***
Дракончик, неловко размахивая золотистыми крыльями, наконец-то смог ненадолго подняться в воздух с крошечной всадницей на спине. Деймон вновь метнулся к дочурке, в который раз проверил крепления на седле, а после, широко размахивая руками, начал что-то громко ей объяснять. Я улыбнулась — все же Деймон оказался на удивление неплохим папкой, что несколько реабилитировало его в моих глазах.
— Госпожа, пришло время распорядиться насчет дневной и вечерней трапезы. Также необходимо пополнить запасы: свежие овощи уже на исходе, как и свежее мясо с яйцами. Еще засорились стоки — я пару лет уже во всю твержу об необходимости их замены. А ещё…
Я, тяжело вздохнув, оторвала свой взгляд от окна и возвратилась к работе. Отдала необходимые распоряжения относительно обеда, настоятельно проговорив, чтобы Деймону и Висенье подготовили что-то легкое и вкусное, попыталась прикинуть, сколько же мяса, картохи и хлеба может понадобится, дабы накормить всю ту толпу народа, что обитала в моем замке. Поговорила с каменщиком о починке крепостной стены. Ах да, ещё и стоки. Я застонала — Седьмое Пекло! И зачем я только отослала своего кузена Редвина?! Пусть и воровал — что так мною и не было доказано — зато брал решение всех этих треклятых бытовых вопросов на себя! Может муженька подключить к столь непростой работе? Я вновь выглянула в окно: Деймон, весело хохоча, подбрасывал Висенью в воздух. Ладно, хотя бы из запоя вышел, да и бубуйней лютой пока не страдает. Не стоит нарушать хрупкое душевное равновесие принца тяжелыми экономическими вопросами.
— Вам письма, моя го-госпожа, — взволнованно проговорил мейстер Арри, люто краснея при виде меня, — одно из Ко-Королевской Гавани, второе — из Орлиного Гнезда.
— Кто-нибудь кроме тебя знает о письмах? — спросила я, пробегая глазами по посланию, в коем возвещалось о новой беременности королевы Эйммы. Судя по всему именно той, что и приведёт эту славную женщину к погибели и станет одной из причин грядущей войны.
— Нет, го-госпожа. Вороны прилетели лишь утром…
— Вот и хорошо. Деймону пока лучше не знать новостей из Королевской Гавани. А то опять в запой ударится. Да ещё наговорит на пьяную головушку черти что.
Все же я решила состряпать письмо с поздравлениями, чувствуя себя самой и в прямь последней сукой. В конце, дабы хоть как-то очистить совесть, я аккуратненько так предложила поискать лучших акушерок и мейстеров для королевы. Да и намекнула под конец, как дорого выходит Рунному Камню содержание двух драконов. Может если Деймону и не вернут его содержание, то хотя бы снизят подати и налоги?
— А вот это и впрямь неплохая идея! — проговорила я, разворачивая письмо от самой Джейн Аррен, леди Орлиного Гнезда. Быстренько накарябала ответ, скрепила печатью, и передав послания мейстеру Арри поспешила к Деймону и Висенье.
— Мамочка Рея! Смотри! — малютка весело замахала мне с драконьей спины, а после что-то грозно приказала своему дракончику на валирийском наречии. Златик завырчал, а после из его пасты вырвалось облачко дыма.
— Умничка! — умилились я. Все же маленькие детишки всегда были моим слабым местом, — можно я ненадолго украду твоего папочку, моя дорогая Висенья?
— Можно! — ответила девчушка, а после грозно воскликнула, — Дракарис!
— Деймон, тут такое дело, нас в Орлиное Гнездо приглашают, — зашептала я на ухо принцу, приставая на цыпочки, — только я не уверена, стоит ли брать нам с собою Висенью…
— Ты стыдишься моей дочери, Рея?! — тотчас встрепенулся принц, меняясь в лице.
— Стыжусь?! Ты долбоящер, Деймон! Да я даже кузена Ревина отправила восвояси, чтобы он малышку не обижал лишний раз! — это конечно было не совсем правдой, но близко, — думаешь мне нравится самой теперь занимается всем этим хозяйством? Да ещё стены чинить, которые косые наездники на драконах рушат!
— Я не косой! — возмутился Деймон, — просто в этой деревне тёмно как в….
— Деймон, не выражайся при детях! — я оглянулась на девочку, но Висенья во всю была занята своим драконом, — может тебе маяк поставить? А то замок ещё снесешь ненароком! Кто и на какие шиши потом его ремонтировать будет?
