Dancer's n̶o̶t̶ hot dream

«Господин Хан Джисон. Мы рады сообщить, что Вы приняты на должность преподавателя этики и социологии в нашем университете. Ожидаем Вас на приём у ректора для согласования Вашего расписания не позднее двадцатого февраля. Просим Вас предоставить подлинники всех документов об образовании, копии которых Вы высылали ранее. С уважением, секретарь ректора СНУ госпожа Ким Юна».       Такое письмо Джи получил неделю назад и сразу засобирался в Корею. Он был дома последний раз девять месяцев назад, после его внезапного бегства. Он сбежал и не стыдится этого. Ему было тяжело, всё было как в тумане. Измена любимого парня прошлась как ножом по сердцу. Они учились в одной группе. Донхён скрывал их отношения, не хотел, чтобы про них сплетничали. Они встречались почти два года, а потом Сон просто без предупреждения поехал к любимому в общежитие, чтобы поздравить с днём рождения, где и застал его с другим. Было больно, сердце перестало биться в тот же момент. Весь март после этого он просто существовал, не видел ничего вокруг. Такое ощущение, что это всё было не с ним. Будто он наблюдал за этим со стороны. Всё пролетало на быстрой перемотке, не оставляя в памяти ровным счётом ничего. Делал всё на автомате: пары, еда, занятия с учениками. Так не могло продолжаться. И поэтому он принял решение. За остаток марта и апрель он сдал все экзамены и дописал дипломную работу. Своему научному руководителю он объяснил так, как было. Защитив диплом в самом начале мая, десятого он улетел в Санкт-Петербург, где пробыл до октября, набираясь знаний и умений. Ему понравился русский язык, и преподаватели невероятно помогли. После этого Хан улетел обратно в Азию, перебазировавшись в Токио. Здесь он подучил японский и перенял опыт классической японской школы преподавания. Несколько раз в самом начале октября он виделся с братом, который по делам компании прилетал в Токио. Чунсо действительно тосковал по нему и просил вернуться домой, но Джи всё ещё не мог так поступить. Только предложение о работе в родном университете заставило его пересмотреть планы и засобираться в родной Сеул.       Сейчас он стоял в зале прилёта аэропорта Инчхон и ждал, когда на карусели прибудет его багаж. Он уже больше не был тем наивным мальчиком, который улетел отсюда в мае прошлого года. Хан изменил себя полностью: и внутренне, и внешне. Парень много читал и общался с разными людьми, изучал себя, посещал тренинги, чтобы навсегда изгнать из себя эту наивность. Внешне он тоже мало походил на того милого ботаника. Джисон сделал коррекцию зрения и выкинул очки, перекрасился в радикальный блонд, сделал несколько татуировок: полностью забил левую руку сюжетом из любимого аниме, набил справа на животе стороны света, полностью поменял гардероб со спокойного на дерзкий. Он больше не даст никому вытирать об себя ноги. Эти месяцы он был сосредоточен не только на учёбе, но развивался и физически. Тело стало более рельефным и выносливым. И он продолжит, не будет останавливаться. — Сони, неужели это ты? Как изменился! — воскликнул старший брат и сгрёб его в свои медвежьи объятия. — Хён, ты меня задушишь! — заулыбался Джи, сбрасывая защитный барьер. — Я тоже соскучился. — Давай получим твой багаж и поедем домой.       Они дождались, пока оба чемодана появятся на карусели, и повезли их к машине. Джисон ухмыльнулся, осматривая большущий джип брата, погрузил вещи в багажник и сел на пассажирское сидение. Да, Чунсо всегда обожал кроссоверы. Старший занял место водителя и сразу тронулся. — У меня остановишься или отвезти в квартиру родителей? — спросил брат. — Не хочу стеснять вас с Инсыль. Поэтому второй вариант будет предпочтительнее. Я уже взрослый мальчик и справлюсь сам. — тут же ответил Сон. — Ну да. Уже двадцать пять будет через полгода. Но я там не был несколько месяцев. — кивнул Чунсо. — Не вопрос. Я закажу клининг. Думаю, в Сеуле это так же просто, как и в Токио. — На ужин хоть заедешь? Твоя невестка напекла любимые тобой пироги и сделала кимчхичиге. — Конечно, зайду. Я соскучился и по племянникам, и по Инсыль. Буду часам к семи, хён. — предупредил Джи.       