vita brevis est, et iuvenes sumus

Его руки проводят долгие дорожки царапин, прямо по смуглой коже своего товарища. Энрико стонет, выгибается в колее страсти, вздыхает от пылкого чувства любви и похоти. Дио тянет одну из рук к томным губам Пуччи, нежно царапает теплые, сухие губы, попутно снимая чужую рубашку. Энрико тянется к чужим губам, и срываясь стоном, вливается в поцелуй, в одно безумное чувство. Его колени сжимают бедра друга, эрекция прижимается к левому бедру Брандо. -Боже, боже, боже... Дио. Черт возьми, Дио! - Юноша снова выгнувшись, голодно взглянул в чужие глаза, полные янтарем, медью, и похотью. - Боже-е-е...Пожалуйста, трахни меня! Скоре-е-е... Дио сжал чужие теплые бедра, и грубо посадил своего друга на сильные колени. Стянув со своей пассии новенькие, угольные брюки, он жадно облизнулся, сцепившись с товарищем в голодной схватке. За брюками, с плотных, смуглых бедер были стянуты черно белые боксеры. -Боже мо-ой! Ди-и-ио! Быстрее пожалуйста, пожалуйста! Блондин послушно снял с себя белье и обнажив свою эрекцию, вздохнув с похоти, вошел в чужое, узкое нутро. Пуччи прижался к своему другу, и громко задыхаясь от приятных, колких чувств. Всхлипывая от прекрасных, легких судорог, он обнимал чужую сильную, бледную шею. -Энрико, Энрико...Прекрати хныкать. Тебе точно хорошо? Детка, расскажи мне, что-то не так? Страстно выдохнув чужое имя, Пуччи приподнял подбородок своего друга и нежно примкнул к томным губам Брандо. -Боже, как хорошо, как хорошо... -Я люблю тебя Энрико. Пуччи выдохнул. -Я тоже, дорогой. Через секунду, оба стихли. Снаружи доносились странные звуки. -Какого черта чуваки!? Вы там порно смотрите?! Я тоже хочу-у-у-у! Парни посмотрели друг на друга. -Джонга-а-а-ал-л-ли! **