Lovely drabbles

- Ё-моё, ангел, давай сегодня больше никуда не пойдем, а? Эти развалины высосали из меня всю душу. Как будто это какие-то гребанные дементоры, а не остатки старой крепости… какого там века, говоришь? -Шестнадцатого, Кроули, шестнадцатого века! И это вовсе не «развалины», а древние средневековые руины! Да историки-медиевисты в свое время буквально передрались за то, кто будет первым изучать это бесценное место и…! -Да, да и за то, кто будет откапывать старинные ночные горшки древних королей, что когда-то изволили проживать здесь! Знаю-знаю, ангел, на твоем слэнге это называется "бесценные экспонаты" - засмеялся Кроули Глаза Азирафаэля опасно сверкнули. Неужели за всё время их отношений Энтони Дж Кроули так и не понял, что такие вещи букинисту говорить нельзя? Что это его очень и очень расстраивает. Даже можно сказать, злит. Выводит из себя. И не сулит ничего хорошего и для самого Кроули Что ж, раз татуировщик до сих пор этого не понял, то блондину придётся показать ему его место. Азирафаэль умел быть настоящей сукой -Я бы попросил тебя не выражаться о ценнейших артефактах подобным образом. Кроме того, я искренне прошу тебя прекратить всё свои ребячества, и побыстрее собраться. Если ты вдруг запамятовал, то буквально через полчаса у нас начинаются вторая экскурсия! -Ой, бля, только не это! Нет, нет, нет, ангел, я пас! Я, так сказать, останусь дома! У меня ноги по жопу стёрты! Никуда я не пойду! Чего я там в конце концов не видел… - отмахнулся от него татуировщик Азирафаэль начал закипать. Ему уже не помогала даже техника «вдох-выдох», которую он исправно выполнял вот уже минут как пять. Плохо дело! -Да разумеется, чего ты там не видел…? В самом деле… Может древнейшего замка Европы 18 века, в котором успели пожить всё виднейшие люди того времени? Хотя может ты даже и не знаешь, чем замок отличается от дворца, неуч ты эдакий?! - повысил голос Азирафаэль Кроули тихо ойкнул. Твою мать, не стоило ему пить пару бокалов в этой уличной винодельне, рядом с руинами… Проклятое пойло развязало ему язык, но да так, что он умудрился опять поссориться с букинистом и обидеть его! Черт, а ведь с его казуса с пирсингом прошло не так уж и много времени, а он опять облажался! Что делать? Из задумчивого оцепенения Кроули вывел громкий звук захлопнувшейся двери - это Азирафаэль драматично хлопнул входной дверью и ушёл, оставив его одного, даже не попрощавшись напоследок. А может он и прощался, только татуировщик, погруженный в свои мысли совсем этого не услышал… Как бы то ни было, Энтони пулей бросился в прихожую только затем, чтобы услышать, как ключ последний раз звякает, проворачиваясь в замке, и как удаляются легкие шаги Азирафаэля. Он закрыл Кроули дома. Он идёт на экскурсию один. Поначалу татуировщик даже не понял, что именно произошло. Несколько секунд он ошалело пялился в стену, ничего не понимая. Потом несмело перевел взгляд на дверь, отчаянно веря, что ему показалось. Затем, он несколько раз подергал за ручку входной двери. Заперта. Азирафаэль действительно закрыл его и ушел. Вот так просто. Энтони был в шоке. Букинист не может поступать с ним так отвратительно просто потому что он отказался пойти с ним на какую-то сраную экскурсию! Даже если она и была важна для Азирафаэля. Это ведь не повод запирать Кроули на замок, как какую-то… собачонку? Татуировщик медленно сполз спиной по стене и уселся на коврик, поджав к себе ноги и положил голову на колени. На самом деле, он не мог не замечать, что временами Азирафаэль ведёт себя эгоистично. Очень. Но до этого он никогда не закрывал его дома. Да, его ангел мог обидеться, сказать что-то неприятное, да, он мог уйти, но… Но такого раньше никогда не было. И это, признаться, было весьма тревожным звоночком Мозг Энтони соображал плохо и крайне… неповоротливо, что ли? Наверное всё дело в том, что он всё ещё немного пьян… Не стоило ему пить то вино… Азирафаэль вот не пил… Черт, что ж так голова-то болит? Как будто выпил не старинного вина многолетней выдержки, а какой-то паленой самогонки… Может ему стоит проспаться? Глядишь, к тому времени и Фэлл вернется… Кое-как (скорее ползком) добравшись до кровати, Кроули рухнул прямо поверх покрывала и улегся на подушку. Сон не шёл. Он крутился, он вертелся, он пыхтел, но не мог! Не мог заснуть без Азирафаэля! Бесючая гребанная тревожность съедала его живьем. Он тревожился из-за того, что Азирафаэль закрыл его дома, из-за того, что тот не сказал, когда вернется, из-за того, что никак не мог заснуть и из-за того, как отреагирует его ангел, когда вернется и поймет, что татуировщик так и не протрезвел. Что он ему скажет? Он снова расстроится? А ещё рыжего бесило то, что Фэлл явно был не прав, но Кроули прекрасно знал, кто из них двоих на самом деле будет извиняться перед другим за всё это - произошедшее. И это точно будет не ангел… Энтони чувствовал, что упускает что-то очень важное. Что у такого поведения Азирафаэля есть свои причины. Только вот как в них