Всё растворится в воде... (Сезон 01)

      — Осмотреть все окрестности, доложить о каждом прибывшем в страну незнакомце!       Растрепанный спросонья Невиллет дежурно раздавал указы едва продравшим глаза жандармам, пока подрагивающая от стресса Фурина сидела за его спиной на кровати, укутанная в несколько одеял.       За окном глубокая ночь, с момента нападения прошло порядка трех часов, а заплаканная девушка лишь сейчас доковыляла до своего дворца, буквально вваливаясь в комнату спящего судьи.       После бесследного исчезновения преступника Архонт так и не сдвинулась с места целый час, а после, неуклюже поднявшись и даже не отряхнувшись, побрела по ненужной ей улице, случайно оказываясь на окраине города.       — Все будет хорошо, его обязательно найдут. -Невиллет участливо отвел глаза от такой слабой в данный момент правительницы. Он помнил, как девушка ненавидит выглядеть уязвимой. — Сможете описать нападавшего?       — Я… я не знаю, не видела… -икнула Фурина, протягивая из-под одеяла руку за чашкой чая, ожидающей на тумбочке. — Помню маску черную… плащ, лица не видела.       — Под это описание подходят многие. -тяжко вздохнул дракон, присаживаясь рядом с Архонтом на постель. — Что-нибудь еще? Голос, пол, рост?       — Высокая женщина, это все, что я по… Подожди!       Беловолосая девчушка резко вскочила с кровати и выронила, благо, уже пустую чашку, едва не спотыкаясь о опавшее на пол одеяло.       — Руки! -воскликнула Богиня, потирая виски и надеясь, что это улучшит воспоминания о недавних событиях. — Черные руки с красным маникюром! Теперь я точно всё поняла!       — Вы хотите сказать, что на вас напал прибывший к нам предвестник Фатуи? Это серьезное обвинение, для него нужно куда больше оснований, а не только ваши доводы.       — Ты не веришь мне?! -оскалилась Архонт. — Я эти руки не спутаю ни с чем! Ее должны арестовать!       — Госпожа Фурина, у нее твердое алиби. -повысил голос дракон, вставая с постели и подходя к Богине вплотную. — Она не выходила из своих покоев.       — Фатуи создать себе алиби совершенно не трудно! -прокричала девушка, все больше и больше походя на параноика в глазах своего подданного.       — Стража, приказываю…       — Мы не можем схватить госпожу Арлекино, ее влияние слишком велико, и доказательств ее вины у нас нет. -Верховный судья грубо осек правительству на полуслове, наклоняясь чуть ближе и продолжая уже шёпотом: — Если ее вина есть, мы в этом разберёмся.       Губы девушки задрожали от рвущегося наружу плача, однако, в этот раз, она сдержала столь жалкие детские порывы и вырвала руку из хватки Невиллета.       — Тогда нужно спросить Оратрис.       — Мы можем делать это только в порядке судебного заседания.       — Черт. -выругалась Фурина, закусывая большой палец в раздумьях. — Она все продумала, она пыталась выкрасить Гнозис!       — Он не с вами? -судья приподнял бровь в удивлении.       — Конечно нет.       Девушка буднично ответила на вопрос дракона и даже не задумалась над тем, что в голове Невиллета могут возникнуть дополнительные непонимания.       — Позвольте спросить, а где же? Почему я не знал, что Сердце Бога не у вас?       Беловолосая Богиня резко осеклась и сомкнула губы, все-таки осознав, что явно сболтнула лишнего. Хотя она и доверяла Верховному судье как самой себе, рассказать о чём-то таком было для нее… Позорно, что-ли.       — Я скрыла его в Оратрис. -на выдохе призналась девушка, стыдливо отводя взгляд к полу. — Не волнуйся, на его работу это никак не повлияло.       — О чем вы думали, госпожа Фурина? -начал было мужчина, однако был вновь перебит все еще взвинченной правительницей.       — Запиши мне проповеди на листочке, перед сном прочитаю. -злобно огрызнулась девушка, ей была неприятна эта тема, неужели не понятно?       — Прошу прощения. -дракон слегка склонил голову вперед в уважительном жесте, прикрывая лиловые глаза. — Вы должны понимать все риски. Возможно, все это время Оратрис ошибочно наказывал невиновных.       — Исключено. -в привычной манере съязвила девушка. — Оратрис идеален, и, как я уже сказала, гнозис не повлиял на него никоим образом и я надеюсь, что это останется между нами.       