Амбивалентность

-Итак, всем добрый день. Я Стэнли Финиган, и я ваш новый преподаватель по фехтованию. «Новый преподаватель?» В зал вошел молодой, относительно накаченный мужчина со смуглой кожей, яркой улыбкой во весь рот и светло-голубыми глазами. На вид ему не больше двадцать пяти, и он явно относился к сиренам. Интересно, с каких пор Уимс нанимает сосунков типа него? За версту от этого «преподавателя» веет чем-то… не зрелым, что ли. Эдакий мачо, который наверняка не умеет в этой жизни ничего, кроме как затаскивать жертв в свою постель: -Я надеюсь, в этом классе все умеют держать шпагу, или мне придется и об этом рассказать? – сквозь улыбку сказал мистер Финиган. Не совсем понятно, насмехался ли он в этот момент. -Уэнсдей, ты посмотри на этого выскочку. Думает, раз красавчик, то имеет право тут сарказмом плеваться? – шепотом сказала мне Энид. По ней было видно, что ее напрягает присутствие нового преподавателя. Если бы она сейчас была в облике зверя, ее шерсть на холке наверняка бы стояла дыбом. Я безучастно пожала плечами. Кто его знает, кого или что из себя представляет этот человек. Лишь бы он не применял на учениках песню сирен, в остальном же… в остальное же, мне он очень не нравился. Даже слишком. -В любом случае… на моих уроках будет максимум теории. Ради вашей безопасности, естественно, - с легкой ухмылкой произнес он, - мне не нужны тут проекции ваших подростковых проблем в виде ожесточенных боев. -Ну с этим вы уже опоздали, - с дальнего угла послышался тихий смех Бьянки и ее свиты, - лично я за практику, особенно с достойным противником. Финиган медленным шагом подошел в плотную к ней и оглядел с ног до головы. От этой картины мне стало не по себе. Даже Барклай поежилась от его цепкого взгляда: -Как зовут? – строго спросил преподаватель. -Бьянка Барклай. -Бьянка Барклай… для первого раза прощаю Вашу дерзость, но впредь попрошу воздержаться от подобного проявления своенравности. Иначе у Вас будут проблемы, юная леди. В любом случае… - он резко повернулся ко всем остальным, - откладываем ваши шпаги в стороны, становимся у стены и внимательно меня слушаем… И после этого началась нудная и длинная лекция на тему возникновения фехтования и основных терминов. Скучнее этого только слушать последние сплетни от Энид. Итальянская эстафета, приоритет, октава… всю эту терминологию я знала на зубок уже когда мне было лет шесть. Мой отец обожает фехтование и другие виды боев на холодном оружии. Не говоря о любви к холодному оружию моей матери. При большом желании я бы поставила на место этого преподавателя одним выпадом и на этом весь его нрав поубавился. Рядом стоящая Энид откровенно зевала и поглядывала на часы, висящие на противоположной стене. Этот урок действительно, казалось, шел уже вечность. -К следующему занятию попрошу каждого составить эссе минимум на тринадцать страниц на тему «История фехтования». Сдавший эссе получит доступ к практике, - он строго окинул всех взглядом и снова улыбнулся во все зубы, - вам великолепная мотивация посидеть за учебниками, а не заниматься ерундой. Весь класс буквально взвыл. Перспектива просидеть выходные в библиотеке вместо того, чтобы наслаждаться жизнью, не вдохновляла никого. Кроме меня, естественно. Меня распирало поставить этого выскочку на место. Мистер Финиган откланялся и покинул класс. -Боже, ну и заноза в заднице. Не успел прийти, а уже сделал такую подляну, - недовольно пробурчал рядом стоящий Аякс, - Ксавье, накрылись наши планы на эти выходные. Будем тухнуть в библиотеке и превращаться в Аддамс. -Аякс, готов пройти испытание пытками на дыбе, прежде чем