Внезапный контакт

Даггот

Существо бежало, тяжело дыша, его испуганные вздохи только подстегивали преследователей к дальнейшим усилиям. Его корабль потерпел крушение, а его товарищи остались либо в сражении, бушующем на орбите, либо в резне на земле. Его доспехи блестели малиновым, а кровь — странным синим цветом. Когда оно звало, его голос эхом отдавался внутри него самого. За много миллионов километров от Чара Даггот шевелился в своем улье. Эти существа — новая неприятность. Наконец существо споткнулось и упало, винтовка вылетела из его рук. Зерглинги Даггота зарычали – церебралу потребовалось небольшое усилие воли, чтобы удержать их от нападения. Сторожить. Окружить. Ждать. Поняв, если не намерения, то приказы, зерглинги быстро образовали круг вокруг существа в пыли, сжимая его когтями. Существо стояло, сжимая раненый бок и глядя на противника со смесью принятия и страха. Даггот одобрил это, обратившись к Сверхразуму. «Даггот. Мой непобедимый сын». Даггот почувствовал прилив внимания, слабую и внезапную тишину, которая опустилась на каждого зерга в каждом мире, когда непостижимо огромная псионическая мощьСверхразума сосредоточилась в одной точке. Для Даггота это было похоже на то, как будто его разум подвергся воздействию далекого, но огромного солнца – теплого и манящего, но чужого и в некотором смысле невыносимого. Он был всего лишь проводником воли Сверхразума, и никогда больше он не напоминал о своих собственных ограничениях, чем перед лицом всевидящего ока, которым был его Отец. «Битва за Чау Сара все еще идет. Одно из этих новых существ было окружено моим выводком, как Ты и пожелал», — сказал Даггот, дрожа от трепета. «Я очень доволен, Даггот. Даруй дар заражения». Даггот проверил разумы повелителей, оставшихся на Чау Сара. Сожжение протоссами скоплений его ульев сократило его численность и сделало практически невозможным выведение более продвинутых штампов зергов для дальнейших сражений. Быстрым орбитальным ударом, за которым последовала жестокая атака, протоссы лишили Роя возможности вести войну с Чау Сарой. Должна остаться королева. Повелители рассеялись, начав небольшие атаки зерглингов на бродячие отряды воинов-протоссов, прочесывающих пыль Чау Сара в поисках его затянувшегося присутствия. Их побег стал возможен только благодаря внезапному прибытию этих новых существ, которые начали, по всей видимости, атаку на флот протоссов. Такая глупость… у них нет ни численности, ни знаний, чтобы вести такую ​​агрессивную войну против таких возвышенных существ. Протоссы принадлежат зергам, и мы можем их поглотить и слиться с ними. Как и было предсказано. Как и было задумано. Одинокий повелитель, чей разум был утомлен, а его панцирь избит терранскими ракетами, подтвердил, что он контролирует одинокую королеву, далекую от текущего конфликта. Даггот отдал приказ, и повелитель отдал ему королеву. Вперед, мать выводка. Слава Сверхразума повелевает вашим присутствием. Королева спрыгнула со своего насеста и быстро понеслась по воздуху к зерглингам Даггота. Чтобы гарантировать, что ее не перехватят случайно, Даггот бросил еще одну волну муталисков на оборону ближайшей базы протоссов, полностью привлекая их внимание. Муталиски продержались достаточно долго, чтобы королева благополучно добралась до небольшого скопления зерглингов. Существо, казалось, было удивлено и напугано королевой, когда оно мягко приземлилось в грязь. Зерглинги расступились, пропуская ее, а она неуклюже двинулась к существу, которое безумно поползло назад. Даггот послал зерглинга, прыгнувшего вперед из-за существа, сбив его с ног и прижав к земле. « Хорошо», — пропел Сверхразум. «Теперь, Даггот, сын… почувствуй, как вирус пронзает твою королеву. Возьми это существо и почувствуй его воспоминания, поглоти его последние мысли. Узнай об их месте рождения, их цели, их численности. Возьми все, что у него есть… и сделай его Нашим. " Королева выпустила придаток вперед, пронзив существо в плечо и втянув его прежде, чем оно успело почувствовать боль, отправив находившегося на нем зерглинга вертушкой в ​​землю. Мышцы королевы сжались, а затем расслабились, посылая поток спор в ее пленника, который слабо боролся в ее хватке. Даггот почувствовал небольшой расцвет существа — разум турианца, входящий в Рой. Даггот спустился. Родился на Палавене, координаты… так далеко… далекие звезды и внезапный контакт… Совет волнуется, и Иерархия бушует… поражение от рук этого нового врага… Даггот не мог быть аккуратным. Биология турианца была по большей части несовместима, и он чувствовал, что надвигаются серьезный отказ органов, если он что-нибудь не предпримет. Он