BLOSSOM

***

      Ночка выдалась не самой спокойной. После заселения в отель Синь Ян ещё долго ворочалась в кровати и не могла уснуть. Несмотря на усталость и постоянно смыкающиеся глаза, девушка смотрела то в потолок, то в окно, из которого открывался вид на море, то в экран телефона. Несвязные мысли преследовали её, и будто не существовало способа избавиться от них.       Кажется, всё началось с того момента, как достопочтенный господин Ли решил вздремнуть на плече у фотографа. Вроде бы ничего серьёзного, но Чен совсем отвыкла от подобного. Последние отношения Синь Ян закончились года три или четыре назад, и тогда, возможно, что-то такое и было, но это уже не важно. Всё воспринимается таким далёким сейчас.       Больше всего девушка удивилась с самой себя и того, что весь следующий час спокойно смотрела фильм, пока на плече спал наглый Минхо, который занимал наивысшую должность в компании. Субординация, видимо, куда-то испарилась на тот момент, но Синь Ян даже не возразила, хотя глубоко внутри задумывалась над тем, правильно это или нет.       В прочем, мужчина воспринял данную ситуацию как обыденность. Будто он всегда засыпал на плече у Чен, а та была не против.       Синь Ян благодарила всех существующих и не существующий богов за то, что Минхо довольно быстро проснулся, хотя не без возмущений, и Сынмин ничего не заметил. Иначе от постоянных подколов не избавиться. Фотограф уже достаточно хорошо выучила его поведение.       Примерно к трём утра девушке всё же удалось уснуть. Время заслуженного отдыха пролетело уж слишком быстро, из-за чего Синь Ян пришлось буквально отдирать себя от кровати в девять часов, когда прозвенел будильник. День предстоял насыщенный, поэтому Чен принялась собираться, чтобы, если что, быть готовой ко всему.       На завтрак она уже не успевала, поэтому решила остаться в номере и получше ознакомиться с подробностями сегодняшнего мероприятия. Оно изначально показалось необычным, посколько пройдёт в четыре часа дня, а не вечером, как обычно. Далее стало понятно, что подобное решение обусловлено тем, что местом проведения являлась яхта, отчего Синь Ян уже передёрнуло. Фотограф просто надеялась, что не выплюнет свой желудок в море или ближайший унитаз, ведь морская болезнь — это не шутки.       Дело в том, что BLOSSOM позвали на официальное открытие филиала уходовой косметики в Пусане, и их концепция завязана вокруг моря. Собственно, слоган «Ощутите приятную свежесть, как от летнего бриза» говорил за себя. Хотя какой летний бриз в апреле? В прочем, у этих брендов свои заморочки.       Ли Минхо решил лично явиться на сие торжество, поскольку владелец был хорошим знакомым его отца и очень сильно уговаривал русоволосого выкроить время и приехать. Мужчина хоть и не горел особым желанием отрываться от работы в Сеуле, но всё же согласился. Правда, не особо понятно, по какой причине: из-за знакомого отца или ещё чего-то? Или всё-таки кого-то?       Телефон, всё утро подозрительно молчавший, всё-таки зазвонил, призывая фотографа отвлечься от работы. — Алло, мам? — Дочь, привет! — воодушевлённо заговорила женщина, — Как добралась? Ты же помнишь, что обещала к часу приехать на обед?       