***
Когда они приняли душ Джи Хун написал записку и положив в конверт, подошел к охраннику сказал: — Купи белые орхидеи, штук сто и отправь вместе с запиской Чхве Хёну. — Будет сделано. *** Через час вернувшись домой Хёну заметив белые орхидеи сразу же почувствовав не ладное, теперь цветы вызывали в нём настороженность начал искать записку. Открыв конверт Хёну прочитал: «Не плохо Куколка. Твоя идея не нова, но исполнение довольно качественное. Кстати твой Хансо пока я пытал его держался молодцом. Я надеюсь что ты придумаешь что-то по лучше. И не особо переживай, тот кто не ошибается не добивается желаемого. P/S Горо передаёт тебе привет и еще самое главное мы по тебе всегда очень сильно скучаем. До скорой встречи. Скомкав записку Хёну приказал выбросить цветы. И одершись лбом о стекло сжал кулак до побелевших косточек, только злость на свою беспомощность так легко точно не уйдёт. Чтобы выгнать её Хёну имел только два средства: секс и спорт. Зная что Вонхо улетел в Пусан Хёну позвонил Крису и предложил сыграть ему в сквош.Глава 7. Будь осторожен когда судьба раздаёт карты
28 января 2024 г. в 14:22
Десятое ноября. Два ночи. Токио.
Часто пересматривая фильм Нолана «Бессонница» Джухён сопереживая главному герою Аль Пачино даже не думала что сама столкнётся с этим явлением.
Да именно это слово она и подобрала, потому что опасалась называть вещи своими именами ведь пришлось бы сразу идти к врачу, чтобы разобраться во всевозможных причинах бессонницы, а она и так знает эту самую причину.
И не просто знает, каждый день эта причина по имени Джи Хун даёт её фантазии пищу, чтобы ночью подсознание пытая её картинками в которых он её трахает словно зверь свою самку сводили её наверняка не совсем здоровый разум с ума окончательно.
Прочитав в инете что таблетки от бессонницы помогают лишь когда ты их пьешь, а это значило что ей точно придётся подсесть на лекарства и потом наверняка повышать дозу, она решила бороться с бессонницей народными средствами.
Но пока спорт, разные травы, добавки типа магния и ароматерапия мало помогали.
Только бессонница была еще не самым ужасным, намного больше ей приносила боли и чувства вины именно ревность.
Осознав что она страшно ревнует отца к уже давно умершей матери Джухён начинала проклинать себя разными словами, но даже говоря эти страшные вещи ей все равно хотелось прижаться к отцу и признаться ему в своих чувствах, ведь не смотря на то как она ненавидела себя и проклинала она больше всего на свете мечтала стать папе больше чем просто дочерью.
Взглянув на часы которые упрямо показывали всего пять минут третьего Джу вышла из комнаты и пошла на кухню.
Поскольку отец заказал им один огромный президентский номер на троих, она проходя мимо комнаты Хёнджина тихо открыв её увидела как мирно он спит молча позавидовала и вздохнув поплелась на кухню греть молоко, хотя оно скорей вызывало некую ностальгию о далёком детстве, когда она болела и рядом всегда был папа.
Хотя сейчас она точно бы ни за что не захотела вернуться назад, из-за уверенности что бессонница и прочие переживания связанные с отцом вернее тем как ей рассказать ему о своих чувствах — это лишь временные трудности, Джухён уже не терпелось чтобы её предчувствие поскорее воплотилось жизнь.
Как только она нагрела молоко и вернулась в свою комнату в номере зажёгся свет и раздался грохот и два мужских голоса:
— Тихо Джи Хун детей разбудишь, — прошептал Горо.
— Да я споткнулся о туфли, — так что не шипи как змея.
— Ладно ты сам дойдёшь или мне помочь? — спросил Горо.
— Иди уже к себе я сам справлюсь, — ответил Джи Хун направившись в свою комнату.
Он редко напивался, но именно в ноябре он потерял Ёнсон, поэтому после третьего числа и до конца месяца ему казалось что она совсем рядом, ведь может же быть такое что души нив чём не повинных жертв отпускают на это время хоть ненадолго домой чтобы они проведали своих родных.
