...Скучаю по нам в прошлом...

      На протяжении всей нашей жизни мы растем и меняемся. Рост, характер, внешность, увлечения — все постепенно заменяет что-то иное, то, что и в голову прийти не могло. Вот и сейчас, снова сидя перед камерой, Чонин не понимал, когда любимая и веселая работа превратилась в сплошную нервотрепку, из-за которой приходится тратить все свои нервные клетки. Их новый альбом взлетел до небес, и популярность возросла в несколько раз. Что только не происходило за последние три месяца после выпуска песен: куча интервью, достаточно много наград, дом-тур в Японии, концерт в Китае, который заставил сердце сжиматься в беспокойствах еще до отъезда в эту страну, двое участников стали амбассадорами модных домов, их группа стала лицом американского бренда, фанмитинг, который заставил и его пустить слезу, день рождения трех друзей, а также намеки на новый альбом, который они собираются выпустить через полтора месяца. Событий целая куча, а вот сил на них уже не осталось. У парней не было и дня, когда бы они смогли спокойно поваляться в своих комнатах, смотря фильмы или посвящая все свободное время сну. Поэтому каждый день нужно было улыбаться, радуя фанатов новыми роликами, трансляциями или влогами, даже если сил на это уже не было.       В данную минуту они как раз этим и занимались. Восемь участников сидели на стульях и записывали очередное интервью, при каждом свободном моменте закрывая глаза, чтобы те хоть немного побыли в темноте. Оставалось всего полчаса, и они будут свободны. Смотря на хенов Чонин видел их уставшие лица и мысленно сочувствовал, но больше всего наблюдал только за одним человеком, который явно был живее из них всех, потому что его улыбка казалась прожектором, не давая никому погрузиться во тьму. Яну это нравилось, он любил вот так наслаждаться этими лучами, особенно когда они находились совсем рядом с ним, но сегодня не тот случай. Ликс сидел вообще на другом конце комнаты, обнимаясь с Хенджином, и о чем-то болтал, иногда делая слишком серьезное выражение лица, которое спустя секунду копировал и сам Хван. О чем их диалог никому не было известно, ведь они как-будто специально говорили шепотом, чтобы кроме них никто не смог узнать сути, но Чонину было очень любопытно. Не подумайте, его совершенно не интересуют чужие дела, и он не «любопытная Варвара», но все, что касается этих двоих, его очень сильно волнует. Не только он заметил, но у них как будто особенная связь, которой они довольны и которую раскрывать не хотят: понимают друг друга с полуслова, смеются с банальных вещей, почти стопроцентно одинаковые вкусы в одежде, моде, фильмах и еде. Их фансервис насчитывает миллионы стэй, которые свято верят в то, что в глазах у этих двоих плещется любовь друг к другу. Но они же ничего не говорили!       Читая каждое упоминание какого-то момента, а что-то вспоминая сам, Йени понимал, что со стороны все выглядит очень даже гармонично и логично, вот только на его вопрос оба парня отвечали отрицательно, нервно посмеиваясь. И даже после этого его душа была не на месте, ведь за прошедшие года два время с хеном ограничивалось только в компании других мемберов, а наедине почти ни разу, что уж тут говорить о каком-то признании. Чувства к Феликсу появились относительно недавно, ровно в тот момент, когда на него стали обращать меньше внимания, чем раньше, хотя по сравнению с остальными его доставалось одинаково. Какова причина он так и не смог выяснить, вот только объятий, которые раньше приносили какой-то дискомфорт от всех участников, не хватало именно от Енбока.       Сторониться его не стали, но прикасались очень редко, о чем спустя пару месяцев жалел парень. Вот тогда-то его безответная влюбленность и началась, которая спустя время превратилась в обжигающую все органы любовь, не отпускающую на волю. И даже если бы Чонину дали такую возможность, он бы ни за что не променял свои чувства к Феликсу на что-то другое. Не смотреть на это улыбающееся существо, не слушать его смех, желая записать на диктофон, не мечтать ночью покушать брауни вместе с ним, которое теперь Ликс готовит довольно редко, а так же не смотреть на его превосходный танец, находясь сзади, — без всего этого его жизнь рухнет, как карточный домик, теряя смысл своего существования. Поэтому любые минуты дня становятся отличными, если это время он проводит с Ли за короткими диалогами, съемками роликов в ютуб шортс и Тикток или обычными приемами пищи во время перерывов.        Время в некомфортной среде подходило к концу, поэтому каждый стал собираться по дальнейшим делам, если они были. Стафф раздавал салфетки, чтобы при надобности стереть макияж, а парни болтали друг с другом о чем-то своем. Единственное, что разобрал Чонин в этой заварушке, так это то, что Хану, Бан Чану и Чанбину нужно вообще в другую сторону от общежитий, поэтому они едут на одной машине, отдавая вторую оставшимся пятерым. Уже мирясь с тем, что поедет он точно не рядом с Феликсом, которого облепят с двух сторон участники дэнсрачи, парень стал натягивать свою сумку через плечо, ожидая остальных. Но к нему подходит Сынмин, очень издевательски улыбаясь. Ян заранее знал, что ничему хорошему эта ухмылка не сулит. — Йееениии, ты же знаешь, как я тебя люблю? — Ким задавал этот вопрос, явно не ожидая ответа, ведь было такое чувство, что его сейчас разорвет от той информации, которую он держит в себе, — у меня есть две новости, от которых ты меня захочешь убить. Какую рассказать сначала? Про Феликса? Или про тебя и Феликса?       Вот почему ожидать от этого человека можно только плохого? К сожалению или счастью, только Сынмин знал о его любви к их другу. Просто в один день, когда они вдвоем решили пойти выпить, Яна вывезло настолько, что он заплакал навзрыд от сольной песни Ликса, а потом полчаса говорил о своей нежной любви к нему. Ким был в более адекватном состоянии, так что на утро все помнил и вызвал его на разговор, в котором хотел проявить свет на его страдания. Внятного тогда он мало услышал, но пообещал поддерживать в его делах. Только похоже этот парень путает значения слов «поддержка» и «подкалывания». Правда, стоит признать, иногда такая информация от Сынмина достаточно сильно ему помогала справиться с переживаниями, конечно, в основном она состояла из подтверждений того, что Феликс ни с кем не встречается. — Начни с первого, потому что от второго мне страшно становится, у тебя ведь больная фантазия. — Не правда, ты получается сначала решил с плохого начать? Смельчак, тогда ты будешь не особо рад услышать, но у Хенджина есть чувства к Ликсу. Не знаю, как давно, и насколько все серьезно, но я честно не понимаю, почему двое моих друзей признаются мне в этом в пьяном состоянии. Что Чонин мог на это сказать? Абсолютно ничего, он даже не удивился. Действительно, как можно не влюбиться в Феликса? В этот светлый сосуд, хранящий в себе уязвимую душу. Но стало страшно, какие у него шансы против Джинни? Тот высокий и красивый, похожий на Ликса всем, с шикарным телом и таким же превосходным умением танцевать, как и у хена. Он художник с руками из правильно места, а он? Только петь и умеет, иногда рубится вместе с парнями в компьютерные игры. Логично, что его шансы, которых и так было мало, стремительно падали к нулю. — Я буквально вижу твои мысли, не переживай, как я понял из нашего вчерашнего диалога, то когда Хенджин и Ликс тусили вместе, Хван завел тему про отношения, на что Енбок ответил, что ему уже кое-кто нравится. Так что у вас с ним шансы 50 на 50. Тааак, а теперь к более позитивному! Если Чонин скажет, что это его успокоило, то нагло соврет. Это предложение добавило только больше сомнений и страха в том, что взаимности он недождется никогда. — Что меня теперь сможет обрадовать? — Ну, например, то, что сейчас вы с Ликсом пойдете на ужин, — глаза у Яна раскрылись в ужасе, а зрачки сузились и стали размером с точку. — Ч-ч-что?! Почему это?! — голос сорвался, из-за чего абсолютно все люди в помещении обратили на двух друзей внимание. Минни решил, чтобы лишний раз не привлекать внимание ненаглядного парня, нужно выйти на улицу, и там уже всех подождать. Поэтому, обхватив чужую руку с другой стороны, повел в сторону лестницы. — А что такого? Он часто обедает с Минхо, Чаном, Хенджином или мной с Ханом, но вот только ты как будто его избегаешь в этом плане. Так что я напомнил Ликсу про то, что он проспорил мне желание, и загадал, чтобы вы с ним сходили вместе поесть, правда, я молодец? — Ким хитро ухмыльнулся, а Чонин был готов зарядить своими сменными кроссовками прямо в промежность парня. — Ты что больной? Он же сто процентов что-то заподозрил! Ты обрел меня на раскрытие своих чувств, а также на разрушение