Я везде найду тебя.

      Ким Намджун выполнил все требования Тэхёна, не мог не выполнить. Тэ не знает, к каким методам он прибёг, его это и не интересовало, главное, что началась подготовка. Пока шли сборы, Ким вовсю обсуждал с Чимином все современные методы лечения последствий радиации. Его люди в Америке путём подкупа, взяток, запугиваний, уговоров подняли архивы в больнице, в которой лечился Гук, пока не нашли его карту болезни. Пак чуть ли не с лупой изучал выцветшие записи, гадая, что означала та или иная буква. Почему его карта до сих пор хранилась в архиве, было не совсем понятно. Он выдвинул версию, что очевидно, в то время врачи решили, что у Чона необычная, неизученная болезнь, поэтому его карта находилась в отдельном хранилище. Как бы то ни было, благодаря карте, Чимин составил план лечения, подробно расписав последовательность приёма лекарств на три месяца. К тому же необходимо было учитывать истощение организма, обезвоживание. Тэхён не знал точно, в каком состоянии застанет Чонгука, поэтому рассчитывали все варианты. Он составлял списки необходимого. Чтобы не путаться и не повторяться, разделил всё по отдельным частям. Прежде всего это, конечно, медицинские принадлежности. Этим списком занимался Чимин.

***

Техника для дома. Когда Намджун перечитывал список, его глаза полезли на лоб. — Плазменный телевизор? Восемьдесят восемь дюймов? — он ошарашено уставился на Тэхёна. — Ты хоть понимаешь, как он будет выглядеть для того времени? Когда телевизор-то не в каждом доме был. Ким равнодушно пожал плечами. — Мне как-то похуй, он нам нужен. — Зачем? Ты же не сможешь ничего смотреть по такому телевизору. — Как не сможем? Сможем, будем смотреть «Железного человека», да и вообще всего «Марвел». Гуки столько пропустил. Да, надо скачать все более-менее хорошие фильмы за последние пятнадцать лет, концерты, да и новости значимые. Добавь к списку. Намджун в растерянности смотрел на Тэхёна, который так говорил о своём парне, словно он жив, просто уехал далеко, и они вот-вот встретятся после долгой разлуки. — Ты так сильно его любишь? — от его высокомерного тона ничего не осталось. — Он — моя жизнь, — произнёс так тихо, но Намджун услышал его, кивнул, понимая, да, так и есть, буквально. Он встряхнул головой, отгоняя какие-то свои мысли. — С телевизором разобрались, дальше что у нас… игровая приставка? На хуя? — Чонгук любит игры, будем с ним до утра рубиться. Намджун со звуком хлопнул себя по лицу, изображая полный ахуй. — Тэхён, сколько тебе лет? Ты что, пацан малолетний? Какие на хрен игры? — Ну, у Чонгука есть сын, так что играть есть кому, — и застыл в нерешительности, увидев побледневшее лицо Нама. — Какой сын, Тэхён? — заикаясь, подавился воздухом. — Я разве не говорил? У Чонгука сын родился в том времени, — проговорил равнодушно, разводя руками и прячя эмоции под маской безразличия. — Так что это ещё одна статья расходов. Обучение в элитной школе, кружки там разные, занятия спортом. Университет, престижный, не какой-нибудь в захудалом городишке. Он ведь по вашей вине остался сиротой в семь лет, — Тэхён без зазрения совести использовал чувство вины. Чёрт, это оказывается даже приятно. Очень. Намджун не спорил уже. Вздохнул, записал, не возражая.

***

Тэхён долго размышлял и пришёл к мысли, что ему будет нужен свой человек в том времени. Юрист, который решал бы возникшие вопросы и на которого он с Чонгуком мог бы положиться. В течение нескольких месяцев провели кропотливую работу, и на стол Тэхёна легла папка с документами. Претендентов несколько, и он внимательно прочёл все досье. Хоби посоветовал молодого юриста, который в последствии стал довольно известным адвокатом. Но Кима привлёк совсем другой человек. — Он, вот этот, — Тэхён пододвинул к Хоби бумаги. — Но он умрёт в тюрьме, — тот поражённо сунул страницу с текстом Тэхёну под нос. — Вот именно, посмотри, за что его посадили. Вообще, прочти его историю. Он тот, кто нам нужен. — Ты уверен? — Более чем, — Тэхён вслух произнёс имя претендента. — Мин Юнги, посмотри, что ещё можно накопать на него. Только действуй более оперативно. Времени осталось не так много.