Джи Хун был язычником и верил в синигами — Матоку из Японского пантеона или же как ещё её называли богиню смерти которая с вороном на плечах что приходит за душами людей. А ворон Юнрён выклёвывает глаза лжецам.
Поэтому он точно знал, что она знает о том как прожила свою не долгую жизнь его Ёнсон и мог не волноваться за то что на небесах ей плохо, но это не значило что он хоть на один миг за все эти десять лет переставал думать и вспоминать о ней.
Смешно, но часто слыша что время в состоянии вылечить любую рану, он и в правду верил что однажды сможет просто посмотреть на фото Ёнсон, а потом не будет хотеть вскрыть себе грудную клетку чтобы вырвать сердце разрывающееся от боли.
Но осознав что единственная работа времени это просто проходить сквозь пальцы как песок да еще с немыслимой скоростью, Джи Хун сосредоточился на теперешнем моменте и пытался проводить с детьми как можно больше времени что они всегда помнили его, и не мучились в случае его смерти как это делает он потеряв Ёнсон настолько рано, что они даже не успели втроём с Горо как следует пожить вместе.
Так сильно задумавшись Джи Хун пропустил момент как задремал.
Тем временем в другой комнате Джухён уже несло ко часов глядя в потолок обдумывала нужно ли ей набраться смелости и поговорить с отцом сейчас.
Решив что она хотя бы должна пойти к нему спальню и уже на месте решить какой делать шаг следующим, она аккуратно вошла к Джи Хуну в номер.
Сердце отплясывающее сейчас чечётку где-то в горле не давало сосредоточится на такой мелочи что она должна зайти двигаться бесшумно, но благо на её пути не было ни каких существенных препятствий кроме морали, а на неё Джухён еще год назад когда поняла что влюблена в отца забыла болт.
Поскольку Джи Хун тоже спал голым то когда Джухён подошла ближе первым что она увидела когда убрала в сторону одеяло был его большой и пребывающий в спокойном состоянии член был похожим на удава которого она видела не раз в зоопарке в детстве.
Зная что если разбудит то от страха не сможет проронить ни одного слова Джу сняла халат и оставшись обнажённой залезла к отцу в кровать предпочитая что лучше он уже проснётся и накричит на неё чем то что она разбудит его и не сможет выдавить из себя ни слова.
Поцеловав его сперва один сосок, а потом второй Джу двинувшись вниз по его животу начала оставлять поцелуи.
Замерев в паху на несколько минут набираясь смелости Джу всё же провела языком по члену Джи Хуна.
— И чем ты занимаешься? — внезапно раздался голос Джи Хуна пока она смаковала на языке его немного солоноватый и терпкий вкус.
Но пока Джу замерев даже не подняла головы Джи Хун резко придавил её к кровати и нависая над ней набросился на её рот стремясь наверно если судить по его действиям сожрать его вместе со всем содержимым.
Всё же отпустив её через пару минут тяжело дыша Джи Хун произнёс:
— Не могу, у меня нет презервативов, если я не остановлюсь, то я трахну тебя намного раньше чем собирался. Джу я хочу тебя так же-ка ки твоего брата, поэтому ты должна дать мне ответ прямо сейчас: ты готова меня делить с разными мужчинами? Если нет то нам даже стоит начинать, — произнес Джи Хун пристально глядя дочери в глаза.
— А этот список длинный? — спросила Джухён с трудом соображая потому что в этот момент она себе четко представляла как возьмёт этот твёрдый член сейчас упирающийся ей в живот в рот до самого конца.
Джи Хун улыбнулся:
— В списке пока Горо, Бёль и Чжухон. И надеюсь уже на днях я впишу в него и имя твоего брата. Ну что тебе дать время подумать?
— Нет, я уже год только и делаю что думаю о тебе. Мне все равно сколько в этом списке будет людей, я хочу быть с тобой и Хёнджином, — прошептала Джу и крепко обняла Джи Хуна.
— И с Горо, хорошо? Я его сильно люблю и не хочу выбирать между вами трроими.
