Wise as an Old Qrow / Мудрый как старый Кроу / Мудрый как старый ворон

      Фавн знал очень мало.       Это было ужасно досадно. Он наконец–то нашёл предателя в Биконе, которым оказался ни больше ни меньше одним из местных учеников, к тому же фавном, но всё же у него не было какой-либо ценной информации. Его было совершенно нельзя сравнивать с Синдер. Выдающимся умом он точно не отличался. Сломавшийся и роняющий слёзы, он рассказал обо всём, включая информацию, которая их совершенно не волновала: про свою влюбленность в члена команды, кражу видеоигры у друга и то, как он в четырнадцать лет тайком обнёс бар своего отца, чтобы напиться.       Всё это он вывалил на них, словно вытаскивая из головы всё, что в теории могло их заинтересовать, или отчаянно пытаясь показать, что честно ответит на все их вопросы. Это было настолько убого и жалко, что к середине допроса Кроу понял, что парень действительно верил, что его собираются убить. Ублек, прервав парня, пообещал тому, что его пощадят, дав шанс исправить свои ошибки, но его словам не поверили. Фавн рыдал, предчувствуя собственную смерть.       — Успокойся, — сказал Ублек, в то время как Кроу молча наблюдал за происходящим из угла комнаты. — Ты молодец. Я очень рад твоему сотрудничеству. Успокойся, продолжай честно отвечать на мои вопросы, и ты сможешь вернуться к своей команде и семье всего через несколько дней.       — Вы… Вы обещаете?..       — Да.       Как же это жалко. Он начал повторяться, но лучшего определения подобрать было нельзя. Парень был похож на ребенка, которого мать застукала за неправильным поведением и который, впав в панику, решил, что родители его разлюбили. Были ли у тех фавнов, которых он убил на Эмити, такие же мысли в последние мгновения жизни? Почему-то он сомневался в этом. Они были слишком целеустремлёнными и действовали слишком решительно. Они заранее приготовились отдать свои жизни.       — Последний вопрос, — сказал Ублек, подходя к концу списка, составленного Кроу. — За кем ещё тебя просили проследить? Мы знаем про Кроу Бранвена, но кто ещё?       — Больше ни за кем. Клянусь, больше ни за кем!       — Правда? А его сестра?       — Нет! — выкрикнул он. Судя по его беспомощному виду, он не врал. — Они даже не упоминали о ней.       — Его товарищи по команде?       — Больше ни за кем! Клянусь! Они заинтересовались им и то только после истории с Колизеем. Словно это недавно пришло им в голову. Внезапно они захотели, чтобы я стал следить за этим парнем. Вообще казалось, что они мало что о нём знали. У них было только его имя. Я… Я помню, что они сами спрашивали меня о нём…       — Что спрашивали?       — На каком курсе, насколько силён, как выглядит…       Практичные вопросы для кучки террористов, планирующих напасть на человека, и в то же время откровенные. Белый Клык не наводил о нём справки самостоятельно и ничего о нём не знал. Найти подобную информацию было бы не так уж сложно. Всё, что им нужно было сделать, это выяснить, что у него есть сестра и найти её в списке зарегистрированных участников турнира от первого курса, но они ничего этого не сделали.       Возможно, дело было в лени, но предполагать подобное было глупо. Никто не халтурит, когда на кону стоит собственная жизнь. Скорее дело было в нехватке времени. Когда парень поднял тревогу, заявив, что Кроу один отправился в Вейл, их застали со спущенными штанами, с планом нападения, состряпанным на скорую руку. Без полной информации, без чёткого плана они не решились упустить такую, возможно, в будущем больше не подвернувшуюся возможность. И поспешили.       — Значит, доносил ты только о нём? — уточнил Ублек.       — Да. Я клянусь. И… И это длилось всего день или два. Они попросили меня следить за ним за два дня до его ухода из Бикона, — ещё одно доказательство сжатых сроков. — Клянусь, это всё, что я сделал. Я делал лишь самый минимум.       Этот самый минимум мог стоить ему жизни. Кроу хотел сказать, что ему не было жаль парня, но правда была в том, что… Он также не желал ему зла. Этот мальчишка, а он был совсем ещё ребенком, ровесником Янг, совершил глупую ошибку, на которой Белый Клык его и подловил. Он не мог пожелать ему смерти, не осудив при этом партнёра Янг.       