Деймон моментально насупился — все вопрос денег был сейчас для него крайне болезненным. Потому я по кошачьи потерлась головой о его плечо, а после, поднеся к губам его ладонь, поцеловала. Седьмое Пекло, какие же у него красивые руки! Чувствуя себя самой последней фетишисткой, я поглаживала нежную кожу — нежнее чем у меня самой!!! — разглядывала ход голубоватых сосудов, любовалась идеальной формой ногтей. Мда, ну почему у мужиков все само по себе все идеально, а нам, женщинам постоянно приходится убиваться дабы просто выглядеть нормально?! Ну ладно, спишем все на магию
эльфийской валирийской крови.
— Рея?! — как-то смущенно проговорил Деймон, когда я зачем-то решила его обнюхать.
— Ты такой сладенький, — я плотоядно облизнулась, чувствуя как рот наполняется слюнями, — так бы и скушала.
— Ну не при детях же, Рея! — возмутился Деймон, — если только удастся уложить Висенью пораньше… Полагаю, у Рунного Камня должны быть достаточно толстые стены, дабы не разбудить мою малютку.
— Я и представить не могла, что ты окажешься столь заботливым папочкой.
— А я и представить не мог, что ты добровольно согласишься принять мое дитя. Ты ведь не играешь со мной, Рея?
— Нет, Деймон. Я слишком ленива, дабы заниматься подобным. И так проблем хватает. Но ты не должен забывать, Деймон, что Аррены мои сюзерены, и потому я не смогу защитить дитя от нападок в Орлином Гнезде. Малышка пока не осознает своего положения в полной мере и считает себя полноправной принцессой.
— Не думаю, что Аррены посмеют оскорбить мою дочь в присутствии Караксеса, — ухмыльнулся Деймон, и провёл пальцем по моей щеке, дабы убрать выбившуюся прядь волос.
— Деймон, ты потому даровал Висенье яйцо дракона? Дабы после она всегда была под защитой своего крылатого ящера?
— Я просто передал дочери то, что прежде принадлежало ее матери, — со вздохом ответил мне Деймон, — о последствиях я не думал. Да и не верил, что после стольких лет яйцо сможет проклюнуться. Висенья даже не клала его в огонь, просто таскала с собою повсюду, словно любимую игрушку. А после… После было уже жестоко их разлучать.
— И то верно, — согласилась я, любуясь переливами серебристых волос принца, что каскадом спадали до середины его спины. В чёрном бархатном камзоле, с выложенным рубинами на груди трехглавым драконом, с тяжелым плащом, подбитым алым атласом, что развивался за его спиной, Деймон совершенно не вписывался в унылый мир Рунного Камня. Мне стало стыдно за свой непритязательный вид: вне стен Красного Замка особо наряжаться как-то не хотелось, и я даже порой надевала свои старые безликие платья. Но и учитывая надвигающуюся Зиму лишний раз тратиться на гламурные шмотки мне не хотелось: вопросы запасов и как прокормить драконов все никак не оставляли меня. Как в прочем и мыслишки, пусть пока и крайне неопределенные, насчет развития моего региона.
Вылететь мы решили следующим утром — мне хотелось глянуть на Орлиное Гнездо, а Деймон столь рьяно ненавидел Рунный Камень, что был готов свалить с него куда угодно. А для Висенье, что лишь недавно открыла для себя этот огромной мир, предстоящее путешествие было сродни чуду. Малышка весь вечер перебирала старые платьица Рейниры, кружилась перед зеркалом, напевая словно птичка. Вот ведь глупышка! Как жаль, что никакое платье не заставит позабыть этих чванливых лордов о том, что пред ними бастард.
— Деймон, а ты знаешь куда лететь? — поинтересовалась я у муженька, что вальяжно попивал дорнийское вино развалившись на нашей постели, — не хватало ещё, чтобы бы заблудились или в потемках снесли Орлиное Гнездо.
Может, конечно, магический мир Мартина настолько магический, что каждый дракон снабжен системой GPS, однако заранее обеспокоиться этим вопросом все же бы не помешало.
— Рея, ты сомневаешься в моих навыках наездника? — Деймон тотчас обиженно прищурился и зашипел, — думаешь, я не способен разобраться в этих трехклятых горах?
— Ну ладно-ладно! Сам говорил, на обиженных воду возят…
— Не беси меня, женщина! — послышалось мне в ответ.
— Деймон, а какие шмотки ты собираешься взять? — я тщательно оглядывала платья, накидки, обувь, прежде чем передать горничным, дабы те, аккуратно сложили поклажу. Не дождавшись ответа, я сама стала показывать муженьку его бессчетные камзолы. Деймон то презрительно мотал головой в ответ, то глубокомысленно приподнимал бровь, великодушно выражая свое согласие. Интересно, как долго меня ещё хватит терпеть ЭТОГО без причинения ему тяжких телесных повреждений?!
