Ким Сынмин и Хван Хёнджин

             Хёнджин настолько заеб… заколебался на репетиции хореографии, что был не в силах чем-то заниматься. Его максимум на вечер составили: принятие душа и переодевание в домашние мешковатые штаны и футболку. И всё. Весь запас сил иссяк. Поэтому когда лидер созвал всех готовить ужин и накрывать на стол, Хёнджин уселся на диванчик в столовой, всем своим видом показывая, что на большее он не способен. Лидер пару раз пытался дать ему волшебного пендаля, но всё безуспешно. Особенно когда пришёл вредный Щеночек, завалившись на тот же диванчик нагло уложив голову на ногу Хёнджина.       Очень взволнованного Хёнджина… Сначала он просто придуривался с Сынмином, дразня его тыча пальцем то в нос, то в щёку, то в веко или бровь. А потом он вроде бы как реально устал, потому что на репетиции выложился полностью. И он просто положил руку на плечо залипающего в телефоне Сынмина.       И вроде бы ничего такого…       Но…       Хёнджин повернул голову, скользя взглядом с широкой улыбки Сынмина на его подбородок, затем на плечо и по талии, которая из-за позы — ноги Сынмин закинул на подлокотники — казалась тоньше, а бёдра наоборот — больше. Вот на бёдрах Хёнджин подолгу и зависал, не замечая, как нервно покусывает и облизывает губы.       А жопка у Сынмина аппетитная… Форма красивая… Так и хотелось потрогать…       Вот Хёнджин и потрогал своеобразно: как хлопнет! Сынмин от неожиданности чуть с диванчика не слетел, а от звука шлепка кто-то из мемберов тарелку уронил и разбил.       — Ты чё делаешь? — спросил Сынмин, обернувшись на друга. Он хотел было потереть ушибленное место, но за него это сделал Хван: так потёр, что казалось, ткань вот-вот вспыхнет. — Прекрати меня лапать, — потребовал Сынмин, хлопнув друга по руке.       Руку-то Хёнджин убрал и состряпал слезливую мордаху, однако всё равно косился в сторону жопки Щеночка. Страданий на лице Хёнджина прибавилось. А тут и того хуже: пока Сынмин дёргал рукой в попытках отогнать от себя назойливого друга — при этом не спеша сваливать с дивана — у него задралась кофта, отчего показалась талия и живот с кубиками. У Хёнджина чуть глаз не выпал. Потрогать захотелось не только жопку, но и всего Сынмина целиком. И бороться с этим желанием оказалось настолько сложно, что Хёнджин даже прослезился.       А ещё у Хёнджина с его фантазиями встал. И Сынмин, пару раз ткнувшись в НЕГО затылком, пытаясь понять, что ему там мешает, повернулся к Хвану, а тот лыбится дурачком, думает как стояк спрятать. Гениальная идея пришла, когда Сынмин приподнялся на локтях: просто накрыл пах натянутой футболкой. Сынмин хоть и делал вид, что он глупенький Щеночек, на самом деле являлся парнем умным и смекалистым. Он быстро понял, что творится с неровно к нему дышащим другом и, улёгшись обратно, только теперь лицом к нему, сделал невинную мордашку.       Хёнджина поведение Сынмина напрягло. И не зря. Чуйка так и шептала, что этот с первого взгляда милый Щеночек задумал коварное! Непростительное! Что-то такое, от чего сердце разорвётся! Почти так и вышло. Сынмин как бы невзначай придвинулся чуть ближе, носом уткнувшись в натянувший палаткой штаны член Хвана. Хёнджин издал нервный смешок и отвернулся: со стыда так и хотелось сквозь диван и пол провалиться. Но дальше больше: Сынмин потёрся об него носом! И тут Хёнджин вылупился на Сынмина с видом: какого ху?.. Но Сынмин не будет собой, если остановится: хитро подмигнув другу, он широко открыл рот, будто собрался укусить ЕГО, но вместо этого вытянул язык, самым кончиком коснувшись ткани футболки. Тут Хёнджина совсем унесло не в те мысли… А какие могут мысли, кроме развратных, когда такое происходит?       Хёнджин прерывисто выдохнул, когда Сынмин, поднявшись, уселся на его колени, смотря при этом мега соблазнительным взглядом.       — Хочешь меня? — томно шепнул Сынмин в самое ухо Хвана, прижимая ладонь к его груди.       Хёнджина аж мелко затрясло от неуловимого касания губ к его уху. Он даже не сумел ответ из себя выдавить, только нервно покивал.       — А вот, — Сынмин немного пересел, — хрен тебе! — выкрикнул он, пулей соскакивая с колен охреневшего Хвана и заливаясь громким хохотом, и ускакал в коридор подальше от наказания.       — КИМ СЫНМИН!!! — разнёсся по столовой полный недовольства вопль Хёнджина.