А Блейк Белладонну он хотел осудить, хотя больше за то, что она бросила Янг после того, как та потеряла руку, чем за те ошибки, которые она совершила в прошлом. Все совершают ошибки, хотя то, что она бросила его племянницу в момент, когда она чувствовала себя наиболее уязвимо, по-настоящему его взбесило. Руби и остальные, возможно, и забудут это, если Блейк хорошенько объяснится, но он планировал, если они когда-нибудь потом встретятся, прижать её к стенке и высказать несколько резких слов.       Но Тириан Кэллоуз успел раньше, отправив обратно в прошлое…       Ублек, завершив беседу, пообещал принести парню немного еды. Он также объяснил, что его передадут властям, не уточнив, каким именно, но у парня появится шанс искупить свою вину, служа Вейлу. Затем он пошёл к выходу, жестом пригласив Кроу следовать за ним, и закрыл за ними дверь.       — Когда придут твои друзья? — спросил Кроу.       — Примерно через час. Тебе лучше уйти до этого. Что-нибудь понял из его рассказа?       — Да. Решение убрать меня было поспешным и незапланированным. Просто воспользовались подвернувшейся возможностью.       — Хм… Я думаю так же. Это может даже означать, что это было не решение, принятое их руководством в целом, а просто какая-то конъюнктурная идея того, кто шантажировал нашего пленника. Проблема в том, что я не уверен, будет ли так оставаться и дальше, когда ты убил столько их соратников. Вряд ли такой плевок в лицо лидеры Белого Клыка смогут проигнорировать.       Такие организации, как они, выживают только благодаря репутации. В их рядах было множество взбешённых фавнов, желающих отомстить несправедливому миру, и справиться с их обостренными эмоциями было нелегко. Это всё равно, что контролировать бешеную собаку. Даже если они изначально не хотели его убивать, сейчас им придётся это сделать, просто чтобы не выглядеть слабаками перед своими же людьми.       — Это всё равно должно было случиться, — пожал плечами Кроу. — Не то чтобы я когда-либо собирался сидеть сложа руки и игнорировать их выкрутасы.       — Полагаю, что нет. Ты безрассудный дурак, — криво усмехнулся Ублек. — Мне следовало бы осудить на тебя, но не могу не согласиться с тем, что с ними нужно разобраться. Как и все в моей организации, но они вынуждены быть осторожными в своих действиях.       — Законы вас сдерживают?       — С соблюдением законов всё в порядке. Мы и без них предпочитаем брать людей живыми. Для допроса. Но проблема заключается в политике. Некоторые политики рассматривают активизацию терроризма как шанс занять жёсткую позицию и извлечь выгоду из призывов уничтожить Белый Клык до последнего его члена. Другие придерживаются более гуманных ценностей.       — И ни одному из них на самом деле нет до этого дела?       — Именно так. Обе стороны устраивают показуху, чтобы привлечь избирателей. Их внимание сосредоточено исключительно на следующих выборах. После завершения строительства Горы Гленн нынешняя власть сильна как никогда. Проблема Белого клыка — это единственный инструмент, с которым оппозиция может работать, и они собираются использовать его на полную.       — А разве это не противоречит вашим же интересам? Ваша задача — стабильность, и, несомненно, в Вейле было бы более стабильно, если бы оппоненты вели бы менее конфронтационную политику…       — Спрашиваешь, будем ли мы угрожать или убивать наших собственных демократически избранных чиновников, чтобы сохранить мир?       — Ну… Не то чтобы я этого предлагаю…       — На самом деле это один из первых вопросов, который задают новичкам во время обучения, — улыбнулся Ублек. — Мне пришлось написать эссе о том, почему это плохая идея. Ответ слишком сложен, чтобы сейчас его пересказывать, но всё, что тебе нужно знать: мы этого делать не будем. Политика — это проблема, да, но если позволить одному человеку или фракции получить слишком много власти, это приведёт к ещё большим проблемам. Лучше, чтобы эти жадные и амбициозные дураки грызлись друг с другом, чем имели свободу и время для осуществления своих планов.       — Значит, они сдерживают друг друга?       — Да. Все политики в чём-то замазаны и засовывали свои лапы в бюджет королевства, но они с радостью подставят своего коллегу ради подъёма по карьерной лестнице. Если они все будут следить друг за другом, как ястребы, то ни у кого не будет возможности слишком разойтись, — он пожал плечами. — Это не идеальная система, но такая разве есть? Наша задача — сосредоточиться на внешних угрозах.       — Понял. А у вас есть план на случай, если к власти придёт диктатор?       — Меня бы это не удивило. Но я про такой не знаю. Я всё ещё ученик.       — Справедливо, — Кроу сверился со своим свитком. Время истекало. — Мне лучше уйти.       — Прежде чем ты уйдёшь… — положив руку ему на плечо, Ублек остановил его. — Какие у тебя планы насчёт Белого Клыка? И насчёт Лаппи, если ты готов поделиться. Я готов опустить это в своём отчёте, поскольку тебя здесь никогда не было, но теперь, когда я направил тебя по этому пути, я чувствую за тебя прямую ответственность. Я могу помочь, но только если ты позволишь мне это сделать…       Помочь...       Печально, что его первой мыслью было отказаться — не потому, что он был волком-одиночкой, или потому, что ему лучше работалось одному, или потому, что у него не было друзей, и он никому не доверял. Нет. Причина, по которой он сразу же захотел отказаться от этого предложения, заключалась в том, что Ублеку было восемнадцать или около девятнадцати, и что автоматически делало его в глазах Кроу слишком молодым, чтобы быть полезным.       Но после того, как Тайянг и Рейвен пришли к нему на помощь и убили изрядную долю террористов, и после того, как он обнаружил, что Ублек бегает на подхвате у настоящих шпионов и в буквальном смысле ловит преступников для допроса… Хорошо…       Такие мысли начинали казаться ему более высокомерными.       Инстинкт взрослого человека его возраста: списать любого вдвое моложе, посчитав его бесполезным, глупым, наивным и инфантильным. И не только он, такое было у каждого любой профессии. Молодые политики были слишком идеалистичны, молодые полицейские — слишком мягкотелы, начинающим мастерам не хватало опыта, который приходит с возрастом. Эйджизм был столь же распространенным, сколь и неосознанным.       Он действительно попал в эту ловушку, не так ли? Когда он в последний раз пытался воспользоваться помощью своей команды или сестры? Когда в последний раз он серьёзно думал о том, чтобы попросить кого-нибудь о помощи, а не просто пойти и сделать всё в одиночку? То, что он не мог дать ответ на свой же вопрос, заставило его впасть в состояние шока.       — Бранвен? — окликнул его Ублек.       — Прости. Задумался, — он прочистил горло. — Да, я… Я думаю, что мне не помешала бы помощь, честно говоря… — признание далось с трудом, но, возможно, так будет лучше. Ублек выглядел довольным ответом. — Прямо сейчас у меня нет особого плана, и… И мне бы не помешала помощь в его изготовлении. Мой план был буквально таким: бродить там и сям, строя из себя мишень, и надеяться, что Лаппи клюнет. Я не ожидал, что встречусь с Белым Клыком или с Кали. Может быть, ты поможешь мне придумать что-нибудь получше.       Он всегда был исполнителем, как бы досадно это ни было признавать. Озпин играл роль лидера и указывал ему, куда идти. Было ли это слабостью? Может быть. Но когда тебе было столько же лет, сколько Озпину, мудрость становилось силой, на которую было бы глупо не полагаться другим. Он смирился с тем, что ему никогда не стать таким же умным, как старина Озпин, и что лучшее, что он может сделать для блага мира, это довериться его тысячелетнему разуму.       — Давай встретимся в другой раз, чтобы спланировать всё более детально, — Ублек похлопал его по плечу. — Я могу и хочу помочь тебе. Лаппи и Белый Клык представляют угрозу для Вейла. Ты можешь рассчитывать на мою поддержку, Кроу. Просто… Попроси. Не убегай один, как ты сделал это раньше.       Несправедливо, что подросток смог сорокалетнего мужчину заставить почувствовать себя таким ничтожеством.       — Да… Я так и сделаю. Я… Э-э-э… Лучше пойду, пока твои друзья не пришли.       — Да. Я не буду упоминать о тебе. Тебя не было здесь, когда я допрашивал фавна, что, очевидно, я сделал самостоятельно. Позвони мне, когда захочешь обсудить план. Буду держать в курсе обо всех изменениях, связанных с Лаппи и Белым Клыком, которые расскажут мне мои знакомые. Вместе мы, возможно, сможем что-то сделать.       Честно говоря, такие обещания стоили подобного удара по его самолюбию.

