Путеводные звёзды

На утро Алан подошёл к кабинету Искандара. Из комнаты он постарался уйти тихо, чтобы не разбудить Лето, но не был уверен, что ему это удалось. Теперь же всё никак не решался войти, стоя перед дверью, из-за которой не было слышно ни звука. Простая, деревянная, с вырезанными на ней узорами, она выглядела довольно обычно, тем более для Алана, который видел её перед собой так часто в те мучительные секунды, проходящие между стуком и позволением войти. Он простоял так достаточно долго и вздрогнул, когда кто-то опустил ему руку на плечо. Это было сделано с ощутимой осторожностью, и Алан обернулся, наверное, чересчур резко. За ним стоял Дениэл. Он одёрнул руку и теперь смотрел на него с беспокойством. — Ой, прости, я не хотел пугать тебя… Алан на мгновение замер. У него была отвратительная привычка заглядывать в глаза людей, где он часто тонул, словно в чистейшем озере, или, напротив, увязал как в болотной трясине. Разница была в самих людях. Из чьих-то и выныривать не всегда хотелось, а из иных и пытаешься выплыть, да будто кто-то за ноги тащит ко дну… Но теперь он утонул во всём образе Дениэла. Его кожа была белее, чем у других, из-за чего казалось, будто принц Северного королевства светился каким-то бледно-голубым светом. На его фоне Алан даже выглядел загорелым. Он всегда избегал его, не хотел подходить близко, но сейчас, когда принц оказался на расстоянии вытянутой руки, Алан понял, почему их называли ангелами. Мягкий, встревоженный взгляд карих глаз, белоснежные, чуть взъерошенные волосы, которые, однако, ничуть не портили его безупречного образа. Он был не высок, как и Алан, так что их глаза находились примерно на одном уровне. Дениэл был встревожен, напуган, это читалось в одном его взгляде, но весь остальной облик принца излучал спокойствие и такое чувство защищённости, что Алан почти позабыл, зачем он здесь. Сколько они так простояли, разглядывая друг друга, он понятия не имел, но ему явно не хватило. Да и Дениэл не спешил, глядя на него с неподдельным интересом. Но все же именно он первым прервал их гляделки. — Алан, ты как? — тихо спросил принц, немного наклонив голову на бок. — П-простите, — помотал головой Алан. — Я немного задумался... — Ничего, всё в порядке, — произнёс тот. По его лицу Алан понял, что представление Дениэла о нём тоже разнилось с реальностью. Сам принц тем временем приблизился к двери и постучал. Послышались быстрые, не свойственные Искандару шаги, и дверь открыл Клаус. Сам ректор сидел за столом и глядел на них. — Доброе утро, — произнёс Рован, разглядывая их без улыбки. — Проходите. Искандар кивнул, не вставая. Вчера он ходил довольно много для себя, и теперь нога могла его беспокоить. Так что он сидел в совершенно привычной Алану позе за своим столом. — А мы всё думали, как долго вы ещё там простоите? Рад вас обоих видеть. Присядьте, — произнёс он спокойным, однако не терпящим возражений тоном. Дениэлу и Алану ничего не осталось, кроме как опуститься на стулья напротив ректора. Клаус же остался стоять и медленно ходил туда-сюда по кабинету. Искандар, по-видимому, наблюдал за этим уже долго, потому что только головой покачал и обратился к студентам. — У меня уже в глазах из-за него рябит… — прошептал он и заговорил уже громче. — В общем, что я могу сказать? Ситуация тревожная, и если Лето действительно похитила Алерия… — Погодите, вы знаете, кто это? — спросил Алан. Информации, полученной вчера от Клауса было критически мало. Кроме того, что она убила мать