Be sweet

Нанами очень нравится трахать тебя с часами на руке. Он снимет с себя всю одежду, за исключением запястья, его пальцы массируют пухлый клитор, пока ты не заноешь, уже находясь на грани оргазма только от этого. Он проверяет минутную стрелку на своих часах, записывая, когда ты впервые достигаешь кульминации. Это забавный маленький вызов, который он ставит перед собой: сколько раз он заставит тебя кончить в течение пятнадцати минут? Полчаса? Часа? Иногда Кенто догадывается, и большую часть времени он прав. Если он ошибается, так это потому, что он заставляет тебя кончать больше, чем ожидает. Сегодня один из таких моментов. Он неустанно работает пальцами, поглаживая тебя вверх и вниз, внутри и снаружи, фаланги покрыты твоим возбуждением. Он любит играть с твоим опухшим бутоном, пока ты не начнёшь извиваться от чрезмерной стимуляции. Скользкая субстанция, которая вырывается из тебя, такая красивая, блестящая и глянцевая для него. Так манит попробовать на вкус. Но нет. Он будет сопротивляться, пока не заставит тебя снова кончить на его пальцы. Ты должна полностью промокнуть, чтобы всё это было более сочным для его рта. Он знает, как сильно ты любишь кончать, когда его мягкие губы сморщены вокруг твоего клитора, когда его язык хлопает по твоей киске, зияющей и отчаянной быть наполненной его членом. К тому времени, когда прошло тридцать минут, ты дважды кончила на его пальцы и трижды из-за его рта, небрежно поедающего тебя, пока конечности не начинали дрожать, а тело не было истощено, но всё ещё сильно нуждающееся в нём. Когда он, наконец, засовывает свой член внутрь тебя, он использует часы с другой целью: очертить границы, чтобы ты, чёрт возьми, брызгала на него. Он бьётся о твою тугую киску сзади, хлопая бёдрами о твою задницу, восхищаясь тем, как она качается с каждым толчком. Ты стонешь от удовольствия, полностью облажавшись. Ты так сильно хочешь кончить снова, но он не позволит тебе. — Ещё нет, — рычит он, поворачивая запястье, чтобы проверить время. — Будь хорошей девочкой ещё десять минут, хорошо? Держи себя в руках для меня, дорогая. Я знаю, что ты можешь это сделать. И, конечно, ты сделаешь это, потому что он такой обнадёживающий, такой милый, такой чертовски большой внутри тебя, наполняющий до краёв. Когда десять минут почти закончились, он тянется к тебе, играя с чувствительным клитором. Ты ноешь, дёргаешься от ощущения, зарываешь голову в подушку, влажную от пота и слюней. Он наклоняется над тобой, горячо дышит на ухо, шепчет: — Вот и всё, дорогая. Позволь этому случиться для меня. Сделай чёртов беспорядок. Ты так и делаешь, распыляешь его в своих соках, проливаясь на простыни под тобой. Ему очень нравится видеть, какая ты грязная. Это как раз то, что ему нужно, чтобы достичь собственного оргазма, который он накапливал ещё час назад, постоянно находясь на грани с момента твоей первой кульминации. Он полностью входит в тебя, наполнив спермой только для того, чтобы посмотреть, как медленно это капает, как только он вытаскивает. Его часы пропитаны тобой, но это нормально. На самом деле, это именно то, чего он хотел.