Глава XI. Игра
25 мая 2025 г., 14:55
НЕДЕЛЮ НАЗАД:
В вечернем небе висела легкая дымка. На горизонте растянулось огненно-красное пятно, разросшееся до невероятно больших размеров. Земли Прайда безустанно копошились вперемешку с паникой и истерикой. Запах гари, принесенный порывом ветра, одолел многие носы, и звери окончательно пробудились от дремоты. Могучие слоны засыпали пылающего паразита песком, вожаки стад поспешно пересчитывали товарищей. Зебры тревожно оглядывались по сторонам. Адское зарево не переставало вводить прохожих и зевак в недоумение и подсознательную тревогу, словно внутри нарисовался некий ком, не дающий спокойно вдохнуть и выдохнуть с облегчением. Гвардия прибыла на место происшествия через полчаса. Львица-вожак осмотрелась, принюхалась, поджала ухо, надеясь на какой-нибудь шорох. Но увы — так и не удалось зацепиться за малейшую деталь. — Ч-черт, — сквозь зубы произнесла она, сменив полусонное выражение лица на настороженное и раздраженное. — Упустили… Идем на ночное дежурство, оно уж нам точно не помешает! Гвардия поспешно удалилась с места происшествия, чтоб не путаться под ногами у слонов. Никого не замечалось. Неужели проделки природы? Нет, исключено! Это что-то большее… Высоты Великого Утеса, омываемые прохладным лунным светом и теплым освещением недалекого огня, нашли себе местечко на горизонте, никак не претендуя на столь большое внимание зверей. Мхиту осмелился спуститься к подножию и гораздо четче разглядеть причину его не самого лучшего настроения. «Ух! Всю добычу мне стеснил внутрь, изверг!» — одинокий лев безустанно вертел эту мысль на языке и в голове и недовольно пыхтел. А что поделаешь? Пожары во время Засухи не самое удивительное в жизни Саванны. Да и стоит порадоваться, что такие катаклизмы не ступают своими языками пламени по влажной плодородной земле в Сезон Дождей. Мхиту по привычке приложил левую лапу ко лбу, чтобы спрятать глаза от солнца. Но он не парился над фактом, что скоро ночь на дворе, а светило совершенно недавно покинуло Саванну. Отряд Ма Тембо крохотными точками копошился вокруг пожара, словно мотыльки неподалеку от лампочки. Прикусив губу, брат Налы огляделся по сторонам: как и предполагалось, пламя согнало весь провиант вглубь Земель Прайда, чему хищник не был особо рад. Махнув лапой на все происходящее, Мхиту с абсолютным пофигизмом собрался обратно в пещеру, но вдруг тишина, сопровождаемая лишь приглушенным треском травы, была очень заметно нарушена. Лев мгновенно обернулся, принюхавшись. До ушей доносился чей-то нездоровый тихий смех. Мхиту озадаченно повертел глазами и настороженно прищурился, высчитывая каждый шаг. Зрение окончательно привыкло к надвигающейся тьме. — Кто здесь?! — крикнул лев, на всякий случай выпустив когти. — Выходи! — Ха-ха-ха-ха-ха… Ненормальный смех незнакомца продолжал сводить с толку и заставлял терять драгоценную бдительность. «Да что он мне сделает?! Я ведь лев, в конце концов!» — ненароком подумал Мхиту. Издавать такого рода звуки вряд ли под силу крупным зверям, например, носорогам или же слонам. Да и манера речи напоминала хищника, так что нечего тут было по-настоящему бояться. Лев уверенно поднял голову, распушил гриву и устремил взгляд в голые кусты — именно оттуда доносилось жутковатое хихиканье с хрустом травы, переходя с места на место. — Думаешь, я так просто уйду?! — язвительно спросил лев. — Раз явился на мою территорию, вперед на поединок! Или же вали подальше, пока я не в бешенстве! Слова сами выпалили из