поспешно дал гиперэволюционному вирусу все возможные инструкции, перепрограммировав его с учетом свежих знаний о турианской биологии. Турианец закашлялся, а затем беззвучно закричал, когда его деформированные легкие резко скрутились, прежде чем его проткнули спину, раздуваясь на глазах у зерглингов. Когда Даггот почувствовал, как новые легкие расширяются и сжимаются на спине турианца, он понял, что самые серьезные проблемы решены. Тем не менее… нет ничего плохого в том, чтобы полностью разработать эволюцию нового штампа . Стараясь сохранить мозг, Даггот убедил вирус клонировать новое сердце для его турианца. Турианец, не в силах стоять, корчился и хватался за грудь, когда новый орган плотно прижался к его грудной клетке. И без того впечатляющий панцирь турианца еще больше затвердел по команде Даггота. Когти турианца хрустнули и удлинились на глазах турианца, оставив ему телесное оружие, которое не посрамило бы никого из выводка Даггота. Наконец, не имея никакой цели, кроме той, которая ему нужна была, Даггот позволил турианским челюстям отпасть. Спустя несколько секунд из искаженного лица турианца вырвались более крупные жвалы, сиявшие красным цветом выводка Даггота, орошая почву вокруг себя синей кровью, которая теперь окрасилась в малиновый. Заражённый турианец был бронированным и впечатляющим. Его неаугментированная высота уже составляла шесть футов, и Даггот задумал дальнейшие улучшения. Легкие представляли собой уязвимость, но их легко можно было закрыть какой-нибудь оболочкой. Однако с неповрежденным мозгом турианец сходил с ума от боли, и Даггот рисковал потерять память. Полностью слившись с вирусом, Даггот проложил себе путь через нервные проходы. Асари… саларианцы… кроганы… Имена и образы проносились в голове Даггота, пока он жадно копался в воспоминаниях турианца. Там, где ступал Даггот, клетки мозга турианца умирали, оставляя лишь иссохшую материю. Вскоре останутся только зерги. Многие великие расы… развитые… многочисленные… но невежественные… Третий Флот готовится к наступлению на Ретранслятор… необходимо исследовать новый сектор… новые миры… Устав от слов турианца, Даггот углубился в цифры, пытаясь получить координаты как можно большего числа миров. После этого Даггот забрал все, что осталось от оружейных технологий и военной мощи Иерархии, прежде чем отказаться от теперь уже безмозглой оболочки. Его никогда не волновало имя турианца. Даггот позволил своей воле рассеяться, оставив королеву и зерглингов спешить обратно в бой, в то время как турианец, извращенный и полный ярости, волочил ноги за ними. «Это существо, этот… турианец, стал Нашим», — провозгласил Даггот. «Все, что я нашел, принадлежит Тебе. Я всего лишь продолжение Твоей воли». «Действительно. Уйди из Чау Сары, Даггот. Кажется, нас ждет более великий приз». Даггот позволил Чау Саре исчезнуть из его мысленного взора. Его взгляд оторвался от земли к облакам, наблюдая, как еще один турианский корабль, пылая, падает с небес. За облаками пронеслась забитая обломками атмосфера, обломки множества кораблей, плавающие в немом свидетельстве гнева протоссов. Затем Даггот оказался среди пустоты и звезд, далекая битва между турианцами и протоссами была лишь отдаленным грохотом, несколькими вспышками оранжевого и синего света. Даггот пошевелился… и оказался дома. «Мой выводок сражался как мог, Отец», — сказал Даггот. «Свирепость воинов-протоссов практически не имеет себе равных; даже несмотря на то, что они были отвлечены этими новыми турианцами, их нападение не ослабевало. Их ненависть к своим врагам горит ярче любой звезды». «Однако воля Роя светится еще ярче, — последовал ответ, — и остывает гораздо медленнее. Эти свежие знания рисуют новый гобелен этой галактики, которого зел-нага не ожидали». «Твоя слава так же вечна, как и твоя воля, отец», — сказал Даггот. — Что бы ты хотел, чтобы мы сделали? «Эти турианцы еще более жалки, чем терраны», — сказал Сверхразум. «Их физические формы впечатляют, но они лишены псионического потенциала. Однако их численность огромна, а воля неукротима. В этих новых звёздах они будут среди Наших самых хитрых противников». «Их оружие не такое, как у терранов», — сказал Даггот. «Там, где терраны приносят гром и боль, турианцы приносят жалящий дождь, который заставляет зерглингов кричать и падать, но оставляет их тела практически нетронутыми. Вам нужно только желание и…» «Моя воля состоит в том, чтобы оставить этих турианцев протоссам. Эти… ретрансляторы… они не признают меньшие космические выводки, и мне не хочется расставаться с левиафанами», – сказал Сверхразум тяжеловесным и задумчивым тоном . «Даггот… Мой