Красавица и Герцог

***

      Вернувшись в гостевой дом, альфа ещё долго рассматривал сделанный омегой букет, он оглаживал нежные цветы, наслаждаясь их запахом. Время летело необычно быстро в этот день, Юнги, который ушёл с самого утра в лес, разведывать обстановку, вернулся только, когда солнце уже зашло. Он вошёл в комнату, вновь застав задумчивого Герцога на балконе, в созерцании знакомых ему цветов. Изменения в поведении старшего ему вовсе не нравились, ведь тот стал время от времени выпадать из реального мира, витая в своих мыслях. Мин предполагал, что виной тому тот светловолосый омежка, о котором не раз заговаривал Герцог, но не думал, что это может действительно серьёзно.       Юнги дружит с Чонгук уже давно. С юношества они были неразлучны, вместе проходили военную службу, вместе сражались против соседних государств на поле сражения, вместе соблазняли городских омежек после войны, что были готовы на всё ради двух статных военных.       Чонгук не то что бы был ветреным альфой — ни в коем случае!! Но с омегами он никогда не встречался более месяца, постоянно говорил что-то вроде: «Тошно рядом с ними находиться, вроде городские, должны получать престижное образование, а поговорить с ними не о чем»       И если сейчас это вновь простое влечение, то ему искренне жаль омегу, которого он заприметил. Настрадается он ещё. — Чонгук, ты вновь о чем-то задумался. Не поделишься? — негромко спрашивает Юнги, стараясь не напугать своим появление. — Не поделюсь. Потому что это не имеет никакого смысла, Юнги-я. — глухо слышится от альфы, который тут же встаёт с насиженного места, и выходит с балкона. На улице похолодало. — Что ж, хорошо. — просто соглашается, наблюдая за альфой, накинувшим на себя, утеплённую куртку. Тот видимо собирается выйти на улицу. — И куда ты? — Подышать свежим воздухом. — коротко отвечает альфа и покидает комнату, оставляя чуть обеспокоенного ситуацией Юнги стоять посреди комнаты.       Чонгук за минуту спускается с крутой лестницы, спеша выйти на опустевшую к вечеру улицу и догнать покинувшего лавку омегу, который отправился в противоположную его дома сторону. Уж альфа то знает, что живёт юноша в на другом конце деревеньки, поэтому чуть обеспокоенный следует за ним попятам.       Но близко не подходит, боится, что Тэхён заметит, но тот спокойным шагом направляется в центр, напевая под нос какую-то песню, слова которой Чон не мог разобрать. Песня явно пелась на иностранном языке. Но откуда омега мог знать иностранную песню?       Отвлёкшись на пару секунд, герцог обнаруживает, что объект его наблюдений пропал из его поля зрения; он несколько раз оборачивается, пробегает чуть вперёд, но вокруг ни единой души. Расстроившись, понимает, что упустил омегу, хочет было развернуться, чтобы отправится домой, но вдруг видит того за стеклянным окном одной из ещё работающих лавок.       Ким чем-то определённо восхищается, активно жестикулируя и счастливо улыбаясь. Улыбка ему к лицу.       Проскальзывает у Чона в голове и тот вдруг до жути смущается от своих мыслей. Ещё никогда подобного не происходило, а тут вдруг за пару дней случилось столько всего, сколько не случалось с ним в столице. Это ему определенно нравится. Альфа слабо улыбается, не сводя глаз с такого залипательного омеги, который кланяется владельцу лавки и спешит к выходу. Стоп! К выходу!       Как только омега выходит, то оглядывается по сторонам, скорее из привычки, невольно вздрагивая из-за понизившейся к ночи температуры, контраст заставляет светлую кожу покрыться мурашками и приобнять себя за плечи, дабы согреться.       Вот почему опасно следовать тайком за понравившимся омегой, чуть что и ты теряешь бдительность. Перепуганный альфа прячется за ближайшим пустым прилавком, его сердце громко отбивает ритм мазурки в районе солнечного сплетения, грозясь с секунды на секунду выскочить из груди, дыхание перехватывает, но в этот раз всё обошлось, и к его счастью он остаёлся незамеченным омегой, чьи шаги отлетают от стен домов, а после почти стихают в конце улицы, только тогда Чонгук выглядывает из своего убежища со сбитым дыханием, будто успел поучаствовать в скачках, и выхватывает маленькую фигурку, которая решила посетить ещё одну лавку. Да уж, не думал он, что на старость лет будет прятаться от омеги, лишь бы его не заметили. Не думал.       Альфа тяжело вздыхает, прикладывает замёрзшую руку ко лбу, остужая обдавшее жаром лицо и спокойно направляется в сторону здания, в котором скрылся омега.       