комфортной дружбы, за которую я держусь всеми силами! — Брось, ничего такого не было, ты преувеличиваешь. Он просто поинтересовался, почему я загадал именно это, а не что-то по сложнее. Я сказал, что тогда в машине будет больше места, Ликс только улыбнулся и согласился — все! Так что просто дождись своего ненаглядного и хотя бы поговори нормально, может, даже признаться сил хватит, ведь ты не можешь знать наверняка, что ему несимпатичен! Вы буквально целовали друг друга в макушку на концерте в туре с ORDINARY! От одного воспоминания этого момента становилось очень тепло на душе, но также довольно смущающе. Это ж надо было так изголодаться по тактильности, чтобы самому полезть целовать Ликса в волосы, запах которых он помнит до сих пор. А также засветиться перед стей, которые сделали уже тысячу видео с эдитами, хоть их фандом был в миллионы раз меньше, чем те же хенликсы, чью химию видят все, даже корейские каналы и новости. Но этот момент стей запомнили, кажется, на всю жизнь. — Н-не правда, просто хотели позлить Чана, который даже внимание на это не обратил! — на это предположение Сынмин лишь ухмыльнулся. — Ну да, ну да, а лицо у тебя такое довольное было, потому что волосы Феликса без вшей оказались, да? — на это предположение парень засмеялся, а Чонин все-таки решил пнуть его хотя бы в коленку. Но тут со второго этажа стали спускаться остальные, а показаться перед Феликсом кем-то жестоким не хотелось. Но хотя бы шлепнуть по спине со всей силы он успевает, что и делает в последние секунды, из-за чего Ким начинает с тяжестью откашливаться. Ударил так ударил, ничего не скажешь. — О, мы думали вы уже ушли, парочка младшеньких, — Хан ущипнул каждого в бок, и, пока не прилетела ответочка, спрятался за Чана, который только с усталостью закатил глаза. — На себя посмотри, — сказал Йени, указывая на руки Джисона, обхватившие талию лидера, но того так не задеть. Хан лишь еще больше прижался к спине Бана, ухмыльнувшись. Теперь пришла очередь остальных закатывать глаза. Иногда Хан ведет себя хуже Ликса, пытаясь липнуть даже к красивым деревьям. — Ладно, хватит, мы опаздываем. Джисон, если не поторопишься, заменю тебя Сынмином, может, он даже лучше тебя рэп зачитает. Услышав такое возмутительное предложение от хена, Хан нахмурил брови и побежал к машине, которая ждала 3рачу уже несколько минут. — Не-не-не! Я первый! Всем пока, увидимся завтра в ресторане, — махнув рукой и крикнув, Хан уже садился в автомобиль. — Ребенок, — пробурчал Минхо, пиная какой-то камушек на тротуаре, — ну все, идемте. Нас ждут на другой парковке, чуть левее, — Ли уже собирался взять Феликса и Чонина за руки, как самых младших, но Ликс мягко вынул ладонь. — Не понял, — Ли похлопал глазами в смятении. — Мы с Йени пойдем вон в ту кафешку напротив, — Феликс указал пальцем на приятное заведение, находящееся напротив, — поэтому вы втроем без нас. А, да, Джинни, позвони, как решишь насчет того. — Конечно, все-таки нам обоим это надо, я кстати у тебя в комнате скетчбук забыл, могу забрать и тебя подождать, — на это Ликс улыбнулся и кивнул, а затем взял за руку Чонина и пошел к переходу, — увидимся через пару часиков!       Сказать, что сердце Яна выпрыгивало из груди, это не сказать ничего. Оно стучало настолько громко, что, казалось, в скором времени выпрыгнет и начнет жить своей жизнью. По всему телу как будто проходили разряды тока, сопровождающиеся то прохладой, то жарой, которая расплывалась по всему организму, словно тающее мороженное. Они прошли всего несколько метров, если оглянуться, можно было увидеть спины других мемберов, но ощущения стали до нестерпимого приятны, из-за чего Ян немного дернул рукой, чтобы как-то сбить поднимающуюся эйфорию. Ликс среагировал сразу и отпустил его ладонь. — Ой, прости, забыл, что прикосновения ты не очень любишь. Пошли? — Феликс улыбнулся и продолжил путь, а Йени чуть ли не застонал от отчаяния. Ну почему хен понял это именно так?! Да он бы наплевал на все свои «неприятно» и «не нравится», только бы этим человеком, который его обнимает или прикасается к нему, был Феликс.       Оставшийся путь оба молчали, а Феликс внутри погорал со стыда. Вот как можно так палиться? Ни с того, ни с сего взял Чонина за руку, как своего парня, а потом спокойно пошел с ним по улице. Конечно, на них маски, кепки, не привлекающая глаз одежда, но вот тело может и удасться скрыть, а вот сцепленные ладони — нет. Один минус есть у Кореи, который его удручает, — очень предвзятое отношение к лгбт персонам. Узнает неправильный человек и все, можно забыть о своем будущем в этой стране. И если кому-то скрывать все это достаточно терпимо, ведь дома можно целоваться и обниматься сколько влезет, то вот Феликсу приходится несладко. Первая и самая плохая вещь — он не может прожить без тактильности, а если еще и без объятий любимого, то вообще можно вскрываться хоть сразу. Поэтому приходится вешаться на мемберов, которые в большинстве случаев совсем не против его прикосновений, даже Минхо в последнее время не просто дается в руки, но и отдает ласку в ответ, что очень мило с его стороны. А вторая причина, ничуть не лучше первой, так это то, что сам Чонин не любит скиншип! Он, конечно, говорил в одном из роликов, что ему комфортно в объятиях Феликса, но все равно слишком много трогать его не позволял. Поэтому Ликс ограничивал себя как мог по отношению к нему, но вот пару секунд назад не сдержался, наверное, доставляя неудобства парню.       Пришли они буквально за пять минут и сразу заняли столик под зонтиком почти в самом углу кафе. Заказали по напитку и пирожному, потому что несильно изголодали, но нужно было поднять сахар в крови. С самого начала повисла какая-то тишина, которая напрягала обоих, вроде есть много тем для разговора, они живут в одном общежитии, чтобы обсудить их дела или бытовуху. Да даже о здоровье друг друга можно было перемолвиться, но они просто сидели, глупо смотря на американо и лимонад. Ян молил всех богов, которые только существуют, чтобы он умер прямо сейчас, иначе он сгорит со стыда и неловкости. — Йени, я как-то забыл поблагодарить тебя за подарок на день рождения. Спасибо большое, кроссовки с наушниками просто отличные, — Ли улыбнулся, немного стесняясь и желая ударить себя по лбу, ведь кто так тему для диалога выбирает?! — А, да не за что, если честно у меня было кое-что еще, но потом я передумал насчет этого предмета, — Феликс удивился, а Ян только потом понял, что ляпнул.       Зачем он про это сказал?! Это же целая банка маленьких записочек, которые он писал Ликсу, описывая и вспоминая многие события, как будто когда-то хотел отдать это ему. Да ни за что, только не когда он в дружеских отношениях, ведь все сразу станет понятно! Там буквально бумажечки, в которых он описывал свое восхищение стараниям парня, его улучшенному корейскому, страстнрму австралийскому акценту. Его чувства описаны на половине этих квадратиков, и там не обошлось без очень горячих мыслей, которые пробегали в голове. Вспоминая все это, Чонин покраснел, как рак, ведь перед ним сейчас сидит человек, насчет которого он писал: «У Феликс-хена такой шикарный пресс, хотел бы я его когда-нибудь потрогать». Но самое худшее, что в пьяном состоянии он писал что-то на подобии этого: «Мне так жарко, хотелось бы сейчас лежать в обнимку с Ли-хеном и целоваться. Его губы наверное такие мягкие… Хотел бы их ощутить на своем теле». Закрыв глаза, Ян пытался вычеркнуть все эти мысли из головы и прийти в себя, а также пообещал себе разорвать их в клочья, когда придет в свою комнату. — Хах, мне и того хватило, в общем, спасибо тебе большое, Йени. Ты еще не думал, что хочешь в подарок на свое день рождения? Мысленно Ян уже ответил: «тебя». А вслух произнес только: — Еще нет, но я буду очень рад, если этот день мы проведем вместе, — Чонин поднял глаза и увидел счастливый взгляд напротив. — Конечно, — докоснувшись до ладони друга, Ликс улыбнулся, показывая ровный ряд зубов и ямочки на щеках, а потом убрал свою кисть на место.       