался далеко не один раз. — Его подрал вендиго, болотный демон, заразил его кровавой морозницей.        Кровавая морозница — инфекция, порождающая в ране червей, они питаются мясом, кровью, закрывают вены и артерии, и нога становится серой и опухшей, словно от обморожения. Недуг можно лечить магией, пока инфекция находится на ранней стадии. Джек кивает.        — Ясно, значит они зашли куда-то далеко, и нам об этом тут не сказали. Я пойду, Ал, зови, если будет нужна помощь, не молчи, — Джек фыркнул, он взял отрубленную ногу в лапу. — Я сам сожгу, иди отдохни немного. Потом в таверне увидимся, надо кое-что обсудить.        Огонь костра неподалёку от деревни хорошо справляется с мерзостью, что поселилась в ноге, рыцарь проследил, чтобы никакой червь не выпал и не уполз, пламя быстро очистило это место от скверны. Солнце начинает понемногу спускаться за высокие и далёкие горы, нужно возвращаться в таверну.        Каждый из рыцарей занят делом, в основном они собирают рюкзаки на завтра, укладывают доспехи, развешивают и проверяют вещи, Арэн рубит дрова под деревянным навесом, рядом с конюшней, они понадобятся на ночь. Остаться на болотах без тепла и света будет очень невесело. Наадир занимается зельями, он аккуратно обматывает небольшие стеклянные бутыли кожаными ремешками и тканью, и закрепляет на рюкзак, так они не выпадут, не разольются и не треснут.        Джинсы сушатся отдельно от остального белья, на тугой верёвке, натянутой от фонаря над одним из окон таверны до повозки.        Леди Альсева сидит в таверне за столом, с бумагой и чернилами, она переписывает молитвы на длинные отрывки пергамента, чтобы потом закреплять их на доспехи, они смогут даровать защиту и благословение Света в пути, и рыцари не забудут эти слова, если они будут находиться прямо на них. Изящными движениями она делает записи, и после аккуратно откладывает бумагу, чтобы приступить к написанию новой молитвы.        — Редж! — Джек смотрит в сторону вервольфа. — Твой пост последний, потом разбуди меня перед рассветом.        — Окей, капитан! — отозвался серый, затачивающий наконечники арбалетных болтов.        Столы рыцарей украшены едой и напитками, Джек садится на своё место, ему приносят горячий густой суп с овощами и мясом. Его крепкие и острые зубы тщательно пережёвывали пищу, он запивал элем, терпкость заполняла его пасть, и выдыхал горячим паром.        Внутрь вошёл Аллесандр в окружении своих кристаллов, свет заполнил собой пространство, на его руках уже не было крови, а на лице светилась добрая улыбка. Он сел напротив Джека и кивнул ему учтиво, позже не отвлекая от приёма пищи. Капеллану принесли апельсиновое вино, сыр и фрукты.        — Так вот, расскажи мне об эльсийцах, — через несколько минут плотного приёма пищи Джек отставил посуду и обратился к человеку. — Они, я так понимаю, когда-то давно правили миром?        — И да, и нет, — Аллесандр сделал еле заметный глоток из бокала. — Они жили в небесах, в летающих городах, они были очень развиты магически, с высокой культурой, наукой, религией. Их наследием и знаниями во многом мы и пользуемся. Но после эльсийского кризиса всё закончилось.        — Кризиса? Это гражданская война?        — Да. Эльсийцы прибыли в мир, наполненный древними существами, сплетёнными из пустоты, они смогли победить их и заточить в глубокие недра мира. И после этого погрязли в дворцовых интригах, многие имели разные точки зрения на то, нужно ли оставаться в нашем мире или возвращаться обратно к Солнцу, к их божеству, — капеллан вновь сделал глоток, и после смакования этого приятного вкуса аккуратно уложил кусочек сыра в рот. — В итоге это вылилось в то, что в разных городах образовались свои правители, и после они начали ужасные магические войны друг с другом, пока не истребили друг друга. Из-за смертей такого количества небожителей, носителей изначальной магии, их города рухнули, нам лишь досталась малая доля их культуры.        — Тогда почему эльсиец, которого мы должны найти, жив? И как он появился?        — Я не знаю. Но это и не наша забота, верно? — взгляд Аллесандра скользнул вниз, стараясь избежать взгляда Джека. Кристаллы еле заметно дёрнулись, его что-то задело.        