Холодные руки

Спокойствие переполняло Инка, когда он видел спящего Эррора. Казалось, сейчас он выглядит совсем обычным. Есть ли у него какие-то мысли? Его что-то беспокоит? Может на данный момент он просто бренная оболочка? Инк на секунду прильнул к нему, но не дотронулся – лишь задержал свой череп около его. Хотелось заглянуть ему прямо в душу, достать всё то зло, что накопилось, ощутить настоящего Эррора на полную. Инк взял кончик одеяла и провёл им по кончиками пальцев скелета, заменяя касания. Нелегко быть ответственным за хрупкую жизнь Глюка. Но трудность повышается, когда испытываешь к раненному монстру теплые, трепетные чувства. Он не заслужил этих мучений. Хотя бы не так много. Тело начало двигаться – Эррор просыпается. Он поморщился от света, что пробивался сквозь окно и накрылся одеялом полностью, прячась. Инк хихикнул и от этого звука Глюк выглянул наружу. Он был слишком сонным, поэтому вспомнить вчерашний вечер не было сил. Скелет потёр глаза и прищурился, рассматривая художника. Инк показал ему язык, заигрывая, а Эррор инстинктивно повторил. Глюк зарылся носовой впадинкой в одеяло и продолжил спать, пока художник начал ему что-то рассказывать.

***

Вечер был снежным, тёмным. Красиво падали снежные хлопья, попадая на прохожих монстров. Скелеты гуляли, пытаясь ходить близко друг к другу. Инк взялся за край рукава Эррора, имитируя держание за руки. Сейчас он мог позволить себе только это. Стоило быть предельно осторожным, ведь одно неправильное движение могло стоить панической атаки Эррора. Они бродили по району, общаясь на какие-то темы о себе: лучше узнавали вкусы друг-друга, интересы, привычки. Казалось, каждому из них было интересно. На улице началась вьюга, скелеты зашли в ближайшее тёплое место – кафе. Холод ушёл сразу. Монстры сели за какой-то дальний столик, предварительно сняв куртки. Они не прекращали свой изначальный разговор даже во время этих действий. Им принесли меню и дали время подумать – вот тогда они замолчали. Повисло напряжение во время тщательно изучения предложенных вариантов. Инк выбрал порцию блюда и стал ждать Эррора. Тот же не мог определиться. Такой большой выбор, что разбегались глаза. Скелет аккуратно указал Инку на то, что он хочет и аккуратно отложил листочек с меню. Художник аккуратно сложил из салфеточки оригами птички и протянул скелету что бы ему стало спокойнее. Эррор уже не особо волновался в публичных местах, ему не было страшно в компании Инка, он чувствовал защиту от присутствия скелета.

***

Прошло два часа прежде чем вьюга успокоилась, оставляя за собой только падающие снежинки, что продолжали утрамбовывать сугробы. Наконец-то оба скелета вышли на улицу и продолжили свою беспечную прогулку. Инк завел Эррора в излюбленный парк, где сразу сел на качели. Глюк от этой идеи отказался – не хотел простудиться или замёрзнуть ещё больше. Что и случилось с Инком. На следующий день Эррор пришёл домой к художнику. Открыв дверь гаптофобу, скелет сразу выдал свою простуду громким кашлем и вялостью. Ошибка принял на себя роль его врача и погнал его в постель, где-то в домашней аптечке нашёл сироп от кашля и очень много всяких не самых вкусных таблеток. Он подошёл к больному и наклонился над ним. Нервно выдохнув, Эррор на секунду притронулся кончиками пальцев ко лбу Инка, проверяя таким образом температуру. Его скривило от страха, но скелет попытался держать себя в руках ради художника, ведь сейчас ему было явно нехорошо. Эррор начал делать дыхательные упражнения и перебрать ткань одежды в руках что бы успокоиться, на это Инк лишь хрипло хихикнул. – Хах, ещё рано так делать, Оши. Не стоило так напрягаться, – Эррор судорожно вернулся к поиску нужных лекарств после слов Инка, хотя всё ещё его трясло и тошнило от своего же действия. Хотелось сделать как лучше... Глюк налил воды в стакан для больного и себе. Оба скелета запили таблетки: один – жаропонижающее, второй – успокоительное. Эррор дрожащими руками бережно укрыл Инка, а сам сел на кресло рядом, настраивая себя на спокойствие. У него вышло прийти в норму только через час, за это время художник уснул под действием таблеток, что расслабили его. Глюк смотрел на него, всё ещё восстанавливая нормальное дыхание. В этот раз скелету удалось сдержать себя в руках и всё прошло относительно быс, чем в прошлые разы. Виден прогресс. Эррор разбудил Инка через пару часов, после того как сходил в аптеку, купив термометр, ведь в доме художника не было ни одного. Измерение показало немного выше нормального показателя, поэтому Эррор был рад и этому. Он сделал горячий чай и поджарил полуфабрикаты в микроволновке. Эту трапезу он принес Инку, у которого случился прилив сил и он рисовал.

