Wise as an Old Qrow / Мудрый как старый Кроу / Мудрый как старый ворон

      Мистер Бранвен тот ещё везунчик.       Это можно было сказать как о том, что ему повезло, что Озпин его ещё не придушил, так и о том, что Атлас не собирался раздувать из произошедшего проблему. Но определенно ему повезло. Почему наиболее талантливые люди всегда оказываются самыми проблемными? Озпин отдал бы всё за то, чтобы мистер Бранвен все четыре года просто сидел в Биконе и учился.       — Не понимаю, почему это требует каких-либо действий с нашей стороны, — генерал Сол, сидевший в кресле напротив Озпина, выглядел очень довольным. — На подростка было совершено покушения террористами, руководствующимися желанием отплатить ему за вмешательство на Дружбе. Они хотели дать понять, что любой, кто попытается предотвратить их преступления, будет убит, но поплатились за своё высокомерие. Скатертью дорога. Атлас поддержит мистера Бранвена, если кто-нибудь попытается выдвинуть против него обвинения.       — Как вы заговорили, генерал. Разве не месяц назад вы утверждали, что он явный соучастник Белого Клыка?       — Не припомню.       Ответ политика. Озпин подавил желание закатить глаза. Любого можно было поймать на лжи, что часто вредило репутации, но старая игра в склероз была проверенным способом избежать тюрьмы для политиков всех королевств. Даже если вы докажете им обратное, показав видеозапись, они могут просто отмахнуться, заявив, что не помнят своих тогдашних аргументов и что зацикливаться на прошлых заявлениях не имеет смысла перед лицом нынешних проблем.       Бывали моменты, когда Озпин сожалел об установлении демократии в королевствах. Конечно, от этого решения было больше плюсов, чем минусов, поскольку монархии прошлого слишком пали в пороки, но переход не был идеальным. Проблемы в политической системе всё еще существовали, и их было довольно много, но в целом их стало меньше, чем раньше. Критики демократической системы обычно этого не замечали. Ни одна система не была идеальной, но некоторые были хуже других.       — Это всё еще очевидная провокация со стороны террористов, — сказал Озпин, давая мужчине отмашку.       — Вы хотели сказать Белого Клыка.       — С технической точки зрения Белый клык по-прежнему является мирными протестующими…       — Давайте не будем ещё сильнее запутывать общественность, — прервал его Сол. — Противоречивые заявления ни к чему хорошему не приведут. Мирные фавны могут сменить название, если захотят. Особенно учитывая, что прежнее навсегда запятнано действиями террористов. Им ничего не стоит придумать новое название.       Что стоило бы им всех успехов, которых они сумели достичь и от которых им придётся отказаться, реши они сменить бренд. Однако Сол был прав. Бренд Белого Клыка теперь нежизнеспособен. Что бы они ни предприняли, общественность не забудет о бомбах на Дружбе, на всегда запомнив их как виновников.       — Как бы их ни называли, — сказал он, — суть в том, что они напали на моего студента с намерением убить. Бикон не может закрыть на это глаза.       — И не должен. Вы, конечно, можете рассчитывать на нашу поддержку в любых действиях, которые вы пожелаете предпринять.       — Битва в городе невозможна.       — Естественно, — кивнул Сол. — Я бы никогда не предложил подобного. Проблема в том, что Белый Клык трусливо предпочитает прятаться за мирными жителями, используя их как щит. Какая подлость.       Снова Озпин с трудом удержался, чтобы не закатить глаза. Он возглавлял армии, иногда руководил революционным движением, восставшим против своих собственных королевств, узурпированных прогнившими сыновьями. И простая реальность заключалась в том, что иногда не было другого выбора, кроме как «прятаться за спинами мирных жителей», как выразился Сол. Такая сборная солянка, как Белый Клык, не могла просто заявить о своих правах на какую-то территорию и объявить военный поход, не рискуя получить атласские бомбы на свои головы.       