превратиться хоть в кого-то из Аддамсов? - любые колкости в мой адрес или в адрес моей семьи лишали меня ровного дыхания. Казалось бы, должно быть абсолютно безразлично на мнение окружающих. Но порой меня сильно цепляли издевки, - или ты предпочитаешь пытки более изощренные? Пытка водой? Или возможность выбраться из быка Фаларида? -Воу воу, полегче, Уэнсдей, - было видно, как змеи под шапкой Аякса зашевелились от подобной перспективы, - ты уникальна и неповторима, даже проведя вечность в библиотеке мне до тебя не дорасти. Я триумфально кивнула. Только я собралась выходить из класса, как меня окликнул Ксавье: -Уэнсдей… будь осторожна. Его слова заставили замереть на месте. Я медленно повернулась к Ксавье. Он стоял, слегка наклонив голову в бок и держа руки за спиной: -За осторожностью советую обратиться к нашему новому преподавателю, который не любит «проекции наших подростковых проблем в виде ожесточенных боев». Но не ко мне. Я собралась уходить, но Торп еще раз окликнул меня, в этот раз взяв за локоть. Я непонимающе обернулась на него, взглядом показывая, чтобы тот немедленно меня отпустил. Его взгляд был очень серьезный: -Уэнсдей, я серьезно. Я видел очень тревожные вещи. Будь осмотрительней. После чего он просто молча вышел из класса, оставив меня в легком непонимании происходящего: -Уэнсдей, что это с ним? – встревожено поинтересовалась Энид, пока мы направлялись в нашу комнату, - он был так обеспокоен. Может есть смысл поинтересоваться, что его так встревожило? -Энид, Ксавье - сентиментальный и мягкотелый художник, страдающий бессонницей и периодическим творческим кризисом. Его может впечатлить даже самая незначительная деталь. Например, наш новый преподаватель, - максимально безразлично ответила я Синклер, - не советую заострять на этом внимание. -Я бы не была так уверена… Ксавье сильный медиум, как и его отец. Если он что-то видит, вероятность, что оно сбудется, очень высока, - грустно ответила Энид. Оставшуюся дорогу мы шли в тишине. Возможно, она была права и есть смысл поинтересоваться, от чего он пытался меня предостеречь? Наверное, стоит наведаться к нему в мастерскую. Он никогда не возражал против моей компании, скорее наоборот. В комнате было как никогда уютно. За окном было пасмурно и царил некий полумрак. --Более депрессивного дня и придумать нельзя, - обреченно вздохнула Энид, - Уэнсдей, ты должно быть счастлива. Синклер на дух не переносила серость, дождь и тишину. Всё то, что я так любила и ценила. Естественно, на своей стороне комнаты она тут де зажгла свой ночник с разноцветным абажуром и по комнате разлился теплый свет. Меня аж передернуло, а ведь так всё хорошо начиналось: -Была счастлива до этого момента, - сквозь зубы ответила я и свалилась на кровать лицом в подушку. Почему-то последний урок по фехтованию забрал у меня все силы, будто я не слушала полуторачасовую лекцию, а все эти полтора часа бежала марафон на скорость. Хотелось лежать и ни о чем не думать. Хотя мысли о том, что в середине учебного года нам поставили нового преподавателя, еще и такого бесполезного, заставляла задуматься. Я в целом не люблю новых людей в моем окружении, но этот Стенли Финиган вызывал особый дискомфорт. Такой дискомфорт, от которого хотелось спрятаться в самый темный угол. Немного отдохнув и приведя мысли в порядок, я переоделась и направилась в мастерскую Ксавье. Энид уже давно упорхнула к Аяксу, Вещь во всю был поглощён «чтением» Космополитена, поэтому мне ничего не мешало ускользнуть из комнаты без лишних вопросов. Идти по этой тропе было особенно неуютно, после того как в видении я увидела это