Просидели они полчаса, разговаривая о предстоящих концертах, а также обсуждая какие страны хотят посетить снова. Конечно же, на первые места стали Франция и Австралия, которые влюбили в себя чуть ли не все к-поп группы, а вот после разговор пошел о других городах Европы. — Слушай, когда в последний раз мы были в Англии или Германии? — Также давно, как и в России, вроде в девятнадцатом году. К сожалению, ни в одну из этих стран нас сейчас не пустят, — Йени тяжело вздохнул, ставя стакан на стол и опуская голову. — Мда, ситуация там оставляет желать лучшего. Я не знаю, когда мы завершим нашу карьеру, как группа, но надеюсь, к тому времени все образуется, и мы сможем сдержать обещание, которое давали стэй. На трансляциях столько людей смотрит на нас от туда, а мы не можем ничего для них сделать, кроме как порадовать новыми роликами и песнями. От этого иногда чувствуешь себя беспомощным. Чонин понимал, о чем говорит друг. Как бы сильно они не старались и не убеждали менеджеров в том, что некоторые страны очень нужно посетить еще раз, чтобы порадовать фанатов, которых стало намного больше, ответ один — всем все равно. Их как будто не слышали. Америки, Японии и Кореи всем хватит, в них больше всего фанатов, вот только откуда им знать наверняка? А люди в это время сидят где-то в Лондоне, Москве, Берлине, смотрят очередной выпуск с Токио и думают, почему именно их города не удостаиваются внимания кумиров. Вот только сами мемберы повлиять на что-то не особо могут. — Я уверен ты еще поешь оливье, блинчиков и мороженного, так что не переживай так сильно, — потрепав парня по плечу, Йени улыбнулся, а потом услышал рингтон чужого телефона, на котором стояла его собственная песня, — а это у кого? Может нам стоит уйти, если тут есть стей? Немного замешкавшись, Феликс отрицательно покачал головой, показывая, что такая мелодия стоит у него, причем с их недавнего концерта, когда парень играл на фортепиано. — Не волнуйся, это у меня, я отвечу, хорошо? Это Джинни. Кивнув головой, Ян на самом деле не особо хотел, чтобы хен сейчас разговаривал с Хенджином, но кто он такой, чтобы ему запрещать. Может, у Хвана какое-то важное объявление или что-то вроде этого. — Да, да, давно не виделись, ты чего звонишь? — Да у меня короче не получится тебя подождать, я забыл, что сегодня нужно собрать вещи для недели моды в Италии. Так что давай сейчас быстро разберемся, хорошо, Ликси? — Конечно, когда вы с Минхо вернетесь обратно в Корею? — Через пять дней, наверное. Но у тебя вроде тоже что-то с Луиви намечается, разве нет? — Да, но я недавно рассчитал, и у нас будет несколько дней до этого. Там случайно в групповом расписании ничего не будет? — Неа, я у Чана спрашивал вчера. Как думаешь, когда стафф разрешит выпустить Beautiful? — Ну…месяцок после записи точно подождем. Я думаю чуть позже нашего нового альбома? Как думаешь? Типа такой неожиданный ход — целый год не выпускали, спев только кусочек, а тут раз, и все в шоке. — Понимаю, такой ход будет грамотным. Как думаешь, насколько будут счастливы фанатки нашего фандома? — Бесконечно. А то ты успел всех расстроить, когда строил глазки Бинни-хену. — Прости любовь моя, виноват. Ладно, в какой день тебе удобнее? Чтобы ты смог распеться и отдохнуть нормально. — Давай в…       На другом конце трубки послышались обрывистые звуки и даже маты, которые очень редко употребляются мемберами без особо повода, причем по голосу это был явно Минхо, который в принципе нечасто ругался. Ужасный стук и шум резали уши, а по всему телу распространялась паника, потому что громкий скрип тормозов окончил вызов и далее была только одна фраза: «Абонент не доступен. Попробуйте перезвонить позже». Вот только потом телефон вообще был выключен.       По всему телу расходился дикий страх и волнение, которые охватывали разум, не позволяя размышлять. Чонин, увидев, что руки друга начали подрагивать, подошел к нему и увидел слезящиеся глаза, из которых уже капали слезы. — Феликс, Ликс, что случилось? — как можно громче шептал парень, трясся его за руку, чтобы тот хоть как-то отреагировал, — Ликси! — Енбок как будто пришел в себя и повернул голову в сторону друга. — Н-не знаю, сначала были к-какие-то непонятные звуки, а-а потом я услышал как парни ругаются и т-тормоза. После этого телефон Д-джинни словно упал или разбился, и связь оборвалась. Йени, с ними же все нормально, правда? — услышать что-то такое Чонин не ожидал, в ДТП они попадают очень редко, раз в четыре-пять лет.       Насколько все серьезно и вообще, что произошло, было не понятно. Надежда оставалась только на водителя, чей номер есть у всех мемберов. Видя состояние парня, Ян не стал ждать, взял его под руку и повел прочь с людного места, которое сейчас только давило на него. Ли не особо понимал, что происходит, поэтому просто поддавался другу, который решительно шел в темный переулок, доставая телефон. Сейчас нужно было попытаться держать себя в руках и не паниковать, ведь двое сошедших с ума от беспокойства парня никому не сделают лучше. Посадив Ликса на землю и облокотив его о стену, Ян попытался найти в контактах номер мужчины, который сегодня отвечал за вторую машину. Кое-как дрожащими пальцами нажав на нужную кнопку, парень наконец услышал гудки, и трубку в скором времени сняли. — Да, Чонин, слушаю вас, — голос был явно очень напряжен и обеспокоен, и Ян уже понимал, что предчувствие Феликса его не подвело. — Что с мемберами? Как вы? Где вы сейчас? — мужчина вроде начал отвечать, но в трубке резко послышался другой голос, который в отличии от прошлого звучал напугано и нежно одновременно. — Йени, вы же с Ликсом вместе? — М-минхо-хен? Да, он рядом со мной сидит. — Включи на громкую связь, небось весь зареванный сидит и мысленно уже купил нам гробы. Хенджин сказал, что авария произошла в тот момент, когда они разговаривали, а телефон его не особо работает, так что успокоить его он не может. — Хорошо, хен, сейчас — спорить сейчас не хотелось, да и нужды не было. Ведь смотря на раскисшего Феликса, можно было с уверенностью сказать, что тот успел подумать обо всем, что только могло произойти, — все, можешь говорить. — Ликси, ты слышишь меня? — в карих глазах туман пропал за одну секунду, а взамен ему пришла влага, которая не стала копиться, сразу скатываясь по щекам. — Х-хо! Да, у вас все хорошо? Ты сильно поранился? А как Хенджин и Сынмин? Они же живы, да?! Скажи, что живы, — на том проводе раздались еле слышимые смешки. — Все с нами в порядке, Ликс, не плачь, просто немного конечности болят, а так все хорошо. Вон, слышишь этих двоих? Они вообще ржут стоят, — немного отодвинув телефон, Минхо крикнул, — вы заткнетесь там или нет, гиены ненормальные?! Короче, Ликси, Йени, все хорошо, мы вызвали такси, сейчас поедем в нашу больницу на осмотр. Но ходить мы можем, руками двигать тоже, так что если ты, Феликс, начнешь думать, что мы останемся инвалидами или еще что, то я тебя хорошенько стукну, как вернусь! Все, увидимся, — вызов завершился, а улыбка от облегчения появилась у обоих сразу. Как же хорошо, что с ними все более-менее отлично.       Долго проводить время на земле они не стали, потихоньку поднялись, заказали машину и поехали в общежитие, в котором ближайшую неделю они точно будут одни. Вот только каких-то мыслей, насчет развития их отношений, не возникало ни у кого. Сейчас жутко хотелось спать, перед этим позвонив парням по видеосвязи, чтобы еще раз убедиться, что все нормально. Оставаться совсем одним при таком раскладе не хотелось, сейчас Чонин был бы только счастлив от того, что трое мемберов липнут к их солнцу. Вот только Ликс закрылся тучками и сейчас, отказываясь от еды, направлялся к себе в комнату, прося Йени уступить ему очередь в их общий душ. Чонин возражать не стал, легонько кивнул и пошел на кухню, чтобы заварить два рамена. Может, пока что Феликс голода и не чувствует, но скоро это должно пройти и взамен этого появится бурчание в животе.       Дела закончили парни быстро, успев не только помыться и приготовить покушать, но и переодеться, зарядив телефоны. Сев на диван, Ликс листал ленту инстаграмма, где несколько минут назад кем-то из стей было выложено объявление от джуп, в котором говорилось, что трое мемберов попали в аварию. Закрыв глаза руками, Енбок лег на подушки, простонав от усталости. — Я вот не понимаю, что за закон подлости. Только хотел отвлечься от этой ситуации, как куча постов с одним и тем же, даже в Тиктоке. — Ну а что ты хотел, это же не только для нас катастрофа, но и для стей. Они хотят побыстрее всем рассказать, чтобы остальные оказали им поддержку. Кстати Минхо не звонил? — садясь возле ног хена, спросил Ян. — Не-а, хотя уже восьмой час. Ты кстати читал, что возможно нас тоже пошлют в Нью-Йорк? — Правда? Где это ты нашел такую информацию? — Чонину показалось это донельзя глупым, компания уже решил отправить вместо них всех 3рачу, и ему с Ликсом там совершенно нечего делать, кроме как просто шататься по городу. — Чани-хен сказал, что в ближайший день это будет рассматриваться менеджерами. Но, если честно, я не хочу никуда лететь, хочу спокойствия на одном месте. Эти перелеты туда сюда так утомляют, что даже офигенные мероприятия или концерты не дают сил. Я бы лучше поухаживал за хенами, пока они не придут в норму. — Согласен, вот только ты не надоешь тому же Сынмину, если постоянно будешь с ними сидеть? Напоминаю, они инвалидами не стали и там есть специализированные врачи. Так что навещай их, но не заселись к ним окончательно, иначе, во-первых, тебя прибьет Минхо, за то, что слишком волнуешься, а во-вторых, ты хочешь оставить меня совсем одного в пустом общежитии?! Не знал, что ты так жесток, Феликс Ли, — Чонин притворно возмутился и собирался встать и пойти за ужином, как поперек живота его обхватили руки и повалили на себя. — Енбок, ты чего?.. — Ну а почему ты такой бука? Расслабься, и давай немного полежим, я знаю, что ты не особо любишь это, но даже тебе сейчас это нужно, — Ян не стал спорить, наконец удостаиваясь своей доли ласки, в которой он нуждался два года.       