Кайлы, Алан не знал о ней ничего. Но Искандар остался совершенно спокоен. — Знаем, — кивнул он и посмотрел на Клауса, будто передавая ему слово. Тот резко перестал ходить туда-сюда и замер рядом со столом Искандара. — Алан, ты знаешь, кто такие фениксы? — спросил он. Алан кивнул, проглотив возмущение столь детским вопросом. — Конечно! Так называют правящий род королевства Феникс. Они обладают магией, противоположной магии ангелов, то есть огнём. Он посмотрел на Дениэла, который одобрительно кивнул. — Верно, но позволь мне дополнить, — произнёс Искандар. — Фениксы живут долго, в два-три раза дольше обычных людей, и Оберин Манфред, король, дайте боги, несмотря на свои преклонные лета, умирать отнюдь не собирается. — Так значит Алерия — феникс? — подытожил Дениэл. — То-то имя её мне показалось знакомым… Мы с ней встречались даже наверняка. — Верно, — вздохнул Клаус и вновь посмотрел на Алана. — Алерия Манфред — младшая сестра короля Оберина, жаждущая власти. Но получить её в родном королевстве для неё не представляется возможным… — И потому она решила захватить чужое, почувствовав нашу слабость, — кивнул Дениэл, и на лице его появилось мучительное выражение. — Я должен вернуться домой… Клаус был как на иголках. Это Алана удивляло. До этого Рован казался ему сдержанным и спокойным, но сейчас ему явно стоило больших усилий даже просто стоять на месте и не бегать по кабинету. Искандар же продолжил как ни в чём не бывало. — Одного мы тебя не отпустим, Дениэл. Я надеюсь… — начал было он, но стоило ректору перевести взгляд на Клауса, как тот, наконец, не выдержал. — Нет! Я знаю, что вы скажете, и я говорю вам нет! Я не хочу и не буду этим заниматься. Я всю жизнь пляшу под вашу дудку и волю богов, но всё, что получаю взамен — смерти дорогих мне людей, одного за другим! — Клаус, ты смог бы помочь… — примирительно начал было Искандар, но Клаус его прервал. — Нет! Я больше не буду в это ввязываться! Довольно. Все, кто мне дороги, находятся в моем доме, и единственное, чего я хочу — вернуться туда. Катитесь к чёрту и вы, и все небеса вместе с Серен. Хватит с меня! Не хватало ещё мне лишиться дочери! Искандар выслушал его спокойно, Алан видел понимание в его глазах. Клаус сложил руки на груди и тяжело вздохнул в попытке успокоиться. — Я ухожу, — произнёс он, но голос его предательски дрогнул. — И не втягивайте меня в это. Мне хватило смерти Маргарет. С меня довольно, профессор. С этими словами Клаус вышел из кабинета. Алан с Дениэлом синхронно посмотрели на Искандара. — Я не хотел спрашивать, но теперь передумал. Что между вами произошло? Дениэл тоже с плохо скрываемым любопытством глядел на ректора, а Искандар тяжело вздохнул и потёр переносицу. — Кажется, я уже рассказывал тебе о нём, пусть и не упоминал имени. Клаус был невероятно одаренным студентом. Все кричали о том, что перед ними гениальный ребёнок, хотя на самом деле его просто хорошо обучали и готовили. Он очень много работал, учился, блестяще сдал вступительные экзамены и поступил на первый курс в четырнадцать лет. Но после его ухода, когда я занял должность ректора, я дал себе слово, что никогда больше не возьму студента раньше положенного возраста. Клаус нарушал правила, одно за другим, просто плевал на них, но его нарушения были вызваны немного другими причинами, нежели твои, Алан. Клаус — абсолютная свобода, он ненавидит ограничения, нарочно выходит за рамки. По крайней мере, когда-то был таким. Если его к чему-то принуждали, он делал всё наперекор. Когда