Услышав стук в дверь, Синь Ян поднялась и направилась к ней, не прерывая звонок. Кого-кого, но Ким Сынмина с утра пораньше она увидеть не ожидала. — Да, помню. Сейчас, повиси минутку, — ответила фотограф и обратилась к заместителю, — Что-то случилось, господин Ким? — Нет, просто Минхо…то есть, господин Ли отправил меня проверить, проснулись ли вы, — парень всем своим видом показывал, что его явно заставили. Китаянка вскинула брови, не понимая, зачем все эти лишние телодвижения. Почему нельзя было просто позвонить или написать, чтобы проверить то же самое? — Ой, Синь Ян, а кто это там с тобой? — вдруг заговорила мать, отчего Сынмин усмехнулся, а Чен закатила глаза. — Мам, я же говорила, что у меня мероприятие сегодня и логично, что со мной приехало начальство. Одного его представителя ты только что услышала. — Тогда позови их к нам на обед! — уж слишком эмоционально произнесла женщина, — А то что они делать будут всё это время? Ждать же так долго. — Мам, они занятые люди и… — Ничего не хочу слышать, — перебила она Синь Ян, — Жду всех, пока!       Фотограф заблокировала телефон и положила два пальца не переносицу, шумно вздыхая. Её мать всегда была слишком настойчивой, поэтому переубедить практически невозможно. Чен влипла, если женщина начнет рассказывать что-то, о чём не стоило бы говорить вообще. — Всё нормально?       Откуда ни возьмись появился Минхо собственной персоной и встал рядом с заместителем, оглядывая негодующего и заметно уставшего фотографа. Он невольно подумал, что у них с Сынмином произошла очередная стычка, но было не особо похоже, ведь тот тоже хлопал глазами, ничего не понимая. — Я просто скажу, как есть, — Синь Ян, наконец, оглядела обоих мужчин, стоящих в дверях, — Моя мать ждёт нас всех на обед, и это, если быть полностью откровенной, не обсуждается. — Так и в чём проблема? — вскинул брови Минхо, совершенно спокойно отреагировавший на обстоятельства.       Кажется, если приглядеться, то можно увидеть, как задёргался глаз у девушки, которая всеобщего восторга не понимала, поскольку готовилась к худшему для себя. Предчувствие обычно не обманывало. — Какие-то возражения, Ким Сынмин? — поинтересовался Ли, заметив то, как молча, но многозначительно тот переминался с ноги на ногу и вздыхал. Ким отрицательно мотнул головой. — Всё равно делать нечего. — Тогда встретимся через десять минут внизу, потому что ехать за город и нужно заехать в цветочный магазин, — пояснила Синь Ян, и русоволосый кивнул, потому что был в курсе происходящего, в отличие от своего брата, который нахмурился, оглядывая собеседников. — Сегодня день рождения у мамы госпожи Чен, с пустыми руками нельзя приходить. — Я даже не буду спрашивать, откуда такая осведомлённость, — усмехнулся Сынмин, наблюдая за переглядками этих двоих. На удивление, парень развернулся и без лишних комментариев начал удаляться в свой номер в конце коридора.       Синь Ян посмотрела на старшего, который лишь глядел вслед брату и не спешил уходить. Девушка вопросительно вскинула брови, ведь время шло, а стоящий в проходе Минхо никуда не сдвигался. Мужчина поймал взгляд фотографа и будто очнулся. — Вы зайдёте или так и останетесь здесь? — наконец, нарушила тишину китаянка, поправляя волосы. Она отошла от двери, уходя в глубь номера и оставляя собеседника в раздумьях. Немного помявшись, Ли всё же вошёл и закрыл за собой дверь. — Как вам спалось, госпожа Чен? — вдруг поинтересовался мужчина, заставив Синь Ян опешить на секунду, но потом спокойно продолжить проверять аппаратуру. Казалось, будто старший в курсе, что фотографу не спалось, и сейчас просто издевается. — А вам? — лучшая защита - это нападение. Русоволосый усмехнулся, оперевшись плечом на стену и наблюдая за собеседницей. Она хоть и выглядела спокойно, но слегка нервные движения выдавали её с потрохами. Сразу заметно, что девушку что-то тревожит. — Знаете, кровати здесь сильно уступают вашему плечу, — ответил Минхо, сымитировав максимально задумчивый вид, будто действительно говорил о чём-то безумно серьезном. Синь Ян закатила глаза и, положив последний объектив, закрыла сумку. — Не забудьте оставить отзыв в нашем приложении, — пробубнила