Спокойно положив голову на грудь Феликса, Йени обнял его поперек живота, вслушиваясь в звуки сердцебиения, которые и так были не спокойны с самого начала, а потом и вовсе ускорились, превращаясь в какую-то ламбаду, и если честно парень не был уверен, что так бьется не его сердце. Ощущая тонкий запах одеколона Ликса, который отдает апельсином с лавандой, Чонин чувствовал себя самым счастливым человеком, который находится на нужном ему месте. Он отлично помещается в маленьких руках, его голова прекрасно умещается на плече, а подбородок Ли упирается в его макушку, приятно надавливая, пах упирается в бедро, а ноги лежат между чужих. Ян не знает, сколько бы они еще могли находиться в таком положении, но телефон, лежащий на столе, снова подал голос в виде его песни. — Я тебя прошу, смени потом рингтон, — встав, пробурчал Йени, направляясь к мобильнику, который сейчас хотелось разбить в мельчайшие осколки. — Хорошо-хорошо, включай видео и иди сюда.       Ликс был рад, что Минхо всё-таки им позвонил, но также был немного на него зол. Почему именно в этот момент, когда, казалось, вредный котенок наконец-то дался в руки?! Ощущать его тепло было приятно, так же, как и чувствовать его дыхание на своей шее, впервые так долго за последнее время. Было очень сложно перебороть свое желание докоснуться до головы Чонинп и погладить его по волосам, а потом легонько коснуться до них губами, как на концерте в туре. Но сейчас оставалось только ровно сесть, подозвать брюнета с телефоном и переключить свое внимание на пострадавших, которые, он надеется, сейчас в полном порядке.       Чонин медлить не стал, сел рядом и укрепил устройство на столе, облокотившись на спинку и приняв вызов. На экране появились трое парней на больничной койке, которые для своей ситуации были слишком улыбчивые и счастливые. Хенджин сидел по центру, а справа и слева от него Минхо и Сынмин, которые постоянно о чем-то продолжали спорить. Этих двоих точно нельзя оставлять рядом друг с другом на долгое время, хотя в общежитии такого почти не случалось, ведь дела и немного разные характеры не давали им такой привилегии, как долгое нахождение в обществе одного с другим. — Эй, угомонитесь там, или вы уже полностью восстановились и готовы после завтра лететь в Нью-Йорк? Чонину этот балаган надоел. Они тут значит волнуются, а эти чувствуют себя просто превосходно. Но сразу после этой фразы двое перестали пытаться сломать себе языки и обратили внимание на телефон, в котором отображался разозленный Ян и слишком радостный Феликс. — Можно спросить, почему экран поделился на два мира, процветающий и сгорающий? — Сынмин, в игры остроумия будешь потом с Минхо рубиться, целую неделю причем, а нам лучше расскажите, что у вас и как. — Да ничего такого, авария-то небольшая была оказывается, Пак Бен Хо вообще молодец, вовремя среагировал и попытался избежать столкновения, поэтому нас только легонько и зацепило. Тот водитель был пьяным, вот и творил какую-то хрень на дороге. Мы просто испугались сильно, пару раз стукнулись ногами об кресла и двери, а в остальном все шикарно, ну и немного перенапряглись, потому что теперь судороги часто появляются. Нам тут просто пообследоваться и поспать наконец-то нормально нужно, отдохнуть в общем, ну и мазями всякими себя помазать, чтобы синяки прошли. А так все хорошо, не волнуйтесь, — Минни улыбнулся, послав воздушный поцелуй, на который оба парня отреагировали одновременно и одинаково — протянули их любимое «иу» и скорчили рожицы. — Согласен с вами. Сынмин, что за жесты? — Хенджин шлепнул того по колену и опять обратил внимание на экран, — кстати, Ликсиии, ты сколько проплакал, что у тебя такие красные глаза? — А как я должен был реагировать, когда в трубке какие-то странные звуки, а потом вообще сброс звонка? Радоваться что-ли?! — Как мило, ты за нас так сильно переживал? — увидев испепеляющий взгляд справа, Хван немножко сбавил обороты, — ладно, все уже позади, так что не волнуйся, вам тоже стоит отдохнуть, пока есть такая возможность. — Согласен с Хенджином, тем, кому действительно не повезло, так это Хану, Чанбину и Бан Чану, им придется за нас всех пахать в Америке. Так что все мы можем спать до двенадцати и принимать пищу во время! — Какой-то у тебя странный позитив, Минхо-хен… — Ищу плюсы во всем, Боки, — хен улыбнулся, а потом с коридора послышался какой-то шорох и голос женщины, — так, ладно парни, нам пора куда-то там идти за этой тетей, так что пока. — Хен! П…ладно, я завтра к вам приду, удачи! — парни кивнули, улыбнувшись, а потом экран погас.       Вызов завершился, а сил не осталось буквально ни на что, кроме как поесть и молча лечь спать. Мысленно согласившись с этим планом, оба парня взяли тарелки с уже остывшей лапшой и опустошили их за несколько минут. Договорившись, что зубы почистить они могут и вдвоем, друзья переоделись в пижамы, ведь среди них не было любимцев спать в белье или голышом. Ванная комната у них общая, так что пришлось немного постукаться локтями и побрызгаться водой, прежде чем положить зубные щетки в шкафчик и пожелать друг другу спокойной ночи.       Ложась в кровать, Чонин поставил телефон на зарядку и заметил новое уведомление. Разблокировав экран, с самого верха высветился прямоугольник, в котором было написано сообщение от Сынмина. Хотя…как он мог ему написать, если телефон разбился? Открыв чат, он нажал на переписку с парнем и увидел текст, который явно показывал, кто его писал. — Ты же понимаешь, что даже сама судьба за ваш союз и дает возможность на него? Вам никто не будет мешать, так что признайся поскорее и иди целуйся, обнимайся, о чем ты там еще мечтаешь вместе с Феликсом. — Слушай, во-первых, как ты мне в принципе написал, а во-вторых, почему ты пишешь такие смущающие вещи?! — Да ладно, почему то полгода назад ты не стеснялся говорить, как хочешь сделать кое-что Ликсу на шее и как ты хочешь его в общем. Я просто симку вытащил и вставил в телефон хена, не волнуйся, переписка у него не сохранится, сейчас он вообще спит. — Прекрати! Я понял, что ты хочешь и чего добиваешься, но ничего не обещаю! И если хоть об одном слове хен когда-нибудь узнает, ты будешь учиться дышать в земле! Все, спокойной ночи. — Мгм, и тебе.       Спорить с этим существом было нереально, но ударить прямо сейчас очень хотелось, хоть ему уже и досталось от машины. Рухнув на мягкую кровать спиной, Чонин думал о предложении Кима. С чего он вообще взял, что Феликсу будет непротивно или неудобно? Да, он бисексуал, но это не значит, что от признания каждой девушки или парня он будет таять и признаваться во взаимности. Да и как это сделать? Зная Енбока, сейчас все его мысли занимают пострадавшие, к которым он будет приходить каждый день, в этом Ян не сомневается, какое сейчас дело до него? Он же в порядке: здоров и сыт, красиво выглядит. А у тех троих и вид уставший, и тело не особо цело.       Вот даже если все получится, что уже является какой-то фантастикой, как они собираются скрывать это от фанатов, людей? Как избежать ревности, когда к твоему парню будут лезть не только мемберы, но и стей, и стаф, и другие участники групп. Ссор из-за этого не хотелось, тем более их «канонные» пары совсем другие: хенликсы или банликсы, чонмины или чанчоны, а вот пара чонликс где-то на последних местах топа, поэтому их не особо продвигают. Ну и самое главное, как рассказать другим мемберам и не получить осуждения с их стороны? Они все хорошие и классные хены, вот только они так же являются партнерами в работе, а если смотреть с этой точки зрения, то никто не будет рад новым проблемам из-за любви двух участников. Хотя, о чем он вообще думает? Он-то влюблен, а Феликс? Чувствует ли он хоть что-то большее к нему, чем к другу? Почему-то в голове высвечивается единственный ответ — нет, поэтому, еще поразмыслив на эту тему, Чонин уснул с телефоном в руке, подумав, что если бы его чувства оказались взаимны, он был бы невероятно счастлив. Разум отправился куда-то далеко, а за окном начался настоящий звездопад, который он, к сожалению, не увидел.

