Путешествие средь звёзд

В жизни не чувствовала себя лучше, чем сейчас… Темнота, пустота, меня не тревожат мысли, казалось, я совсем разучилась думать. Вот только, здесь шумно, очень шумно. Из глубины, хотя, возможна ли «здесь» глубина? доносилось слабое пение. Нечеткие звуки, складывались в слова, те, в предложения, вырисовывался мотив: «…лети, лети, мой мотылёк, к восходу солнца. Там свет не гаснет никогда, но ты сгоришь. Лети, лети, мой мотылёк на Север, Юг, но лучше — на Восток, там свет не гаснет, он не спит и ты проснись.». Мелодично, и голос такой знакомый, так убаюкивает, казалось бы пробуждающая песенка. Через какое-то время к этому слабому голосу присоединили, как ниточки, другие звуки, становясь все громче, как снежный ком, постепенно накатывая и обволакивая. — Март, хватит, окликая ее по имени, магия не произойдет, — ровным, но мрачным голосом отчеканил Дань Хэн. — Прости, я не могу, я волнуюсь. А вдруг — всё? Ты видел что стало с той стеной? Мой щит слишком рано раскололся. Я так виновата. Что же делать, мамочки… — Хватит, Март, ты не виновата, — судя по звукам, Келус то ли потрепал ее по плечу, то ли обнял. Я слабо сжала клочок какой-то ткани, в надежде обратить на себя внимание. Все вокруг шумело, неумолимый писк длился вечность. Тело не слушалось, и даже открыв рот в попытке что-то сказать — я не услышала ни звука. Хотя ощущения были мягко говоря «не очень», ощущалось тепло и твёрдое плечо под головой. Уже спокойнее, медленно, но верно я начала приходить в себя. Судя по сменяющемуся пейзажу за окном мы шли довольно долго, начали появляться редкие люди и лисы. Я молча наблюдала за пролетающими мимо яликами, за спешащим куда-то народом. На минутку прикрыла глаза, а когда вновь решила посмотреть где мы, взгляд упал на потолок. Белый — белый, как снег, вокруг почти никого. — Дань Хэн? — вопреки надеждам голос все еще был слабым и очень хриплым. Однако этого было вполне достаточно, чтобы спящий у окна парень открыл глаза, будто ожидая этого момента. На лице сменялась эмоция за эмоцией, было совершенно не понятно, накричит он сейчас, безэмоционально поругает или пожалеет? Повисла тишина, никто из нас не смел ее нарушить. Первая отвела взгляд я, меняя картинку, солнце, что висело еще высоко, жутко слепило. Видьядхара встал, почти бесшумно подошёл ближе и нежно, словно трогая цветок, убрал мешающую прядь с моего лица. Потом шёпотом, почти ласково, спросил: — Как ты, воительница? — он осторожно, дабы не потревожить сломанные кости, присел рядом, на кровать. — Больно, — все что смогла ответить. — Дура ты, сколько лет мы работаем вместе? Сколько раз я просил не лезть в самое пекло? — Оно летело в тебя, я не могла все так оставить, — не давая парню сказать, сменила тему: — Где ребята? С ними все хорошо? — Они отчитываются перед Химеко и мистером Янгом, — вымученно, Дань Хэн потёр переносицу. Я обратила внимание на бледность лица, оно выглядело осунувшимся, уставшим. Впрочем, друг быстро собрался, стер ненужные эмоции и серьёзно спросил: — Есть хочешь? Я благодарно кивнула, хотя мне так показалось, на самом же деле от этого жеста веяло грустью. Дань Хэн погрузился в раздумья, будто вспоминая что-то очень важное и, кажется, вспомнил: — Скажи мне, ты можешь встать? Попробуй, я буду рядом и придержу, -это просьба звучала странно. Обычному человеку приходится долгое время реабилитироваться, кости срастаются не так быстро, как хотелось бы. Я с сомнением приподнялась, ожидая жутких мук боли и страданий. Парень встал рядом, довольно близко, так, чтобы я могла опереться в случае потери равновесия. Но, только к моему удивлению, ощущения были совершенно нормальными. Тогда встал резонный вопрос: — Как? — Хм, — с толикой облегчения вздохнул позади стоящий: — Есть тут один знакомый, помог. Хотя я и не ждал подобного жеста. — Обязательно познакомь нас, я лично хочу его отблагодарить, — с нескрываемой радостью промямлила я. Дань Хэн кивнул своим мыслям, после чего протянул мою изрядно потрёпанную одежду и скрылся за дверью.