Обезвредить! Сохранить! Засекретить!

       Тёмные переходы изредка освещались мигающими лампами, создавая неприятный эффект неизвестности. Что находится за следующим углом, в дальнем коридоре, до куда свет совсем не доходит, лишь рождает неявные образы, сознание дорисовывает то, чего там нет, или то, что там может находится.        Альсева приходит в сознание рядом с неработающим порталом между этажами, металлическая конструкция изогнута в опорах, а кристаллы разрушены. Неужели она ошиблась в молитве, думает девушка, но ведь она училась произносить заклинания с самого детства, с момента, когда научилась говорить. Вокруг никого нет, лишь серые бетонные стены переходов, коридоров и несколько дверей, которые ведут в неизвестность. Всё тело ноет от боли, телепортация завершилась неудачей, частицы светящейся пыли разносились от едва уловимого ветра неизвестного происхождения.        Воля девушки по-прежнему невозмутима, она сдержанно выдыхает, отпуская боль и понимая, что в этом месте произошла катастрофа. Обычно она никогда не попадала в другие порталы внутри комплекса, и обычно её всегда встречали сотрудники. Она произносит молитву, поглаживая свои плечи, мягкий свет сходит с пальцев, облачённых в перчатки с латными пластинами, она освещает округу и вытаскивает меч; щит и всё остальное, кажется, было потеряно при телепортации. Дышать в шлеме несколько трудно, Альсева аккуратно снимает его, слегка мотая головой, чтобы волосы пришли в порядок, и берёт в свободную руку, так будет лучше видно.        Мигающие лампы говорят о проблемах с питанием и обслуживанием, сколько прошло времени с начала аварии, думает Альсева, подходя к нескольким приборам, в которых ни она, ни кто-либо посторонний не сможет разобраться. На небольшой настенной панели мерцают числа и символы, она притрагивается к экрану, очень холодно. Но почему так тихо? Неужели сигнализация и службы предупреждения не работают? Нужно найти лестничный переход и хотя бы попытаться отыскать остальных, порталами сейчас пользоваться опасно, да и не представляется возможным.        Раздался гудящий и громкий звук где-то за стенами, глухой, словно от какого-то механизма или… существа, что передвигается между бетонными блоками. Девушка отстранилась от панели, и сделала несколько шагов в сторону прохода, ветер идёт именно оттуда, может это путь наружу. Несмотря на её внешнюю уверенность, она беспокоилась об остальных, и очень боялась находится в одиночестве в незнакомых местах, леди однажды в детстве потерялась, когда была в летней резиденции своей семьи.        Девушка проходила по длинным пустым коридорам, полагаясь на свет своей магии. Она понимала, что если случилась авария, то всё, что здесь находилось, вполне может оказаться в состоянии взаимодействовать с окружением. Хотя, по ощущениям, она совсем не в той части, где содержится всё тайное и сокрытое, несколько небольших и запертых дверей она всё же миновала, но и меч свой она держит перед собой не просто так. Белые доспехи отражают тени, что-то преследует воительницу, она чувствует незримое, угрожающее присутствие. Что, если она попала сюда не случайно, ошибка это или чей-то умысел.        Проходя дальше, сворачивая в сторону следующего перехода, она видит разорванную дверь в помещение, в бетон вставлены длинные стеклянные окна, но увидеть, что внутри комнаты, невозможно. Она вновь надела свой шлем и взяла меч в обе руки, свет усилился, она прижалась к стене, выдыхая.        — Именем Священного Ордена! Приказываю появится любому, кто скрывается в тенях! — громко молвила она, возможно, не следовало этого делать, но ей было настолько страшно, что любой звук, способный разогнать тишину, немного успокоит её. Она до последнего молилась про себя, чтобы остался хоть кто-то, кто может ей ответить. Ладонь скользнула по клинку, солнце отразилось на стали, меч зажёгся светом. Альсева идёт дальше.        Дверь разорвана или выломана, нельзя точно сказать, это не сделано из стали или дерева, скорее что-то среднее между этим. Внутри помещения темно, но свет от магии отгоняет тени. Несколько широких деревянных столов соединены друг с другом, вокруг небольшие, простые стулья на трёх ножках. Это место для… отдыха? Несколько шкафов с книгами, как раз то, что нужно. Может быть получится хоть что-то понять, Альсева подошла к одной из полок и взяла оттуда первую попавшуюся тетрадь, с бледно-зелёной обложкой.        