Сон проходил спокойно, но даже тут рыцари решили сменять друг друга в карауле. Злые силы никогда не перестанут преследовать воителей ордена, в мире множество мрачных культов, среди которых множество тех, кто желает возвращения древних сил. И эти преследователи ещё объявят себя, не сейчас, так позже.        Джек думал об эльсийце, читал записи, вспоминал разговор с капелланом. Одно ясно — захватить такое могущественное существо будет очень тяжело. Закончив все свои дела, вербер наконец отправился спать, чистый и сытый.        Ветер гуляет по холмам и деревьям, очень хорошо для сушащейся одежды. Джеку снится приятный сон о прошедших временах, когда он служил в столице, образы плывут и искажаются, словно в калейдоскопе, его разум растворяется в свете кристаллов, красивых одеяниях и длинных, шелковистых волосах, которые так приятно трогать. С Аллесандром было хорошо, но долг превыше всего для них обоих, верность клятве определяет их жизнь, и любовь прекрасное чувство, но вместе с этим и непозволительная роскошь, когда дело касается защиты и спасения мира. Но никакая клятва не посмеет отобрать у Джека его сны и грёзы, приятные, нежные, успокаивающие.        Сон проходит, как только по плечу его треплет когтистая лапа и уши слышат рычащий голос Реджа.        — Капитан, вставай! Скоро рассвет, ты просил разбудить тебя!        — Да, здарова, брат. Спасибо, — Джек поднялся и кивнул рыцарю. — Иди спи теперь.        На улице прохладно, темно. Джек снимает с верёвки джинсы, они уже высохли, и сразу же меняет, оставляя сменное бельё в повозке. Широкие штаны приятно укладываются на шкуру. Можно проверить округу, но без факела или лампы, опираться только на слух и обоняние. Вербер надевает на майку свою куртку, немного разминается, сходить по нужде можно будет и за пределами постоялого двора. Он выходит через ограждение, проходит через высокие ворота и вот он за пределами этого места. Это милое местечко окружено высоким каменным забором, в некоторых местах есть трещины, но это весьма прочно смотрится, думает Джек. Он ходит вокруг, успел справить нужду в ближайший подлесок, ветер гуляет по этим местам, за широкие ноздри цепляется множество запахов. Из-за далёких гор начинают прорываться лучи солнца, пора возвращаться и будить остальных.        Сборы идут достаточно быстро, у каждого рыцаря есть свой рюкзак. Верёвки, огниво, топорики, инструменты для шитья, сменное исподнее, гвозди, парочка простых точил и свёрток бересты. Так же простая посуда, специи, карта с бумагами, масло, сушёные травы для зелий, магические камни и ремешки из кожи и ткани. Неплохо. Но основной груз — это латные доспехи и щиты, они закреплены на внешних сторонах рюкзаков и на ремнях на спине. Ткань, кожу и подбивку под доспехи надели сразу.        Время молитвы перед дорогой. Капеллан Аллесандр уже всё подготовил, рыцари располагаются внутри и встают на колени, их будут благословлять священными песнями. Внутри очень светло, проникновенный голос капеллана начинает медленно читать молитвы, подносит к их губам чашу, наполненную зачарованной водой. Яркий свет заполняет пространство, все символы веры на рыцарях вторят этому священному свету. Молитва идёт около часа, и наполняет каждого огромной силой, способной противостоять любой тьме. К благородным плечам подлетают кристаллы Аллесандра, с их помощью он будет проводить свою благотворную магию и помогать рыцарям в бою.        Всё окончено, пора покинуть это мирное и приятное место. Дальше лишь очертания дорог на заросших группами деревьев равнинах, и дальше болотистые земли, ведущие в безымянные земли, где водится дикая нежить, древние монстры и место, где по последним сведениям находится эльсиец.        Группа передвигается быстро даже без лошадей, идти им предстоит до вечера без привалов. Всего их девять, вместе с капелланом.        Джек идёт первым, он ведёт свой отряд, иногда осматривается, отдаёт приказ Реджу и Альгану исследовать местность. Тут можно собрать и полезные травы, и грибы с ягодами, наломать сухих веток, настрелять мелкую дичь, например кроликов, и к привалу сварить горячее рагу с мясом.        