***

      Насколько большего он мог бы добиться, если бы обратился к другим за помощью?       Эта мысль не давала покоя Кроу, не столько коря его, сколько раздражая напоминанием о собственной глупости. В будущем он стал работать в одиночку со смерти Саммер, побега Рейвен и ухода Тайянга на пенсию. Его старый друг регулярно предлагал взять парные миссии, но Кроу всегда отказывался, не желая, чтобы его племянницы потеряли обоих родителей.       Работать одному вошло у него в привычку.       Сейчас в этом больше не было необходимости.       — Рей. Могу я… Мы можем поговорить?       Его сестра оторвалась от просмотра повторов финала турнира. Они уже успели пройти, пусть Кроу и не уделял им особого внимания. Ему запретили присутствовать, а Рейвен не захотела идти после того, как она и её команда вылетели из турнира. Похоже, теперь она перебирала соперников, пытаясь понять, кто из них мог бы её победить.       — Да. Конечно. Что случилось?       — Я… Я хотел бы извиниться.       — За?.. — она вскинула бровь.       — Наверное, за то, что я ухожу заниматься своими делами в одиночку. Вы с Тайянгом на днях мне сильно помогли.       — Ах, это, — Рейвен села, свесив ноги, и зевнула, потягиваясь. — Да ничего страшного. Всмысле, вы двое пошли за мной в Мистраль. Сначала я, потом ты.       — Я не это имел в виду, — его сестра не поняла причину извинений, а может быть, просто не видела проблемы. В некотором смысле она была более независимой, чем он. — Я хочу извиниться за то, что, не сказав тебе, пошёл за Белым Клыком в одиночку. За ним и за Лаппи.       Внезапно она дёрнулась. Прищурившись и напрягшись всем телом, она сжала губы в тонкую линию.       — Да, — сказала она, и даже в её голосе стало слышно больше раздражения. — Да, ты должен за это извинения. Какого хрена, Кроу? Мы в одной лодке. Он убил нашу семью… Весь приют! Перебил всех. Как ты мог пойти за ним один?       — Как ты могла одна пойти за племенем? — он выстрелил в ответ.       — Я предлагала тебе, но ты отказался! — прошипела она. — Я пришла к тебе с просьбой, а ты сказал нет. А ты вообще ко мне не обращаешься.       Блядь. Кроу вздохнул. Его так и подмывало начать спорить. Слишком заманчиво.       — Ты права. Вот почему я приношу свои извинения. Я всё пытался делать самостоятельно, желая оградить тебя. В основном для твоей же безопасности, но всё же…       — Да, но мне не нужны извинения. Я хочу, чтобы ты брал меня с собой.       — Что я и хочу сделать.       — Серьёзно?! — её лицо просветлело, а гнев мгновенно испарился.       — Да.       Это противоречило всем его инстинктам. Голос в его голове кричал, что ей семнадцать, что она слишком молода, что она не готова. Но разве нельзя было сказать то же самое о нём? И разве он не присоединился к Озпину, когда он был всего на несколько лет старше, чем сейчас? Рейвен не была типичной семнадцатилетней девушкой. Во всяком случае, не с её воспитанием. Дети были незрелыми, потому что часто не сталкивались с трудностями взрослой жизни, но Рейвен пережила больше, чем большинство её сверстников.       — Да, я хочу, чтобы ты мне помогла. И не только ты. Тайянг и Саммер тоже. И Уиллоу, — добавил он, поморщившись от того, что вспомнил о ней в последнюю очередь. Дело было не в ней, а в том, что он постоянно мысленно перечислял членов команды STRQ. — Я хочу больше работать с вами. Особенно над Белым Клыком. С Лаппи… Я думаю, что мы должны впутывать в эту историю как можно меньше людей.       — Да, — активно закивала Рейвен, придвигаясь поближе. — У Уиллоу и Тайянга всё ещё есть семьи. Иногда они раздражают, но я не хочу думать, что делать, если по нашей вине их семьи погибнут из-за этого хрена. У Саммер больше никого нет, кроме нас, так что, может быть, её можно.       — Может быть… — допустил он. — Давай решим позже.       — Хм… Расскажи мне, что ты узнал!       И он рассказал. Ублек, конечно, остался в стороне. Не из-за недостатка доверия к Рейвен, а из уважения к старшекласснику. Вместо этого он рассказал, что ему попали в руки видеодоказательства того, что Лаппи проник в Вейл, и что он убил людей, чтобы попасть за стены. Рейвен выматерилась, помолчала, а затем снова выматерилась, когда поняла, что в СМИ об этом не было.       — Почему об этом молчат?! — прошипела она. — Он сумасшедший маньяк!       — Вероятно, именно поэтому. Власти не хотят сеять панику. Люди и так беспокоятся из-за Белого Клыка. К тому же, если Лаппи почувствует, что его загоняют в угол, то может стать более агрессивным. Лучше, чтобы общественность о нём не знала. Тогда он не почувствует необходимости убивать людей, чтобы спрятать следы.       — Тц. Думаю, это имеет смысл. И что теперь?       Ей не понравилось, когда он сказал, что вышел один в качестве приманки, чтобы выманить Лаппи. За это он получил неожиданный удар в челюсть, от которого, если бы он не был охотником и не предвидел удара, у него бы клацнули зубы. Рейвен была из тех людей, которые не смогли бы нормально ужиться с гражданскими, поскольку она просто не понимала, что обычные люди воспримут удар в челюсть как оскорбление или нападение. Для неё это была оправданная реакция на только что сказанное. Когда для вас становится частью повседневности избиение друг друга на тренировках, представление о физическом вреде как о чем-то плохом или жестоком, как правило, меняется.       — Это была глупая идея, понимаю. Встреча с Кали была случайностью, но что нельзя сказать о попытке Белого Клыка меня убить.       — Определенно нет. Это было спланированное убийство. Итак, мы отправляемся за ними?       — На данный момент у нас нет особого выбора, — ответил он. — Учитывая, что мы убили кучу их людей. Они захотят нашей смерти, — Рейвен кивнула, нисколько не расстроенная и не обеспокоенная смертями. — Меня больше всего беспокоит, что Лаппи и они начнут работать вместе. Или, что более вероятно, если Лаппи решит использовать их против нас. Сам по себе Белый Клык, может и не сильно опасен, но с его помощью…       — Как и племя, — согласилась она. — Даже говнюки могут стать опасными, если ими руководит кто-то сильный. Ты не знаешь, она тоже здесь?       Алварьян. Другой лейтенант Салем. Кроу вздрогнул.       — Понятия не имею. Нет никаких доказательств этого, но и нет доказательств обратного. Лучше не рисковать. Тем не менее, она человек и участвовала в войне фавнов, так что сомневаюсь, что в Белом Клыке будут ей рады. Не когда её объявили военной преступницей за буквальное сжигание заживо пленных фавнов.       — Тогда, наверное, нет. Только сам ублюдок, — Рейвен сделала глубокий вдох и выдох. — Наша цель — убить его, верно? Идеальный мир. Мы хотим, чтобы он умер, верно?       — Мы хотим, — кивнул Кроу.       — Хорошо. Отлично.       У Рейвен был такой вид, словно если бы он сказал нет и его нужно взять живым, то она бы взяла дело в свои руки. К счастью для неё, он действительно хотел смерти Лаппи. Окончательно закрыть с ним вопрос. Это стало бы хорошим ударом для Салем. Фавн слишком сильно напоминал ему Кэллоуза, и только это было достаточной причиной, чтобы желать ему смерти.       — Но мы не можем рисковать понапрасну, — предупредил он ее. — Мы точно знаем, что он сильнее нас. Нам лучше не идти на него в одиночку.       — И это говоришь мне ты? — фыркнула Рейвен. — Какое лицемерие.       — Я знаю. Вот почему я пришёл извиниться. Но тебя тоже нельзя назвать невинной, особенно после побега в Мистраль, чтобы противостоять племени, — его напоминание даже не заставило ей и глазом моргнуть, не то чтобы чувство вины вызвать. Рейвен оценила результаты своей прошедшей маленькой выходки как положительные. Честно говоря, он тоже так считал. — Дело в том, что нам придётся быть умными. Хитрыми.       — Моё Проявление.       — Да, — кивнул Кроу.       — Тц. В этом есть смысл, — нахмурилась Рейвен. — Мне это не нравится, потому что я почти уверена, что ты хочешь сказать, что я должна держаться подальше от боевых действий и каждый раз становиться для тебя спасательным выходом, но я понимаю. Если никто из нас не сможет ему противостоять, то нам понадобится план побега, и я прекрасно могу его исполнить. Никто не сможет последовать за мной, если не сможет добраться до моего портала. Блин. Ладно. Если уж придётся.       По крайней мере, она поняла. Он ожидал, что она откажется, скажет ему, что будет драться, и что он может засунуть все мысли о том, чтобы она не станет учувствовать в драке, себе в задницу. Казалось, её желание увидеть Лаппи мертвым перевешивало всё остальное.       — Если представится возможность нанести решающий удар, мы сделаем это вместе, — заверил он сестру. — Порталы работают в обе стороны. Если мы начнём проигрывать, ты становишься нашем путём побега. Если мы начнём выигрывать, ты можешь прийти и помочь закрепить победу, — Рейвен кивнула, начав ещё шире улыбаться. — Но важно то, что никто из нас не должен умереть. Мы не позволим этому ублюдку получить себе ещё одну жертву.       — Да. Да, это важная часть. Этот ублюдок умрет, а мы будем стоять над его трупом, — Рейвен протянула ему кулак. Он стукнул по нему своим. Торжественное обещание. — Я согласна, — сказала она. — Даже если мне остаётся быть просто грёбаной поддержкой. Я смирюсь с этим, если это означает, что этого ублюдка зароют в землю, где ему и место. Что касается Белого Клыка, я тоже согласна. Кали потрясающая, и я не позволю этим ублюдкам убить тебя только за то, что ты присматривал за этим своим мелким отродьем.