***

      Последующие три дня казались адом, причем самым настоящим. Он постоянно был один, конечно, не рассчитывал на то, что Феликс будет проводить все свое время только с ним, но и не думал, что тот будет отсутствовать с утра до ночи, возвращаясь регулярно с десяти до одиннадцати часов ночи. Яну тоже было не все равно на состояние хенов, в первое утро он пошел их навещать вместе с Ли, но вот проторчать там больше трех часов у него не вышло, зато для Енбока это место стало вторым домом, в котором он проводил весь день. Чем они там занимались, Чонин не знал, да и боялся интересоваться, представляя как рад Хенджин такому вниманию парня, к которому он тоже не ровно дышит. Слова Сынмина пришлось проанализировать буквально в первый же день, как только они зашли в палату к друзьям. Вспоминая все прогулки, встречи, моменты из видео и взгляды, Ян ощущал, как жуткая ревность просыпалась внутри, особенно когда человек, который тебе нравится, сразу кинулся в объятья к другому, ища тепла. Хотелось просто забрать Феликса себе, присвоить навсегда и никогда не отпускать, наслаждаясь его обществом только одному. Но Чонин понимал, что Ликс не его человек и собственность, так что такого никогда не случится, как бы он этого не желал.       Поэтому, сидя дома, он обдумывал все, что происходило между ними в последнее время, и еще раз убеждался, что по сравнению с началом карьеры, все их совместные моменты сошли практически к нулю. К нему даже хены больше лезть начали, например, Минхо, который раньше будто боялся его. Старые видео в Тиктоке с их парой только добивали, так что, слушая какую-нибудь лиричную музыку на фоне и просматривая фото и видео, парень позволял себе пустить несколько слез, которые терялись в бесконечных количествах на его мягком одеяле. Только эта ткань могла укутать его тело и хоть немного согреть снаружи, ведь душа в последний раз оттаивала в руках Ликса. Слава богу, дела не доходили до истерик, ведь один часик хен все-таки ему уделял, прямо перед сном, и если бы он увидел покрасневшие и опухшие глаза, то от допроса Ян бы никак не сбежал. У Енбока есть какая-то магическая способность втираться в душу за несколько минут, а потом выворачивать ее на изнанку, выгребая все, что скопилось внутри. Такого расклада Чонин не хотел, ведь тогда он не то, что расплачется перед хеном, он разрыдается, прося его не оставлять его одного в общежитии, в котором слишком тихо без трех сожителей. Вот только больше он не выдержит.       Утро двадцать четвертого сентября стало для него последним, только поднявшись с кровати, Йени заметил Ликса, мельтешащего перед глазами в душе. Только по этому парень сразу понял, что сегодня хен тоже проводит время с другими мемберами, а не с ним. Такой расклад ему не нравился, он не против посещения больных, но пусть хотя бы в этот раз Феликс не будет сидеть там до ночи. Встав с кровати, Ян подошел к Енбоку, кладя руки на его плечи. Парень немного испугался, но ждал дальнейших действий от Чонина, который достаточно сильно его удивил. Вид Йени был очень милым: растрепанные волосы, еще не отошедший след от подушки на правой щеке, сощуренные лисьи глаза, еще не привыкшие к яркому свету. Только от этой картинки хочется затискать этого парня, но все-таки сила воли ради его удобства была включена на максимум. — Я тебя разбудил, прости, Йени. Я скоро уйду, так что можешь продолжить видеть прекрасные сны, — Ликс улыбнулся, кладя свои маленькие ладошки сверху рук парня, а тот лишь утыкается своей головой ему меж лопаток, тех самых, которые он засветил на весь мир в своей новой сольной песне, которая разрывает не только эмоционально, но и физически. Проблема в паху после первого просмотра его выступления была гарантирована у всех мемберов в группе, а у Чонина еще и какой-то сушняк, который требовал не воды, а прикосновение чужих губ к своим. — Хен, ты можешь прийти сегодня часов в шесть вечера, пожалуйста… Я так устал находиться здесь один. Может, устроим вечер дорамы, как несколько лет назад? Снеки, какой-то сериал и разговоры ни о чем, как ты к этому отнесешься? — Ликсу было нечего ответить, он так старался избегать Чонина все эти дни, чтобы не доставлять ему неудобства, а тут он сам предложил провести время только вдвоем. Что он мог ответить ему, кроме как «да»? — Конечно, хорошо, в пять буду дома с вкусняшками, тебе взять американо в кафе? — почувствовав утвердительный кивок, Ли ухмыльнулся и полностью облокотился на парня, который этого не ожидал и в последний момент спохватился, предотвращая его падение, — ладно, я пошел, не скучай, Йени!       В руках пустота, а дверь уже издает привычный хлопок. Но осталось всего лишь подождать около семи часов, и его одиночество закончится пускай и на время. Ян понимал, что если между ними завяжется душевный разговор, то он может проговорить даже больше, чем нужно, раскрывая не только свои чувства, но и страхи, сожаления и опасения, то, чего он боялся гораздо больше, ведь всего этого было достаточно много, а признание всего одно.       Полдня Чонин думал над предложением друга, которое он не рассматривал даже в самых счастливых концовках их совместной истории с Ликсом, но может все-таки стоит попробовать? Чонин стоял сейчас как будто по обе стороны от пропасти, и от его решения будет зависеть: полетит он вниз или останется наверху. Оба варианта страшны по-своему, с одной стороны возможность потерять Феликса не только, как парня, но и как друга и отличного собеседника, который всегда поймет, поможет и поддержит. А с другой — страх от осознания, что если он ничего не предпримет, то так и останется в друзьях, а Ли даже не узнает, что его милый младшенький был в него влюблен. Вот и что выбрать? Одно страшнее другого, но что-то делать с этим было надо… Только вот сил у Йени на дальнейшие размышления не нашлось, поэтому он вернулся в кровать, укрылся одеялом и снова задремал, установив будильник за полтора часа прихода Феликса.       В двери щелкает замок, и Чонин бежит встречать парня, который выполнил свое обещание и пришел сегодня намного раньше, чем в прошлые разы. Улыбка на лице юноши привлекала все внимание, и как видимо не просто так. Вынув руки из-за спины, Феликс показал пакеты, полные всякой вредной едой. Да, они немножко ограничивают себя в пище, но от одного раза ничего не будет, кроме двух счастливых людей, лежащих на диване. А потом на самом дне Ян увидел шесть бутылок с какими-то алкогольными напитками и с вопросом посмотрел на хена. Он против, причем очень-очень сильно. Пить Чонин не умеет, поэтому всегда творит несусветную неразбериху, а опозориться перед предметом воздыхания не особо хотелось. Но Ли только заливисто посмеялся и спрятал содержимое в дальний ящик, сказав, что это для хенов, когда одни вернуться с Нью-Йорка, а вторые выпишутся. — Ну что, Йени, что за дораму будем смотреть? — Ликс уже был во всем домашнем. Таким его хочется видеть всегда — нежным, милым, незащищенным и ласковым. В голове пытаются сформулироваться хоть какие-то адекватные названия, но при одном взгляде на улыбку парня напротив все они рассыпаются, как зерна. — Ладно, тогда может посмотрим «Истинная красота»? А то она популярная, а мы ее ни разу не видели, только нарезки в Тиктоке и ютубе. — Да, хорошо, иди включай, а я принесу наш перекус, — Феликс кивнул, а Ян попытался выдохнуть весь воздух, который у него скопился за эти несколько минут, и пойти к парню, который был готов к просмотру на все сто. — Давно мы с тобой так одни время не проводили… — Чонин не знает, зачем Енбок это сказал, но фраза лишь напомнила ему, что это может быть разовой акцией, которая закончится с наступлением следующего дня. И потом снова здравствуйте одиночество, ревность, невзаимность и усталость. Но может если приоткрыть шторку его сожалений, то Ли поймет его мысли?.. — Мгм, почему-то мы постоянно в разных компаниях, даже когда живем под одной крышей. Ты с Минхо тусишь, а я с Сынмином, вот только, хен, я довольно часто вспоминаю, как мы веселились раньше, когда жили в одном общежитии. Тогда вообще не было чьих-то комнат, они все были общими, мы с тобой были, как два сиамских близнеца. Если искать причины, почему человек хочет вернуться во времени, то это будет моей. Феликс сразу уловил настрой этого монолога. Он скучает по ним прошлым, одной фразой Чонин открыл ему занавесу, которую он в дальнейшем просто сдернул, не оставляя даже петель. И теперь перед его глазами раскрывалась целая страна беспокойств Ян Чонина. — Йени, почему ты чувствуешь себя одиноко? — вопрос в лоб, этого парень и ждал. По-другому с Енбоком насчет серьезных тем не бывает. Он не будет ходить вокруг до около, спросит все сразу и будет помогать с этим разобраться. — В последние дни я и вправду был один, а раньше…наверное просто не было того, кого бы я хотел рядом с собой видеть. Ли прошибло током…у Йени есть половинка, о которой он не догадывался?.. — Ты в отношениях? — от удивления Ян даже воздухом поперхнулся. — Нет! Ты что, я бы рассказал вам! — Ликс спокойно выдохнул, откидывая голову назад к подушкам.