Само строение выглядит не особо старым, но довольно обшарпанными, но это не отталкивает альфу, а даже наоборот притягивает, не смотря на его состояние, лёгкая растрёпанность строения придаёт ему особый шарм. Герцог чуть задирает голову, и внимательно смотрит на большую тёмную вывеску, написанную на знакомом ему латинском, и Чонгук без труда узнает давно знакомое ему слово — «bibliotheca». Тёмная деревянная дверь с маленькими разноцветными оконцами на уровне головы среднестатистического человека, глянув в которые ничего разглядеть не получится, только своё отражение, да и то будет невероятно искажено; железная ручка, слегка покрывшаяся ржавчиной у оснований крепления к дереву; небольшие петли, на которых держится дверь, выглядят не очень крепкими и — Чон готов поспорить на пару золотых — поскрипывают, когда её открывают.       Парень выжидает буквально пару минут, за которые успевает внимательно рассмотреть сбившуюся по краям, неровно выложенную брусчатку, большое дерево с причудливыми листьями, росшее неподалёку от библиотеки, и еле освещающий тёмную безлюдную фонарь, который уже успели зажечь фонарщики. Однако наблюдение за окружающим миром ему надоедает почти сразу же, пальцы начинают подрагивать от волнения, ведь сейчас он вновь увидит омегу, и он надеется, сможет с ним поговорить. Одна только мысль об разговоре с ним будоражит сознание похлеще опиума, который альфа, конечно же, не пробовал, но по описанию вполне подходит. Иначе, как объяснить подрагивание мышц во всём теле, перехватывающее дыхание и скручивающийся узел где-то в районе живота. Теперь он знает, что такое «бабочки в животе».       Каждый шаг в сторону входа в библиотеку даётся ему с трудом, ноги будто перестают слушаться, начиная вести свой образ жизни. Но альфа не сдаётся, и через пару секунд хватается за ручку, открывая двери. И та действительно скрипит, на что парень лишь слабо усмехается, и спешит пройти внутрь. Первое, что замечает парень, как только заходит это довольно пожилой мужчина, сидящий на большом кресле у стола, как понял парень – тот спал. И это определённо к лучшему, ведь не придется придумывать выдуманную историю о том, кто он, и что здесь делает так поздно.       Альфа делает пару осторожных шагов впрёд, с сожалением отмечая, что полы здесь скрипят похуже двери, так что ему стоит быть осторожнее, если он не хочет, что бы его заметили. Но как только Чонгук замечает нужную ему фигурку в самом дальнем углу зала, всё становится таким неважным, что он, особо не раздумывая, пролетает меж стеллажами, усыпанным книгами, и останавливается за одним из них ( мысленно радуясь, что книги обставлены почти впритык, иначе его было бы видно), буквально в паре метров от юноши, что увлечённо держит в руках внигу в толстом переплёте. Мужчина даже с такого расстояния может сказать, что губы того плавно двигаются, проговаривая прочитанное совсем беззвучно, по ним изредка проходится кончик языка, который увлажняет пересохшие, — скорее всего от того, насколько здесь пыльно, альфа пару раз чуть не чихнул, пока наблюдал за ним, — губы; он равномерно сглатывает — кадык плавно перемещается, а мужчина осознаёт, что залип, вот так просто и безповоротно.       Герцог делает пару небольших шагов назад, собирается развернуться в противоположную сторону от омеги, но задевает кривостоящую на деревянной полке книгу, от чего так падает, глухо ударяясь об пол. Осознание того, что он раскрыл своё присутствие бьёт прямо по темечку, глаза испуганно округляются, а губы поджимаются, альфа смотрит в сторону библиотекаря — тот не подаёт признаков бодрствования, поэтому он облегчённо выдыхает, но в этот миг совсем рядом раздаётся голос омеги. — Кто здесь?       А через пару секунд герцог, чьё сердце отбивало ритм его глухих шагов, выходит из своего мнимого укрытия, показываясь омеге во всей своей красе.       Тэхён тихо ахает, прикладывая руку в груди, что быстро ходит из стороны в сторону, и облегчённо выдыхает. — Так это были Вы. — омега, слегка успокоившись, чуть приседает в уважительном поклоне, и тут же незаинтересованный появившейся персоной отворачивается к стеллажу, продолжая скользить глазами по написанному тексту книги. — Да, это был я. — негромко, произносит Чонгук, взгляд не может оторвать от крохотной фигурки юноши, что вновь переключил внимание на книгу. — Должен признаться, Вы меня напугали. — Тэхён ненадолго поднимает взгляд на Герцога, но тут же его отводит в сторону. — Я.. — альфа на пару секунд теряется, но мысленно заставляет себя собраться, — Я не хотел Вас напугать, прошу прощ...       