Брат отвёз его к дому родителей, помог выгрузить багаж и уехал на работу, вручив ему ключи от квартиры. Джи поднялся на восьмой этаж и открыл дверь. Он вошёл в прихожую и огляделся по сторонам. Здесь всё было так же, как и девять месяцев назад. Родителей уже давно нет, они с братом одни друг у друга остались. Теперь у Чунсо была Инсыль и два их сына, а его сердце было закрыто для всех. Вряд ли он смог бы довериться ещё кому-то. Не посмел бы больше показать свою слабость.       Парень скинул куртку и снял ботинки, внёс оба чемодана, поставил сверху сумку. Тут и правда было немного пыльно. Стоя на пороге, он полез на сайт объявлений. Первый же найденный клининг — наилучший по рейтингу — и телефон имелся. На звонок ответил нежный женский голос и пообещал, что команда прибудет в течение получаса. Хан успел принять душ, переодеться и обратно выйти в коридор, когда в домофон позвонили. Он встретил ребят в прихожей. — Чемоданы и сумку не трогайте. Нужно тщательно очистить все мягкие поверхности и уделить внимание максимальному удалению пыли. Я отлучусь на пару часов, чтобы вам не мешать. — проинструктировал Хан. — Конечно, господин. Нам вас дождаться? — спросил старший из них. — Да.              Парень вышел на улицу, кутаясь в куртку. В первую очередь нужна была машина. И деньги на неё имелись. После смерти родителей — три года назад — у них остались некоторые сбережения и кое-какая недвижимость. Плюс акции металлургического концерна, в котором сейчас занимал должность вице-президента Чунсо. Они всё продали и поделили пополам, кроме акций, которые ежемесячно приносили доход, и двух квартир, в которых теперь жили. Счёт у обоих братьев значительно вырос. На эти деньги он путешествовал и учился, на эти деньги собирался сейчас обновить гардероб и купить средство передвижения. Теперь он ещё и работать будет в престижном университете с отличным годовым окладом. Немного подумав, Джисон отправился в салон Хёндай, где приобрёл новую Сонату после непродолжительного тест-драйва, пожертвовав за неё около сорока миллионов вон. Выбрал ярко-красную, в полной комплектации. В течение получаса после этого Хан зарегистрировал малышку в дорожной инспекции и отправился к башне Лотте.       Он не очень любил большое скопление людей, являясь интровертом по типу личности и складу характера, поэтому искренне порадовался, что в торговом центре было мало человек. Как должен выглядеть преподаватель? Как он раньше выглядел? Джи передёрнуло от отвращения. Нет, он больше не будет таким скучным. Прошерстив с десятка полтора магазинов, Джисон приобрёл: штук пять обтягивающих гольфов с высокой шеей, с дюжину рубашек, пару пиджаков, около шести пар разных брюк, новый кожаный рюкзак и ещё одну маленькую сумку на выход. После шопинга он заехал в уже знакомый салон и записался к мастеру на обновление цвета и маникюр, затем позвонил в приёмную ректора, чтобы подтвердить визит на понедельник. Вернулся домой он уже около пяти вечера. Там парень отпустил ребят из клининга, с лихвой оплатив их услуги. Около половины седьмого Джи вышел на улицу, сжимая в руке пакет с подарками для племянников и невестки. Он бросил его на пассажирское сидение и сел за руль. Хороша новая игрушка! Даже не жалко было той суммы, которую Хан за неё выложил.       Путь до дома брата занял пятнадцать минут. Он припарковался напротив жилой высотки, достал пакет и направился к подъезду. Здесь находились огромные двухуровневые апартаменты, которые в день свадьбы подарил брату отец. Туда он и поспешил. Открыла ему невестка, вся сияющая и улыбающаяся. Взгляд упал на её чуть округлый животик. — Инсыль, какая ты красотка! Новая стрижка тебе так идёт! И беременность тебе к лицу. — Джисон-и, каким ты очаровательным стал! Статный, высокий! И в блондина перекрасился! — воскликнула женщина. — Да. Стараюсь тебе соответствовать. А где мои племянники? Я тут подарки привёз! — ответил Джи.       