Ближе к четырем часам утра Фурина, наконец, уснула. Невиллет приказал двоим стражникам дежурить у окон госпожи, и еще другим трём — у дверей в покои.       Хотя, если преступнику необходим был гнозис, то вряд ли он наведается к Фурине снова, — дар Селестии она предусмотрительно с собой не носила.       Уставший судья вернулся в свою постель и уставился в белоснежный потолок, подкладывая согнутые в локтях руки под голову. Он не хотел верить, что Арлекино, всегда идущая на контакт с Фонтейном, вдруг решила ограбить правителя страны вод.       Если это на самом деле так… Это грубое нарушение законов региона, а точнее, особо тяжкое. Невиллет вынужден будет провести с предвестницей беседу. Но это завтра, а сейчас необходимо немного вздремнуть. Мужчина погасил прикроватный торшер, позволяя комнате провалиться в ночную тьму.       На второй день в зале переговоров царила самая напряженная атмосфера, которую когда-либо видели люди.       Леди Арлекино вновь прибыла во дворец на повторную попытку убедить местное Божество на весьма выгодную им обеим сделку. Женщина переживала, где-то в глубине души она очень переживала за Фонтейн, страну, в которой уже много лет проживали ее...       — Отец!       Предвестница замерла, а на лице ее проступила редкая, добрая улыбка. Она резко обернулась, и как раз во-время, ведь в ее объятия, едва не сбив с ног, прилетели трое светловолосых рыдающих подростков.       — Мы ждали, почему вы не предупредили о своем приезде? -первым пришел в себя иллюзионист, утирая подступающие слезы.       — Я не на долго. -отрезала женщина, отталкивая ребят в сторону. Она не может показывать привязанность к этим детям, только не во дворце, не на публике. — Улажу дела и вернусь в Снежную. Поговорим вечером, в местном ресторанчике, я пошлю вам весточку.       — Отец, мы так скучали! -захныкала Линетт, но, благо, уловивший суть дела Лини вовремя заткнул сестре рот ладонью.       — Сестра, у отца дела, пойдем, подготовимся к вечеру. -парниша кивнул довольной Арлекино, после чего поспешил увести девушку и Фремине подальше от дворца Архонта.       Предвестница проглотила тихий рык, точно она обязана сделать все, чтобы уберечь эту страну, хочет того Фокалорс, или нет.       Женщина невесомо вошла в переговорный зал и, не даровав напряжённой Богине и взгляда, прошла и села за свое вчерашнее место за столом.       Холодный взгляд лишь мельком зацепился на аккуратную строчку на одеянии Архонта, которой портные наскоро заделали последствие вчерашней стычки.       — И так, поскольку все в сборе, я, пожалуй, начну. -нарушил глухую тишину Невиллет, вновь хватаясь за стопку бумаг, но не тут то было…       — Нет, начну я! -правительница поднялась с подобия трона и указала пальцем в сторону предвестницы. — Ты преступница! Заманила меня блохастым животным и пыталась отобрать Гнозис! Что, не получила честно, решила пойти на подлость?!       — Вот как. -усмехнулась Арлекино, нисколечко не напрягаясь и не нервничая. — А мне казалось, вы ценитель театра, госпожа Фурина.       — Чего? -опешила светловолосая, сжимая руки в кулачки. — Какого еще театра?!       — Это была не более чем моя маленькая игра, мне искренне жаль, что я довела вас до испуга.       Вот теперь Фокалорс, казалось, раскраснеслась от ярости. Девушка даже не сразу нашла нужные слова, смотря на улыбающуюся Арлекино так же глупо, как вчера ночью.       — Игра?! Ты едва не убила меня!       — Госпожа, вы утрируете. -не сдержал смешка и Невиллет. — Вы ведь не настолько слабы, чтобы вас даже ранить смог кто-либо.       — Разумеется. -надулась Фурина, присаживаясь в свое кресло. — Но к чему всё это было?       — Не скрою, моей целью так же было выяснить, где вы утаиваете Гнозис. -женщина вальяжно откинулась на спинку стула. — Вы должны понять, эта сделка необходима даже не мне, а вам, вашему народу.       — Но какой тебе интерес?! -не унималась Архонт. Она все больше и больше понимала неизбежность раскрытия тайны столетия.       — Меня многое связывает с этим прекрасным регионом, я всего лишь не хочу, чтобы Фонтейн пал.       И вновь эта гнетущая, удушающая тишина. В зале переговоров было настолько тихо, что, казалось, можно услышать мысли каждого из собеседников.       — У меня нет причин вам не верить. -громко заключил дракон спустя несколько томительных минут, обращаясь уже к Фурине: — Госпожа?       — Я… Я не… -вновь это глупое заикание, да что с ней такое? Почему именно под взглядом этой женщины девушка не может выдавить из себя даже слова. А Арлекино на нее смотрела, смотрела неотрывно, даже не моргая.       План был бы прекрасен, но, к сожалению…       — Это невозможно. -выдавила Фурина почти сквозь всхлип. — У меня нет Гнозиса…       — Верно, вы говорили, что он в Оратрисе, предлагаю просто пойти и взять его. -беззаботно махнул рукой Невиллет, он был бесконечно рад, что девушка была готова согласиться на эту сомнительную авантюру.       — Ты ничего не знаешь! -снова вспылила Архонт, утирая кулачками глаза. — Его нельзя просто взять, он неотъемлемая часть Оратриса!       Сердца Невиллета и Фурины замерли в один момент, в момент этой странной, но такой пугающей новости. Однако, на удивление, водный дракон не растерялся.       — Ничего, госпожа. Я знаю, как дорог вам Оратрис, это ваше первое столь гениальное изобретение, однако, если Фонтейн растворится, его не станет в любом случае.       Фурина же сжала волосы на макушке, из последних сил сдерживая рёв, пробирающийся по горлу наружу, вместо этого девушка издала обреченный писк, выдыхая и мысленно считая до десяти.       — Ты прав, сделаем это.       — Завтра на рассвете состоится разрушение Оратриса. -Фурина мрачно усмехнулась собственному отражение в зеркале, ласково расчёсывая мелко поблескивающие длинные локоны. — А знаешь, почему мне не жаль? Потом что ты моя совестливая часть, а еще потому, что я всей душой ненавижу этот пост. И не пытайся меня переубедить, я никогда не хотела быть Архонтом.       От столь странного монолога девушку отвлек резкий настойчивый стук в покои. Фурина отложила расческу на трельяж и поправила воротничок ночной рубашки, приоткрывая дверь комнаты.       — Могу войти? -в темноте дворцового коридора блеснули два пугающих перекрещенных зрачка. Архонт открыла дверь еще немного, освещая идеальное подтянутое тело предвестницы, что всегда поддерживает идеально ровную осанку.       — Нет. -коротко отчеканила беловолосая Богиня и собралась с силой хлопнуть дверью, однако, подставленный в проем сапог Арлекино не позволил девушке скрыться в своей комнате.       — Что ты себе позволяешь? -рявкнула девушка, но вовремя осеклась, продолжив уже чуть тише: — Я же могла тебя повредить.       — Как тогда ночью? Ох, вы были весьма храбры и опасны, госпожа Фурина. -съязвила женщина, все-таки отталкивая Архонта в комнату и проходя через открывшуюся дверь.       — Н-не считается, ты застала меня врасплох!       Только в этот момент Фурина заметила, что гостья из Снежной была на порядок выше нее, на полторы головы, не меньше. Предвестница даже опустила голову, дабы суметь поговорить с девчушкой «с глазу на глаз».       — Как ваш вечер? -внезапно сменила тему мудрая женщина, меняя вслед за ней и агрессивные нотки в голосе на задорные. — Погода потрясающая, вы не желаете пройтись до ближайшего ресторана?       — Вот уж спасибо, я предпочитаю безопасный прием пищи. -насупилась девушка, как можно незаметнее прикрывая декольте ночной рубашки. — Это все, что вы хотели спросить?       — Почему вы так испугались идеи уничтожения Оратриса? -буднично вопросила предвестница, усаживаясь поудобнее в чужое кресло. — Я понимаю, важная машина, ваших рук дело, но разве ваши люди не важнее?       — Хорошо, раз уж его все равно завтра не станет, я расскажу. -голубой и синий глаза загорелись недобрым пламенем, когда Архонт медленно приблизилась к креслу, оперевшись рукой на его спинку. — В Оратрисе заключен не только Гнозис, но и настоящий Гидро Архонт.       Арлекино вновь застыла, но, довольно быстро очнувшись, обернулась и непонимающе всмотрелась в глаза опечаленной девушки.       — Нет, я, конечно, тоже настоящая. -самоуверенная девочка на мгновение вернула на лицо прежнее выражение. — Но я всего-лишь часть Архонта. Его отголосок, второе сознание, мое имя Фурина. Фокалорс же, о которой воспевает народ, заточила себя в судебной машине.       — Погоди, но тогда… -ошеломленная Арлекино и сама не заметила, как перешла на «ты».       — Да, чтобы мы смогли вынуть Сердце Бога из машины, Фокалорс придется умереть.