Прятаться среди населения было их единственным выходом. Они были волонтёрами-бойцами. У них не было ни помещений, ни земли, ни средств для собственного существования. Фавны, взявшие в руки оружие, в буквальном смысле были обычными чернорабочими, бухгалтерами, полицейскими или кем-то еще, кем бы они не были.       Но с политической точки зрения всегда было выигрышным ходом выставить их захватчиками заложников и трусами, словно скрывать своё местоположение от армии, у которой достаточного бомб, чтобы стереть с лица земли половину Ремнанта — это малодушие, а не здравый смысл.       — Вполне… — сказал Озпин. — Что ж, если они сделали мистера Бранвена своей главной целью, то вполне возможно, что они попытаются напасть на Бикон. Это было бы предпочтительнее, ведь в этом случае мы могли бы поймать их в Изумрудном Лесу. Однако это самый лучший сценарий. Я обеспокоен тем, что они могут решить, что мистер Бранвен - слишком проблемная цель, и, желая сохранить лицо, переключатся на других учеников Бикона.       — Вполне возможно. До сих пор Белый Клык терпел неудачу, что нанесло больший ущерб их репутации, чем они ожидали. Им нужна победа. Любая победа, и они не постесняются дотянуться до низко висящего плода. Мы могли бы заблокировать Бикон.       — И подтолкнуть их к нападению на гражданских? Как бы жестоко это ни прозвучало, для меня предпочтительнее, чтобы они нападали на подготовленных студентов, а не на беззащитных мирных жителей.       — Понимаю, — кивнул Сол. — Знаете, мое предложение остается в силе…       — Не ожидайте, что я поддержу его в совете, — отрезал Озпин. — Приказ солдатам Атласа устраивать облавы на всех фавнов в городе и документировать их — это грубое вторжение в личную жизнь, которое наверняка заставит многих броситься в объятия Белого Клыка.       — Признаю, это радикальное решение, но и ситуация экстремальная. Добропорядочные фавны поймут, что такое вторжение в частную жизнь необходимо для сохранения порядка. Невиновным нечего бояться.       Словами генерала Сола руководило не невежество, а безразличие. Он знал, что к невиновным не всегда относятся по справедливости, и знал, что в рядах полиции встречаются прогнившие и жестокие личности. Однако этот мужчина был командиром. Он привык смотреть на ситуацию шире, и если для достижения его цели придётся пострадать нескольким людям, то это была приемлемая цена. Даже если в тюрьме окажутся невинные фавны.       — Вейл не станет полицейским государством. Я не допущу этого.       — Тогда пусть это будет на вашей совести, — Сол встал, закатывая глаза, что Озпин с самого начала встречи не раз хотел сделать. — Молюсь, чтобы Белый Клык не воспользовался вашей мягкостью, директор. За ваш идеализм заплатят невинные люди. Хорошего вам дня.       — И вам, генерал, — ответил Озпин вслед выходящему мужчине. Как только лифт увёз гостя, директор с тяжёлым вздохом откинулся на спинку кресла. — Лицемерный мудак. Белый Клык не стал бы и вполовину такой проблемой, как сейчас, если бы ты не решил использовать его, чтобы прикрыть свою шкуру. Проклятая политика. Мне следовало провозгласить себя бессмертным императором. Вряд ли Ремнант в таком случае оказался бы в худшим положении.       По крайней мере, вероятно. Озпин вздохнул и покосился в сторону документов, задумавшись, насколько больше бы времени сжирала бумажная работа, если бы ему пришлось править всеми четырьмя королевствами Ремнанта. А может и нет. Если бы ему пришлось копаться в этом, то он мог стать и хуже Салем.       — И отчасти это из-за мистера Бранвена, — проворчал он. — Вечно это наиболее талантливые…