Кажется его пронесло, — просто это все сложно. Я скучаю не только по нам в дебютные и предебютные времена, в принципе по всем участникам. Вы ни капли не изменились характерами, только чуть поспокойнее стали, но в самом начале я и вправду чувствовал нашу атмосферу одной семьи, сейчас же — только очень хорошие, дружеские отношения. Может, я параноик, или все в конечном итоге отдаляются друг от друга, потому что взрослеют, но мне это не нравится. Мне часто попадаются видео старых концертов, где мы не были такими красивыми, может, в нас еще были детские черты, но все те моменты поддержки, которые находили стэй, были такими…милыми, уютными? Не знаю какие слова подобрать, но даже наши фандомы не были тогда такими пошлыми и развратными, как сейчас. То есть понятное дело мы не раздеваемся перед друг другом и не целуемся с кем попало, но вот ценности таких моментов поменялись. Раньше один нежный взгляд, улыбка или объятье, и все, фанаты счастливы по край, а теперь надо показывать чуть ли не поцелуи в засос, к примеру, заставка для CIRCUS. Минхо с Чанбином, Хенджин с Бинни, ну или то, что пили мы недавно на брудершафт, а тебя немножко хотел раздеть Минхо. Ну, это же полная хрень, а бедный хен, который при любой возможности должен лапать наши задницы, потому что один такой прикол залетел в интернет, и все были от него без ума. Хен превратился с надзирателя в домогателя, а их терки с Джисоном? Да я даже представить не могу, насколько им обоим некомфортно. Опять тот же Минхо, который ненавидит прикосновения к себе побольше меня. А он стоит и терпит, улыбается, проклинает человека, который назвал их с Ханом милой парой. Они друзья, как и все мы, и свое свободное время проводят похоже, но по-разному. Один предпочитает побыть один за просмотром аниме или сном, а второй зовет или тебя, или всех нас к себе, устраивая целый марафон фильмов. Я к чему это все говорю, раньше было больше детского тепла, которого мне резко стало не хватать сейчас. Прости, что вывалил на тебя это все, Ликс, просто захотелось поделиться с тем, кто сможет меня хоть немного понять, — Чонин сконфуженно опустил голову, боясь даже взглянуть на лицо Феликса. Наверняка оно выражает полнейшее недоумение и удивление, ведь так себя чувствует наверное только он. — Я понимаю о чем ты говоришь, — взгляд резко поднялся обратно, как-будто бы желая увидеть подтверждение услышанных слов, — и не только я, все это понимают. С ростом нашей популярности возросли проблемы и требования, а вместе с этим уходит все наше свободное и беззаботное время, которое было раньше. Мы же все прекрасно помним, что было в Китае и незадолго до него. — Не напоминай! Я так сильно испугался за вас, особенно когда увидел этот лазер на ролике, выложенном в ютубе. — Ну, это не первый раз, когда нам угрожают с Джинни убийством, правда, до реализации еще не доходило, — ногу прострелила боль, — ай! — Даже не смей о таком говорить. — Ладно-ладно! Нашу парочку вообще половина стэй обожает, любит и лелеет, а вторая обкидывает помидорами, говоря, что мы пропагандируем гомосексуальные отношения. — Да даже если бы и так, вы имеете право делать все, что захотите, а я что-то не видел в законе пункт, где лучшим друзьям парням запрещено обниматься или смотреть друг на друга. Да и вообще в Китае жуть полная была, мне столько сообщений от стэй никогда в жизни не приходило, даже на мой день рождения! И все, абсолютно все присылали твое окровавленное фото! Полный кошмар… — Все, все, все, не вспоминай об этом! Мы же хотели отдохнуть? Вот и давай, наконец, включим дораму, а то какие-то страшилки решили пообсуждать, — закрыв тему, Ликс взял пульт и снял видео с паузы, позволяя экрану делать все за него.       Чонин долго размышлял, стоит ли ему так делать или нет, но все же после не особо радостного диалога хотелось немного тех самых объятий Ликса, в которых он чувствует себя спокойно. Разведя ноги хена и подняв руки, он переместился в этот промежуток, позволяя Феликсу обхватить его всеми конечностями. Тот был очень удивлен, но рад, поэтому с радостью схватил в объятья Чонина, которого хотелось тискать ежеминутно.       Пять серий подряд они не меняли позы, так и наслаждаясь прикосновениями друг друга. Ликс забыл обо всем прошлом, которое у них было, ведь это настоящее ему нравится намного больше. Держать руками и ногами своего любимого, который опирается спиной, положив голову на плечо. В любую секунду Феликс мог чуть наклониться к волосам и вдохнуть приятный фруктовый аромат, который от них исходил. Хотелось проверить свой пульс, который по ощущениям был намного выше нормы, а также стереть глупую улыбку, которая непроизвольно появлялась на его лице, как только Чонин как-то шевелился, пытаясь найти самое удобное расположение. Фильм его не волновал, сейчас беспокойство шло от всех тех заморочек Яна, которые он доверил ему. Ли был в замешательстве, такие мысли посещали каждого и не раз, вот только зацепился за них самый младший, который со стороны не особо и зависит от общества и его ласк. Но вот тайный ящик вскрыт, и как помочь ему опустеть Енбок не особо понимал. Он мог бы отдать этому парню всю свою любовь и нежность, но, зная особенность друга, это было невозможно. Сейчас в принципе было удивительно то, что Чонин сидел почти у него на коленях и не рыпался, пытаясь вылезть.       Ян же пытался не думать ни о чем, время было уже за полночь, а сериал прошел только наполовину. Парень не знает, судьба это или нет, но любовный треугольник на экране заставлял его все больше задуматься о признании, которого он боялся, как огня. Чонин действительно боялся потерять Феликса, но больше всего — свой единственный шанс быть с ним. Параллель в дораме явно показывала, что происходит, когда ты немного опаздываешь с признанием или в принципе вниманием к человеку, который тебе не безразличен. Одна минута или взгляд, один день или слово — все может повлиять на ваши взаимоотношения, вот только если ты опоздаешь с самым главным, то навсегда останешься во френдзоне, пытаясь добиться чего-то большего, вот только сделать это довольно трудно и почти нереально.       Мысли роем пчел пытались вывести ответы на вопросы, в которых он сейчас так нуждался. Нужны ли ему отношения? Да, он устал смотреть на этого парня украдкой где-то в стороне, хочется постоянно быть рядом, постоянно прикасаясь к нему. Уже какой месяц в сердце росло желание быть кем-то любимым, ощущая все чувства этого человека и отдавая ему столько же. Хочет ли он рассказать об этом Ликсу? Без понятия, но наверное надо, больше нет сил терпеть, сидя между его ног, которые обвили его талию, хотелось без стеснения залезть на колени и обнимать парня за шею, дыша им всей грудью и целуя каждый участок кожи, который был ему открыт. Готов ли пожертвовать дружбой? Ему ничего не оставалось, кроме как попробовать понадеяться на счастливый конец и сказать то, что на душе. Чонин любит Феликса за все: его глаза, которые светятся чуть ли не каждый раз, смотря на природу, своих друзей или просто какую-то милую вещицу; доброту, которая укутывает всех участников группы, как пуховое одеяло; чувствительность, его слезы всегда на вес золота, он часто расстраивается и плачет, слишком много думает, но это делает его еще прекрасней; маленький нос, который часто шмыгал во время простуд, но который так мило морщился, что хотелось не только помочь справиться с насморком, но и поцеловать его в самый центр, ведь на это зрелище по-другому нельзя смотреть; губы и нежные волосы, которые дополняют друг друга настолько идеально, что не хочется отлипать ни от одного, ни от другого. Йени готов всю жизнь описывать положительные черты его хена, вот только даже ее не хватит, ведь для него любая вещь в нем что-то прекрасное.       А также с силами все же надо собираться, буквально вчера ему писал Сынмин, говоря, что Хенджин в скором времени хочет озвучить свои чувства к Феликсу и получить ответ, поэтому половину сегодняшнего дня он просидел, как на иголках, пытаясь унять беспокойство о том, что он уже опоздал. Вот только ничего не случилось и сейчас у него есть шанс опередить Джинни. Ему, конечно, очень жалко, что у друга будет разбито сердце, вот только и свое доламывать еще больше он не хочет. Взяв пульт в руки, Чонин нажал на паузу, вылезая из кокона объятий и садясь рядом с Феликсом, смотря ему в глаза. Было видно, что парень не понимает в чем причина такого поступка, но и отступать Ян не желает, потому что в следующий раз вряд ли соберется с силами. Глубоко вздохнув, Йени прислушался к своему сердцебиению и дыханию, которые явно говорили о том, что он не в порядке, вот только он уже начал говорить: — Феликс, можешь сейчас меня спокойно послушать и подумать над тем, что я тебе скажу? — Ли не понимал о чем пойдет речь и очень наделся, что не по поводу его крепких обнимашек. Увидев кивок, Чонин мысленно дал себе старт, не видя финиша этой дороги, — хорошо. Нужно закрыть глаза, вдохнуть и успокоиться. Ликс не плохой, он не высмеет и не пошлет, он поймет и, если что, простит. — Ты мне очень симпатичен, хен, понимаешь, как парень. Где-то два года назад, после того как мы стали проводить меньше времени, я начал это понимать. Мне не хватало твоих касаний, общения и общества в принципе. После я любовался тобой и в жизни, и в разных альбомах, которые мы выпускали и сами же обозревали. Я чувствую себя очень счастливым, когда мы проводим время вдвоем, хоть сейчас, хоть тогда в кафе, хоть несколько месяцев назад, когда мы были в Париже. Ты для меня являешься главным человеком, без которого я не вижу своего счастья. Мне с тобой весело, уютно, интересно и хорошо, поэтому я прошу тебя подумать, чувствуешь ли ты что-то похожее ко мне? А если быть точнее, готов ли ты встречаться с айдолом? Готов ли подвергнуть себя общественному унижению, если узнают про нас? Прости, что вот так вот все вывалил на тебя, но я не хотел потерять свою возможность, пока рядом с нами никого нет, поэтому надеюсь получить ответ через два дня. А сейчас я позволю себе только это… — Чонин медленно приблизился к лицу ошарашенного Феликса и оставил легкий поцелуй на щеке, после улыбнувшись, как бы успокаивая парня. Потом встал и пошел в комнату, только там позволяя себе сесть на пол и закрыть лицо руками от стыда.       Енбок сидел на одном и том же месте, не шевелясь еще где-то минут пять. Его мозг яро отказывался воспринимать информацию, что его чувства взаимны, что Йени сейчас сам ему признался и поцеловал его, даже если в щеку. Для нетактильного друга это просто что-то из ряда вон выходящее. Но почему они должны ждать?! Ликс готов ко всему, он так скучал по таким уютным вечерам, которые не сравнятся даже с временем, проведенным в кругу семьи, с которой он очень редко видится. Вот только вопросы, которые ему задал Чонин… Ответил ли он на них сам? Готов ли он быть с таким любвеобильным ним, сможет ли вытерпеть презрение со стороны? Феликс на все готов ответить «да», не раздумывая, но вот готов ли Йени, и уверен ли он в своих ощущениях на все сто процентов? Да, он признался, вот только это не говорит о том, что он сможет бросить карьеру артиста, если этого потребует общество.       Им двоим нужно над этим поразмыслить, в их сфере отношения подобны роскоши, они очень дороги и их надо скрывать, чтобы кто-то не украл твой кусочек счастья, пытаясь наживиться. Любовь для них запретна, по крайней мере с известными личностями особенно своего пола, и сразу никто не может ответить на вопрос: «готовы ли вы ради счастья покончить со всем, что было до этого? Забыть все, может, бросить и продолжить жить дальше ни о чем не жалея?»