***

Тэхён не мог спать. Он без конца прокручивал сценарии встречи с Гуком. Внутренности сжимались от предчувствия. Ким боялся радоваться: вдруг он опоздает, вдруг вообще не сможет пережить переход. Отгонял нехорошие мысли, убеждая себя, что всё получится, должно получиться. Столько лет он шёл к этому моменту, и когда остаётся сделать последний решительный шаг, он не позволит сомнениям разрушить его непоколебимую уверенность. Сомнения — враг веры, а он верил, хотел верить.

***

Друзья стали часто собираться, место встречи неизменно — квартира Кима. В ней они все чувствовали себя комфортно, особенно в последнее время. В воздухе витало какое-то восторженное предвкушение радостных перемен, ожидание чуда трепетало внутри. Хосок, с одной стороны, радовался за Тэхёна. С другой — разлука с другом огорчала его. Неизвестно, смогут ли они когда-нибудь встретиться вновь. Скорей всего — нет. Никогда. Они дружили со школы. Столько лет вместе, а тут приходится прощаться. Он напился в стельку и заплакал на плече Тэхёна. — Нет, ты не подумай, что я не рад. Я счастлив, что ты нашёл Гука, — пьяно обнял Тэ. — Но мне тяжело представить, что я больше тебя не увижу. Тэхён не выдержал и подключился к рыданиям. Вот и сидели два взрослых мужика и подвывали друг другу, подтирая сопли и слёзы. Чимин, глядя на них, подсел к ним и, обняв, подхватил в голосину. Пьяная троица ещё долго сидела в обнимку, объясняясь друг другу в любви, и в этом не было ни капли лжи или лицемерия.

