Болен тобой

Дверь почти бесшумно открылась и Тэхён увидел, как в кафе зашёл Юнги, выискивающий его у барной стойки. Приняв заказ у мужчины, что постоянно захаживал к ним за чашкой кофе, Тэхён спешит к другу. — Что будете заказывать? — сдерживая улыбку, спрашивает Тэхён, вставая напротив него и доставая блокнот. — Мне одного Ким Тэхёна, пожалуйста, — подхватывает Юнги, откидываясь на спинку стула. — Поговорить хочу. После обеда людей в кафе бывает не так много, поэтому бегать в запаре Тэхёну не приходится. Просит друга подождать пару минут, пока он обслужит гостя, а после, налив им по чашке горячего чая, садится напротив, готовый внимательно слушать. — О чём же ты хотел поговорить? — спрашивает Тэхён, а тот долго молчит и смотрит на него, словно пытаясь прочесть мысли. На самом же деле тщательно рассматривает и изучает красивое лицо перед собой, пытаясь уловить изменения во взгляде. — О тебе, Тэхён. Что у тебя происходит? Почему ты мне ничего не рассказываешь? — У меня ничего не происходит, не понимаю, о чём ты, — резко хмурится и увиливает от темы. Он ещё не обговорил с Чонгуком о том, можно ли Юнги знать об их отношениях. — Нет, Тэ, ты врёшь. Я тебя знаю, как облупленного. Сначала ты ходишь мрачнее тучи, не появляешься несколько дней в университете, а потом витаешь где-то в облаках и всё время лыбишься, как обкуренный. А мне и слова не хочешь сказать. Тэхён глубоко вздыхает и разом выпивает почти всю чашку, пытаясь оттянуть время, размышляя над ответом. Всё-таки Юнги близкий ему человек и волнуется за него. Всегда волновался. И будет несправедливо утаивать от него такое важное для Тэхёна событие. — Ладно-ладно, — сдаётся он. — Мы с Чонгуком встречаемся, как бы… Фразы более неловкой, чем эта, он, кажется, никогда не говорил, потому что тишина, образовавшаяся во всём помещении, давит на него, и кажется, что каждый посетитель услышал его слова. Мин звонко ставит чашку на блюдце, прикрывает глаза и отсчитывает про себя до десяти, чтобы не сболтнуть ничего лишнего, а потом резко открывает глаза и наклоняется к столику. — А вот тут поподробнее, а то мой мозг отказывается воспринимать сказанное. С ярким энтузиазмом Тэхён рассказывает всё, начиная от встречи с Суён до их с Чонгуком звонка, после которого Тэхён не осмелился перезвонить ему. Ему до сих пор стыдно за то, что он творил и говорил, но и в тоже время он не может не согласиться с тем, что ему безумно понравилось. — Фу, последнее можно было и не рассказывать, — возмущается Юнги, отодвигая от себя пустую чашку. — Я всё ещё скептически отношусь к нему и не позволю ему как-то навредить тебе. — Да брось, Юн, он правда хороший, я его не узнаю даже. Преподаватель Чон в университете и Чонгук вне работы – это совершенно разные люди. — Сколько раз не услышу, с уст студента Кима слетает только моё имя, — из ниоткуда появляется Чонгук, держа в руках пальто, которое бросает на спинку свободного стула и садится рядом с парнями, рассматривая шокированное лицо Тэхёна и расплываясь в улыбке. — И вам доброго дня, сонсэнним, — без особой радости говорит Юнги. — Вы нас подслушивали? — чуть ли не вскакивает на месте Тэхён, не зная, куда себя деть. — Нет, я пришел выпить сюда наивкуснейший облепиховый чай, а тут вы меня обсуждаете. — Много чести, — бубнит себе под нос Юнги, бросая на Тэхёна хмурый взгляд. — Вы ведь не против, что я рассказал Юнги? Он ведь мой самый-самый близкий друг. И я не мог не поделиться с ним. — Конечно, не против, Тэхён, расслабься, — Чонгук накрывает его ладонь своей и успокаивающе поглаживает её, но Тэхёну кажется, что от этого прикосновения его сердце выпрыгнет наружу, нежели