пасти, чем одинокий хищник, мягко говоря, очень удивился. В очередной раз подумав о своей заложенной еще в утробе мужественности и других философских вещах, Мхиту азартно улыбнулся и снова вгляделся в кусты. Сухой шелест заигрывал с ушами, лев только оскалился и с приглушённым рычанием сморщил нос. В голове мелькали мысли: «Так… Сначала за шею… Затем повалить, потом придуш…» Хихиканье незнакомца внезапно умолкло, и Мхиту остался наедине с природой и ее огненным капризом, пылавшим где-то там, на фоне. Стало необъяснимо тревожно, и по телу льва мелкими точками прошлась неприятная дрожь. Резко похолодело, хоть и солнце на своем пике днем палило, словно пришло прямиком из Преисподней. Ветер прохладой метался вокруг да около, предвещая нечто не совсем доброе… Все сомнения и чувства Мхиту были вдребезги разбиты лапой, появившейся из кустов. По мере того, как незнакомец все больше показывался льву, было все отчетливей видно, как его тело дергалось невесть от чего. Впечатление от этого было не таким уж и забавным, как брат Налы ожидал. — Постой… — в удручающем недоумении Мхиту тихо прошептал, прищурив глаза… — Ты… Это ты…***
СЕГОДНЯ:
Копа так и не смог понять, отчего он проснулся. Скорее всего, его нос сполна забился пылью, поэтому молодой лев еще целое утро отхаркивался от противного вкуса песка и глины. Он с усталостью протер глаза: плохо спалось. Место было новое, внепривычку. Переварив вчерашнее, Копа с малой надеждой сделал вывод, что все то было один жутчайший кошмар из всех, и вот он откроет глаза и окажется на Скале Прайда, рядом с родителями, Киарой. Но как только утомляющая дремота была с треском побеждена, Копа с огромнейшей апатией посмотрел вокруг. Оказывается, братья сквозь сон все-таки смогли обнаружить канаву, где привлекательно зияло углубление в склоне, словно специально вырытое для них. Так еще и булыжники как будто с аккуратностью и заботой там положили, чтобы спрятаться за ними от лишних глаз. Вот теперь Копа вспомнил все: дядя Мхиту… отец… спор… расследование… тулиза… — и с поднятой бровью нашел глазами брата. Тот со своей обыденной раздраженностью копошился с лиловым растением, пытаясь когтем вытащить хоть один крохотный лепесточек. — Дай помогу, — Кайон услышал голос брата, с трепетом севшего около него. Копа без особых усилий достал пару стеблей и бросил прямо перед младшим близнецом. Лев стал с жадностью обгладывать цветки. — Доброе утро… Как спалось?.. Старший брат так и не услышал ответа, с глубоким вздохом выбрался из канавы и с осторожностью высунул голову. Едва он увидел Скалу Прайда, которая горделиво стояла вдали, лев тут же пригнулся и чуть не свалился на дно оврага. Внезапная боль окатила голову, а затем волной прошлась по телу, неприятно проныла. Это совесть терзала изнутри. Копа украдкой посмотрел на Кайона. «Что же на него нашло?.. — в недоумении он озирался то на брата, то наверх. — Неужели какой-то сумасшедший из Чужеземья ему дороже семьи… А что нам сказать, когда вернемся… Папа нас по головкам за такое не погладит… А что мама подумает… А Киара… Да кто в здравом уме просто так уйдет из дома ради какой-то там мечты… Без предупреждений, без ничего… Это не какая-то там игра, где все выдумано и понарошку… Это ведь…» — Эй, ты там что, прокис что ли? — наконец-то послышался голос Кайона, который, видимо, немного развеселился после очередной дозы лекарства. — Пойдем, навестим кое-кого… Когда братья выбрались из оврага, Копа в очередной раз посмотрел на Скалу Прайда, а затем на