девушка, и Ли усмехнулся. Даже раздражённая она выглядела довольно мило или это просто Минхо мазохист. — Что-то случилось, госпожа Чен? Выглядите напряжённой, — совершенно серьёзно задал вопрос мужчина, взяв сумку с аппаратурой в руки прежде, чем Синь Ян успела среагировать, и направился к выходу. Сзади послышались шаги, которые оповещали о том, что фотограф следует за ним. — Должны подтвердить бронь в ресторане, но…секунду! Алло? — девушка тут же приняла звонок, но с каждой фразой её воодушевление на лице угасало, — И что, ничего нельзя сделать? Может, как-то…? Ясно, до свидания.       Синь Ян шумно выдохнула и принялась обуваться, опустившись на одно колено. Всё шло под откос, но нужно собрать себя в руки и думать, что делать с праздником для матери, проведение которого теперь под вопросом. — Проблемы с рестораном? — Минхо, как всегда, очень сообразителен и легко сложил два плюс два. Синь Ян отмахнулась. — Не забивайте голову, я… — Позвольте мне решить вопрос, — не дав договорить, заявил старший, заставив девушку удивлённо вскинуть брови. Она хотела было что-то возразить, но не успела, поскольку Ли продолжил, — Госпожа Чен, я прекрасно понимаю, что вы хотите мне сказать, но поймите, это моё желание от чистого сердца. — Зачем? — единственное, что интересовало фотографа, ведь мотив поступка русоволосого был абсолютно не понятен. Он серьёзно взглянул на неё. — Вы уверены, что озвученая причина не пойдёт вразрез вашим принципам?       Девушка застыла на месте и уставилась на собеседника, молча моргая. О чём Минхо говорит? Что там может быть за причина, которая пойдёт вразрез принципам? Не может же… — Кажется, ваш заместитель уже заждался внизу, — Синь Ян взглянула на часы и быстро перевела тему, поскольку, если догадка окажется правдой, то девушка не готова была услышать это в данный момент. Минхо прекрасно всё понял и, кивнув, вышел в коридор. Значит, ещё не время. — Да, пора ехать…

***

— Боже, что это?       Хёнджин не мог перестать смеяться уже минут пять, пока старший важно разглядывал своё творение. Блондин, конечно, понимал, что Со далёк от рисования, но чтоб настолько. Мужчина любовался старательными каракулями, говоря, что Хван ничего не понимает в высоком искусстве. Второй только сильнее захохотал, отчего случайно опрокинул стакан с грязной водой на Чанбина. Тот ахнул и серьёзно взглянул на младшего. — Хёнджин-а, — нарочито ласково проговорил Со, но у Хвана всё же складывалось ощущение, что его хотят немного прибить, — Что же ты такой растяпа? А, Хёнджин-а? — Прости-прости, — замельтешил блондин, пытаясь как-то «исправить» ситуацию, однако было прекрасно видно, что ему не особо жаль. Наоборот, даже весело. — Тебе повезло, что мы не одни, — прошептал Чанбин с некой кривой усмешкой на лице, отчего Хван ещё сильнее заулыбался. Видимо, провоцировать старшего ему очень нравилось. — А то что? — не подумав, выпалил блондин и тут же заметил появившиеся в глазах собеседника огоньки. Кажется, младший уже ходит по лезвию ножа. — Я б тебя… — Ну-ка, посмотрим, что у вас получилось, — появившийся рядом учитель прервал Чанбина, который раздраженно фыркнул и вернул взгляд на своё творение. Хёнджину же было интересно, что он хотел сказать, однако момент бессовестно нарушили, — О, да вы превосходно рисуете. Ходили в художественную школу? — Не сказал бы, — улыбнулся Хван и почесал затылок, — Больше рисовал для души. Меня это успокаивает. — Это очень и очень хорошо, — проговорил преподаватель, находясь под явным впечатлением от такого талантливого посетителя. Он повернулся к Чанбину, — А у вас как дела? — Как выпьешь, легче, но не пью давно, — выпалил тот, отчего блондин прыснул со смеха, прикрывая рот. Преподаватель улыбнулся. — Ваш рисунок такой же креативный, как и ответ, — единственная фраза, которую он сказал, прежде чем удалиться к остальным. — Всё ясно, — начал Чанбин, развязывая фартук и вешая его на спинку стула, — Вы просто оба совершенно не смыслите в современном искусстве. Я устал. — Тогда пойдём, великий художник? — улыбнулся Хёнджин и получил кивок, — Ты иди в машину, а я через пять минут подойду.       