успокоится. — Ну, я пойду тогда, — вмешивается Юнги, чувствуя себя лишним. — Рад, что мы поговорили, Тэхён. Хорошего дня, сонсэнним. С этими словами Мин одевается и покидает кофейню. Тэхён плавно переводит взгляд на Чона, что сидел, подперев рукой голову, и рассматривал его. Лёгкий румянец выступил на щеках Тэхёна, а глаза смущённо спрятались под кудрявой челкой. Кажется, что оба думали об одном и том же. — Не хочешь ничего сказать, насчёт того звонка? — медленно растягивая слова, спрашивает Чонгук, а у Тэхёна ладонь в его руке дрожит и глаза бегают. — Я принесу вам чай, сонсэнним, — резко вскакивает Тэхён, громко скрипя стулом по кафелю, в попытке сбежать к барной стойке, но его удерживают цепкой хваткой за запястье. — Чай подождёт, присядь, пожалуйста, — просит Чонгук, не отпуская его руку, и ждёт, пока тот снова сядет на место. — Если ты не хочешь говорить о том случае, то мы не будем, но не нужно стыдиться меня, Тэхён. Ты ведь мой возлюбленный. Всё замечательно. Низкий тембр голоса ласкает слух, отпечатываясь в сознании. Глаза в глаза. Воздух застревает в лёгких, а сердце отстукивает размеренный ритм, с каждым ударом признаваясь в любви. Каково это, когда любишь до тех пор, пока не начинаешь чувствовать любовь в ответ? Тэхён не знает, как это описать словами, он может лишь чувствовать это. Хранить в себе и оберегать это неописуемое чувство, чтобы больше никогда не потерять. Если и тонуть, то только в омуте черных глаз напротив, что смотрят в ответ с такой же любовью и теплотой. — Давай сходим сегодня куда-нибудь? Проведём время вместе? — Чонгук наконец нарушает тишину между ними, на что Тэхён тут же соглашается, с горящим взглядом предвкушая предстоящий вечер. — Договорились, мне нужно съездить за Суён, а к концу твоей смены я приеду за тобой, хорошо? — Что ты, Чонгук, не нужно, просто скажи, куда приехать, — Тэхён начинает отказываться, чувствуя, что может доставлять лишних хлопот Чону, но тот и слушать не желает его: — Я приеду, до встречи, Тэхён.

* * *

И Чонгук приезжает. Держа за руку Суён, что своими большими глазами с интересом рассматривала помещение кафе, а после заметила и Тэхёна, выходящего из раздевалки. В спешке шарф запутался, а шапка смешно сползла на один бок, выбивая копну кудрей. Чонгук наблюдает за его метаниями и улыбается, находя сходство с Суён: она такая же неуклюжая по утрам. Суён же уже отпустила его руку и побежала навстречу Киму, чуть не снося того с ног. — Я так скучала, Тэхён-ни, — он ловко подхватывает девочку на руки и крепко обнимает, встречаясь взглядом с Чонгуком. — Я тоже скучал, малышка, — слушая их разговор, Чон подходит к ним и начинает распутывать шарф младшего, после чего аккуратно обвязывает его вокруг шеи и поправляет шапку. Целует в мягкую щеку и переводит взгляд на дочь. — И я хочу его поцеловать, можно мне тоже? — Только мне можно, — усмехается Чонгук и тыкает её в маленький носик. — Поехали скорее. Тот направился к выходу, а Тэхён приложил палец к губам и, подмигнув Суён, разрешил ей чмокнуть себя во вторую щёку, после чего поспешил за Чонгуком. — Я всё видел, шкодник, — шепчет Чон на ухо Тэ, кладя руку на его талию и прижимая к себе, а у того от низкого голоса – мурашки по спине. Тэхён уселся на заднем сиденье рядом с Суён и дожидался, когда Чонгук заведёт машину и скажет, в какое место он планирует их отвезти, но тот лишь упрямо молчит и поглядывает на свою дочь и Тэхёна через зеркало. За окном уже стемнело и под светом фонарей чётче можно было увидеть, как с неба начали падать крошечные снежинки, мгновенно тая на окне и каплями стекая вниз. — Вы мне окно заляпаете своими рисунками, — говорит