Как скажешь папа.
— Называй меня с этого момента когда мы будем наедине папочкой, хорошо? — спросил Джи Хун и дождавшись от нее кивка зарылся лицом в её большую как для её возраста грудь.
— Чёрт твоя грудь какая мягкая и большая, я хочу немедленно подрочить о неё свой член, — произнёс Джи Хун снова целуя дочь в засос.
Но через пару минут снова одумавшись от неосторожного поступка Джи Хун сказал:
— Так всё через два дня мы всё расскажем Хёнджину и я вместе с Горо вас трахну, а сейчас марш к себе в постель, — сказал Джи Хун и поцеловав её в губы шлёпнул по заднице.
— Как скажешь папочка, — улыбнулась Джухён и подняв с пола халат надела его и вышла из комнаты.
Десятое ноября. Токио. Восемь утра.
Проснувшись Джи Хун начал собираться. Но когда начал застёгивать изумрудные запонки он посмотрел на белые орхидеи недавно принесённые курьером, которые так любила Юрико, Джи Хун задумался.
К сожалению для всех кто его знает именно Юрико так и останется покойной госпожой Ким, прекрасной, но увы ненастоящей женой и матерью его любимых близнецов.
Как бы он хотел изменить это, но увы сейчас это уже не только невозможно, но и не нужно.
Ему да и всей его семье совершенно не нужно знать, что он женился на женщине лишь для того чтобы иметь возможность объяснить всем откуда это у него вдруг взялось двое детей. Да и Джухён и Хёнджину он точно не скажет что их мать это на самом дела сестра его врага, которую они знали как просто его подругу детства.
Каждый раз прокручивая эти простые мысли в голове Джи Хун знал что и дальше должен отмечать годовщину смерти Юрико и молча класть цветы на могилу их с Горо единственной любви.
Ведь сейчас для меланхолии у него нет было времени совершенно, поэтому взяв себя в руки Джи Хун пошел будить Хёнджина и Джухён.
Открыв дверь ведущую сперва в спальню Джухён Джи Хун подошел к спящей дочери и наклонившись поцеловал её в лоб:
— Просыпайся милая, нам нужно ехать на кладбище а оттуда возвращаться сразу же домой. Давай поторопись.
— Да папа я уже встаю, — Джухён открыла глаза, но не вылезла из кровати.
— Так вставай, а то я тебя знаю, стоит мне выйти из номера как ты сразу же уснёшь.
Я так делала когда была маленькой, — нахмурилась Джу.
Ты навсегда останешься моей малышкой, — наклонился Джи Хун и легко чмокнул её в щёку. Всё у тебя десять минут на душ, но не устраивай заплывы на тридцать хорошо?
Джу рассмеялась:
— Ты преувеличиваешь, мой рекорд всего навсего двадцать минут.
— Ну да подумаешь какая мелочь, а ничего что я моюсь за пять, — хмыкнул Джи Хун и вышел потому что прекрасно помнил что Джу любит спать голой. Как впрочем и Хёнджин.
Зайдя в комнату Джи Хун подошёл к кровати и аккуратно проведя пальцем по пухлым и таким соблазнительным губам произнёс:
— Хёнджин просыпайся.
Увидев что от Хёнджина не исходит никакой реакции, а в том чтобы спать как мертвец ничего не слыша он в отличии от своей сестры в этом деле был мастером, Джи Хун решил что просто обязан воспользоваться предоставившейся ему возможностью.
Аккуратно убрав одеяло он обрадовавшись что Хёнджин спит на животе позволил себе несколько минут полюбоваться его округлыми и такими аппетитными ягодицами прежде чем наклонится и оставить на них поцелуй.
Затем он быстро вернул одеяло на место и открыл окна.
— Хёнджин вставай! — уже громче позвал сына Джи Хун.
Подождав еще минуту и не вид результата Джи Хун аккуратно замотал Хёнджина в кокон из одеяла и взяв за руки отнёс в ванную, благо в таких фешенебельных отелях были номера как и с душевой кабиной так и с джакузи или огромной ванной это уже по желанию клиента.