***

      Эти два дня прошли как выстрел из пистолета, мгновенно и не слышно. Почему настолько быстро? Потому что парням в больнице понадобилась помощь, а Феликс, добрая душа, решился помогать со всем, лишь бы Йени разобрался в себе, а сам Чонин в отсутствие хена отсиживался в комнате, пытаясь придумать, что делать дальше. Он вроде круто себя повел, но все выглядело так неестественно и фальшиво, что хочется дать себе по лбу. Что за условия он решил ставить, что за вопросы, с ума сошел в ту минуту?! Но это частично было правдой, смотря в эти сверкающие любопытством глаза, было невозможно пытаться как-то рассуждать или думать, язык с головой сами решили, что делать, а Ян просто их послушался. Он понимал, что отвечать на все это придется прежде всему ему, а он готов только к половине.       А почему так бесшумно? Вся причина в Чонине, который спал, заперевшись в комнате до полудня, а потом шел гулять ближе к ночи, чтобы не пересекаться с Феликсом, шатаясь до ночи и ожидая времени, когда хен будет наверняка спать. Только после этой уверенности он открывает ключами дверь и заходит в теплое и темное помещение, снова ложась спать до времени ухода Ликса в больницу.       Так они проводили двое суток подряд, не общаясь, не видясь и не развивая тему, которую сами же решили затронуть. Феликс был готов рвать волосы на голове, чтобы прийти немного раньше или уйти позже, но игнорировать друзей, которые были нездоровы, не мог, поэтому каждый час разрывался на две стороны, пытаясь как-то сделать лучше и тем, и тем. И кое-какой способ коммуникации он все же нашел — еда. Перед уходом он оставлял приготовленный завтрак вместе с запиской на столе, надеясь, что Йени ее заметит. А приходя, видел ответ, который ежедневно был различный, за что Чонину уже огромное спасибо. Ликс боялся, что завтра Ян сам предложит все забыть и оставить как раньше, вот только тогда он собственноручно порвет свой контракт с компанией и уедет домой, ведь играть снова в дружбу больше бы не смог. Поэтому, придя на третий вечер, он волновался просто заходить в квартиру, думал, быть может лучше переночевать где-нибудь в другом месте? Но это тоже казалось полным бредом, поэтому, проверив пульс, он толкнул дверь, вот только ничего нового не обнаружил. Опять везде пусто, никого нет, только темное помещение его и встречает. Разуваясь, Ли показалось это уже до ужаса раздражающим. Почему Чонин убегает от своих же желаний, которые так мечтал осуществить, но боялся все это время. Теперь же есть возможность!       Думая, что парень снова в своей комнате, Ли быстрым шагом направился туда. Дверь распахнулась и предоставила вид на пустое, немного неприбранное помещение. Зайдя внутрь и включив свет, он ничего интересного не обнаружил: куча одежды на стульях и в шкафу, почему-то с раскрытыми дверцами, на стене висит картина Хенджина, которую Ян получил в подарок, над кроватью пару постеров с любимыми играми парня. Подойдя к рабочему столу, Феликс увидел ноутбук, много канцелярии, а так же огромную баночку, в которой была куча всяких разноцветных листочков, различных по размерам, а на самой деревянной поверхности лежал один из них. Взяв его в руки и развернув, Ли в удивлении расширил глаза от прочитанного, неужели это все…       Быстро пытаясь достать хотя бы три бумажки с трех разных мест банки, Ликс разворачивал их дрожащими пальцами и только тогда начинал понимать, что и сколько в себе держал Йени:

-27 сентября 2023-

Я признался ему, но хотел сделать это по-другому,

Я не могу смотреть ему в глаза, потому что стыдно,

Я боюсь своих желаний, Феликс, что мне делать?..