***

      Естественно, все захотели узнать о Кали и Гире.       Ему пришлось рассказать это историю один раз команде Рейвен, а затем второй раз своей собственной, поскольку все они знали и полюбили эту парочку после совместного участия в вейловских протестах. Реакция была разной. Рейвен порывалась, взяв в руки оружие, выследить террористов и вернуть Белый Клык в прежние состояние.       К счастью, никто больше её мнение не разделял. Тайянг, по-видимому, был не против получить бонусные очки, но свирепый взгляд Саммер заставил его передумать. Саммер хотела защитить Кали и пригласить ее пожить в Биконе, но учителя отказали, не желая рисковать безопасностью своих учеников.       Уиллоу предложила более законный путь: использовать ресурсы её семьи, чтобы дать Кали возможность выступить по телевидению и высказаться против Белого Клыка. Идея была неплохой, но это также могло поставить Шни в затруднительное положение, подталкивая террористов к агрессии против отца Уиллоу и всей семьи Шни. Тот факт, что предложение было высказано с невозмутимым видом, напомнило Кроу о том, что Шни по факту ещё не сделали ничего, что могло бы задеть фавнов. На самом деле отношение фавнов к ПКШ было более положительным, чем ко многим другим компаниям. Ситуация изменилась к худшему только после того, как в игру вступил Жак со своей стратегией по получению прибыли.       — Мы также должны учитывать мнение Кали, — высказал мысль Тайянг. — Кали сказала Кроу, что планирует сама разобраться с Белым Клыком. Не думаю, что она смирится с тем, что её лишат этого права ради её же собственной безопасности. Она решила выйти на тропу войны.       — Они тоже! — возмутилась Гретхен. — Они притащили настоящие пулеметы и буквально попытались протаранить Кроу, чтобы его убить!       Они знали об этом не только со слов Кроу, но и из новостей, в которых говорилось в том числе о последствиях столкновения грузовика с баром. В конце концов, бармен выжил, но вот вышибалы — нет. СМИ во всё восхваляли раненного, как героя, бросившего вызов злым фавнам, не смотря на то, что сам был из их расы. Цинично, но, вероятно, пошло на пользу всем фавнам города. Было бы хуже, если бы от рук Белого Клыка пострадали только люди, поскольку это могло подтолкнуть к случаям самосуда над фавнами.       От подобной мысли бросало в холодный пот.       — Они не знали, как ими пользоваться, — сказала Рейвен. — Они следили только за баром и, как только появились мы с долбоёбом, сразу же потеряли контроль над ситуаций, — все поняли, кого она имела в виду под этим прозвищем. Тайянг закатил глаза. — Им даже в голову не пришло, что их могут обойти с флангов. Эти парни полные идиоты.       Она имела в виду, что они были любителями. Солдаты Атласа, как и охотники, знали, что нужно следить за своими флангами и тылом, но Белый Клык вел себя, словно ничего не могло пойти не так. Такая неопытность дорого обходилась, по крайней мере, хотя бы один раз, пока ты не поймешь, что если что-то может пойти не так, то оно обязательно так и будет.       — Они скоро усвоят этот урок, — сказала Саммер. — Они потерпели неудачу на Дружбе и потерпели неудачу сейчас. Нам сильно повезёт, если это случится в третий раз.       — Саммер права, — поддакнул Кроу. — Они будут учиться на своих ошибках. Или, по крайней мере, они поймут, что даже самые продуманные планы могут рухнуть. Я не говорю, что они преуспеют в моём убийстве — я слишком хорошо обучен, — но в следующий раз они могут выбрать более легкую цель. И я беспокоюсь о том, насколько Кали для этого способна. Я знаю, что она умеет драться, но она всего лишь девушка. Гира, который мог бы ей помочь, сейчас в Менаджери.       — А что, если он тоже в опасности? — спросил Тайянг. — Сомневаюсь, что там, у Белого Клыка нет сторонников.       — Почти уверен, он справится, но сейчас мы мало чем можем помочь, — Кроу хотелось бы убрать слово почти, заявив, что с Гирой точно всё будет в порядке, поскольку в том будущем он был жив, но обстоятельства изменились. Наверняка, в изначальной истории Гире никогда не приходилось оказываться в подобной ситуации. — Будем надеяться, что Белый Клык захочет победить его в дебатах. Его убийство только выставит их жестокими агрессорами и перепугает фавнов в Менаджери, заставив их выступить против них.       