Не успевает он договорить, как омега его перебивает. — Следить за мной всю дорогу до библиотеки Вы тоже не хотели? — его голос становится колючим, что мужчина чуть ёжится от неожиданной перемены. Этого он ещё не слышал. — Я не следил за Вами. — тут же отрезает альфа. Тэхён хмыкает. — А что же Вы тогда делали? — Я следовал за Вами. — То есть теперь это называется так? — омега пристально посмотрел на мужчину, что возвышался недалеко от него. — Это разные вещи, Тэхён. Следят за за подозрительными личностями. А следуют только за тем, кого считают достойным этого, кому верят, кто интересует. Понимаешь? — Простите меня велико душно, но по Вашей логике, господин Герцог, Вы считаете меня либо достойным «человеком-совестью», либо интересной личностью. — Да, это так. — довольно просто соглашается альфа, делая пару шагов в сторону юноши. — Я прошу у Вас прощения, но Вы говорите полнейший вздор. — Тэхён недовольно дёргает правой бровью, прожигая Чонгука недовольным взглядом. — Это почему же? — удивлённо спрашивает альфа, останавливаясь в метре от омеги. — Потому что, Ваше Высочество, я априори не могу заинтересовать Вас. — омега заканчивает свою речь плаксиво наигранным голоском и наигранно печальной мордашкой, что смешит Чонгука, но он со всем своим мужеством держит лицо перед омегой, не позволяя лишнего. — Ну почему же нет, очень даже можете. Вы мне интересны — это факт, который я прошу принять к вашему сведению. — В таком случае, прошу оставить меня, потому что мне не интересны ни Вы, Герцог, ни интрижки с высокопоставленными лицами. — серьёзно проговаривает Тэхён, который вновь отворачивается к стеллажу, но тут же поворачивается лицом к альфа и добавляет елейным голосом, — Это факт, Господин, прошу принять его к вашему сведению. Чонгук не выдерживает — смеётся. — А с чего ты взял, что интересуешь меня как омега? — глаза омеги тут же расширяются, опасно поблёскивая в приглушённом свете лампочек, челюсти сжимаются, он делает пару шагов к альфе и Чонгук спешит отступить. — Знаете что, Господин, раз я вас не интересую как омега, тогда зачем нужно было тайно следить, подошли бы ко мне, мы бы всё с Вами обсудили. А теперь вы заявляете мне это после получаса приследований? Я хочу чтобы вы покинули меня, раз я вас не интересую как омега. — грубо кидает Тэхён и вопреки своим словам. Он не ожидал слышать, что совсем не интересен альфе, а ведь это сильно бьёт по его омежьей гордости, грудь будто насильно сжимают тисками, не позволяя сделать ни единого вздоха, поэтому юноша спешит к выходу из библиотеки, но оказывается быстро схваченным за руку, что невольно тихий «ах» выскальзывает у него из груди. — Тэхён, я прошу простить вас мою грубость. Я некрасиво повёл себя и тем самым расстроил вас своим вопросом. — Чонгук чуть наклоняется ближе к омега и заглядывает прямо в глаза, из-за чего Ким моментально краснеет и пытается вырваться из крепкой хватки, но не удаётся — чужая рука слишком крепко удерживает его, не позволяя убежать. — Ваши слова меня совсем не обидели, наоборот...— омега замолкает на пару секунд и опускает голову, — наоборот, даже обрадовали, вообще-то. — Если бы честным, то.. Тэхён, вы меня интересуете, — альфе неловко это говорить, поэтому он отпускает руку Кима отходит на пару шагов, пока омега удивлённо вскидывает на него свои глазёнки, очаровательно хлопая длинными тёмными ресницами. — Но вы же, как и я, прекрасно понимаете, что это лишь временная симпатия, которая пройдёт как только вы уедете обратно в столицу, да? Ничего хорошего из этого не выйдет, уж простите, — Тэхён замолкает, поджимая губы. Не знает радоваться ему или же плакать. — А если не временная? — Тогда я подумаю, что вы обманываете невинных омег, соблазняете, а после бросаете их, оставляя одних.       Альфа улыбается, хочет протянуть руку, чтобы коснуться лица напротив, но всё не может решиться. В голове четко высвечивается «Не твой. Нельзя», а кончики пальцев так и покалывает. Чонгук неровно выдыхает. — Что ж, тогда я не буду говорить ничего подобного, иначе у вас сложится обо мне неправильное мнение. — А я, с Вашего позволения, пойду домой. Время позднее, негоже омеге общаться с незнакомцем столь поздно. Слухи в нашем городке быстро расходятся. Я вынужден идти. Прошу меня простить.       Тэхён делает ещё один изящный реверанс, с сожалением смотрит на стеллаж с новыми книгами, а после тут же разворачивается за пару секунд выскакивая из тёплого помещения. Он слышит за собой тяжёлые шаги альфы, но останавливается и оборачивается к Герцогу только когда он его окликнул: — Меня зовут Чон Чонгук, но для тебя просто Чонгук.       Стоит и улыбается своей невероятной улыбкой, что у омеги дыхание перехватывает. — Рад знакомству, Чонгук. — спокойно проговаривает Тэхён, вновь склоняет голову в поклоне, бросает ещё один взгляд на альфу, а после скрывается в ночной мгле, чувствуя ещё какое-то время на себе чужой взгляд. Хотя нет. Не чужой. Уже совсем знакомый. Взгляд Чонгука.