брата. Его глаза так и светились от азарта, что придавало старшему хоть малость сил и желания идти дальше. «Он не знает. Он даже не задумывается о том, что жизнь — это не гребаный мюзикл, где все поют и живут, как в сказке. Не все дается так легко, как величайшим героям из легенд и историй. Ведь… Иногда нужно просто уметь вовремя остановиться, не всему суждено быть сделанным до конца…» — с этой мыслью Копа впивался глазами в землю. Все-таки в душе теплилась надежда, что Кайон когда-нибудь образумится и покается за все ошибки. Пока не стало слишком поздно… Наконец братья добрались до баобаба Маджузи. Старший уже собрался лезть к Рафики в гости, но младший его вовремя остановил. — Стой-стой, забыл, как мы теперь?.. — шепотом произнес Кайон, после чего с обостренным чувством осторожности спрятал когти и стал аккуратно постукивать кулаками о ствол столетнего дерева. — Делай, как я. — Думаешь, они… эээ… в смысле она это услышит… — Копа с полным недоумением стал неуклюже повторять за рыжеглазым, но когда через минут пять обернулся, совсем не ожидал увидеть Макини с тяжелой охапкой фруктов. Лев от испуга отскочил на полметра, сердце словно ушло в пятки. — Вы чего тут делаете в такую рань? Еще пыльные такие… — голова обезьяны с озадаченным лицом вылезла из груды плодов. Взгляд Копы сам по себе опустился на грудь, потом обернулся в сторону спины. И правда: после не такой уж уютной ночевки все тело было с головы до хвоста усеяно песком. Лев с озадаченным лицом отряхнулся, а когда пальцами полез в гриву, даже обнаружил несколько камешков внутри нее. Полностью убедившись в своем ужасном внешнем виде, Копа снова дал себе отряхнуться, и большая часть пыли покинула его. Но все равно впечатление не было таким прекрасным. Разобравшись, старший близнец по привычке взглянул на Кайона, однако тот и не собирался смотреться в воду: — Нам нужно срочно поговорить, Макини. Ты не против, если мы подробнее… — лев уже был готов засыпать ученицу вопросами, но Копа продолжил по своему: — Рафики скоро будет? — Где-то через полчаса. Он за красками пошел, а эти мне сказал унести в дерево. — Пойдем внутрь, не будем терять времени. Кайон, пожав плечами, взобрался на широченные ветви баобаба и спустился в помещение внутри вслед за остальными. — Ты могла бы рассказать о Красном Цветке поподробней? — спросил он после того, как прилег на удобное место. — Я уверен, в этом есть что-то большее, чем просто страшилка для детенышей. — О, я не могу этого сделать, — приложив лапу ко рту, обезьянка с досадным видом уткнулась глазами в пол. — Как это не можешь?! — Не в том смысле, что могу… Макини с настороженностью выглянула наружу из ветвей. — Вы не расскажете никому? Учителю не понравится, если я буду разбрасываться знаниями направо и налево. — Нет, конечно, нет, — подтвердил Копа. Кайон с любопытством закивал. — Хорошо… — ученица Маджузи сделала глубокий вдох и продолжила. — Красный Цветок — это большая тайна, хранимая Маджузи испокон веков… Когда я впервые встретилась с Рафики, у нас вскоре начался разговор о Цветке. Все звери от мала до велика знают его как обыкновенную легенду. Но на самом деле Цветок содержит в себе гораздо большее, чем просто сказка для детей… Больше я ничего не знаю и не обязана знать. Мне рассказывали родители, что все знания, собранные мудрецами за столетия, хранятся в Древе Жизни. Может там и найдется ответ… Но понятно одно: Красный Цветок — это явно что-то недоброе, и вряд ли стоит с этим связываться… Макини прервала