***

Инк быстро выздоровел от болезни. Ему стало лучше уже на третий день. Видимо, лёгкая простуда. Он очень благодарил Эррора, ведь был рад, что скелет решил проявить к нему такую заботу. Новый год и рождество они отмечали отдельно: Инка к себе перевезли родители на почти неделю. Глюк очень скучал. Он постоянно сидел с ним на видеозвонке, рассказывал про жизнь городка, показывал какие-то свои достижения за это время. Инк в ответ говорил о роботе родителей и скуке в отеле, в котором приходится жить пока что. Часто скелеты говорили о том, что бывает нечем заняться. Но Инк был художником и мог заполнить это время искусством. Эррор не считал игры своим хобби, они были больше какой-то неотъемлемой частью его самого, поэтому был решительно настроен найти что-то до приезда скелета обратно. Он начал с простого: рисование, чтение, кулинария. Не то. Спортивная активность, загадки и игра на виртуальном инструменте не дали своих плодов. Среди этого всего было и вязание. Сначала ничего не получалось, но Эррор был напористым. Он старательно выводил каждую петельку, создавая красивые узоры из пряжи. Первое что он связал – цветочек. Мило и банально, но он был невероятно рад тому, что больше не является обузой и смог сделать что-то хорошо. С тех пор он иногда вязал. Спицами ему было удобнее, чем крючком, поэтому он с большей охотой вязал какие-то квадратики, позже соединяя их, получая в будущем плед.

***

Самым лучшим подарком для Эррора стал Инк. Он вернулся только за пару дней до учёбы , а они вдвоём провели ещё так мало времени. Скелеты соскучились, им тут же хотелось слиться в симбиоз и насладиться живым обществом друг-друга. В последний вечер перед началом второго полугодия Инк пригласил Эррора к себе домой. Они много разговаривали, пытаясь не перебить друг-друга. Художник показывал фото из другого города. Казалось, там было намного меньше снега. Эррор внимательно слушал скелета. Из рассказов было ясно, что Инку было очень скучно и он скучал. Несколько раз скелет повторил о своём желании провести с Эррором больше времени. Глюк в один момент достал что-то и рюкзака. Это был шарф из ярких синих нитей. Пряжа была очень мягкой на ощупь. Он накинул вязанку на плечи Инка. – Носи его, я старался, – сказал Эррор, отстраняясь. Художник будто светился от счастья, это было неожиданно и приятно. – Обязательно буду носить. Спасибо тебе большое. Это так мило с твоей стороны. Очень красиво, ты молодец. Эррор улыбнулся, наслаждаясь похвалой. Он правда очень старался над шарфом в течении недели. В каждую петельку скелет вложил свою любовь, заботу. Он очень хотел отблагодарить Инка за всю помощь.

***

Месяц они верно общались друг с другом, сидели рядом, много проводили времени вместе. Из-за учебы, естественно, не было много времени, но они определенно были рады даже этому. Особенно был рад Инк. За этот месяц они смогли хорошо продвинуться в борьбе с гаптофобией. Один из выходных дней был отведён полностью на прикосновения. Инк предложил Эррору игру с прикосновениями. Он принес коробку с шоколадными конфетами. Во время каждого прикосновения Глюк должен был есть одну конфету и концентрироваться на её вкусе. Это должно было заставить сознание Эррора ассоциировать прикосновение с чем-то более приятным, а сам скелет должен был отвлечься. Первые пару минут Инк использовал одеяло: проводил им по кончиками пальцев, переводя на кисть, накрывая ладонь. Эррор был напуган и даже отвёл взгляд. Прошло ещё время, прежде чем одеяло было заменено на руку Инка. Он невероятно аккуратно прикасался, пытаясь не сделать случайное резкое движение. Эррор старался вести себя спокойно, было правда страшно, но все факторы, что были направлены на успокоение, помогали ему держать себя в руках. Медленно скелет начал бороться со страхом и не реагировать слишком бурно. Сейчас рядом с ним любящий монстр, не насильник. Это было главным. Пару часов передышка, что бы не сильно нагружать Эррора, а после второй раунд. Инк наконец-то смог взять за руку скелета, хотя соединение продлилось недолго. Пришлось отпрянуть когда началась дрожь. Руки были холодными, кости шершавыми. Очень хотелось согреть скелетика. Такая перенагрузка не совсем хорошо повлияла на Эррора. После этого он резко начал плакать, но спустя два часа непрерывных слёз Глюк наконец-то смог заснуть. Ему и самому хотелось избавиться от такого сильного страха и дать Инку немного свободы в действиях, но, к сожалению, это было не в его силах. Обстоятельства не давали ему забыть прошлый негативный опыт.

***

В символическое четырнадцатое февраля Инк пригласил Эррора в парк, где они обычно гуляли. Скелеты встретились, но что-то было не так. Оба были взволнованы и какими-то неуклюжими. Они прошли вглубь, к дереву, возле которого всегда собирались влюбленные парочки. Сегодня было пусто. Проходя мимо этого растения ещё пару месяцев назад, Эррор всегда был в недоумении, ведь в этом ничего такого. Сейчас перед ним всё расплывалось. Он и его спаситель стояли, смотря на друг-друга и глупенько улыбались от понимания происходящего. Инк взял Эррора за рукава, пока ещё побаиваясь держать за руки, и немного приблизил свой череп к Эррору. Казалось, что они должны слиться в поцелуй. Для них это было тоже самое, но без какого-либо контакта – без прикосновений. Оба закрыли глаза, упиваясь моментом опасной близости, и скоро, когда Эррора начал одолевать страх, они отстранились. Инк облегчённо вздохнул. – Я люблю тебя, – после этих слов на толстой коре дерева было нарисовано два новых инициала.