Для Энрико было легкой задачей, реализовать желания своего невероятно харизматичного, сильного, и столь развратного господина. В том числе - сексуальные желания. Он покорно натягивал на свои глаза повязку, с трепетной верностью раздвигал ноги дожидаясь чужих ласк, и с любовью целовал сильную подтянутую грудь своего властителя. Он делал все, но когда речь зашла о таком разврате, о коем юноша и думать не думал, то пошатнувшись, переспросил: -Вы хотите использовать этих духов в таких ц-целях?

Его руки проводят долгие дорожки царапин, прямо по смуглой коже своего товарища. Энрико стонет, выгибается в колее страсти, вздыхает от пылкого чувства любви и похоти. Дио тянет одну из рук к томным губам Пуччи, нежно царапает теплые, сухие губы, попутно снимая чужую рубашку. Энрико тянется к чужим губам, и срываясь стоном, вливается в поцелуй, в одно безумное чувство. Его колени сжимают бедра друга, эрекция прижимается к левому бедру Дио.

Пока юноша страстно вздыхает, резко ударяясь кожей об кожу, его соблазнитель, ни на шутку возбужденный и сладострастный, отмечает то, как же этот молодой священник похож на змею - ловкою, гибкую, и невероятно хитрую, которую впервые обхитрили, и поделать с этим, она ничего не может.