Во время небольшой остановки к Джеку подошёл Редж. На волчьей морде можно было разглядеть волнение, уши его так и дёргались, поворачиваясь в разные стороны, как будто тысячи звуков вокруг одновременно звучали вокруг.        — Капитан, мне не нравится этот капеллан. Его цели тут непонятны, эти его кристаллы как будто не оберегают нас, а следят за нами. В них звучат голоса на неизвестных языках.        — Цель у служителей Ордена всегда одна, а вот способы разные. У нас есть задание, пока не отвлекайся на это, — вербер хлопнул вервольфа по плечу. — Беги вперёд по дороге, дойди до болот, осмотри место, нам нужен хороший привал для того, чтобы надеть доспехи.        — Да, капитан, — вервольф кивнул и сразу же помчался вперёд, хватаясь когтями за землю, резкими прыжками набирая высокую скорость. Как только он отдалился на большое расстояние, маленький кристалл Аллесандра вернулся к владельцу.        Красивые лесные пейзажи медленно сменялись редкой порослью невысоких, ослабленных деревьев. Среди зыбкой почвы можно было увидеть давно заросшие каменные постройки, ушедшие под землю, отголоски далёких времён. Иногда вдалеке можно заметить группы медленно передвигающихся силуэтов, бредущих в разные стороны. Это нежить, пустые оболочки, жаждущие только убивать, зомби и скелеты, ожившие трупы.        — Нам нужно упокоить мертвецов! — сказал обеспокоенно Аллесандр.        — Нет, наисвятейший! — Джек быстро прервал капеллана. — Мы здесь не для этого, нельзя тратить время и лезть в трясину ради парочки трупов.        В кристаллах послышался резонанс нескольких звуков, отдалённо похожих на треск стекла, взгляд Аллесандр потух, и он опустил голову, смиряясь с отказом.        Нужно передвигаться осторожнее и тише, отряд перестал разговаривать друг с другом. Через несколько часов вернулся вервольф, с весьма опустошённым видом. Его шкура на плечах приподнялась, он находился в странном состоянии.        — Что ты видел, брат? — спросил его Таралонд, поднося чашу с водой, чтобы тот попил. — Где нам остановиться на привал?        — Прямо тут. На болотах какая-то хрень. Туда нельзя идти без брони и магии, — вервольф сел на большой камень и принялся пить из деревянной чаши, похожей на небольшое ведро. — Там следы Забытых.        — Там был туман? — спросил Джек.        — Там была вонь, я слышал, как что-то сотрясало трясину, как только я ступал на неё. Запах гниющего мяса и железа.        — Мы утонем, если пойдём в доспехах по трясине! — отозвался Клайт. — Там есть хоть какая-то тропа?        — Есть, — подошёл Аллесандр, в его глазах спокойствие. — Я проведу вас по нему, но нужно идти строго за мной.        — Откуда ты знаешь эту местность? Тебя тут никогда не было, капеллан! — прорычал вервольф, они столкнулись взглядами.        — Я не был, но мои кристаллы видят намного больше, они способны проникать в суть бытия, — Аллесандр немного выставил ладони вперёд. — Я доверяю твоему обонянию, Редж, доверься моей магии.        — Хорошо, тогда останавливаемся тут и надеваем доспехи. Жрём, ссым, срём и прочее, делаем свои дела поживее, — рявкнул Джек, сбрасывая свой огромный рюкзак. — Чтобы в бою ничего не хотелось.        В надевании латных доспехов рыцари помогают друг другу, иначе не получится это сделать; нашивают бригантины, крепят ремни, закусывают кольчужные кольца и фиксируют латы. Процесс, требующий точности, внимания и усидчивости. Доспехи выполнены из великолепной драконьей стали, прочнейшего и плавкого дорогого материала, в некоторых местах видны узоры, они отлично защищают от физического и магического воздействия, но для их ношения нужно обладать очень сильным телом. Например, доспех полностью закрывает тело Альсевы, но подчёркивает её женскую фигуру изгибами на груди и талии. Леди выглядит менее утяжелённой, из-под доспехов видна ткань, сходящая по ногам назад, словно закрывая их, как у бабочки.        К вечеру всё было готово. Рыцари полностью снаряжены в доспехи, выглядят они могучими, огромными, словно стальные, возвышающиеся скалы, стоящие на защите этого мира.        