разговор на загадочной ноте и даже таинственно провела руками по воздуху. Но вся атмосфера вмиг улетучилась, когда она протяжно укнула, чтобы нагнать страху. Вместо этого Кайон слегка хихикнул. — И всего-то! — воскликнул Копа. — А что вы хотели, ребята? — спросила Макини, пожав плечами. — Я и сама-то ни-че толком не знаю! После неловкой паузы она решила немного разрядить обстановку. — Знаете че? А давайте я вам краску покажу. Хватит всякие пафосные штуки слушать, — самка мандрила со своим оптимизмом принялась вскрывать один из фруктов, но, видимо, слишком перебрала с силой. Крупные желтые кляксы сразу же расползлись по полу и стенам. — О-о-ой… — Хеви Кабиса! — воскликнул Кайон. — И ради этого мы плелись сюда?! — Принимай реальность такой, какой она есть, — холодно ответил Копа. — Чего ты ожидал? Что все так просто раскроется по щелчку пальца? Раз принял решение, расхлебывай все сам. — Сам без тебя знаю! — огрызнулся Кайон. Краски его гнева все сгущались, чему старший брат совсем не был рад. — Значит вы идете дальше расследовать? Или домой? — некоторое время спустя после небольшого спора вмешалась Макини. — Постой… — Копа положил лапы ей на плечи. — Никому не говори о нас. — Но почему?.. — Аргх! Почему-почему! — на фоне звучал голос Кайона. Он в очередной раз пытался достать тулизу. Лев не знал, что ответить. Не хотелось лгать новой подруге, но и не было желания отдаляться от брата. Все будто встало в тупик. Словно игра, в которую невозможно победить, словно яма, где песок при любом движении тянет обратно на дно… — Так… просто нужно, — промямлил Копа спустя раздумья. — Такое, ну… бывает иногда… Просто не говори и все. — Что ж… — Макини увела взгляд в сторону, на свежие кляксы, которые сама и разлила. После некоторого молчания, она с кривой улыбкой приложила указательный палец к губам и тихо прошипела. — Будет сделано, сэр! Выдохнув, Копа увидел, как Кайон уже выбрался наружу, и собрался тоже выходить. — Будьте осторожны ребята, — поняв всю суть происходящего, Макини взглянула в последний раз. Лев кивнул и спрыгнул с баобаба. Копа был в неведении. Кайон становился все злее и злее с каждой минутой. Тот уже отошел метров на двадцать, а старший брат еле поспевал за ним. — Ох, ради чего все это? — тихо пробурчал догонявший. — Стоит ли оно?..***
— То есть… Вы решили покинуть дом?! — Фули с озадаченным выражением лица все не могла понять, зачем братья так поступили. — Вы серьезно?! Умнее ничего не могли придумать?! Друзья с недоумением слушали близнецов. Что-что, а такого они точно не ожидали. Больше всех жаловалась пятнистая. Как гепард она никогда не оправдывала необдуманных решений, уж тем более таких рискованных. — Ох, попадет и вам… — сказал Бешти. — Неужели без этого никак? — Понимаете, у нас в семье проблемы, причем серьезные, — начал Копа. — Кайон просто этого не стерпел и… Лев устал оправдываться и посмотрел на брата, надеясь на его собственные объяснения. Однако тот с кислой рожей смотрел куда-то и все время слушал придирки Фули. — Ах вот оно что?! — начала та. — Видите ли, не стерпел! А потом стерпишь хоть орущих родителей, когда домой вернешься, а?! Ушел от родных из-за какого-то там… — Это все из-за отца, — наконец, Кайон встрепенулся и на повышенных тонах стал перечить Фули. — Мы хотим как лучше, а он нас не слушает. Он никогда нас не слушает. — А, ну тогда понятно! Просто ты решил обидеться на весь мир и просто свалил! Не так ли? — Я делаю это ради меня и Копы! — А рисковать жизнью и здоровьем — это