Выйдя из спальни Хёнджина Джи Хун прошел к ванной и положив его туда открыл холодную воду.
— ААА ПАПА ВЫКЛЮЧИ ВОДУ!!! — закричал Хёнджин.
Засмеявшись Джи Хун выполнил просьбу и убрав мокрые волосы с лица сына произнёс:
— Это тебе за то что я никак не мог тебя разбудить, я ведь говорил что в Японию мы прилетели максимум на одну ночь. Так что прими наказание как мужчина.
— Понял я, — пробормотал Хёнджин и тут жу добавил:
— Помоги мне выбраться из одеяла.
Размотав сына Джи Хун понял что подобная веселая выходка была одна из лучших его идей, так как сейчас он мог спокойно рассматривать абсолютно голого Хёнджина и даже не пытаться отвести взгляд от его великолепной задницы и весьма соблазнительного и такого сочного на вид члена.
— Ну всё ты на свободе, — произнёс Джи Хун и добавил:
— Стой здесь я сейчас принесу твою одежду.
Он уже хотел выйти-как вдруг заметив как член Хёнджина встал и тот стыдливо прикрыл его руками сказал:
— Я тебя разбудил и не дал спокойно подрочить, не волнуйся когда я вернусь через десять минут то постучу.
— Спасибо.
— Увы не за что, мне нужно было раньше подумать об этом.
— Ничего страшного папа, — произнёс Хёнджин.
Позже когда все члены семьи Ким были готовы они дождавшись Горо и взяв цветы поехали на кладбище.
Поскольку согласно его легенде Юрико была сиротой с которой он познакомился на третьем курсе Токийского университета, было логично что никто кроме Горо учащегося с ним в одной группе и еще нескольких «выдуманных друзей» его жену никто не видел живой.
Умерла она сразу же после родов и похоронена как и было ею завещано рядом с родителями.
Поэтому даже дети не спрашивали почему на кладбище Янака нет никого из знакомых или родни их матери.
Сыграв роль любящего мужа до конца, хотя это было очень сложно Джи Хун выдохнул по свободнее только когда чёрны мерседес направлялся в аэропорт Нарита.
Вернувшись через несколько часов в Сеул Джи Хун с Горо первым делом оставив детей возле дома уехали на склад катеров находящийся возле пристани- где их уже ждал Ли Чжухон.
И как догадался Джи Хун если судить по его довольному голосу по телефону их с Горо точно ожидал приятный сюрприз.
Выйдя из машины Джи Хун с Горо поздоровались с Чжухоном и он даже не скрывал улыбки так и стремящейся порвать его и так не маленький и весьма милый ротик.
— Так Чжухон сейчас порвёшь свой рабочий инструмент и кто мне сосать будет? Так что выкладывай, и надеюсь новости действительно важные.
Давно привыкнув к своеобразной манере Джи Хуна разговаривать, и помня как охарактеризовал её Горо: смесь гопника и психопата-философа, Чжухон открыл ворота склада пропуская Джи Хуна и Горо первыми:
— Я нашёл «крысу» испортившую товар предназначенный для Чень Бёля. Это был Мин Хансо. Он у нас работает уже год. Также новая партия наркотиков для день Бёля уже готова, я её сам проверил каждый грамм.
— Молодец. Он сказал на кого работает?
— Молчит. Я бы пресонул его, но вы запретили так что он сидит связанный к вашим услугам.
Джи Хун резко остановился и повернулся к Чжухону:
— На складе есть люди?
— Нет то есть они в другом сдании позвать? — немного опешил Чжухон.
— Нет. Потом. Меня заводит то с каким почтением ты разговариваешь со мной, пока можешь быть свободен, но вечером я тебя трахну, — произнёс Джи Хун крепко взяв Чжухона за лицо глубоко поцеловал.
— Тоже мне нашел время и место, — проворчал Горо и достав сигарету щёлкнул зажигалкой.
Уже через минуту прервав поцелуй, потому что он и сам мне планировал отвлекаться на сладкое во время работы, Джи Хун пошёл вперёд оставив питающего прийти в себя Чжухона позади.