Со встал со своего места и, накинув куртку, чтобы прикрыть мокрый след на рубашке, вышел из комнаты. Даже картину забыл забрать. Хотя по его лицу было не совсем понятно, хотел ли он её оставлять себе вообще. Кажется, излишние комментарии подкосили уверенность Чанбина в собственных способностях, хоть мужчина и старался перекрыть всё шутками про современное искусство.       Хёнджин не спеша собрался и обернулся к картине, чтобы проверить, досохла ли краска. Какие-то места всё ещё оставались влажными, поэтому парень аккуратно взял свой холст пальцами и остановился рядом с местом Со. Блондин невольно улыбнулся, вспоминая, как старший старательно выводил все линии и как мило выглядел, когда был сосредоточен. Хван знал, что Чанбин очень старался, и подтрунивал над ним лишь для того, чтобы вызвать очередную забавную реакцию.       Парень без раздумий подхватил творение спутника и, попрощавшись со всеми, вышел следом. Через минуту он уже открывал заднюю дверь машины Со и складывал холсты на заднее сидение рядом друг с другом. Хван подходил к этому делу деликатно, ведь не хотел, чтобы что-то смазалось или прилипло.       Хёнджин уселся на переднее сидение и, пристегнувшись, повернулся к мужчине. Тот слегка удивлённо глядел на только что пришедшего блондина. — Ну что? Куда дальше? — лучезарно улыбнулся пассажир, поправляя собранные в пучок волосы. — Хёнджин-а, — всё ещё хлопая глазами, начал Чанбин, — Ты что, обе картины забрал? — Конечно, — кивнул собеседник, кидая взгляд на заднее сидение и ещё раз проверяя, всё ли в порядке, — Хотел меня без подарка оставить, а? — Но зачем? Моя же не очень хорошо получилась… — кажется, Со действительно был неудовлетворён результатом и не хотел, чтобы его видел Хёнджин, ведь перед ним желал быть лучшим во всём. — А мне нравится, — пожал плечами парень и откинулся на спинку сидения устраиваясь поудобнее. Снова повернул голову к Чанбину и заговорил, — Я знаю, что ты старался и, возможно, из-за моих шуток дал тебе понять обратное, но не принимай их близко к сердцу. Знаешь, характер у меня такой…паршивый, — усмехнулся Хван и прикусил губу, оглядывая пятно на рубашке, — Насчет этого…нужно скорее застирать, чтобы окончательно не испортить вещь. Мне она уж очень нравится.       Чанбин просто внимательно слушал Хёнджина и, казалось, на минуту задержал дыхание. Наверное, мужчина слишком шокирован внезапной откровенностью и даже не знал, как реагировать, ведь раньше младший особо не показывал эту сторону. Со подумать не мог, что какие-то неумелые каракули станут важны Хвану, ведь в них нет ничего стоящего, по мнению автора самого произведения. — Хёнджин-а, — снова позвал младшего, до сих пор смотрящего на него, — Ущипни меня. — Да что с тобой? — искренне рассмеялся блондин, мимолётно схватив Чанбина за ляжку, отчего тот дёрнулся и ударился ногой о руль, — Больно что ли? — Нет, я просто не ожидал, — конечно, обычно же щипают за руку, но Хван даже здесь отличился, выбрав собственные методы. Зато действенные. — Поехали ко мне, — выдал блондин, отправляя собеседника в очередной ступор, — Посмотрим фильм, да и рубашку постираю. По моей же вине она теперь грязная. Мне просто так лень двигаться…       Хёнджин устало вздохнул и выпятил губу. Со улыбнулся и покачал головой, ведь сейчас парень вёл себя совсем, как ребёнок. Такой же милый и нуждающийся в заботе. С каждым разом Хван открывался с новых и новых сторон, не переставая удивлять Чанбина. Мужчине хотелось продолжать узнавать его и делать всё, чтобы потом видеть довольную улыбку на лице. — Поехали…