Закончив сборы, я озаботилась новым вопросом, что долгое время откладывала. А именно: на чье попечение мне оставить замок и оставить правление землями Рунного Камня на время своего отсутствия?
Мейстер Арри мальчик конечно славный, да воровать не будет, но только кто же воспримет его всерьез?
Кузен Редвин? Ну так его потом и не вытуришь без скандала. П держать этого бородатого хмыря в опасной близости от своего нервного муженька мне совсем не хотелось, ибо ситуация явно попахивала грядущим кровопролитием.
Сир Робб? Мужик верный и проверенный, но явно не имеющий опыта ведения подобного хозяйства. Может кого из кастелян выбрать? Мда, непростая задачка.
— Госпожа? Ты звала меня? — сир Кристон Коль как всегда был безукоризненно вежлив и невероятно великолепен в своих блестящих доспехах.
— Нам с принцем Деймоном придется ненадолго оставить Рунный Камень. Леди Джейн Аррен желает видеть нас в Орлином Гнезде. Потому я хотела бы сразу передать тебе жалование, мой славный рыцарь, — и я положила на стол увесистый мешочек, полный золотых драконов.
— Здесь слишком много…
— Здесь слишком мало для столь одаренного рыцаря, — покачала я головой и устало облокотилась на стол.
— Тебя что-то печалит, моя госпожа? — поинтересовался мир Коль, как-то смущенно взвешивая в ладони мешочек с монетами.
— Да все никак не могу решить, на кого оставить Рунный Камень в свое отсутствие, — поделилась я своею бедой, — кого ни возьми: либо уважаем, но слишком уж стар; молодой, но крайне неопытен и горяч, или ворует почему зря.
— Позвольте дать мне совет, — задумчиво проговорил Кристен Коль, и когда я кивнула, продолжил, — поставьте стюардом самого уважаемого и опытного кастелянина, и дайте ему в помощники — помоложе и посообразительнее, но так, чтобы проявлял должное уважение к старшому. Будет лучше, если они будут немного недолюбливать друг друга — дабы один не покрывал преступления и ошибки второго. Но не слишком — а то еще и смертоубийства дойдёт. Отец так часто делал, пока управлял Чёрным Приютом.
— Спасибо, — а оказывается сир Кристон Коль ещё и прекрасный управленец! Кто бы мог подумать! Хотя… Разве Делатель Королей не был великим человеком не смотря ни на что? И не проиграй Зелёные, то кто знает, может потомки совершенно иначе бы воспринимали эту столь незаурядную личность?
Сборы и прочие дела я смогла завершить, когда уже во всю властвовала ночь. Когда я, позевывая, вернулась в свои покои, то обнаружила в постели крепко спящих Деймона и малютку Висенью. В белоснежных одеяниях, что предназначались для сна, с длинными серебристыми волосами, убранными в толстые косы, отец и дочь были невероятно прекрасны. Я какое-то время любовалась их умиротворенными ликами, прежде чем потушить масляную лампу, что своим тусклым светом озаряла комнату. А после — примостилась рядом, укутавшись в уютный пледик и мечтая о том, что мы все же сможем стать самой настоящей семьей.
Подъем выдался отвратительно ранний, да и вылезать из теплой постельки совсем не хотелось. Висенья ночью переползла ко мне и крепко обвила меня своими тоненькими ручонками.
— Рея! Нет времени разлеживаться! — Деймон, уже полностью облаченный в костюм драконьего всадника, склонился надо мной и легонько тряхнул за плечо.
— Ещё минуточку! — пробурчала я, закапываясь в одеяло, — Орлиное Гнездо никуда же от нас не денется! Веками стоит и ещё подождёт немножко!
Что-что, а ранние подъемы я всегда ненавидели, находя любые возможности урвать ещё хоть чуть-чуть ото сна. Да ещё в этом треклятом Вестеросе не оказалось кофе!!!! Ух, да я бы сейчас за чашечку на все была бы готова!
— Орлиное Гнездо то никуда не денется, а вот солнце может сесть прежде, чем мы успеем добраться туда! Думаешь так просто летать по этим треклятым горам в потемках?