разобраться… Более того и сам Кроули понимал, что с ним что-то не так. Его реакции на букиниста какие-то не слишком… правильные? Нездоровые, что ли? Татуировщик мог точно сказать: он любит Азирафаэля Фэлла. Он сделает для него всё. Но… нормально ли это? Вдруг с ним что-то не так? А что, если он последний псих? Что, если он одержим букинистом? Что делать тогда? Как оградить от всего этого безумия Азирафаэля? Он заслуживает гораздо лучшего бойфренда, чем отбитый одержимый психопат! А что, если букинист уже сам обо всём давно догадался? Что если его порыв закрыть его дома продиктован тем, что он знает, что происходит с Кроули? Что тогда? Они расстанутся? Голова начала болеть ещё больше, но уже не от мерзкого домашнего вина, а от тревожных мыслей И с каждой минутой раздумий, мысли Кроули становились всё мрачнее и безрадостнее Время на часах тянулось как-то по-особенному невыносимо. Мед-лен-но… А Азирафаэль всё не возвращался. Час, второй, третий… На улице стемнело. Ночь готовилась накрыть летний город своим теплым, но при этом темным одеялом. А букинист не приходил… Кроули всегда была свойственна некая паранойя, но сегодня… О, сегодня это чувство было как-то особенно сильно! Он снова злился. На себя. И на Фэлла, конечно. Но на себя всё же больше. Потому что на блондина долго злиться нельзя. Не получится. Не захочется Единственное, чего бы сейчас Кроули хотелось по-настоящему - это Азирафаэля, находящегося в его объятиях. Он мог бы провести так всю оставшуюся вечность. Им даже не пришлось бы разговаривать Энтони знает, что его ангел любит тишину. Он не любит, когда рыжий болтает всякие глупости. Так что Кроули готов молчать хоть до скончания времен потому что… Азирафаэль! Ключ в замке совершает три поворота. Блондин не с первой попытки отворяет дверь и чуть было не спотыкается о Кроули, за эти пару часов вновь перетекшего на коврик -Энтони-ёб-твою-м-ть! - скороговоркой бормочет Фэлл и от усталости, тревожности (и самую каплю, от вина) Энтони понимает, что его ангел немного пьян. -Азирафаэль, ты что… пил? -Не-е-ет - протяжно тянет блондин. Он не умеет врать. А Кроули не умеет его не любить. Просто не может не… Не может перестать! -Я пил! - вдруг выдает блондин, - Белое французское вино тысяча девятьсот… -Не важно - выдыхает Кроули, - Я рад за тебя! -А ты-то как вечер провёл, небось опять… по барам шатался? - чуть презрительно щурится Азирафаэль -Да какое там, ангел! Ты вообще-то меня в номере закрыл. Как шавку последнюю. Так что я тут - весь вечер на коврике просидел. В ожидании, пока хозяин вернется! - скривился Энтони Взгляд букиниста становится осмысленней. Трезвее что ли -Но, мой мальчик… почему? Почему ты мне не позвонил? Я ведь не забирал у тебя сотовый?!- вопрошает Фэлл И Кроули осознает - ему и мысль такая даже в голову не приходила. А ведь это так просто: найти свой телефон, набрать знакомый номер и хорошенько наорать на Азирафаэля, испортив ему экскурсию, настроение и весь день. Чтобы тот пришел и открыл его. И тогда Кроули был бы свободен И пусть сейчас у него болит голова, и он чувствует себя паршиво, он знает, что поступил правильно. Потому что Азирафаэль здесь. И он видит, что ему искренне жаль. Тревожность Кроули отступает - его ангел рядом Поэтому Энтони так и отвечает ему: -Забей, ангел, я не хотел тебя отвлекать. Я и так не слишком лестно высказался о твоем зАмке. Кроме того, тебе наверное важно было, чтобы я сегодня остался дома, да? - хмыкнул он -Ох, Энтони, я даже не знаю, что на меня нашло. Должно быть гнев меня просто ослепил. Какой кошмар! Нам нужно… что-то с этим делать! - с удивлением сказал Фэлл -Да? И что же? -Я… не знаю. Я не знаю, но… Что-то не так, мой мальчик. Не так с нами обоими -Ну я бы так не сказал! У нас конечно бывают размолвки, но… -Это ненормально, мальчик мой! Я не имею в виду ссоры впринципе, но… Неужели ты не видишь? - в отчаянии сказал Азирафаэль -Вижу, ангел. Вижу. Но давай мы поговорим об этом завтра. Ты сейчас не в себе, я очевидно тоже, хм? -Хорошо. Так и быть - рассеянно ответил букинист -Ну вот и отлично. А теперь, давай спать? - Энтони зевнул. Азирафаэль тоже машинально прикрыл рот рукой. Фэлл помнил, что зевать с открытым ртом - неприемлемо. По крайней мере, пока ещё помнил… Буквально через пятнадцать минут они уже лежали в кровати спинами друг к другу. Спустя ещё пять минут, Кроули повернулся в его сторону и прошептал: -Ангел, я очень хочу тебя обнять. Можно…? -Конечно, мой дорогой - так же тихо ответил Фэлл -Спасибо. Спокойной ночи, ангел. Я люблю тебя - Кроули прижался теснее, обвив букиниста руками поперек талии -Спокойно ночи, мой дорогой. Я тоже тебя люблю Через несколько десятков минут дыхание Кроули выровнялось. Хватка объятий ослабилась, но окончательно не спала. Энтони уснул, расслабившись от близости Фэлла Азирафаэль же не спал. Он просто не мог заснуть. Пустыми глазами он смотрел куда-то в темноту комнаты и думал, думал, думал… О себе, об Энтони, об их отношениях…. О том, что с ними не так…?