Облизав губы Чжухон поняв что теперь будет думать о том когда же они с Джи Хуном смогут закончить начатое весь день поспешил за своими боссами.
Войдя внутрь Джи Хун подошел к прикованному наручниками к стулу молодому мужчине.
— Итак Хансо чего же тебе не хватало?
— Не понимаю о чём вы. Я ничего не делал.
— Сука, — сплюнул на пол Чжухон, я его поймал с поличным. Моя ловушка сработала и я поймал его когда он разбавлял наркотики для новой партии для Бёля. Я приказал всем своим помощникам готовить эту партию, но только Хансо посмел повторить свой трюк и пытался испортить кокаин.
— Ты молодец, — произнёс Джи Хун, но сейчас ты должен отвезти кокаин который ты приготовил Бёлю и лично передать ему в руки. Пока он не проверит ты должен быть с ним, потом как закончите ты позвонишь мне.
— Да, будет исполнено, — произнёс Чжухон и вышел из склада.
- Ну а мы с тобой немного развлечёмся ты же не против? — наклонившись прямо к его лицу
Джи Хун пристально глядя предателю в глаза добавил:
— Ты у меня запоёшь соловьем и скажешь на кого ты работаешь, а потом я убью твоих брата, сестру и бабушку.
— Ты сдохнешь ублюдок, — выругался Хансо.
— Нет буйство твоей сестры можно назвать расточительством, я пожалуй Луше продам её в бордель Бёля, она ведь у тебя такая красивая. Кстати за верну службу, даже не смотря на твоё грязное предательство тебе положен подарок знаешь какой?
— Иди на хуй, — злобно взглянув на Джи Хуна произнёс Хансо. Однако ни что не может испортить настроение Джи Хуну когда он начинает играться со своей жертвой как кот с мышью. Поэтому он даже ни капли не изменившись в лице и всё так же улыбаясь произнёс:
— Мне обидно что ты такой не благодарный, но я все равно скажу что первым мужчиной у твоей прекрасной Соёль буду именно я.
Если бы Хансо обладал силой супермена он бы точно разорвал эти наручники, на деле они сильно впились в его кожу когда он попытавшись вскочить заорал как резанный теряя своё достоинство полностью.
— Я тебя убью, давай сразимся, хотя вряд ли такой кусок дерьма являющийся просто шлюхой обожающей члены, знает как поступают как поступают настоящие мужчины.
— В одном ты прав, я люблю большие члены и сомневаюсь что у тебя в штанах окажется нечто достойное моего внимания, — с улыбкой произнёс Джи Хун и взяв в шкафу охотничий нож разрезал штаны Хансо.
— Да, член у тебя совершенно обычный, но все же отмечу что он не маленький. Но этого явно мало чтобы ты сгодился мне для того чтобы развлечь меня перед своей смертью. Так что и не мечтай что я снизойду до того куска дерьма как ты.
— Ты ебанулся да на хуй ты мне нужен, — совершенно не поняв что Джи Хун стелется с него занервничал Хансо.
— А ты оказывается еще и полный кретин. Неужели не ясно что я шучу, на хуй ты мне нужен, — засмеялся Джи Хун.
Затем повернувшись к Горо он сказал:
— Неси инструменты сейчас мы развлечемся на славу.
Увы, хотя Хансо и держался молодцом, но спустя всего навсего четыре часа раскололся как самый спелый арбуз.
И это было сказано довольно буквально. То есть если точнее, ровно через четыре часа Хансо сказал что работает на Хёну и Бан Кристофера, который вместе с покойным Намджуном и Мэттью мчите вырастили его, ну и как раз говорил он это с трудом удерживая руками собственные кишки, норовившие всыпать так как Джи Хун слегка не рассчитав удар топором и разрубил его едва ли не напополам, так что в предсмертных хрипах Джи Хун сумел расслышать не только имя, но и нелепые проклятия Хансо.
Кстати реплика о том, что его насадят на железный штырь и он будет так сидеть пока не сдохнет, рассмешила Джи Хуна больше всего так как он любил все сразу чётко представлять то не смог не засмеяться.
