Порознь

Вся уверенность, с которой я пришёл сюда, вдруг пропадает, когда ты, Сугуру, отворачиваешься от меня, кидая последний осуждающий взгляд, и безразлично уходишь, даже не оборачиваясь. Я чувствую лишь пустоту, смотря в след, единственное, что слышно — бешеный стук моего сердца. Я хочу побежать за тобой, остановить, но ноги становятся слабыми, ватными, и сдвинуться нет сил, голова идёт кругом, я почти теряю сознание от помутнения. Я тянусь к твоему неизбежно удаляющему силуэту руками, хочу схватить, удержать, но разум почему-то заставляет собрать пальцы в технике — я сопротивляюсь, не могу напасть, не хочу. Толпа начинает разделять нас больше, но ты всё ещё у меня на виду, я не замечаю остальных людей, не они важны для меня, — вижу, как гордо ты идёшь, вдохновлённый своей целью, видишь своё будущее, а я понимаю, что потерял всё. Ты был для меня всем, Сугуру. Интересно, что ты чувствуешь? О чём думаешь? Как долго планировал это? Был ли я в этих планах? Я невольно задаюсь вопросом: что, если бы ты предложил мне пойти с тобой? Протянул мне руку, заглянул в глаза, прошептал по-особенному, как умеешь только ты: «Сатору», и уверенно улыбнулся, и мы бы вновь были вместе «навсегда». Думаю, если бы ты сделал так и в этот момент предложил бы мне что угодно, я бы согласился. С тобой я согласен на всё, Сугуру. Так почему ты не предложил?! Почему, Сугуру?! В твоих планах нет места мне? Неужели все те чувства, о которых ты говорил мне, были ложью? Решил поиграть мной, как бездушной куклой? Для чего, Сугуру? Ты ведь как никто другой знаешь, что скрывается у меня внутри, что я доверил лишь тебе... Все те касания, объятья, взгляды ничего не значали для тебя? Знаешь, а я почти был согласен принять твою сторону, просто чтобы быть рядом. Гордость застелила тебе глаза, Сугуру? Или причина в том, что в твоём новом мире не будет места мне? А может, ты хочешь добиться всего без меня, почувствовать, что именно ты стал сильнее? Да не сдалась мне эта сила, как ты не поймёшь, Сугуру?! Просто не уходи... Я ведь заметил перемены в тебе, но ты мне не доверился, скрыл в себе, притворяясь, что «всё в порядке». Было слишком поздно? Я мог что-то изменить? Хорошо, что я не могу получить ответ — я понимаю, что в любом случае вина постепенно убивала бы меня. Внутри что-то неприятно, почти болезненно, ворочается, душа будто выворачивается наизнанку, а голова трещит от боли, но я упрямо стою на месте, надеясь, что ты передумаешь, вернёшься, обнимешь. Хотя, знаешь, хорошо даже, что ты не предложил. Может, тебе действительно будет лучше так, без меня? Если да, то я готов это принять. Будь счастлив, Сугуру; если я не смог дать тебе этого, то теперь не смею навязываться, требовать, чтобы ты остался. Твоя целеустремленность достойна уважения. — Прости меня за всё, Сугуру... — неосознанно шепчу я, вглядываясь Шестью глазами в след твоей проклятой энергии, и чувствую, как по щекам безостановочно текут слёзы.