Расписание обслуживающего персонала, имена и фамилии разных смен, причём, чтобы дойти до цикличности, нужно пройти достаточно много категорий. И условия обслуживания в корпусе с объёктами: Персонал обязан находится в помещении А-типа в количестве не менее 4-х, соблюдать правила использования оборудования t3-1. Работник №1 должен держать объект ▀▀▀▀▀▀, работник №2 должен смотреть на работника №1, работник №3 должен, используя оборудование ▀▀▀▀▀, ▀▀▀ ▀▀▀▀, работник №4 должен, используя оборудование t3-1, следить за состоянием жизненных показателей работника №1, №2 и №3. Все показатели должны записываться в книгу учёта 516.        Взгляд Альсевы скользнул ниже, она поджала губы, повернувшись к открытой двери, на всякий случай. Закрытая информация видимо предназначалась для сотрудников другого уровня, а персоналу об этом не говорили, несмотря на то, что они использовали что-то. В случае ▀▀▀▀▀▀▀▀▀ поведения объекта ▀▀▀▀▀▀ всем работникам необходимо в срочном порядке покинуть помещение по одному, прекратить использование объекта ▀▀▀▀▀▀ и оборудования ▀▀▀▀▀. Работник, использующий оборудование t3-1, должен покинуть помещение последним и закрыть дверь. Все работники должны пройти ▀▀▀▀▀▀ ▀▀▀▀▀▀▀▀▀ и закончить смену.        Условия достаточно безопасные, но видимо, что-то в огромном комплексе нарушило их. Ничего полезного, хотя достаточно интересно. Да, она понимала, что нечто вырвалось из привычных условий содержания, но что это может быть. Альсева не пойдёт никуда, пока не изучит всё, что можно изучить, но и оставаться тут тоже может быть опасно. Она отодвигает стол к двери и переворачивает его, подпирая несколькими стульями, чтобы дать себе хотя бы немного времени и спокойствия. Все рыцари из её отряда смогут её почувствовать с помощью магии, как и она их, но сейчас никого рядом нет, ни малейшая частица её магии не реагирует на друзей.        Она откладывает тетрадь на другой стол и берёт ту самую книгу учёта 516. Показатели пульса и мозговой активности, причём везде, напротив пометки, что работник спал как минимум 8 часов, и с пробуждения прошло не больше 2-х часов, стоят росписи. Последние показатели были указаны четыре дня назад. Значит это случилось тогда, понимает Альсева. В конце на тетради стоит печать, указан корпус Бета-4, Альсеве это ничего не говорит, она никогда не заходила дальше необходимого, по статусу ей не положено.        Значит, работники должны быть выспавшимися, работая с тем, что они должны были обслуживать. Альсева внутри понимала, что ей явно не стоит встречаться с объектом, о котором идёт речь, она достаточно сильно устала, мышцы и кости стонут, она была бы не против лечь на что-нибудь мягкое и упругое, чтобы немного отдохнуть, укутаться в тёплое одеяло, снять доспехи и одеяния. Свет едва заметно начал тускнеть. Как только она подумала об отдыхе, на её плечи свалилась огромная волна усталости, стало невыносимо тяжело даже глаза держать открытыми. Она осознала, что только что попала в ловушку. Сопротивляясь ощущениям, отгоняя от себя мысли, она неосознанно подняла голову. И увидела в окне глаза.        Они смотрят на неё с обратной стороны, белые глаза, стекло запотевает, ужас сковал её тело и разум, что-то щёлкает снаружи. Оно дышит, очень громко, смотря на Альсеву, словно угрожая своим тёмным и огромным, неясным и необъяснимым телом. Девушка не знает, что делать, её сердце стало стучать явно громче, белые глаза дёрнулись, дрожащий свет лампочки на мгновение дал Альсеве увидеть худое и высокое тело с длинными, чёрного цвета, руками, прислонившимися к окну.        Незваный гость. Посторонний. Насильник. Злоумышленник. У этой твари много имён, припоминает Альсева, но описание всегда одно. И то, что он делает, тоже. И что для неё более страшно, это тварь из этого мира, из самых потаённых уголков безымянных мест. Искажённое, желающее Альсеву лицо, натянутая на неизвестного происхождения голову, вновь дёрнулось, когда воительница зажглась ярким светом. Тварь отстранилась и издала жуткий вопль, сотрясающий бетонные стены. После Посторонний стал биться в плотное стекло, словно игнорируя очень слабую баррикаду из стола и стульев. Окна задрожали, Альсева кинулась к двери, отодвигая стол, длинная рука пробилась сквозь стекло, осколки посыпались на пол. Девушка схватилась за один из стульев и вбила тянущуюся, склизкую к ней руку в пол, с помощью стальной ножки. Рёв усилился, всё вокруг разлетелось в сторону, но Альсева уже выбежала в коридор и побежала вперёд. Она не справится с ним в одиночку, нужно бежать. Рука хватает её сначала за одежду, быстро перетягивается к доспехам, и тянет к себе. Яркая вспышка.        