тоже ради тебя и Копы?! Или это другое?! У тебя хоть мозги есть?! — У меня есть мозги! Ты мешаешь мне направить их в нужное русло! — Ребята, успокойтесь, — вмешался Бешти. — Давайте мирно все решим. Но два хищника все не переставали ссориться. «Нет, так нельзя продолжаться!» — решил Копа. Лев с большим усердием навалился на брата и лапами оттащил его от Фули. Тот брыкался, кусался, дергался, но старший близнец настаивал на своем: — Я ждал, что ты наконец успокоишься и передумаешь, но ты зашел слишком далеко! Это была последняя капля! — Что ты делаешь?! — Успокаиваю тебя, — хладнокровно произнес Копа и повалил Кайона на землю. — Хватит орать на пустом месте! — Да она!.. Она!.. — Она права, Кайон, — старший был серьезен как никогда. Он надеялся, что получится решить все без склок, но, видимо, просто рывка было недостаточно. — Мы поступили очень безответственно, брат! Еще не поздно вернуться и попросить прощения. Я уверен, отец примет нас. — С чего ты так думаешь?! Ты же сам видел, как он орал на нас вчера! Или тебе память отшибло?! — Отец не орет на нас постоянно! У него утомительная работа, особенно сейчас, в Засуху! Пойми, он устает ради нас с тобой! Может даже ночами не спать! А ты со своим непослушанием каждый раз его подводишь! Очень сильно подводишь!!! — Заткнись!!! Просто замолчи! — Кайон был не в себе. — А как же наша мечта?! Ты и сам хотел, чтобы нас заметили! Сделав глубокий вдох, Копа пришел в спокойствие: — Понимаешь… Мечты не главное. Главное то, каковы мы сейчас, что мы делаем и какие поступки совершаем. Просто делай правильный выбор, и все придет само собой, со временем. Надо только этого дождаться. Спустись на землю, Кайон. Прошу тебя, не делай глупостей. Младший брат с отчаянием опустил плечи и навострил брови. — А я-то думал… что ты меня во всем поддержишь… Участилось дыхание, гнев вихрем закружился в голове. «Как же так?! Как же так?! Как же так?!» — нескончаемый поток одного и того же вопроса затуманил разум. Больше никто не поможет. Осталось полагаться лишь на себя. Иначе не видать цели. Какой смысл теперь с ним возиться? — Предатель!!! — раздалось по всему водопаду. Воцарилась тишина. Кайон больше не мог здесь оставаться. Он умчался. Далеко-далеко. Где нет никого, кто помешает ему. — Стой! — Копа побежал вслед за ним. Его брат, охваченный яростью и горькой обидой, удирал все дальше и дальше, пока не скрылся из виду. Запыхавшись, старший остановился на полпути и посмотрел наверх. Бесконечная синева с безразличием и гордыней впилась во льва. Затем он посмотрел на землю. Потрескавшаяся, она не вселала надежды на примирение. — Вот черт… Остальные ребята наблюдали за печальной картиной. Что может быть хуже раскола в семье? Они никогда не думали, что братья смогут так легко поссориться. Близнецы ведь всегда были не разлей вода. Что же сейчас творится. Просто какой-то кошмар… Фули опустила уши и тяжело вздохнула: — Вот ведь глупец… К гепарду и бегемоту прилетел Оно. Судя по его глазам, ничего хорошего из новостей доставить у цапли не получалось. — Кто-нибудь видел Бангу?! — настороженно спросил он, отдыхая после долгого полета. — Всю Саванну просмотрел, нигде его нет! — Без понятия, дружище, — тоскливо проговорил Бешти и прикусил губу. — А куда это Кайон и Копа вдвоем удрали? — Да так, — с огорчением сказала Фули. — Разлад. Очень большой…***