Горо же закатил глаза к верху и отойдя по дальше закурил. Из —за того что его руки были по локти в крови он запачкал ею так же и сигарету и немного губы.
Джи Хун же подойдя к раковине медленно открутил кран и подставил руки под струю.
Тщательно намылив их он совершая такие простые движения, даже скорей автоматические думал о последних словах Мин Хансо: «Тебе не победить. Ким Хёну и Бан Кристофер уничтожат тебя».
Слегка улыбнувшись Джи Хун выключил воду и вытерев руки повернулся к замершему будто изваяние и курящему уже наверно четвёртую сигарету — Горо.
— Дай и мне, — произнёс Джи Хун и подошел ближе.
Горо достал новую и вложив её в рот Джи Хуну наклонился и покурил от своей.
В принципе Джи Хун имел руки и мог и сам закурить, но после пыток ему хотелось прикасаться к Горо или другим своим любовникам больше. Он вообще воспринимал любовь да и мир через тактильные ощущения, если так можно выразится, поэтому лишний раз потрогать Горо для него было самым настоящим удовольствием.
Сделав затяжку и выпустив струйку дыма Джи Хун посмотрел на мёртвого Хосока:
— Ну что думаешь он прав?
— Шутишь? — презрительно хмыкнул Горо. Такие как он будут молоть что отдалить лишь бы отдалить свою участь. Но пустой трёп еще никого не спасал. И мне не нравится что ты спросил меня об этом, — произнёс Горо и сделав затяжку посмотрел на Джи Хуна.
— Не парься, я просто так спросил. Знаешь смотреть на труп и молча любоваться нашей работой как-то не по мне. Но знаешь Хансо был прав в одном.
— Ну-ка просвети и меня.
Джи Хун улыбнулся глядя на кончик сигареты:
— Наш замес с Крисом и Хёну точно будет весёлым.
— Псих. Ты уже должен боятся хотя бы за детей и их будущее, а тебе бы попытать отребье в сарае и думать о новых схватках с врагами, — пробурчал Горо недовольно глядя на Джи Хуна.
— Расслабься мамочка. Я убью этих двоих так же как расправился с Намджуном и Саном.
— Мы убьём, — перебил его Горо, или ты думал что я оставлю тебя?
— Конечно же нет, в этой жизни я верю только в две вещи: в семью и тебя.
— Любишь же ты красиво поговорить, — улыбнулся Горо и поднявшись добавил:
— Пошли я скажу ребятам чтобы убрались. И отдам распоряжения относительно Соёль.
— Хорошо, а потом мы поедем ко мне домой и примем душ, — сказал Джи Хун.
— Я уже подумал что ты не предложишь и даже успел обидеться на тебя, — улыбнулся Горо.
Джи Хун сильно щелкнул его по заднице:
— Я тебе покажу что я делаю с обиженными.
— В нашей паре актив я так что никаких посягательств на мою позицию я не потерплю, — сказал Горо и прижав Джи Хуна к стене засосал.
Через пару минут прервав поцелуй Джи Хун с улыбкой спросил:
— Может выебешь меня прямо здесь?
— Как-нибудь потом, — ответил Горо и они вдвоём вышли из склада.
— Ну что поедем в ресторан после того как примем душ? — спросил Джи Хун, смертельно голоден.
— Как ты после такого можешь думать о еде?
— Не только о еде, — улыбнулся Джи Хун, кстати я тебе еще не рассказал, но этой новостью я хочу с тобой поделится в особенной обстановке.
— Умеешь же ты заинтриговать, но учти я есть не буду только выпью виски.
— Как хочешь, но я тоже предупрежу тебя что закажу большой стейк.
— Фу, кажется сейчас стошнит, ты после вида на кишки Хансо хочешь взять именно стейк?
— Может рыбу хотя бы? Или, о точно суп из моллюсков.
— Я люблю мясо это ты у нас фанат морепродуктов, — сказал Джи Хун и открыв дверь своего ягуара сказал поезжай за мной.
— Как скажешь, — ответил Горо не уставая удивляться привычкам своего друга.