***

— Пожалуйста, остановите здесь.       Произнесла Синь Ян, заставив мужчин взбодриться и начать оглядываться по сторонам. Кажется, каждый уж слишком сильно задумался о своём, что совсем вылетел из реальности.       Девушка оперативно вышла первой, даже не дождавшись, пока водитель откроет дверь, ведь в услуги бизнес-такси подобное входило. Фотограф подошла к багажнику, намереваясь собственноручно открыть и его, но сюда уже мужчина подоспел. Он подал Чен сумку и букет, на что та благодарно поклонилась и пошла вперёд. Минхо с Сынмином переглянулись и через несколько минут направились следом. — Синь Ян, девочка моя! — первое, что услышали они, когда вошли в достаточно просторный двор двухэтажного домика. Неподалёку как раз и стояла именинница, буквально пытаясь задушить дочь объятиями. — Мам, я всё понимаю, но мне дышать уже нечем, — заявила Синь Ян, до сих пор держа сумку с аппаратурой в одной руке и букет цветов — в другой. Женщина всё же отстранилась и виновато улыбнулась. — Прости-прости, я просто соскучилась, — сказала она и заглянула через плечо дочери, отчего глаза любопытно забегали из стороны в сторону, а потом прошептала, — У нас слишком красивые гости. Представишь?       В этот момент Минхо как раз подошёл поближе и, перехватив увесистую сумку, встал рядом с Синь Ян, получив от неё вопросительный взгляд. Подобный жест не укрылся от внимательного взгляда матери, и она хитро улыбнулась, посмотрев на дочь. — Здравствуйте, меня зовут Ли Минхо. На данный момент госпожа Чен работает в моей компании, — мужчина уважительно поклонился и протянул собеседнице пышный букет роз, — Я знаю, что у вас сегодня праздник, поэтому мы не могли приехать с пустыми руками. — Ой, да вы что! — начала отмахиваться именинница, поскольку совсем не ожидала такого внимания, — Спасибо большое, господин Ли. Мне очень приятно. — А это Ким Сынмин, мам, — наконец, подала голос Синь Ян, поворачиваясь к парню по другую сторону, — Ты уже слышала его по телефону сегодня. Он заместитель господина Ли. — Очень приятно познакомиться, — поклонился Сынмин и дружелюбно улыбнулся. Хозяйка тоже склонила голова, а потом вдруг что-то вспомнила. — Ой, я же не представилась! — воскликнула она, — Меня зовут Чон Седжон. Скорее заходите в дом, а то так некультурно с моей стороны задерживать гостей в проходе!       Женщина в мгновение скрылась в ближайшей комнате вместе с букетами. Синь Ян кивнула своим спутникам, призывая войти в дом. Сынмин переступил порог первым, а за ним и Минхо. Девушка была последней и, закрыв дверь, начала разуваться, кидая многозначительные взгляды в сторону русоволосого, который лишь вопросительно вскидывал брови, не понимая, что не так.       Когда Сынмин испарился с поля зрения, фотограф подошла к мужчине и задала интересующий её вопрос: — Что это сейчас было перед моей матерью, господин Ли? Зачем вы забрали сумку? — Потому что нечего девушкам таскать всякое, когда рядом есть мужчина, — уверенно произнёс Минхо, не отрываясь от глаз собеседницы, которая лишь поджала губы, не зная, что и ответить. — Вы же понимаете, о чём она подумала. Так ведь? — перешла на шёпот она, пытаясь найти хоть какой-то ответ во взгляде русоволосого. Старший кивнул. — Абсолютно. Вас это волнует, госпожа Чен? — Минхо был спокоен, как удав, зато у Синь Ян уже мозг плавился от неоднозначного поведения