Чонгук, замечает через зеркало, как Суён с Тэхёном водят по запотевшему стеклу пальцами, вырисовывая различные узоры. — Твой папа такой ворчун, как ты живёшь с ним? — шепчет Тэхён девочке, и оба поглядывают в его сторону, тихо посмеиваясь. — Ким Тэхён, — старается звучать строго, но от одного взгляда в теплые шоколадные глаза он оттаивает. — Не настраивай мою дочь против меня, это нечестно. — Я подумаю, Чон Чонгук, — тот двигается ближе к старшему, выглядывая из сиденья и аккуратно поглаживая прохладными пальцами по его шее. Чуть мнет и царапает аккуратными ноготками кожу, не отводя взгляда от зеркала, в котором Чонгук метает глазами то на него, то на дорогу. Спустя минут двадцать машина останавливается на парковке самой большой городской высотки «Юксам билдинг», высота которой составляет двести сорок девять метров. Тэхён с Суён выпрыгивают из машины и взгляды их устремляются вверх на огромное здание, конец которого скрылся за низкими облаками и его невозможно было разглядеть. Голова у Тэхёна начинает кружиться от такой внушительной высоты, а зайти туда и подняться на какой-нибудь этаж и вовсе стало страшно. — Интересно, что мы тут забыли? — оборачивается к Чонгуку, который ставит машину на сигнализацию и зовёт их ко входу. — Папа придумал что-то интересное, я знаю, — заверила Суён, хватая маленькой ладошкой руку Тэхёна и ведя его к отцу. — В прошлый раз он отвёз меня на каток. — Здорово, а я никогда не был на катке, — говорит Тэ и равняется с Чонгуком, чтобы не потеряться в этом огромном здании, заполненном различными магазинами, ресторанами и развлекательными центрами. — Предлагаю для начала подняться на смотровую площадку, а потом в океанариум, — Чонгук кладёт ладонь на поясницу парня, тем самым ведя его к лифту, и тоже хватает дочь за вторую руку. — Мы будем смотреть на акул? — хлопает глазами Суён и, услышав утвердительный ответ, не может устоять на месте, пока лифт на высокой скорости летит вверх меж этажами. Тэхён чувствует, как дышать становится труднее, но вида не подаёт. Он и не знал, что может так сильно бояться высоты, а ведь они ещё на площадку не вышли. Старается не делать лишних движений, смотрит себе под ноги, боясь, что потеряет под собой опору, и негромко дышит через рот. Как только двери распахиваются в лицо дует холодный свежий воздух, немного приводя Кима в чувство. Суён выбежала вперёд, отпуская их руки, и Тэхён почувствовал, что очень нуждается в её ладони для опоры, как тут же перед ним встаёт Чонгук. Касается его подбородка и, подняв побледневшее лицо, заглядывает в напуганные глаза, сразу всё понимая. — Тебе нужно подышать свежим воздухом, закрой глаза и держись за меня, — Тэхён послушно хватается за его локоть и, прикрыв глаза, доверяется Чонгуку, который начал отвлекать его разговором, пока они ходили по смотровой площадке. Тэхён наконец чувствует, как ноги его перестали дрожать, а дыхание нормализовалось, поэтому рискует приоткрыть глаза, чтобы взглянуть на виды, которые Чон так старательно ему описывал. Правда, вряд ли на словах можно передать всю красоту ночного острова Ёыйдо и реки Ханган, сверкающей под лунным светом. Офисные здания вокруг слепят яркими пятнами, а снег красиво стелется, укрывая всё в белое. — Очень красиво, Чонгук, — восторженно шепчет Тэхён, всё ещё боясь отпустить его. Тот наклоняется к нему, мягко целуя в ледяные губы. — Кажется пора заходить, не хочу, чтобы ты заболел из-за меня, — отстраняясь и заправляя ему прядь обратно в шапку, говорит Чонгук. — Красавица моя, акулы нас заждались. Услышав про акул, Суён отпрянула от ограждения и побежала к ним, поторапливая их скорее зайти обратно в лифт.