Удивительно, но порой Деймон бывал крайне собран и рассудителен. Словно его головушка работала всего лишь в двух режимах: больной долбоящер (основная функция) и прекрасный сказочный принц, способный справиться с совершенно любой проблемой. Эх, жаль что вторая функция включалась лишь изредка, крайне неожиданно, да и совсем ненадолго…
Оделась я достаточно быстро, пусть и лишь со второго раза, ибо поначалу умудрилась напялить штаны шиворот-навыворот. Затем принялась за Висенью — девочка никак не желала просыпаться. Закончив, я подхватила малютку на руки и поспешила к Деймону.
— Тише! Разбудите! — шикнула я на слуг, что с нашими вещами копошились поодаль от Караксеса. Дракон также дремал, прикрывав кожистыми веками огромные золотые глаза и лишь порой легонько шевеля длинным шипастый хвостом. Златик — то есть Златокрылый — напротив, был бодр и весело охотился за кончиком хвоста старшего собрата, словно чешуйчатый щенок-переросток.
Деймон, грациозно соскочил со спины своего дракона, и, подойдя к нам, нежно поцеловал в лобик сначала Висенью, а после — меня. Странно, меня никогда не смущали те яростные ласки, коими мой супруг одаривал меня во время исполнения супружеского долга. Но этот жест — столь интимный в своей простоте, заставил меня покраснеть, а сердце — болезненно сжаться.
— Дети так крепко спят, — тихо проговорил Деймон, подхватывая Висенью на руки, — никак не могу привыкнуть. Как в прочем и к тому, что у меня есть дочь. И ты, Рея.
Я подозрительно оглядела мужа: на больного вроде не похож, да и следов ударов на головушке нет. Странно… Однако прежде чем я успела составить теорию заговора, Деймон, что уже успел закрепить Висенью цепями на спине у Караксеса, вернулся за мной. Подхватил на руки, словно я была пушинкой, и в два счета, словно Леголас, заскочил со мною в седло.
— А ты знатно потяжелела Рея, — констатировал мой муженек, вновь превращаясь в козла.
— Я не толстая! — возмутилась я, — просто дни выдались тяжелые! Пока ты, мой дорогой, ломал мне крепостные стены и шлялся черти где, я занималась хозяйством! Вот и могла съесть лишнюю парочку булочек, чтобы расслабиться!
— Расслабляться надо на супружеском ложе, — проговорил Деймон таким тоном, словно разжевывал прописную истину нерадивому студенту, — а если тебе хочется заполнить свой сладенький рот чем-нибудь вкусненьким, то всегда есть…
— Папочка! Мы уже летим?! – тоненький голосок Висеньи заставил Деймона моментально умолкнуть.
— Почти, мое дорогое дитя, – принц ласково прикоснулся к серебристым волосам дочери, — уже скоро мы помчимся выше самих облаков. Осталось лишь чуть-чуть подождать.
— Но папочка! Я… — девочка не договорив отчего-то ужасно смутилась и прикусила нижнюю губку, как обыкновенно это делал ее отец в минуты волнения.
— Не волнуйся, никто не посмеет оскорбить мою дочь! Пусть кто-то попробуют хоть не так посмотреть в твою сторону, дитя мое, и я потоплю Орлиное Гнездо в пламени Караксеса!
— Да, папочка, — отрешенно проговорила Висенья и неловко заерзала в седле. Да тут дело совсем в ином!
— Деймон, нам с Висеньей нужно ненадолго возвратиться в замок…
— Рея, мы и так уже задержались! — начал было Деймон, но я уже расстегивала цепи. Потому, недовольно вздохнув, он помог нам спуститься, а после направился к морде Караксеса, явно на валирийском жалуясь на этих глупых женщин.
— Мамочка Рея, а папочка не будет сердиться? — взволнованно проговорила Висенья, когда я все же решила переплести ей растрепавшуюся за ночь косу.
— Да не волнуйся, пара минут ничего не изменит, – улыбнулась я, перевязывая толстую косу черной бархатной лентой, — ну ты у меня и красавица!
— А Златик не потеряется? — взволнованно проговорила девочка, отпивая из кружки парного молока, — он же совсем-совсем маленький! И пропадёт без меня!
— Не пропадёт, — я забрала у девочки опустевшую кружку и вложила ей в руку ароматную свежеиспеченную булочку. Сама бы не отказалась от такой, но я и правда умудрилась поправиться за последнее время, — всадника и наездника сковываю крепкие узы, которые ничто не может разрушить.
«Лишь смерть», — хотела было добавить я, но вовремя прикусила язык. Взяла девочку за руку и поспешила к ее отцу, что ждал нас уже давно, неожиданно ощутив, что каким-то неведомым образом, эти невидимые, но все же невероятно крепкие узы уже успели связать и меня, и это дитя, и самого Порочного Принца.