Всё такое белое и красивое, пышное, тёплое, мягкое, она словно спала в облаках. Альсева находит себя посреди широкой кровати, она чувствует, что ей хочется поспать ещё немного, она не выспалась, вот бы растянуть этот момент подольше. Но она видит кровь на кровати, тонкая алая струйка идёт по её ноге. Радиоприёмник находится рядом, он работает от кристалла, но ничего уловить не может, слышен только тихий шум, и неявные помехи, которые быстро замолкают. Воля Альсевы очень сильна, и даже, находясь во сне, она осознаёт, что такого быть не должно, но смутный, уставший разум даёт свой эффект. Она не помнит ничего, и почти верит в то, что если пойдёт умоется, то всё пройдёт. Она уже не юная леди, всё так правдоподобно, кровь на белом белье портит обстановку, она не хочет, чтобы кто-то узнал. За окном яркий солнечный свет, но приблизившись, она не видит ничего, кроме света. Альсева чувствует тревогу и грусть, одиночество.        Всё так чисто, она идёт, оставляя кровавый след, тянущийся по белому полу, на ней нет никакой одежды, она проходит мимо нескольких окон, не замечая, как в одном из них нет никакого света. Она почему-то знает, где уборная комната, всё напоминает ей дом, неосознанно она идёт туда, куда шла чистить зубы в детстве, где матушка клала свежее и душистое мыло, и где она же познала свои первые регулы. Матушка говорила, что в этом нет ничего страшного, плоть несовершенна, и организм функционирует как нужно, если идёт кровь, её нужно лишь убирать. Но внутри Альсева так этого боялась, так боялась, что теперь она взрослая женщина, которая должна выйти замуж и начать заниматься потомством. В отряде её выбор уважают, и никогда не дают в обиду. Она красива, чиста, невинна. Но почему она здесь. Уборная комната из детства, большая, такой она была в детстве.        Альсева неуклюже встаёт в душевую кабину, прокручивает вентили и… вода не идёт. Нигде. По радио заиграла музыка. Приятная, тёплая, вновь из детства… но слегка искажённая, словно изменённая, как будто плёнка испорчена, но такого ведь не может быть. Пахнет горячим шоколадом, Альсева хочет попить его, ей холодно. Она идёт на кухню, но нет никакой посуды, ни кружек, ни чашек, ни столовых приборов, всё пустое. Она слышит скрип двери. Наверху, из-за угла, на неё начинают смотреть глаза на абсолютно пустом и гладком, искажённом лице, они изучают её оголённое тело, она пытается отстраниться, но не может, пытается закрыться, но её тело сковывают. __________________________________________________________________________ _____ВНИМАНИЕ____________________________________________________________        Она падает на кровать, множество чёрных, нечеловеческих рук, скользких, склизких, хватают её, начинают лапать, зажимать, проникать между бёдер, сжимать нежную кожу груди, она пытается закричать, ей становится больно. Высокий силуэт приближается, упорно смотря на неё, она не может отвернуться. Кровь заполняет всё вокруг. Стройное, подтянутое, и одновременно нежное тело Альсевы изгибается, дрожит, в её рот, вагину и анальный проход проникают руки и пальцы различных, причудливых, отвратительных форм, слизь вытекает из них, прозрачная и неприятно пахнущая, радио играет очень жизнерадостную музыку, очень громко, Альсева пытается кричать, но её не слышно. Существо насилует её, очень больно, жестоко, ему неизвестны чувства, леди от страха и боли наконец теряет сознание, но её продолжают насиловать, больше, сильнее, больнее, дольше. Её тугие стенки растягиваются, мышцы рвутся, кости трещат, дышать невыносимо тяжело. Она просыпается только для того, чтобы увидеть ужасное лицо и вновь оказаться в ловушке. Её держат крепко, невыносимо больно, чистые слёзы текут по её щекам, счёт времени теряется, она испытывает это, по ощущениям, на протяжении нескольких дней, пока тело девушки не разрывают на части. Всё прекращается. Вспышка света. ____________________________________________________________________________________________________________________________________________________        Она вновь просыпается на этой же самой кровати, только помнит, что было раньше, как она оказалась в ловушке этого существа в предыдущем сне. Радио тихо шипит. На кровати кровь Альсевы, она уже знает, что водой это не смыть. Может ли она попытаться не оставить за собой кровь и выбраться? Оставаться на кровати будет ошибкой. Этот сон пытается имитировать реальность, и ткани впитывают её кровь, она оборачивается в постельное бельё и пытается открыть окно. Нет ни ручек, ни мест, за которые можно было зацепиться. Дом, как будто его представляет детское сознание, несокрушимый бастион, где ты всегда под защитой, но без деталей, которые ему нужны.        