Все кивнули. Но мысленно Кроу понимал, что реальность могла отличаться, особенно если Белый Клык просто не задумывался о долгосрочных последствиях, но на данный момент им оставалось только надеяться. Менаджери находился слишком далеко, чтобы на ситуацию в нём можно было как-то повлиять.       — Лучшее, что мы можем сделать на данный момент — это не ходить по одному, — сказала Несса. — Может, им и нужен конкретно Кроу, но вряд ли они откажутся от шанса избавиться от кого-нибудь из нас.       — Или вообще от кого угодно, — добавил Питер. — Кроу стал мишенью только потому, что дал то интервью. Любой победитель турнира Витал с высокой вероятностью может стать следующей мишенью, хотя бы потому, что он будет достаточно известен, чтобы его смерть стала большой проблемой.       — Кто-бы ни победил, он не погибнет из-за каких-то тупых террористов, — фыркнула Рейвен.       — Может, и нет, но они могут напасть на членов семьи, желая выманить жертву…       Питер, должно быть, думал, что им повезло, что они не участвуют в турнире, учитывая его младшую сестру. У Кроу и Рейвен не было других членов семьи, на которых можно было бы напасть, и гораздо большей угрозой с этой стороны был Лаппи.       Он все ещё был на свободе. Нет оснований полагать, что он сотрудничает с Белым Клыком, но это означает, что сейчас требовалось разбираться сразу с двумя угрозами. Хуже того, Белый Клык, может быть, и самая громкая проблема, но не самая опасная.       Однако забирали его внимание, отвлекая от настоящей угрозы. Отвлекая весь Вейл.       В конце концов, было принято решение держаться вместе с остальными членами команды и никогда не покидать Бикон в одиночку. То, как они посмотрели на него, когда договаривались, очевидно, означало, что они верили, что он однозначно нарушит правила, что казалось немного несправедливым. Они были безрассудными подростками. Он был спокойным и сдержанным взрослым мужчиной.       Грубо с их стороны не понимать этого.

***

      — Бранвен…       Манера Ублека красться постоянно пугала и бесила Кроу. Вздрогнув от неожиданности, он хмуро посмотрел на подростка.       — Ты не мог бы помочь? Я немного нервничаю с момента нападения Белого Клыка на меня.       — Ты хотел сказать, на Кали.       — Уже слышал об этом? — напрягся Кроу. Не думал, что шпионам есть до этого дело.       — Им есть дело до всего, хотя в данном случае эту информацию я получил не от них, — осмотревшись по сторонам, о кивком пригласил Кроу следовать за ним. — Пойдём. У меня есть кое-что, что тебе нужно увидеть. Это в Изумрудном Лесу. Совсем недалеко.       — Моя команда взбесится, если я уйду один…       — Но ты не один. Если понадобится, я скажу, что мы пошли поговорить. Пошли. Это важно, и к тому же время поджимает. Такой возможности у нас ещё долго не будет.       Эти загадочные слова разбудили любопытство Кроу, и он последовал за парнем. Ублек и его шпионы зарекомендовали себя врагами как Лаппи, так и Белого Клыка, так что подозревать их в данном случае было не из-за чего. Они были частью оборонной структуры королевства, и обе стороны представляли для него угрозу.       — В чём дело? — спросил Кроу.       — Ты когда-нибудь задумывался, как и почему Белый Клык смог найти тебя в Вейле? Со времен Дружбы ты был осторожен, не покидая школу. Очень удобно, что они застали тебя в тот единственный раз, когда ты отправился в город.       — Сначала я подумал, что они охотились за Кали, но потом они достали все это оружие… — нахмурился Кроу. — И стало очевидно, что они пришли именно за мной. Но я отправился в город только потому, что ты сообщил мне о появлении Лаппи.       — Да. Ты был полезной приманкой.       — Ты использовал меня, чтобы выманить их? — напрягся Кроу.       — Не совсем, — судя по тону, Ублек не собирался ни отрицать обвинение, ни обижаться из-за него. — Как тебе хорошо известно, информация — наша сильная сторона, и это означает, что мы знаем её истинную ценность. Белый клык не должен был суметь пронести бомбу на враждебную для него территорию. Мы уже проверили каждого сотрудника, и все они были признаны чистыми. Атлас также их проверял, так что они прошли два этапа проверки и всё же как-то сумели пронести взрывчатку.       