* * *

— А после океанариума, Чонгук повёл нас в ресторан, в котором, кстати, очень вкусно готовят, — Тэхён лежал на своей кровати, раскинув конечности звёздочкой, и болтал с Юнги по телефону. Вчерашний вечер был потрясающим для него. Держась за маленькую ручку Суён, они обошли десятки аквариумов, рассматривая красочных рыб и различных акул. Порой Чонгук не успевал за ними, с таким интересом и восторгом они бегали от одного аквариума к другому. И у каждого Чон старательно фотографировал их, невольно зависая на то, с какой нежностью этот невероятный парень обращался с его дочерью. После утомительной экскурсии и вкусного ужина, Чоны отвезли Тэхёна до дома. Малышка уснула в его объятиях, поэтому стараясь не разбудить её, он аккуратно выбрался из машины. Следом – Чонгук, мгновенно притягивая того к себе и целуя в губы. Тягуче, мокро и горячо. — Не знал, что вы такой тактильный, сонсэнним, — выдыхает довольный Тэхён, грея свои ладони о горячие щеки мужчины. — С тобой по-другому нельзя, Тэхён, так и хочется целовать, — признается Чон, не в силах удержать улыбку. — Спасибо за прекрасный вечер, Гук, — обнимает его и прячет лицо, смущаясь, а Чонгуку достаточно услышать простое ласковое обращение, как млеет перед ним, подобно маленькому мальчику. — Это тебе спасибо, за всё. Беги домой, пока не замёрз, — целует на прощание в румяную щеку и ждёт, пока младший не скроется за дверью подъезда. — Ой, вы ведёте себя, как школота: все эти поцелуйчики, обнимашки, — Юнги имитирует рвотные позывы и начинает смеяться, когда Тэхён посылает его на три буквы. — Тебе в подробностях рассказать тот звонок? Вот и не болтай мне тут. Лучше расскажи, как у вас продвигаются дела с Чимином. Юнги не спешит отвечать, делая пометки в своей записной книжке для спонтанных идей, которые затем превращает в музыку. У него в голове уже пару дней крутится определенный мотив, но времени всё никак не находит из-за сессии. И на встречи с Чимином – тоже. Его уже раздражают простые сообщения и звонки по телефону, хочется увидеть младшего вживую, прижать к себе и зацеловать. Он каждый раз дуреет и заводится с пронизывающего взгляда темно-карих глаз Пака, который, несмотря на свои колкости, такой отзывчивый в его руках. Поэтому Юнги решает поскорее закончить с делами и рвануть к младшему. Поговорив ещё немного с другом, Мин наконец закрывает свой маленький кабинет, который скорее похож на коморку и едет прямиком в зал, где сейчас должен тренироваться Чимин. Он знал, что тот занимается танцами со слов Тэхёна, но ещё не доводилось видеть это вживую, поэтому застывает, когда видит в приглушённым светом зале Чимина, выполняющего связки под музыку так чётко и захватывающе, что Юнги буквально впитывает каждое движение и изгибы тела. — Тебя не учили, что подглядывать – это нехорошо? — хриплым голосом говорит Чимин, когда музыка кончается и он застывает, стараясь дышать равномерно. — Думаю, ради такого стоило, — Юнги прислоняется к стене, скрещивая руки на груди и наблюдая за метаниями Пака по залу, что начал собирать свои вещи. — Я соскучился по тебе, — наконец выдаёт, ловя мимо пробегающего парня за запястье, и накрывает чужие пухлые губы своими.