С каждым часом небо все сильнее сгущало краски. Темнело. Копа, истощенный после долгих поисков, еле-еле брел по Саванне и внюхивался в землю, надеясь поймать запах. Но ситуация была безразличной: сильный ветер все унес с собой. Ох, этот славный прохладный ветер, который направлялся со стороны Чужеземья, был вестником лишь одного: скорых Дождей. Но льву было все равно. Земля не желала помочь: с каждой минутой темнея и растворяясь в ночи, она все больше отбирала у Копы надежду. Надежду отыскать его. «Он исчез… Он больше не придет обратно», — при каждой печальной мысли у Копы наворачивались слезы, но лев не давал им пролиться и с упорством вглядывался в небо, чтобы затекло обратно в глаза. Лапы дрожали, но не только от усталости. Наконец и они отказали. Найдя поблизости укрытие, лев с разбитым лицом повалился навзничь. Он стал нервно растрепывать гриву, будто надеялся, что это поможет. Но нет… Мир в глазах расплывался тонул, терял краски… Глаза вскоре тоже не выдержали. Копа поспешно закрыл их лапами, морщил их изо всех сил. Но помощь не приходила. «Что я сделал не так. Почему?! Что я натворил?! — вопросы мигом переросли в восклицания. — Что я натворил! Это все из-за меня! Я поклялся себе защищать его! И что теперь! Я плохой брат! Я ужасный брат!!!» Всхлипывания тихо растворялись в звуках природы. Никто его не слышал. Всем плевать… Мимо проходили звери, но не замечали льва, убитого горем. Все были заняты пожарами, Поджигателем, Засухой… но забыли про свои собственные. Какая ирония. Копа заметил вблизи пятнистую лапу и тихий застенчивый голос: — Эй, приятель… Ты в порядке, — лев вытер слезы и узнал недавнего знакомого леопарда. Бадили неловко улыбался, словно пытаясь подбодрить его. Однако это у него, откровенно говоря, получалось паршиво, как и всегда. Спустя время лев с досадой тихо ответил: — По мне не видно? Улыбка леопарда мгновенно пропала из виду. Ему еще никогда не доводилось видеть настолько сломленных зверей. Он неуверенно подошел поближе. — Расскажи, дружище, а я выслушаю. Вы помогли мне, теперь и мне черед отдавать должок, хе-хе… Голова льва уже была готова взорваться. Едва сдерживая плач, Копа все изрек пятнистому до мельчайших деталей. Бадили слушал с необычайным сочуствием. По глазам было видно, что он проникся проблемами, своими и чужими. После того, как лев окончил свой трагичный рассказ, настала неловкая пауза, которая продлилась минуту. Спустя время Бадили глубоко вздохнул и обратился: — Слушай… Ты хочешь вернуть брата?! — Что за вопрос?! — немного успокоившись, тот воскликнул. — Что ж… Я случайно наткнулся на их отряд… И узнал кое чего из их разговора… И я подумал… что если ты найдешь их базу… то, может, Кайон вернется… Я готов помочь тебе. Слово за тобой… Копа размышлял долго. Он морщил глаза, иногда смотрел по сторонам, приглаживал шерсть и гриву. В конце концов он ответил: — Я ни за что не брошу брата. Он один не справится. Если будут трудности, я выстою! — Тогда… Дождемся утра, потом все расскажу.***
Темные лабиринты Чужеземья почти опустились во тьму. Иногда на периферии зрения мелькали пары светящихся глаз. Жители бесплодного края не были рады никому. Казалось, еще миг — и они всей оравой накинутся на несчастного путника и растерзают со всей своей слепой жестокостью и неутоляемым голодом. Мхиту никогда не думал, что ему когда-нибудь придется побывать там, но судьба распорядилась иначе. «Я знаю, что делаю! Всего лишь вопрос, один единственный вопрос ему…» — с такими мыслями лев пытался не заблудиться в незнакомых коридорах, проходах, туннелях. Солнце беспощадно скрывалось. — Стой!!! Кто идет?! — послышался голос. Мхиту разглядел