У каждого из рыцарей разные головные уборы и украшения для них (см. комментарии после части, там изображение). Их форма сделана с учётом головы существа, и изготавливается отдельно, исходя из размера ушей, пасти и прочих особенностей. Решётки есть так же в выпуклостях для ушей, иначе слышимость будет нулевая. Шлем Джека украшен высоким и пышным ирокезом из тёмно-красного и позолоченного ворса. Он имеет отверстие для глаз и небольшую решетку для вентиляции под стальными пластинами, позволяющую рыцарю набрать воздуха и одновременно защищая его от ударов.        — Идём строем за Аллесандром, я пойду замыкающим, — Джек отдал приказ, сквозь шлем его голос отзывался тяжёлым эхом. — Клайт, что по местности скажешь?        — Эти болота будут подвижной штукой. Есть одна идея, брат. Поставим там забор. — из-под массивного шлема с маской, окрашенной в чёрно-жёлтые полосы, послышался рык. — Нужно набрать побольше деревьев, но не сухих коряг, а здоровые, но не толстые. Обвяжем их канатом и будем ими проверять землю. В случае чего канатами можно будет вытащить из воды и трясины.        Быстро подготовившись и окончательно собравшись, рыцари отправились за Аллесандром. Капеллан шёл впереди, его кристаллы излучали яркий, тёплый, но мягкий свет, драгоценные камни плыли по воздуху вместе с каждым из отряда, в одной руке он держал свой боевой молот, в другой высокий кол из осины. Рядом с ним шёл Альган, ветер мотал его меховую обивку на кожаных подкладках.        Болота покрыты огромными островами мха посреди гнилой воды, но путь, по которому идёт отряд, действительно состоит из твёрдой земли и камней. С неё нельзя сходить, иначе сразу можно оказаться в трясине, которая начинает сразу поглощать всё, что в неё попадает.        Здесь правит зловещая тишина, нарушаемая лишь отдалёнными звуками нежити, скелетов и зомби, что иногда выходя из лесов, проваливаются в топи и навсегда остаются на дне этого проклятого места. Но иногда нежити везёт, и она может бесконечно долго бродить по толстому слою мха, под которым находится мрачная и гнилая бездна.        Хотя, есть и ещё что-то, тайное, потустороннее. Что-то и вправду есть в воде, и иногда мох поднимается, разнося свой импульс по всей территории, под чьим-то подводным воздействием.        Отряд двигается аккуратно и молча, но быстро. Аллесандр своей магией кристаллов справляется с нахождением верного пути, где земля остаётся твёрдой, но не менее ненадёжной. Ветер разносит стоны зомби где-то издалека, возможно, это даже и не они, никто не знает, каких тварей способно породить это место. Редж не соврал про запах, это зловонный смрад гнили и застоявшейся воды.        — Надо идти быстрее… — прорычал Редж, закручивая арбалет. — К нам что-то приближается по воде.        — Нет! Нужно остановиться! — Аллесандр повернулся к отряду и замер. — Если к нам что-то приближается, то оно ориентируется на вибрации, а не на шум!        — Стоим и ждём моей команды! — рыкнул Джек, поворачиваясь назад. Свет кристаллов усилился, отряд стоит на каменистой земле рядом с несколькими булыжниками. Неподалёку можно увидеть затонувшие обломки крепости, с каменными стенами и башнями, разбросанными в трясине и заросшие мхом.        Послышался тяжёлый звук, пронзительный, но низкий, глубокий, способный родиться в поистине огромной утробе. Болота задрожали.        — Этого тут быть не должно… — кристаллы задрожали, в них эхом раздался встревоженный голос капеллана. — Это существо не из нашего… мира…        Что-то стало поднимать толстый слой мха, в конце концов прорывая эту завесу. Закатное солнце осветило мерзость, но не помогла осознать чужеродный организм, бесформенный, сплетённый из множества зубов, щупалец и прочих конечностей.        — Значит отправим это в орден! — крикнул Джек, выходя вперёд и ставя щит. К нему сразу же присоединись рыцари, создав плотную стену, их оружие засияло ярким светом. — Нужно его только обезвредить! Альсева, готовься читать кодекс!        Аллесандр остался на месте, приковав взгляд к созданию, закрывающему оранжевый солнечный свет, его охватил ужас, капеллан выставил руку вперёд, пытаясь направить свет в существо.        — Нам нужно бежать! Нужно вывести его из болота, глупцы! Оно древнее вашего мира, Джек! — крикнул священник. — И держитесь за канат крепче.        — Ну какой мудак! — рявкнул Редж, выискивая какое-нибудь особое место в отвратительном организме. — Эта хуйня побежит за нами!        — Он выше меня по званию, мы должны его слушаться! Он знает больше! — капитан проворчал, тварь смотрела на них, изучала, но не бросалась в атаку. — Блядь! Редж, бери Таралонда и Альсеву. Клайт, ты Альгана и Арэна. Быстро!        Самые большие, быстрые и физически сильные во время побега обычно берут на себя лёгких и маленьких. Один рывок, и отряд сразу же рванул вперёд, вербер схватил Наадира и Аллесандра. Тварь, почувствовав множество сильных вибраций, очень быстро, вытягивая своё огромное туловище из трясины, погналось за бегущими, с ужасающим утробным криком, сотрясающим болото. Кристаллы, выпуская вспышки света, полетели за рыцарями.        Они бежали долго, изо всех сил, быстро. Мощный удар, зубья вонзаются в доспехи и сбивают Клайта вместе с теми, кто у него в руках, в воду, канат натягивается, они не смогут выплыть сами в очень тяжёлых доспехах. Вервольф начинает стрелять, Альсева и Таралонд выходят к монстру, множество зубьев, присосок и щупалец впиваются в их щиты, слышится скрежет металла, оружие в их руках вбивается в чёрную, гнилостную плоть, пробивая её, на смену одних конечностей приходят другие.        Джек с остальными вытягивают Клайта, Альгана и Арэна из трясины, свет кристаллов фокусируется на существе, сплетение магии пробивает тварь насквозь и отталкивает от тех, кто ей противостоит. Тело орка, закованного в доспехи, показывается из воды, из его шлема вытекает вода, и он берётся за канат. Вербер, не медля ни секунды, с рывка бросается на защиту своих рыцарей, влетая в пучину конечностей, мечом и щитом разрубая их на части, ногами растаптывая куски мяса, держащие его. Зубья вбиваются в его доспехи, но оставляют на них лишь еле заметные царапины, чёрная кровь монстра заливает его тело, он слышит, как Альсева зачитывает кодекс, весь отряд находится в бою. Несколько щупалец и присосок обвивают его руку с мечом, и тянут на себя, но вербер очень силён, он не поддаётся, рычит и упирается, разрывая эти бесформенные сплетения плоти.        — Эта хуйня уползает! — Редж отбросил арбалет, также со всеми вступив в бой. — Мы её давим!        — Тащите меня за канат! — крикнул Джек, погрязший в бездне этой твари, его рёв раздался эхом и вибрациями сквозь монстра. Его тянут, свет прорывается сквозь пелену тьмы и смрада. Тварь начинает замедляться, кодекс работает, но она продолжает уходить в трясину. Яркий свет начинает заполнять местность, кристаллы начинают говорить «Закрой глаза» каждому, они разряжают свет и энергию.        — Атоаль! — это голос Аллесандра, но что он говорит, неизвестно. Его голос раздаётся тысячами отзвуков в его кристаллах, но Джек не видит ничего, кроме всезаполняющего света, он закрывает глаза, иначе ослепнет, падает на твёрдую землю. Слышится ещё голос Аллесандра. — Атоаль! Дельсиро!        — Это эльсийский язык! — кричит Наадир. — Он произносит приказ (2)!        — Он что… эльсиец? — отвечает Таралонд, каждый начинает чувствовать усталость, пересиливающую волю.        — Я же говорил… — мычит сквозь зубы вервольф. — Он странный…        — Я… ранен… — говорит спокойным голосом Клайт, но уже поздно пытаться что-то сделать.        Каждый из рыцарей проваливается в небытие, сотканное из мягкого и тёплого света, словно в пышное одеяло с множество мягких подушек в небесах, где хочется находится всегда, поддаться сонному искушению и раствориться в ярком свете. __________________________________________________________ Примечания (1) Серебрянное Солнце — это Луна, которая когда-то была в этом мире, но после эльсийского кризиса, гражданской войны небожителей, навсегда пропала с ночного неба. (2) Эльсийцы способны общаться приказами — магическими словами огромной силы. Атоаль — это приказ подчиниться воле эльсийца. Не эльсийцы не способны на проведение настолько сильной магии.