место. Буквально каждое дерево кричало об опасности. Было ощущение, будто я попала в какой-то параллельный мир или компьютерную игру, и моя цель была добраться до точки назначения без получения урона, а всё, что было вокруг меня было нацелено на то, чтобы этот урон нанести. Заметила, что несознательно я аж поежилась. Вместо того, чтобы наслаждаться преддождевыми вечерними сумерками, я, как последний параноик, на любой шорох дергаюсь и оборачиваюсь назад. Было плохой идеей идти в мастерскую одной, надо было бы позвать Энид. Но я бы так никогда не сделала, иначе бы показала свою слабость и потребность в ком-то. А Синклер и без того прилипчивая, как банный лист. В окнах мастерской виднелся слабый свет, а значит Ксавье был внутри. «Стоит ли мне постучать, прежде чем войти?» «Хотя почему меня вообще это волнует?» Меня ничто никогда не останавливало, и даже сейчас мне ничего не стоит безцеремонно ворваться в «логово» этого художника и узнать то, что мне нужно. Но почему-то именно сейчас хотелось сделать всё правильно и максимально не причинив дискомфорта Ксавье. От подобной сентиментальности меня тошнит от себя самой. Но, тем ни менее, я постучала в дверь. Торп не заставил меня долго ждать и открыл практически сразу: -Уэнсдей? Что ты тут делаешь? Его вид заставил меня сделать шаг назад. Глаза были широко раскрыты, на лбу виднелась испарина, выбившиеся из пучка локоны прилипали к щекам. Такое впечатление, что Ксавье был чем-то сильно напуган. Пять секунд вдох носом, десять секунд выдох ртом. -Я пришла задать тебе несколько вопросов, - собрав себя «в кучу» сделала шаг навстречу к нему, а после прошла мимо него, зайдя в мастерскую. И то, что я там увидела, заставило меня застыть и затаить дыхание. Из картины на меня смотрело мое лицо, впечатанное в ствол дерева… -Это что? – как можно более бесстрастно поинтересовалась я. Ксавье прошел мимо меня и остановился напротив картины. Было видно, что ему было больно смотреть на то, что он нарисовал. -Я не думаю, что нужно тебе об этом говорить. Иначе вместо осторожности, ты наживешь еще большие неприятности. Его слова заставили меня хмыкнуть, насколько плохо он меня знал: -Подобные изречения лишь пробуждают во мне азарт, и я в любом случае узнаю, почему на этой картине я вижу то, что вижу. «Неужели он видел то же, что видела я?» - промелькнуло у меня в мыслях. -Я знаю, Аддамс… Но надежда умирает последней, - повернувшись ко мне, с легкой улыбкой сказал Торп, - в любом случае, я рад тебя видеть в своей мастерской. Последние слова заставили меня пропустить выдох. Что-то кольнуло в районе солнечного сплетения. «Мне всё же стоит обратиться к знахарке. Сначала бессонница, потом паранойя, теперь это. Еще немного, и я стану такой же эмоциональной, как Пагсли. Худшего клейма и не придумать.» -Я хотела узнать, от чего ты меня сегодня предостерегал после урока, - я постаралась придать своему тону самый холодный оттенок, что можно было. Его лицо слова стало отрешенным, и он очень внимательно посмотрел на рисунок: -Мои видения посещают меня во сне. Последнюю неделю почти каждую ночь я вижу тебя, - заметно, что Ксавье было очень некомфортно говорить об этом. К сожалению, после того, как увидела картину, я прекрасно понимала, о каком видении идет речь, - если честно, я не очень хочу говорить, что я видел. Это выше моих сил. Просто пожалуйста, будь осторожна. Иногда можно изменить ход событий. Торп тяжело вздохнул. Сейчас у меня была возможность его рассмотреть. По нему было видно, что он очень устал. Бессонница всегда сказывается на внешности человека, в его случае казалось, что он был