***

Тэхён направился за город по адресу, который скинул ему Намджун. Когда подъехал к воротам, охрана внимательно изучила его документы, разрешение на посещение, позвонили куда-то, чтобы удостовериться, и, наконец, пропустили. Он облегчённо выдохнул, зачем его сюда пригласили, Тэхён не знал, но догадывался. Перед ним предстал длинный ангар, зашёл внутрь с замиранием сердца и ничего не увидел, там не было чего-то особенного, нет толпы людей, мельтешащих ученных, сотрудников, ничего, только тишина, нарушаемая разве что криками птиц за окном. Тэхён разглядывал бежевые стены, чистый пол, на что ещё смотреть? Открылась боковая дверь, которую Ким не заметил раньше, показался Намджун, подозвал его и Тэхён, не мешкая, приблизился к нему. Они зашли в другое помещение. Вот тут уже было шумно. Тэхён удивился, там, откуда только что вышли, была абсолютная тишина. Намджун заметил его растерянность. — Супер звукоизоляция, иначе можно привлечь излишнее внимание. Пошли. Они двинулись дальше, перед ними ещё одна дверь. Они остановились, но не зашли. Намджун кивнул головой. — Это здесь. Тэхён догадался — там находилась машина времени. — Как она выглядит? — Что? — Намджун не совсем понял, о чём спрашивал Тэ. — Ну, эта самая, машина времени. Намджун смотрел несколько мгновений, потом засмеялся, чуть не заплакал от смеха. Тэхён не понимал, что тут смешного. — Ты думаешь там стоит какая-нибудь «Ламборджини»? — Нам смахнул слёзы, всё ещё смеясь. — Ну, типа такого, — Ким невольно смутился. — Здесь, — он кивнул на дверь, — находится варп-двигатель. — И торжественно замолчал. Очевидно, это должно было что-то значить, и Тэхёну самое время благоговейно преклонить колени, но ему это абсолютно ни о чём не говорило. Намджун разочарованно вздохнул. — Ладно, объясню примерный принцип работы варп-двигателя, чтобы ты имел представление, с чем будешь иметь дело. При помощи варп-двигателя мы путешествуем во времени. Капсула сама не перемещается, пространство перемещается относительно капсулы, то есть варп-двигатель воздействует не на капсулу, а на окружающее пространство, искривляя его. Пространство — это ткань, под воздействием определённой материи, мы называем её экзотическая материя, оно деформируется, гнётся и рвётся. Эти разрывы ведут в иную часть континуума, образовывая туннели, так называемые «кротовые норы», которые соединяют две удалённые точки пространства между собой. «Кротовые норы» остаются открытыми некоторое время, и только в этот момент возможно перемещение. Они возникают в «квантовой пене» виртуальных частиц, которые непрерывно рождаются и аннигилируют в вакууме пространства-времени. Вместе с ними рождаются и рассыпаются бесчисленные туннели «кротовых нор», которые на определённое время случайным образом соединяют совершенно разные области пространства-времени и снова исчезают… — Намджун вдруг замолчал, заметив Тэхёна, выпавшего в осадок. — Ничего не понял, да? Ким медленно покачал головой, то, о чём говорил Намджун, было для него набором непонятных слов, лишённых хоть какого-то смысла. — Так, тогда ещё попроще, — Намджун достал из кармана ручку, блокнот и вырвал из него листок. — Смотри, это пространство, — он показал на листок бумаги. — Представь, что эта ручка — варп-двигатель, он воздействует на пространство, — Нам приставил ручку кончиком к бумаге и сложил её пополам, — видишь, пространство сложилось, но сама ручка не двигается. И вот между этими половинками пространства возникают проходы, и тогда возможно перемещение, — он проткнул бумагу ручкой. — Теперь понятно? — Теперь понятно. Боже, как это сложно, — Тэхён ошеломлённо захлопал глазами. — Вся проблема в том, что пока мы не можем стабилизировать «кротовые норы», можем только просчитать, когда они возникнут в том или ином месте. — И когда в ближайшее время возникнет эта самая «кротовая нора»? — Тэхён вдруг ясно понял смысл последнего предложения. — Двадцать первого апреля. Здесь. Там — четвёртого октября, — Джун замолк, ожидая бурю. И она грянула, с громом и молниями. — Ты с ума сошёл? Четвёртого октября, это же за… за… — Тэхён, задыхаясь, быстро пересчитал на пальцах дни, — это за семь дней до смерти Чонгука. Это невозможно, я могу не успеть, — хриплый крик вырвался из горла, он схватил Намджуна за лацканы пиджака и яростно затряс его. Пальцы неосознанно сомкнулись на шее Джуна, он готов был перегрызть ему глотку. Несколько человек с трудом оторвали его руки и оттащили. — Убью, сука! — Тэхён ожесточённо дёргался, пытаясь вырваться, но его крепко держали. — Успокойся, остынь, бешеный, я не могу сделать большего, тут от меня ничего не зависит, — посиневший Намджун откашлялся, приводя дыхание в норму, расправил, оттягивая, воротник. — Хорошо, отпустите меня, — Тэхён взял себя в руки. Но как только хватка ослабла, он в один прыжок оказался рядом с Намджуном, и его кулак мощно проехался по скуле. Тот чуть не упал, но удержался на ногах. — Вот теперь я успокоился, — Тэхён затряс рукой. — Больно, но приятно. А теперь послушай меня, Намджун. Если что-то пойдёт не так, и я не застану Чонгука живым, то не буду говорить, что ты пожалеешь, но это так и будет. Я останусь в том времени и сделаю так, что даже если Джин и родится, ты с ним никогда не встретишься. Ты никогда не узнаешь его. И вот тут, — Тэхён ткнул указательным пальцем Намджуну в область сердца, — у тебя выжжется дыра и образуется пустота. И ты почувствуешь, как эта пустота поглощает тебя. Ты не сможешь её ничем заполнить. Она будет расти с каждой такой фотографией, которую ты будешь получать каждый месяц, в определённый день и час. Пустота поглотит тебя без остатка, она породит боль, и в тебе будет столько боли, что ты не сможешь ни дышать, ни спать, ни есть. Ты не будешь знать, кто он, этот парень, но ты поймёшь, что никогда в своей никчёмной жизни ты не был счастлив так, как на этой фотографии. Эта боль потери сожрёт тебя, и я надеюсь, что тебе будет так же больно, как и мне, когда я узнал о смерти Чонгука, так что молись всем богам, чтобы я успел спасти его. Иначе, ты никогда не узнаешь, кем Джин был для тебя. Эта неизвестность выест тебя изнутри. Ты будешь любить его, не зная, кто он, и изнывать от мучительной тоски. Эту тоску ты ощутишь не только эмоционально, но и физически, она порвёт тебе вены, скопится в твоём сердце за долгие года, будешь страдать по исчезнувшему свету, твой мир погрузится в темноту и в нём поселится беспросветный мрак. Ты будешь искать освобождение в смерти. Я обещаю тебе это, запомни мои слова. Тэхён гневно сплюнул Намджуну под ноги и двинулся к выходу, расталкивая людей, вставших у него на пути.