в силуэтах двоих леопардов. «Охранники», — подумал он. — Мне нужен ваш предводитель! Немедленно! — с неуверенностью прорычал брат Налы. Леопарды в ответ впились глазами в чужака, но когда услышали требования льва, тут же разразились хохотом: — Ха-ха-ха-ха-ха!!! Ишь чего захотел! Дичь ловить разучился?! За советом пришел?! Ха-ха!!! — Заткнитесь, уроды! — сзади грозно послышался низкий голос. Охранники мгновенно отдали честь и закрыли рты на замок. Макуча пришел и велел им скрыться из виду. Те поспешно исполнили приказ. Своим пронзающим взглядом он осмотрел Мхиту с лап до головы, после чего завязался диалог: — Зачем явился? — Спросить. — О чем? — О тебе! На мгновение на лице Макучи проскользнуло негодование. Встреча со старым знакомым… Сулит ли она пользу? С чего бы это?! — С чего это вдруг?! — Я же тебя помню. Каким я тебя тогда нашел! И какой ты теперь! Леопард раздраженно вздохнул, после чего ответил со спокойствием: — Да, ты не слепой. Ты знаешь, что произошло. Что с ней произошло! — Но ради чего все эти пожары?! — Ты не знаешь, каково было мне, когда ее не стало! Каково было ей, когда она кричала от жуткой боли! Она страдала! Умирала на моих глазах! Я мог ее спасти! Я мог доказать, что я достоин ее! Но эта кошачья свора не пустила меня к ней! Просто не пустила! Я б лучше сдох вместе с ней, вместо того чтобы слушать слова из уст этого гада у Скалы Прайда! — Послушай! — Мхиту прервал леопарда. — Я понимаю, ее больше не вернуть… Но надо жить дальше. Не убивайся горем, прошу! — Молчать! Я отомщу! Я буду наслаждаться каждым криком из пожаров, каждой смертью! Пока пламя не дойдет и до них! Мхиту стало на мгновение плохо от слов Поджигателя. Он не верил, что перед ним стоял тот самый Макуча, которого он так знал и уважал всем сердцем. В порыве тревоги он отскочил от леопарда. — Ты не посмеешь! — воскликнул лев. — Я пойду и расскажу всем о твоих мерзких планах! Я остановлю тебя! — Ха, серьезно? Сердце скукожилось, и Мхиту нечего было сказать в ответ. Нет, он не мог так просто взять и пойти. Одна лишь мысль о встрече с Прайдом вводила льва в ступор. — Что ж, — протяжно объявил Макуча, облизнувшись. — Раз ты такой смелый… — леопард с яростью было бросился на Мхиту, но остановился прямо у него перед носом. — Ты рассказывал мне когда-то о своих племянниках. Так вот слушай, ублюдок! Они уже!!! у нас на крючке!!! И если я!!! Услышу, что ты!!! проболтался!!! Мы выколим у них глаза!!! И вырежем языки!!! А потом сожжем к чертям заживо!!! прямо на твоих глазах!!! Дыхание участилось. Невероятный страх обуздал льва. Страх за родных. Не справившись с ним, Мхиту попятился назад. Нет, так нельзя. Нельзя так рисковать! Увы, львиная отвага сегодня была не на его стороне, ужасные мысли были гораздо сильнее. Вскоре он окончательно скрылся из виду, испарился в темноте. Макуча лишь усмехнулся. Он окончательно был уверен в своих словах. Леопард с удовлетворением направился в логово, но путь ему вежливо преградила Шупаву. — У меня новости, повелитель. — Порадуй меня! Ящерка доложила о результатах разведки Братства. В основном они были впечатляющие: все отряды профессионально заметали за собой следы. Но когда Шупаву доложила о близнецах, Макуча пришел в восторг: — Даже так! Просто восхитительно! Доложи всем прямо сейчас о начале операции «Игра»! Пусть все отряды будут готовы! Выступаем завтра утром! Шупаву с покорностью кивнула и засеменила прочь. Макуча с прехорошим настроением размял пальцы и сказал: — Ну что, ребятки? Сыграем?