полностью поглощен ею. Его вид снова вызвал колики в районе солнечного сплетения. И тут я вспомнила кое-что. «Тебе нужен друг, а желательно кто-то больше» «Вижу, что нужный образ возник в твоей голове» «Только при наличии доверия…» Боги, почему именно сейчас ко мне пришли эти мысли? Моя бессонница сказывалась на мне моим же безумием. Однако, теоретически, можно было бы попробовать? Возможно, он обладает большей информацией и видел больше деталей в видении, что поможет избежать самой ситуации. В конце концов, порой в безумии крылась истина и покой, и мой дядя Фестер был ярким свидетельством этого. В моих интересах вытрясти из него всё и, в конце концов, избавиться от своих навязчивых мыслей, и реализовать в жизнь рекомендации психиатра. Ксавье да, вызывал во мне некую тревогу. Но что уж греха таить, практически каждый человек вызывал во мне тревогу. Мои границы были для меня святыней и даже собственным родителям я не позволяла их нарушать. Что уж говорить о посторонних. Пожалуй, самый злостный их нарушитель является моя соседка. Торп же выглядит человеком, более уважающим личностные границы и даже оберегающий свои. Он явно во мне заинтересован и беспокоиться обо мне. «Уэнсдей, ты не беззащитная дамочка, чтобы какой-нибудь представитель патриархального строя делался рыцарем и оберегал твою честь» «С другой стороны, Аддамс, на Ксавье нет клише тестостеронового монстра и возможно он более беззащитный чем я и именно ему потребуется помощь» «При этом, Уэнсдей, ты сейчас стоишь перед ним и мнешься, как девочка. Сможешь ли ты ему доверять?» «А что, если я уже начала ему доверять в тот самый момент, когда бабочка с его рисунка села на мой кончик носа?» -Уэнсдей? Ты где витаешь? – из моих мыслей меня выдернул голос Торпа. Его правая бровь была изогнута в вопросе. -Ты что-то сказал? -Я сказал, что уже темнеет и есть смысл возвращаться в общежитие, дабы не вляпаться в какое-нибудь дерьмо. -Ты считаешь, вляпаться в дерьмо можно только в темное время суток? – от моих слов Ксавье улыбнулся. -С твоим талантом, Аддамс, ты вляпаешься в дерьмо не вставая с кровати. -Тогда в чем смысл переживать? – неохотно я пожала одним плечом. Сделав глубокий вдох и собравшись с мыслями, я решилась произнести это, - Ксавье, я считаю, что нам нужно видеться чаще. Ксавье уставился на меня взглядом еще более безумным, чем тем, что был, когда я только пришла. «Идиотка…» «Зато не трусиха!» Казалось, прошла вечность, прежде чем он ответил: -Я думаю…, - он слегка запнулся. Торп отвел взгляд куда-то в сторону, поправляя выбившуюся прядь, - я думаю, это отличная идея. От мягкости его голоса и легкой улыбки у меня опять что-то закололо в груди. «Так, это уже не нормально» «Обычная реакция на объект, который не вызывает отвращение» От моих мыслей мне стало смешно. -Ксавье, могу ли я попытаться тебе доверять? Парень сделал шаг навстречу мне, при этом сохраняя достаточное расстояние, чтобы в этот раз я снова не сбежала: -Я буду делать всё возможное, чтобы не подвести тебя, Уэнсдей. В этот момент мне захотелось прикоснуться к его лицу. «Ну всё, клеймо позора на тебе, Уэнсдей Аддамс» Ксавье настоял, что доведет меня до общежития. Боги, лишь бы он не стал проявлять гиперопеку, мне этого не хватало для полной остроты ощущений от всего происходящего. Недалеко от общежития мы увидели, как директор Уимс что-то нервно указывала нашему новому преподавателю. Финиган стоял с неотразимой улыбкой и взглядом полным пренебрежения окидывал директрису. Одна деталь не смогла ускользнуть от моего взора. В своих руках директор нервно теребила до боли знакомый зеленый платок…