ему было шестнадцать, за территорией Университета в лесу на него напали волки, почуяли чужака. Я вовремя его нашёл, но пострадал сам, прикрывая его. — Так вы… С тех пор хромаете? — догадался Алан. — Но я думал, эти волки не нападают на людей. — Верно, но Клаус же не совсем человек. Или ты не знал, что он оборотень? — Точно, я забыл, — кивнул Алан, вспомнив о том, что раз Кайла оборотень, то и Клаус, вероятнее всего, тоже. — Для животных оборотни пахнут не как люди, а как животные. Но и человеческий запах в них присутствует всегда. Зверей, обыкновенных зверей это пугает и они запросто могут напасть. И если ты думаешь, что Клаус этого не знал, то ошибаешься. Он очень хорошо изучил собственную природу. Он знал, что за территорией есть дикие звери, но пошёл туда… Просто потому что я сказал ему, что делать этого нельзя. Он, видимо, решил мне доказать, что правила существуют не для него... Искандар замолчал, глядя на них. Дениэл, который до этого слушал их молча, вдруг подал голос. — Не стоило так давить на лорда Рована. Он не обязан мне помогать, я ему никто, в конце концов, как и моя семья. Как и моё королевство. У него есть собственное, и я уверен, за него он жизнь отдаст… Но отдавать её за чужой дом, да ещё и рисковать жизнями родных — это не разумно, я понимаю Клауса. — Не волнуйся, Дениэл. Он вспылил, но довольно быстро поймёт, что если откажется — потеряет в итоге намного больше. Ему нужно время, чтобы осмыслить свой отказ, ведь от Алерии, пожалуй, сильнее всех пострадал в своё время именно он. Она принесла Клаусу немало боли и потерь, не только Маргарет он потерял из-за неё. Вовсе не удивительно, что теперь он избегает с ней связываться. Ему нужно время и, поверь мне, он даст согласие. — Я могу попробовать помочь? Сделать хоть что-нибудь? — спросил Алан и посмотрел на Дениэла, в глазах которого, как ему на секунду показалось, он различил страх, но продолжил. — Если ты собираешься отправиться на поиски брата, или разбираться с Алерией — возьми меня с собой, я помогу тебе. Дениэл удивлено смотрел на Алана, чуть приоткрыв рот. — Хорошо, — промолвил он наконец. — Но ответь, зачем тебе помогать мне? Это не твоё королевство и не твоя семья. — У меня нет своей семьи, — сказал Алан. — Только обретённая. Я уже впутался в это дело, оно уже меня касается. Если Алерия может с такой лёгкостью похитить кого-то из моих близких и управлять им — я не могу оставаться в стороне. — Какие самонадеянные речи… — проговорил Дениэл. — Только вот такие герои обычно долго не живут, — закончил за него Искандар. — Я одобряю, но прошу тебя не лезть на рожон. Дениэл, сегодня утром я отправил письмо её величеству, королеве Синеглазке. Дело попахивает угрозой всему Авалору, а не только Северу. Уверен, она окажет тебе помощь. Когда ты хочешь уйти? — Когда отпустите? — в ответ спросил Дениэл. Искандар задумался. — Не раньше завтра. Тебе нужно время подготовиться, путь предстоит не близкий, да и я всё же надеюсь, что Клаус одумается. С ним вам будет намного легче. Ладно, свободны оба. — Можно ещё вопрос? — попросил Алан. — Вы отпустите со мной ребят? — Джоан, — отрезал Искандар. Тот чуть не поперхнулся от возмущения. — Джоан и Лето. — Джоан или Лето, — поправил ректор. — А второй останется и присмотрит за Мирой. Лето это сделать будет удобнее, они учатся вместе. Алану пришлось кивнуть, иначе ставки начнут падать, он это знал точно. К тому же, предложение Искандара звучало более чем разумно. Тащить с собой Миру он и не собирался, да и Лето