самый смелый сын… ты должен стать частью Моего величайшего замысла». «Я слушаю и повинуюсь, Отец», — сказал Даггот, чувствуя острие присутствия Сверхразума. «Скажи мне Твою волю». Изображения появлялись быстро и четко, когда Сверхразум определил миры, находящиеся на почти неисчислимом расстоянии от Чара. Терум. Сверхразум спроецировал Свою волю – зияющий варп-разлом перенес весь выводок Даггота, рожденных Чаром, буквально на другой конец галактики, на края того, что турианцы называли пространством Совета. Он далеко… на окраине… но он горит, как Чар – он наполнен драгоценными металлами – место, где можно прятаться и расти. Даггот наблюдал, как на огненной поверхности планеты внезапно появились пятна Крипов. Ульи росли среди почвы и магмы, а повелители лениво парили над головой. Аттический траверс… Выводок рос, муталиски карабкались по небесам. Даггот наблюдал, как его собственная форма росла на поверхности Терума, становясь больше и сильнее; достаточно силен, чтобы создать собственный варп-разлом. Его выводок распространился, и последние видения Сверхразума послали ему, где видения завоевания и победы, когда Рой зергов поглотил напуганную галактику. «Слава Моей воли пронизана каждым зергом», — сказал Сверхразум. «От этого избежать не легче, чем от неизбежного рывка энтропии. Но перед тобой должна быть поставлена ​​великая цель. Пока я остаюсь с другими церебралами, чтобы заняться поисками родного мира протоссов, ты должен пройти путь завоевания. Знай, что даже если твоя плоть потерпит неудачу, Моя воля все равно создаст тебя заново. Я прошу только, чтобы ты сделал Рой сильным и сокрушил Наших врагов со скоростью и свирепостью. Расстояние может заглушить Мой голос... и возвращение назад будет превосходить даже Мои возможности». « Даггот… Мой одинокий сын… ты должен выйти среди этих звезд… и поглотить их». «Как Ты пожелаешь… Отец». Каждый зерг на Чаре внезапно завизжал, создавая чудесную мелодию, провозглашая вечную славу Сверхразума и Его избранного сына. Взмахи крыльев муталисков, грохот ультралисков, завывания зерглингов — все это слышал Даггот, пока его физическое тело переносилось к повелителю свитой дронов. Пути назад не будет. Если события Чау Сара повторятся, я останусь одиноким и бессмертным среди враждебных звезд. Даггот был помещен в ожидающие щупальца повелителя. Он напряг несколько мышц, присутствующих в его собственной мясистой форме, помогая разместиться в брюхе существа. Он сосредоточил свои мысли на своем выводке, который был временно подавлен и доведен до безумия Сверхразумом. Гордость его выводка, охотники-убийцы, присутствовали очень часто. Они скользнули в ожидающие руки повелителей, которые должны были провести их через пустоту, оставляя на своем пути тонкую пленку слюны. Зерглинги вырывались из почвы, скрытые туннели неуклонно опустошались от всех доступных организмов. Ландшафт, казалось, двигался сам по себе, когда многие тысячи зерглингов радостно прыгнули в ожидающие щупальца повелителей. Наконец, на земле воцарилась относительная тишина, поскольку последним из выводка Даггота было приказано подготовиться к исходу. Теперь настала очередь воздушных зергов. Королевы, повелители, муталиски – все, кто попал под власть Даггота, – с криком вознеслись в небеса. На мгновение небо почернело от зергов, многочисленные взмахи их крыльев создавали собственный гром. Наконец Даггот и его выводок оказались в тишине космоса. Тысячи космических зергов ждали слова Сверхразума. « Даггот… Мой самый славный сын…» Внезапно и бесшумно перед ожидающими зергами открылась огромная фиолетовая дыра. Даггот с благоговением наблюдал за происходящим тысячами тысяч глаз. « Ради тебя я разорву небеса…» Даггот почувствовал, как Сверхразум покинул его выводок, что позволило ему быстро вернуть контроль над своими воинами. Он чувствовал, как другие Церебраты наблюдают за ним и завидуют этому проявлению благосклонности. Такая задача могла выпасть только на долю самых свирепых и хитрых из его церебралов… пусть никто не станет отрицать, что я заслужил этот титул, что я докажу это, уничтожив этот Совет и управляющие им расы! « Тогда выходи, Даггот. Покажи им мощь Моего Роя». Выводок Даггота двинулся к разлому. Даггот потянулся к Отцу для последнего, личного прощания… но почувствовал, как Сверхразум слегка отстранился. То, что чувствовал Даггот, охладило его. Грусть? Трепет? И еще кое что. Древняя цель. Даггот не должен был знать об этом. С последним криком, который могли услышать только зерги на Чаре, Даггот и его выводок ринулись через портал, покинув сектор Копрулу и отправившись к далеким и оккупированным берегам.