вышестоящего, начиная с посиделок дома и заканчивая недавним моментом. Более того, вопрос, который задал мужчина в отеле, до сих пор крутился в голове, не давая фотографу расслабиться. — Да. — Почему? — начальник, казалось, проверял собеседницу на прочность, поскольку самообладание Чен давало заметные трещины, которые отражались на нервных движениях или в тоне голоса. — Потому что это неправда! — шёпотом возмутилась Синь Ян и нахмурилась, в порыве эмоций приблизившись слишком сильно к Минхо. Он прекрасно держал себя в руках, чего не скажешь о собеседнице. Дыхание ровное, взгляд расслабленно направлен на недовольного фотографа. — Откуда вы знаете, госпожа Чен?       Бум.       Кажется, терпение девушки действительно разорвало на мелкие кусочки. — Вы меня так бесите, господин Ли! — начала она, тыкнув пальцем в грудь русоволосого, — Раздражаете тем, что своим поведением заставляете чувствовать, будто я особенная, подрывая весь мой самоконтроль!       Синь Ян тяжело дышала, смотря прямо в глаза Минхо, чьё выражение лица всё-таки слегка изменилось. Он не ожидал, что эмоции всё же одержат верх над такой постоянно сдержанной девушкой, заставив её озвучить то, что крутилось в голове последнее время.       Старший не придумал ничего лучше, как наклониться к покусанным из-за нервов губам собеседницы и прильнуть к ним, окончательно сокращая какое-либо расстояние. Синь Ян сначала стукнула мужчину по плечу, пытаясь сопротивляться, но очень скоро сдалась, отвечая. Свободной рукой Минхо притянул её к себе, касаясь спины. Аккуратно и бережно. Не переходил границы дозволенного и действовал осторожно, но достаточно напористо.       Чен запустила руку в мягкие волосы на затылке, слегка сжимая их, пока спутник искусно сминал её губы. То верхнюю, то нижню по очереди. Разум напрочь отключился, хотя во всю должен был орать что-то наподобие «он же твой начальник», но зато тело расслабилось до такой степени, что Синь Ян не знала, устоит ли на ногах. Образовавшийся в животе узел затягивался ещё сильнее, заставляя девушку реагировать на каждое действие мужчины в пять раз сильнее.       Всё казалось таким правильно неправильным с самого начала. Этот лёгкий флирт и похождения в гости друг к другу. Встречи в подъезде и сон на плече. Ещё месяц назад фотограф покрутила бы у виска, если бы ей об этом сказали, но сейчас так всё равно. На эту субординацию и общественное мнение. В целом, на всё. Минхо давно подавал ей знаки, но Синь Ян не хотела верить в то, что это правда. Она отрицала их, поскольку, как и говорил мужчина, они шли вразрез её принципам.       Принципам, которые теперь не распространяются на Ли Минхо.       Когда запас кислорода стал заканчиваться, девушка отстранилась от старшего и открыла глаза. Она ещё никогда не видела, чтобы русоволосый так лучезарно и искренне улыбался, отчего Минхо просто светился. Да и сама Синь Ян тоже не могла скрыть своего настроения.       Снова покаталась на эмоциональных качелях. — Синь Ян, вы там где? — вдруг послышался голос матери из кухни, привлекая внимание парочки, — Господин Ким тут один уже зашивается мне помогать!       Они усмехнулись, и девушка упёрлась лбом в плечо Минхо, скрывая появившееся на лице смущение. Однако мужчина всё равно продолжал поглаживать фотографа по спине, что действовало, как успокоительное. — Всё-таки у меня получилось, — усмехнулся Ли, получая вопросительный взгляд от спутницы. — Что? — Расколоть тебя, Синь Ян, — бархатным голосом произнёс Минхо, оставляя мимолётный поцелуй на макушке. Девушка аж вздрогнула, ведь слышала впервые неформальную манеру разговора по отношению к себе со стороны старшего. — Я сделаю вид, что ничего не слышала, Минхо…