натерпелся в последнее время, хватит с него. И за Мирой приглядеть ему действительно будет гораздо удобнее. Так что пришлось согласиться на одну Джоан и встать вслед за Дениэлом. Не совсем понятно было, кто кого провожал до общежития. Они оба шли глубоко в своих мыслях и вообще не разговаривали и разошлись на первом этаже, едва успев попрощаться. Алан поднялся в свою комнату. Лето уже не спал, сидел на кровати и подскочил, когда дверь открылась. Но вчерашние события всё ещё давали о себе знать лёгкой слабостью. Алан схватил друга за плечи, когда тот слегка пошатнулся. — Аккуратнее, ты чего прыгаешь? Как ты себя чувствуешь? — спросил он, усаживая Лето обратно на кровать. Тот поднял голову, глядя на него из-под непослушных прядей, случайно упавших на глаза. — Нормально. Что сказал Искандар? — Клаус отказался помогать, — вздохнул Алан. — Но Искандар просил не сбрасывать его со счетов. Якобы он передумает. Слушай, Лето, ты никогда не общался с Дениэлом Арманом? — Нет, я вообще боялся к нему подходить… Как и ко всем остальным. Мне Джоан за глаза хватает с её гиперактивностью. — Это точно, — улыбнулся Алан, думая, что услышь это Джо — Лето бы непоздоровилось. — Я с Дениэлом не имел дел раньше, принц всё-таки. Но сегодня впервые так близко столкнулись, и он… Как бы его описать? Невероятный. От него такое тепло исходит, будто он готов любить весь мир, простит всё, что угодно, что угодно сделает… Возможно, мне показалось, но он такой добрый… — В хорошем смысле? — осторожно спросил Лето, будто догадавшись, что Алан имеет в виду. — Нет, — вздохнул Алан. — Он настолько добрый, что вряд ли кому-то может хоть в чем-то отказать. Даже если ему добра не желают. И, как мне показалось, он довольно одинок. Ты хоть раз видел его в чьей-то компании? — Нет, — покачал головой Лето. — Но, может, мы не слишком часто его видели? — Вполне возможно, — кивнул Алан. Дверь без стука открылась, и в комнату бесцеремонно вошла Джо. Мира поскромнее юркнула следом. В другой день Алан бы предъявил подруге за наглость, но сейчас он просто был очень рад видеть девчонок. — Доброе утро, — поздоровался он. Лето молча помахал рукой. Джоан, также не говоря ни слова, села к нему и обняла, положив голову на плечо. Лето так облегчённо вздохнул, что казалось, будто вечность ждал этих объятий. Будто это не он минуту назад говорил, как устаёт от её присутствия. Что ж, она порой действительно словно подпитывала энергией их всех. Джоан относилась к Лето как к младшему брату, и Алан представлял, как она переживала и скучала по нему все эти дни. Сам он подошёл и обнял Миру, уткнувшись ей в плечо. Наконец-то он дома, по-настоящему дома, до сих пор плохо в это верилось. Но мысль о том, что скоро ему вновь придётся его покинуть сжала сердце. То, что Мира останется, и им снова придётся надолго расстаться, вызывало желание отказаться от всего, что он затеял. «Ты не обязан» — твердил взгляд Дениэла там, в кабинете Искандара. Он будто кричал: «Не ввязывайся в это, позволь мне расхлёбывать эту кашу самому». Тот страх, что Алан увидел в его глазах — это был не страх предстоящих трудностей… Откуда у Дениэла такой страх довериться кому-то? Вслух он не отказал, но глаза его были полны паники, словно принц уже заведомо видел их провал. Вот только Алану нужно было отправится с ним… — Мира… Возможно, мы с Джоан скоро снова уйдём. Тебя Искандар с нами не отпустил, и Лето оставил за тобой присмотреть. — Куда это вы собрались? — вскинула бровь Мира. — Алерия теперь и наша проблема