Как та, что была заложена в туалете, из-за которой чуть не погибла Эмбер. Кроу кивнул. Он задумывался, что это мог сделать студент одной из академий, либо приезжий, либо кто-то из своих. Что он и озвучил.       — Великие умы мыслят одинаково. Нам казалось очевидным, что лучше всего следить за тобой и отслеживать момент, когда ты соберёшься покинуть Бикон, будет кто-то из присутствующих в Биконе.       — Так вот почему было принято решение передать мне то письмо?       — Ты не должен был этого видеть, — покачал головой Ублек. — Я сам принял это решение. Мои кураторы однозначно разозлятся на меня, но… — Ублек прервался. — Не знаю, — признался он. — Может быть, мне стало тебя жаль после того случая, когда мы бросили тебя одного.       — Или… — Кроу ухмыльнулся. — Может быть, я нравлюсь тебе больше, чем ты готов признать.       — Хм… Возможно, — улыбнулся Ублек. — Ты мудак, но на тебя можно положиться, и ты помог Роману. Я не собираюсь забывать об этом, — его улыбка потухла. — В любом случае, я нарушил протокол, передав тебе это письмо, и я на расстоянии следил за тобой, когда ты отправился в Вейл.       — Всю дорогу до Вейла?       — Нет. Кое-что привлекло мое внимание здесь, в Биконе, еще до выхода из леса.       Нетрудно было догадаться, что именно.       — Ты заметил за мной слежку, не так ли?       Тут Ублек вывел их на поляну и, наклонившись, порылся в траве. Найдя искомая, он потянул на себя металлическое кольцо, открывая люк. Не было никаких шансов, что он бы нашёл его самостоятельно, слишком уж аккуратно его запрятали.       — Конспиративная квартира, — сказал он. — Место, где агенты, дислоцированные в Биконе, хранят секретные материалы.       — Значит, у вас всегда есть люди в Биконе?       — В основном потому, что среди студентов всегда есть наши люди. Мы не шпионим за Биконом, — но, подумав, он добавил. — Ну, думаю, мы шпионим за Биконом, но скорее в качестве меры безопасности. Чтобы защитить Бикон. Академия важна для королевства. Я хочу сказать, что Бикон и его преподаватели не находятся ни под какими подозрениями. Это помещение в первую очередь для того, чтобы никто из нас, обучающихся в этой школе, не рисковал, что любопытные товарищи по команде наткнутся на что-то нежелательное, — он щелкнул выключателем, спрятанным под люком, освещая лестницу. — Заходи. Можешь воспользоваться этим помещением в будущем, если возникнет подобная необходимость.       Они спустились по короткой лестнице в подвальное помещение. Вдоль одной стены стояли шкафчики промышленного производства с кодовыми замками на каждом. Виднелось несколько столов, стульев и даже холодильник. Дверь в дальнем конце была заделана металлом.       — Уютное местечко…       — Это место создавалось как бункер. Честно говоря, я провожу здесь не так много времени. Здесь удобно, но скучно, — он указал на один из шкафчиков. — Я храню здесь часть формы. Не думаю, что смог бы придумать хорошее объяснение, если бы Роман нашел что-то из этого в моем шкафу. В остальном это место обычно не используется.       Он подошел к металлической двери и стал медленно вбивать порядок цифр. Кроу приблизился, уже подозревая, что увидит за ней. Ублек медленно набрал код, давая Кроу его увидеть.       5-4-4-9.       Загорелся зелёный свет, и дверь с шипением открылась. Они вошли в маленькую комнату с бетонными стенами. В центре к стулу был привязан парень. На его глазах была повязка, во рту кляп, а руки за спиной были связаны.       Кроу отметил, что это был фавн. Уши с заостренными концами, но по которым нельзя было определить тип животного. В некоторых случаях это было очевидно, например, кролики, лошади, собаки, но у многих животных уши были похожи. Его не были такими уж опознаваемыми. У него были каштановые волосы и обычные черты лица, за исключением шрама на щеке, полученный, кажется, много лет назад. Он плакал, по его лицу текли мокрые дорожки. Неудивительно. Парень, должно быть, был до чёртиков напуган.       — Его поймали за передачей информации Белому Клыку, — сказал Ублек. По-видимому сумев что-то услышать, фавн напрягся. — В его обязанности входило следить за твоими передвижениями и сообщать о них, но он также получил посылку и спрятал её на Дружбе. В докладе не указано, что это было, но он был в районе соревнований, так что уверен, мы оба можем догадаться. Он вместе с другими студентами помогал мирным жителям во время эвакуации, но это не меняет сути его действий.       Подойдя ближе, Ублек убрал со связанного кляп, но не снял с глаз повязки.       — Пожалуйста! — воскликнул фавн. — Я ничего не делал! Это был не я…       — Не трать мое время. Я просмотрел твое личное дело. У нас есть информация, Бруно, — Кроу не узнал этого имени. Однако этот парень был студентом Бикона. Что подтверждала форма. Это был не из приезжих. — В твоей предыдущей школе над тобой издевались ученики–люди вплоть до последнего года обучения, когда один из хулиганов из числа выпускников попал в ужасную аварию, которая сделала его инвалидом и положила конец его карьере. Водителя так и не поймали.       Ублек обошёл парня.       — В Биконе ты присоединился к команде, состоящей исключительно из фавнов, и активно участвовал в протестах Белого Клыка, но твои товарищи по команде публично жаловались на то, что ты постоянно твердишь, что Белый Клык должен приложить больше усилий, чтобы заставить Вейл действовать. В конце концов, они перестали ходить на протесты. Но ты продолжал ходить и стал одним из первых, кто дал отпор начавших бросать в вас камни. Ты даже отметился в день ареста Гиры Белладонны.       Парень захныкал.       — Ты написал в интернете, что фавнам следует взять участок штурмом и освободить его силой. Когда его позже освободили, ты обвинил его в том, что он заключил сделку с королевством, хотя не смог предоставить никаких доказательств. Полагаю, в глубине души ты сторонник теории заговора. Ты обвинил его и Кали в том, что они сдерживают Белый Клык…       — Это были просто слова, чувак! — проныл фавн. — Я нёс чушь…       — Я поймал тебя на том, что ты шпионил за Кроу Бранвеном.       Фавн замолчал, отчаянно пытаясь придумать достоверное оправдание.       — Я… Я не знал, с кем разговариваю. Я думал, что это его фанат. Хотел получить от него автограф или что-то в этом роде… Ейк!       Он дёрнулся, когда Ублек ударил его тыльной стороной ладони, скидывая парня вместе со стулом, к которому он был привязан, на пол. С лязгом рухнув на пол, он заскулил. Не от боли, подобное не могло навредить студенту–охотнику, но от угрозы гораздо худшего.       — Не трать моё время впустую! Я был там, когда ты звонил, Бруно. Я слышал каждое слово, — Ублек усадил его обратно. — Ты подтвердил слова Белого Клыка. Ты подложил одну из бомб на Дружбу. Ты предал своё королевство!       — Королевство предало нас первым! — закричал он. — Они позволяют людям издеваться над нами!       Вытащив нож, Ублек приставил его к горлу парня. Фавн осёкся.       — Назови мне вескую причину, террорист, оставить тебя в живых. Сделай что-нибудь полезное, иначе я позабочусь, чтобы ты больше никому не причинил вреда.       — Я… Я…       — Часы тикают.       — Я сильно задолжал! — заорал он. — Я не хотел этого делать, но… Но они держали меня за яйца. Я должен был это сделать, иначе они бы… Они бы…       — Что за долг?       — Мой обидчик… Тот, о ком вы упомянули… — он поник, окончательно сдавшись. — Они сказали мне, что разберутся с ним. Не сказали как, но я не думал, что они причинят ему такой сильный вред. Угрозы или шантаж, или… Или... Я не знаю... Просто чтобы заставить его отвалить. Я не думал, что они собьют его гребаной машиной! — фавн звучал достаточно отчаянно, чтобы было поверить в его честность. Идиот по собственной глупости попал впросак. — Но потом они сказали, что я должен вернуть долг, иначе они раскроют то, что я сделал.       — И что они заставляли тебя сделать?       — Сначала просто сбор информации. Только она. О Дружбе, о приезжих. Простая информация, которую они могли узнать в другом месте, но хотели, чтобы я её подтвердил. Я думал, что этим всё и ограничится, — он прерывисто вздохнул. — Но потом они захотели, чтобы я кое-что протащил на Дружбу. Клянусь, мне сказали, что это обычные наркотики. Я просто должен был оставить их в туалете и всё.       Но вместо этого подбросил бомбу. Нужно быть полным идиотом, чтобы не догадаться, что дело не только в наркотиках, но, возможно, он так сильно хотел в это поверить, что обманул сам себя. Что угодно, лишь бы отмежеваться от своих преступлений.       — А что насчет Бранвена? Разве подложенной бомбы было недостаточно, чтобы расплатиться с твоим долгом?       — Нет! Сначала они сказали, что на этом всё, но потом они заявили, что расскажут о моём акте терроризма, если я не сделаю для них больше, — его голос дрогнул. — Я облажался! Они держат меня за яйца! Я не хотел, клянусь, но они меня не отпустят!       Отступив на шаг, Ублек жестом пригласил Кроу выйти из комнаты, оставив фавна обвисать в своих путах. Тот факт, что его не убили, был для него большим облегчением, поскольку он понимал, что это был не полицейский допрос. Он знал, что находится в крайней опасности. Ублек закрыл за ними дверь.       — Чёрт возьми… — выдохнул Кроу. — Похоже, у тебя много дел. Твоё агентство знает?       — Скоро узнают. Это слишком серьезное дело, чтобы я мог молчать. Они захотят задать ему свои вопросы и, возможно, даже перевербовать. У него появятся новые долги, которые он будет выплачивать новым хозяевам, но, по крайней мере, в этот раз он будет на стороне закона. Но я хотел, чтобы у тебя была возможность услышать его первым, прежде чем он исчезнет по личным делам и потом вернётся в Бикон.       Кроу кивнул. Шпионам потребуется время, чтобы перевербовать его и избавиться от сомнений, что с этого момента его верность останется неизменной, и он не вернется обратно в ряды Белого Клыка. Парню предстояло пройти через ад, но на данный момент он полностью его заслужил.       — Я ценю это. Ты не знаешь, Лаппи с ними работает?       — Он не знает, но как много, по-твоему, он может знать? Он для них всего лишь инструмент, не более того, — Ублек скрестил руки. — Однако пока что ничто из нашей информации не указывает на то, что они работают сообща. Лаппи проник в Вейл агрессивными методами, в которых не было необходимости. Он мог бы легко проникнуть туда с помощью Белого Клыка. Лично я считаю, что он работает в одиночку. Или, по крайней мере, не с ними.       — Приятно слышать. Спасибо за это. Я ценю, что ты держишь меня в курсе событий и пытаешься присматривать за мной. Приятно, когда кто-то тебе помогает.       — Как бы, ты друг, — Ублек слабо улыбнулся. — Роману ты нравишься и… Полагаю, мне тоже. На тебя можно положиться, даже если ты немного безрассудный. По крайней мере, я могу с уверенностью сказать, что ты заботишься об интересах Бикона и Вейла.       — Всегда. Никогда в этом не сомневайся.       — Из тебя получился бы ужасный шпион. Слишком шумный. Слишком дерзкий. Но есть те, кто должен защищать Вейл от теней, и те, кому нужно смело стоять на передовой. У каждого из нас есть свое место, — Ублек отвел взгляд в сторону. — Мои коллеги приедут за ним сегодня вечером. У тебя есть максимум три часа, чтобы поговорить с ним, и лучше всего, если ты будешь задавать вопросы через меня, чтобы он не проболтался моему начальству, что слышал два разных голоса.       У Ублека были бы неприятности, если бы заключенный рассказал о двух неизвестных, которые его допрашивали. Они бы захотели узнать, кто был второй. Кроу кивнул. Это была редкая возможность получить хоть какую-то информацию, даже если они оба знали, что этот парень был завербован против своего желания.       — Думаю, у меня есть парочка вопросов…