У входной двери есть ручка. Альсева поворачивает её и оказывается в бесконечном травяном поле. Ветер колышет её волосы и ткани, которыми она перевязалась. Но тут нет горизонта, ни гор, ни холмов, ни лесов, по небу плывут белоснежные и пышные облака. Этот дом один в округе. Она одна против этой твари. Бежать некуда. Ей стало страшно за свою жизнь и судьбу, в отчаянии девушка упала на колени и стала плакать, позади послышалась музыка, играемая в радио.        — Покажись, тварь! Именем Ордена Последней Надежды! — в ярости крикнула она, ударив кулаком по траве. Почувствовался запах горячего шоколада, такой приятный и согревающий.        Она поняла, что Насильник здесь, позади почувствовалось неровное дыхание и тихие стоны. Ей не выбраться. Руки уволокли её на кровать, где она вновь была изнасилована.        Третий раз она просыпается в одном и том же месте. Альсева берёт в руки радиоприёмник, небольшую коробочку с панелью. Пытается поменять частоту, покрутить магический кристалл, подвигать ползунок в разные стороны, ловит помехи, но изменчивые, едва уловимые. И хотя отключить радио не получается, она находит, как убрать звук. Этот проклятый звук её раздражает. Что-то потянуло её взять его с собой. Обернувшись в ткани, с радиоприёмником в руках, Альсева вновь выбралась наружу, стараясь избавиться от детских мыслей. Если всё вокруг построено на её воспоминаниях, то и пусть по её правилам всё будет. Она бежит вперёд, босыми ногами по густой зелёной траве. Бежит вперёд, подальше от этого дома посреди пустоты. Она устала, но продолжает бежать, сможет ли она скрыться?        — Эй, ты меня… слышишь? Альсева… — из радиоприёмника раздался голос. Она останавливается, падая на колени, узнав голос Реджа, рычащий, сосредоточенный. — Альсева, где ты? Просто скажи, какой корпус… Я найду тебя по запаху.        Это не радиоприёмник, это у неё в голове. Она говорит, но ничего не происходит. Она старается сосредоточить все свои последние силы на том, чтобы думать о том, где находилась раньше. Радиоприёмник начинает играть музыку. Она вспоминает заклинание, оно вертится где-то на языке. Пахнет горячим шоколадом, манящий, приятный запах.        Бетонные стены, коридоры. Корпус Бета-4!        Она поднимает голову и видит ужасные белые глаза и искажённое лицо.        Её тело тащат обратно, трава начинает сдирать кожу со спины, белая кровать исказилась, она сломана, руки вновь окружают её. Всё происходит вновь, весёлая детская музыка уничтожает разум. Раздаётся дикий вопль. Музыка затихает. Тварь изгибается, разрывается на части, отстраняется, яркий свет заполняет округу, Альсева сопротивляется, слышит громкий рык, всё разрушается. Чёрная кровь разбрызгивается на лицо Альсевы, она просыпается!        Редж тянет тварь на себя, лапами пытаясь оторвать одну из конечностей Насильника. Он рычит, он пришёл спасти Альсеву. В плечах девушки раны, словно её держали, она находится в тёмном коридоре, воительница еле поднимается, произнося слова Кодекса. Свет загорается в её ладонях, тварь дрожит, Редж раскусывает кости и плоть, и с отвратительным треском разрывает существо на части, пламя Альсевы разрушает его на части, тени мерцают в разных сторонах, пока от существа не остаётся ничего, кроме бесплотной лужицы прозрачного цвета.        Это настоящий Редж, он бросается к леди, прижимая её к себе, жалобно скуля и фырча, укрывая её лапами. Его дерзкая и нахальная, а сейчас напуганная морда, была такой приятной и тёплой, живой, она почесала его за ушками, увидела, как он виляет хвостом. Этот кошмар закончился.        — Редж… — у Альсевы дрожал подбородок, она думала, что не переживёт это, но она была так счастлива видеть своего друга. — Спасибо тебе…        — Теперь никто не тронет тебя. Никто. Никогда, — прорычал Редж, понимая, в какой ловушке была девушка, не сдерживая своих слёз. Вместе им будет легче найти остальных и выбраться.        — Тут что-то произошло… Я никого не видела… Этот сон… был вечным…        — Спасибо, что не сдалась. Пойдём на лестницы…