тоже. Она похитила Лето, захватила его разум, хотела и со мной сделать то же самое. Можем ли мы остаться в стороне, если под удар могут попасть и другие студенты, и даже кто-то из вас? Я хочу помочь Дениэлу. — Но я опять остаюсь здесь? И где справедливость? — надулась Мира. Алан аккуратно ткнул её пальцем в нос. — Не расстраивайся. Я тоже не рад, но ведь Искандар прав. Так будет лучше. Ты здесь будешь в безопасности, — натянуто улыбнулся он. Мира тяжело вздохнула, обиженно отводя взгляд. — Вот именно. Мы все здесь будем в безопасности. И нет смысла лишний раз искать неприятности. Никто из них не сказал об этом, но у обоих в головах пронеслась одна и та же мысль. Если Алан вновь уйдёт на неопределённый срок — возможно, они больше не увидятся. Но, в первую очередь ради Миры, он обязан был попытаться. Пока она будет здесь, под присмотром и в относительной безопасности, Алан найдёт способ спасти её. Он уже чуть ли не бредил этой мыслью, ночью ему снилась какая-то белиберда с Мирой, абстрактным Этриганом и какими-то рогатыми зайцами. Нет, эти звери, джекалопы, водились в Авалоре, но не повсеместно и считались вымирающим видом, наравне с пегасами и ещё рядом животных. Сам Алан в живую их никогда не видел, и после сегодняшней ночи, если честно, видеть не желал. Он вдруг осознал, что они с Мирой обнимаются уже несколько минут. Джоан расспрашивала Лето о чём-то, уже даже не глядя на них. Алан так и не смог за годы понять, нравится ли кто-то подруге или нет. Но и откровенно лезть в её личную жизнь он не горел желанием, за такое можно было и в глаз получить. Полагал, что если уж помощь понадобится, то Джо к нему обратится сама. Весь день ребята провели вместе, вышли прогулялись, нашли Альфреда, сходили в библиотеку, дважды поели. Вечером Мира и Лето ушли, им обоим нужно было доделать некоторые задания, а Джоан осталась с Аланом. Давненько они не сидели наедине вот так. Смеркалось, небо над университетом окрасилось в розовый. Они сидели на скамейке у общежития, наблюдая за проходящими мимо людьми. — Я рада, что ты решил взять меня с собой на этот раз, — произнесла Джо. Сейчас голос её звучал мягко, спокойно, даже немного убаюкивающе. — Но Мира нам этого не простит, ты знаешь. — Простит, — твердо ответил Алан и повернулся к ней. — Джо, я должен пойти, это очень важно. И ради неё в том числе. — Я понимаю, — вздохнула Джоан. — Как скажешь, Алан. Просто надеюсь, что у тебя есть план. Я не в силах разубедить тебя. Я лишь хочу… Чтобы ты не ввязался в то, из чего не сможешь потом выбраться. — Не волнуйся так. Джо, если ты хочешь остаться… — начал было Алан, но Джоан прервала его. — Нет! — воскликнула она. — Я больше не пущу тебя одного. Я иду и точка! Так всем будет спокойнее, и Мире тоже. Алан улыбнулся. — Ты так переживаешь… Ты знаешь, как это опасно, и всё равно пойдёшь… — А как иначе? — прошептала она. Алан не сдержался обнял её вместо ответа. — Ты знала, что ты моя лучшая подруга? — спросил он с улыбкой. — Догадывалась, — усмехнулась Джоан. — У тебя других нет. Мира не в счёт. — Не правда, есть у меня подруга, — надулся Алан. Джо закатила глаза с улыбкой. — Ну-ну, и кто же она? — А вот не расскажу, — хмыкнул Алан и высунул язык. — Разозлила. Джо пожала плечами, мол «не очень-то и хотелось». Алан перевел взгляд куда-то на траву. Рассказ о Кайле сейчас ничего бы не дал Джоан, он упомянул её лишь вскользь, когда рассказывал о своих приключениях. Но всё-таки он надеялся, что ему ещё удастся встретиться с этой девчонкой.