Следующие три часа он наслаждался чудесным домашним, истинно корейским ужином, рассказывал про свои приключения в России и играл с племянниками. Здесь, в кругу семьи, он хоть немного почувствовал себя лучше. Невестка искренне ему улыбалась, ощущалась поддержка брата и любовь племянников. Всё было идеально, но рано или поздно идиллия должна была закончиться. Около половины одиннадцатого парень уехал домой. Пора немного отдохнуть. Джисон немного полежал в горячей ванне, после принял душ, немного подсушил светлые волосы, подмечая слишком отросшие корни. Натянув только штаны и свободную футболку, пренебрегая бельём, он принял полулежачее положение, поставил на колени ноутбук и откинул крышку. Взгляд скользнул по времени в левом верхнем углу. Половина двенадцатого. Пора. Кончик пальца вёл по тачпаду, стучал по середине, кликая по знакомой иконке. Мелькнула заставка, открылся чат. Джи поменял страну на Южную Корею, город Сеул, загрузил новую фотографию, где он был со спины, поменял ник на «Qwokka». На этот чат его подсадил друг из Санкт-Петербурга. Говорил, что можно хорошо провести время, сохраняя инкогнито: переписка, видео чат, возможная встреча. На выбор огромное количество стран, в том числе и Корея. Интересно, есть ли тут кто-то интересный? Глаза побежали по незнакомым никам и аватаркам. Внимание привлекло несколько парней, которые сейчас были онлайн. Начать он решил с самого младшего. Leebit, 18 лет.       Хан открыл профиль и прочитал информацию: рост сто семьдесят два сантиметра, вес пятьдесят восемь килограмм, любит танцевать. На фотографии нижняя часть лица с капризными губками, обнажённые ключицы и плечи. Было ещё несколько фотографий, но там парень был в полутьме и в основном боком или со спины. Фигурка — ладная и спортивная. Джи щёлкнул по конвертику и написал сообщение. Qwokka: Привет, котёнок! Не против познакомиться?              Галочки о прочтении загорелись сразу же. Парень сразу начал что-то печатать. Leebit: Привет Leebit: Не против Leebit: Развлекаешься? Го видео? Qwokka: Давай. Только лицо не могу показать. Leebit: И я не смогу. Но могу разговаривать.       Джисон щёлкнул по иконке с камерой, немного наклонил крышку, чтобы не было видно лица. Может, снять футболку? На экране появился обнажённый торс парня и эти капризно выгнутые губы. Тело и правда было подкаченное и спортивное, хотя ещё очень юное. Qwokka: Хочешь, я тоже сниму футболку? Leebit: Конечно Leebit: Если есть что показать))       Джисон стянул футболку и кинул её на прикроватную тумбочку. Leebit: У-у-у, а тут есть, чем похвастаться) Leebit: Там татушка внизу? Покажи больше Qwokka: Да, тату в виде сторон света)       Джи ещё немного опустил камеру и приспустил штаны. На его правом боку от середины рёбер до начала ноги шёл чёрно-белый рисунок. Leebit: Красивая! А ещё есть? Qwokka: Да. Но не всё сразу, малыш. Как тебя зовут? Leebit: Лино. А тебя? Qwokka: Не хочу называть имя. Ты младше, поэтому для тебя я хён. Leebit: Как скажешь! Leebit: Ты давно в чате? Qwokka: Нет. Меньше получаса. Часто чатился, пока жил в другой стране. А ты? Leebit: Пару месяцев. Друг подсадил. Leebit: Чтобы я перестал хандрить. Leebit: Так ты вошёл и сразу мне написал? Qwokka: Ну, да Qwokka: А ты много, кого нашёл? Leebit: Не особо ( Leebit: Одни придурки… Qwokka: И я? Leebit: Нет. Ты интересный. Leebit: Учишься или работаешь? Qwokka: Второе. Я препод в универе. Leebit: Ого! Нехилые преподы сейчас! Хотел бы я у тебя учиться! Qwokka: Зачем? Leebit: Ну, взятку натурой ещё никто не отменял…       Они общались больше часа, пока младший не попрощался под предлогом того, что ему вставать в восемь и нужно выспаться. Взяв с него обещание, что они продолжат общение, Хан отпустил Лино, пожелав спокойных снов. Больше ему незачем было быть здесь сегодня. Свой лимит на данный момент он исчерпал. Наверное, тоже нужно лечь спать. Завтра предстояло много дел. Мысли о мальчишке не покидали его. Интересно, напишет или нет? Во время его пребывания в Токио два таких мальчика в чате раскрашивали серые будни, компенсируя отсутствие друзей. Получится ли здесь такое же? Было бы здорово вот так общаться. Без условностей и имён, без должностей и статуса, без социальной разницы и формальностей. Просто на равных.       Сам он лёг спать около трёх утра. Но и проснулся почему-то около половины восьмого. До его времени больше часа, а значит, можно успеть заправиться и заодно выпить кофе. Хан натянул на себя привычные джинсы и толстовку, ботинки и куртку, проверил ключи от машины и бумажник, после чего покинул квартиру. На улице было сухо и немного морозно, в воздухе — почти десять градусов ниже нуля. Парень быстро юркнул в машину и сразу включил печку. Пока ждал хоть какого-то прогрева, не удержался и вошёл в чат. Пожелание доброго утра от пользователя Leebit немного подняло настроение. Джи отправил ответ, проверил систему на сенсорной панели и повернул ключ в зажигании. Соната приветственно заурчала и тронулась вперёд.