Я не знаю, как сказать тебе о том, что я боюсь видеть

нас вместе из-за других людей.

Ты меня не простишь, да?

Я такой трус…ты бы бросил все ради любимого,

а я вот не могу, какая же это любовь…

-18 марта 2020-

Сегодня мы играли в веселую игра, да, Енбоки?

Я наконец-то смог тебя обнять!)

Мне кажется всем мемберам не нравится

мое поведение по отношению к тебе…

Может, нам стоило обниматься не так крепко?

Также я попробовал покусать твои волосы,

наверное это было лишним,

но я не контролировал себя, поэтому, прости.

Ты такой милый, Ликси,

от этого можно умереть знаешь ли!

-28 октября 2021-

Ликси, ты сегодня устроил мне

настоящий сюрприз, придя на трансляцию.

Я был очень рад, правда, стэй после

начали спрашивать, насколько

мы близки, раз так тепло смотрим

друг на друга и обнимаемся?..

Я не знал, что ответить, поэтому просто сказал,

что мы очень хорошие друзья.

Как думаешь, моя любовь к тебе

это что-то странное?..

Я подумаю об этом как-нибудь потом,

а пока хочу сказать,

что тебе очень идет черный цвет волос.

Моя фантазия уходит не в те степи,

поэтому я предпочту не рассказывать

о ней даже здесь. Мне немного стыдно…

поэтому я надеюсь ты никогда не прочтешь

всего того, что я писал ранее

и буду писать дальше.

Надеюсь завтра тебя еще раз обнять)

      Даже просмотрев всего несколько записок можно было понять, что Йени боится… Боится осуждения со стороны Феликса, ребят, фанатов и незнакомых. Ли не знал в каких условиях воспитывался парень, может, там все ярые ненавистники таких людей или в школе с ним кое-что случилось, но попробовать убедить его надо было. Надев куртку и кроссовки, Феликс вылетел из общежития, направляясь в место, где они любили гулять несколько лет назад, ведь только оно пришло ему в голову.       Река Хан — прекрасная достопримечательность, которая отражает в себе всю культуру Кореи, сочитая ее с романтикой и современностью. Ночью здесь жутко красиво, поэтому Чонину так нравится это место, тут он никому ничего не должен, тут даже пахнет свободой! Это место они открыли с Ликсом достаточно давно, почти сразу после дебюта, но вот ходили сюда всего несколько раз, и то когда-то в прошлом. В это время суток он может не прятать лицо за масками и шапками, ведь все уже дома готовятся к завтрашнему дню, а он сидит и думает, как Ликс воспримет его отсутствие в этот день? По плану за отказ, не надеясь на что-то, но вот как будет в реальности? Ли никогда не бросает тех, кто ему дорог, вот только что делать со своими противоречивыми мыслями и желаниями не знает даже Ян. Он очень хочет взять парня за руку, но в то же время боится, что их кто-то увидит и заснимет, хочет обнять, но не сможет, потому что айдолам не положено светиться на улицах в таком ключе.       Слезы одиночества все равно успевают скатиться по щекам, а чей-то громкий топот приблизиться почти в плотную. А после на своем плече Чонин ощущает маленькую ладошку, которая крепко сжимает его плечо. Резко повернувшись он увидел уставшего, но довольного собой Енбока, который точно не собирался его отпускать. Сердце забилось в три раза быстрее, а глаза раскрылись еще шире, ведь он тоже плакал. Пару влажных дорожек было видно при свете луны, которая, казалось, была для них вместо фонаря. Отдышавшись, Ликс взял и сжал в своих руках ладони Чонина, нежно поглаживая костяшки. Ему явно есть что сказать, но сможет ли Ян выдержать это? Он уверен, что нет, поэтому пытается вырваться из цепкой хватки, которая ни капли не ослабевает. — Слушай, я думал все сразу будет понятно, как только ты не увидишь меня дома, зачем ты сюда пришел? — Йени, я люблю тебя и не готов вот так бросать на съедение твоим мыслям, — Чонину показалось, что у него галлюцинации, ведь это не может быть правдой, — я знаю, что ты скажешь. «Мы же айдолы, нам не дано любить», вот только я с этим не согласен, мы прежде всего люди, у которых есть свои страхи, переживания, чувства, и от них мы не сможем убежать. Ты думаешь после того, как повернешь на попятную, сможешь спокойно смотреть и разговаривать со мной? — Ян, обдумав, отрицательно покачал головой. — Ты хотел избегать меня? Думаешь, стей этого не заметят? — парень неопределенно пожал плечами, — тогда я тебя предупрежу, что если такое и вправду будет, то я сразу же заберу свой контракт и уеду домой. — Нет! Не надо, — Чонин был похож на маленького малыша, у которого отнимают что-то, чем он дорожит больше всего на свете. Он не хотел этого, он лучше пересилит себя и выбросит все мысли, лишь бы Ликс никогда не покидал его жизнь хотя бы визуально. — Йени, доверься мне, я не сделаю тебе или нам двоим что-то во вред. Мы будем осторожными и сможем дальше продолжать весело проводить время с ребятами, и я уверен почти наверняка, что они будут только рады. Йени, я люблю твой смех и улыбку, твои объятья и капризы, когда ты поешь или плачешь. Мне все равно, что ты делаешь, я просто чувствую любовь. А что насчет тебя? Ты чувствуешь ее в душе? — Да… Феликс, я правда все это чувствую, но как мне быть уверенным в том, что я все не испорчу? — Просто будь собой, и иногда смотри по сторонам, хорошо? — Феликс закрыл глаза, вставая на ноги и поднимая парня, который теперь не особо-то и сопротивлялся. — Ладно, я попробую не переживать… — Ян тоже прикрыл веки, прикасаясь лбом ко лбу Ли. Сейчас так хорошо и прекрасно, сердце уже не поет ламбады, а просто спокойно стучит в грудной клетке, радуясь своему счастью. Отстранившись, Ликс первый крепко обнял парня, больше не сдерживаясь. Ведь зачем, если теперь никто не против этого? Чонин не стал медлить и повторил за хеном, наконец-то наслаждаясь тем, чего ему не хватало столько времени.       Ночь проходит спокойно и безветренно, одинокая пара гуляет по аллее реки Хан и наслаждается временем, когда на этой улице они могут не скрываться. Видны только темные силуэты обычных парней, которые идут неторопясь, держась за руки. Где-то отдаленно слышится музыка, и они не понимают, она внутри них или в каком-то заведении. Они шли неспеша, рассматривая новую атмосферу и ауру вокруг них. Она была невидимой для остальных, но для этих парней являлась куполом, скрывающим их счастье от чужих глаз, ведь оно принадлежит только им двоим.       Остановившись и слегка обхватив ладонь Чонина, Феликс разворачивается к парню и с сияющими глазами, в которых отражаются звёзды на ночном небе, смотрит на него, не имея возможности отвести взгляд. Он решается быстро, почти что в ту же секунду, чувствуя дрожь в пальцах от предвкушения и давно посетившего его желания, приближается к лицу Яна и прикрывает глаза. Чонин, смутившись и нервно оглядевшись по сторонам, наблюдает за Феликсом и не может вздохнуть, дыхание спирает, а сердце бьётся слишком быстро, будто ещё чуть-чуть и остановится. Но он не отстраняется, отбрасывает все страхи, закрывает веки и тянется навстречу, через мгновение чувствуя прикосновения мягких, словно воздушных губ.       Они целуются долго и самозабвенно, совсем забывая о том, кто они, и что им можно и нельзя. Губы оказываются мягкими и сладкими В этот вечер появилась еще одна пара, которая знает, что путь будет не самым легким и, возможно, не таким уж и верным, но это их выбор, который они сделали, опираясь на чувства и сердце, которые тянули друг друга с неимоверной силой. Теперь они оба понимают, что любовь живет в душе. Их голоса звучат в каплях осеннего дождя, который принес влагу и прохладу для их перегревшихся сердец. Они будут петь до последнего часа и знать, что все постепенно поймут смысл того, что они называют любовью. Это конец их начала, но также начало их длинной истории, и если здесь есть мораль, то она такова: «Двое влюбленных хотят, чтобы вы знали, что любовь живет только в вас».