***

      Почему-то Саммер легко позволила себя убедить.       — Я согласна.       — Так просто?       — Я чуть не сошла с ума от волнения, когда вы без меня отправились в своё дурацкое приключение в Мистраль! — выдвинула она обвинения, хмурясь больше в сторону Рейвен, чем в его. — Я не собираюсь опять остаться за бортом. Я понимаю, почему ты не хочешь впутывать Тайянга и Уиллоу. И товарищей по команде. У них есть семьи, которые могут стать мишенью. У меня нет. Вы двое — единственная семья, которая у меня осталась. Рейвен мне как сестра!       — Это делает меня братом? — усмехнулся Кроу.       — Нет, — поспешно ответила она. Бескомпромиссно. — Мы с тобой не брат и сестра. Даже не думай об этом. Никогда.       Ой. Стоит признать, слова немного задели, но Кроу стойко выдержал все удары.       — Справедливо. Но это будет опасно. И нам нужно убедиться, что остальные не будут втянуты. Лаппи показал, что ему нравится привлекать внимание, находя слабые звенья. Мы будем только вчетвером. То есть втроём, — исправился он.       Рейвен списала это на оговорку.       Но не Саммер.       — Ты сказал вчетвером. Кто четвёртый?       — Я оговорился…       — Нет, не оговорился. Ты паникуешь. Есть четвёртый, не так ли? Есть кто-то ещё.       Чёрт. Саммер всегда отличалась гораздо большей сообразительностью, чем он или Рейвен. Его сестра вообще ничего бы не заметила и никогда не стала бы спрашивать, откуда у него такая информация. Для неё важно было только то, что она есть. Для Рейвен всегда результат важнее средств.       — Послушай. Я не могу сказать…       — Не могу или не хочу?       — В данном случае и то, и другое. Это подвергнет его безумному риску. Он, помогая, и так рискует гораздо больше, чем мы и часть сделки заключается в том, что только я знаю, кто это. Я не собираюсь предавать его доверие и всё, что он для меня сделал, Саммер. Пожалуйста, не спрашивай.       — Хм-м-м-м… — протянула Саммер. — Похоже, это серьезно. Ему можно доверять?       — Да. Я бы доверил ему свою жизнь.       — Настолько, да? — девушка еще немного посверлила его взглядом, мысленно перебирая всех его знакомых, пытаясь понять, кто это мог быть. Он задался вопросом, остановится ли она на Озпине или даже на Марии, поскольку они были единственными людьми, которых она, вероятно, сочла бы достаточно важными, чтобы хранить их личность в тайне. Он уже рассказал им всё о Кали. — Думаю, пока нам придётся с этим смириться, — фыркнула она. — По крайней мере, ты хоть раз в жизни решил привлечь нас к делу, а не действовать в одиночку.       — Ага, — поддакнула Рейвен.       — Тебе слово не давали, как будто у тебя нет точно такой же проблемы! — огрызнулась на неё Саммер. — Я все ещё не простила, что ты сбежала в Мистраль, не сказав мне!       — Что? Я взяла с собой Тайянга.       — Тайянга! ТАЙЯНГА! Ты постоянно твердишь, что терпеть его не можешь!       — Не могу.       — Ты доверилась парню, которого терпеть не можешь, но не своей лучшей подруге!       — Это плохо?.. — замялась Рейвен.       — А-а-а! Ты отстой! Вы оба отстой! — Саммер, скрестив руки на груди, надулась. — Блин. Кто-то должен пойти с вами, чтобы убедиться, что вас не убьют. Поработай уже над тем, чтобы открывать ко мне порталы! Нелепо, что твоё Проявление связано с твоим братом и парнем, которого ты, по твоим словам, ненавидишь.       — Я действительно ненавижу его.       И Саммер, и Кроу дружно закатили глаза. Рейвен яростно отрицала идею, что она могла проявлять интерес к этому парню. Может это ещё и не любовь, даже не близко, но она некоторое время назад перестала испытывать к нему отвращение. Конечно, он раздражал её, но не настолько, чтобы прогонять. Сейчас неприязнь к нему больше напоминала неприязнь к перхоти. Но от этой операции его нужно было держать подальше. Тайянг вместе с Рейвен помог Кроу, но он не собирался допускать того, что за решение парня будет расплачиваться его семья.       — Тогда мы втроём, — Кроу вытянул вперёд руку.       — Вчетвером, если считать твоего таинственного друга, — положила Саммер ладонь поверх его. — Но, конечно. Втроём в поле. Выследим этого монстра, остановим Белый Клык и защитим Кали, если понадобится.       — Я просто хочу, чтобы этот ублюдок сдох, — сказала Рейвен, хлопнув ладонь поверх их. — Ну и ладно. Командная работа — залог успеха. Вперёд, команда. Вау-вау.       Это была, конечно, не команда STRQ, но довольно близко.