Путеводные звёзды

С того дня прошёл месяц, спокойная жизнь нравилась Искандару куда больше, чем постоянные переживания за подопечных. Новый учебный год начался без происшествий. Слегка напрягало лишь одно: Клаус так и не соизволил прислать за это время ни одного письма, не говоря уже о личном появлении в Университете. Вот только тишина оказалась недолгой… *** Альфред, абсолютно довольный жизнью, как и всегда, вошёл в кабинет Искандара без стука и застал его в крайне мрачном расположении духа. — Привет. Смурной ты какой-то, — напрягся преподаватель. — Не то слово… — пробормотал ректор. — Принеси мне чаю, пожалуйста. Лучше было бы вина, конечно, но в нашем с тобой положении и чай сойдёт. — А может мне тебе ещё и в дворецкие податься? — вскинул бровь Альфред. — Это просьба, — вздохнул Искандар. — Да не буду я тебе чай таскать. Так в чём дело. — Вот принеси мне чай — и расскажу. — Хм, ладно, заинтриговал. Но если это окажется какая-нибудь ерунда — пеняй на себя. Альфред вышел из кабинета и вскоре вернулся с двумя чашками травяного чая. Искандар благодарно кивнул и протянул Альфреду письмо. Пока тот вчитывался, а брови его медленно ползли вверх, ректор выпил всю чашку и поперхнулся, когда услышал со стороны притихшего преподавателя крик. — Да ладно! Двойня!? С ума сойти! Прокашлявшись, Искандар хмуро посмотрел на него. — А ты чего довольный такой, а? — А ты чего такой смурной? — счастливо улыбаясь, вопросом на вопрос ответил Альфред. — Потрясающая же новость! — Ага, и через шестнадцать лет я посажу тебя в этот кабинет и уйду на пенсию. Будешь сам разбираться с этими потрясающими новостями! — Не-не-не! — рассмеялся Альфред. — Это твои проблемы! Боги, я то думал, будет девочка… — Я молился, чтоб была девочка. Девочки у Рованов колючие, конечно, но спокойные. А вот мальчики… — Клаус, Лотос и Жасмин, смешанные с воспитанием Альберта, да ещё и в двойном размере! Ты не доживёшь до их выпуска! — продолжал смеяться Альфред. — Я в этом даже не сомневаюсь, — проговорил Искандар. — Остаётся надеяться на возможных отпрысков Дениэла… Альфред загадочно улыбнулся, но ничего на это не сказал. Он был счастлив. *** Только вот рассчитывать на Дениэла оказалось так же бессмысленно. Через полтора года после появления двойняшек, Эмери родила мальчика. И Хьюго мог бы вырасти самым очаровательным и покладистым ребёнком в Авалоре… Если бы Дениэл с Эмери не остались жить в особняке. Принц периодически наведывался домой, но не надолго, и практически всё время маленький ангел проводил в компании двойняшек Рованов. Которые, в свою очередь, оправдывали абсолютно все ожидания и опасения Искандара на их счёт. Виктор, названный в честь бабушки, являл собой её полную, по воспоминаниям Клауса, противоположность. Гиперактивный, игривый, и вместе с тем до безумия ласковый. Цвет глаз он, как и его сестра, унаследовал от Клауса, а вот рыжие волосы и веснушки, рассыпанные по щекам мальчишки, достались ему от Жасмин. Клаус порой улавливал в сыне определённые сходства с Говардом, хоть и не исключал, что в нём в те моменты говорила лишь смертельная тоска по нему. Первое время было тяжело, Клаус был готов на стенку лезть, винил себя, не говоря никому об этом… Альберт по-прежнему, похоже, это делал. Потом потихоньку все успокоились и почти перестали вспоминать о Говарде вслух. Дочерей, как и обещал, Клаус на второй план не отодвинул. Кайла поступила в Университет через год, и на лето забирала с собой в особняк Алана, который, согласившись, стал преподавать магию стихий, в чём вполне преуспел. Во всяком случае, отзывались о нём хорошо. Аврора, получившая имя в честь матери Альберта, которая в своё время немало сделала как для Клауса, так и для Жасмин, была просто загляденьем. Внешне она очень напоминала Кайлу. Клаус души не чаял в этих детях, а когда родился Хьюго и вовсе перестал думать о чём-либо ещё, кроме этих маленьких чертят. Аврора годам к трём вполне сносно освоила свои наследственные способности оборотня. Виктору на это понадобилось немного больше времени, но к четырём годам эта парочка уже спокойно носилась по особняку в обличиях рыжего волчонка и белого лисёнка. А Хьюго помогал им разносить дом своими белоснежными крыльями, с которыми сам пока с трудом управлялся. Они были размером с него самого. Летать он ещё не умел, да и Дениэл не спешил его учить, предоставив эту честь братьям. Клаус прекрасно осознавал, какая реакция будет у Искандара на известия о двойне, и потому, уже через четыре года после их рождения, сдерживая смех писал ему о том, как у них дела. Не забыл он, конечно, упомянуть и о характерах ребятни. Альберт, проходя мимо, глянул ему через плечо и улыбнулся. — Искандара удар хватит, когда он это прочитает. — Заметь, я даже не преувеличиваю. И это только письмо. Представь что будет, когда он с ними лично познакомится. — Он из-за этого не отвечал на приглашения в гости? — засмеялся Альберт. Клаус тоже рассмеялся. — Полагаю да. Клаус несколько раз появился в Университете за эти годы, неоднократно и в письмах, и на словах приглашал Искандара к ним, но ректор всё время находил отговорки. При этом в Университете его всегда был рад видеть. Клаус поставил подпись и улыбнулся. — Отправишь? Альберт кивнул, и Клаус, оставив друга с письмом наедине, вышел из комнаты и покинул особняк. Неподалёку обнаружились дети с Дениэлом и Францем. Клаус хотел было направиться к ним, но заметил Эмери, стоящую в сторонке. Он пошёл к ней. — Как ты выросла всё-таки… Эмери повернула к нему голову и улыбнулась. Она стала куда чаще улыбаться. — Только что заметил? — хитро прищурилась она. — Каждый день тебя вижу. И некоторые изменения кажутся незаметными, но вспоминая тебя несколько лет назад… Ты так похорошела. И что-то изменилось в тебе. Это Дениэл на тебя так повлиял? — Полагаю, — пожала плечами она. Клаус позволил себе обнять её, и Эмери согласно к нему прижалась. Клаус посмотрел на ребят, на Дениэла, который выглядел совершенно счастливым… И сам улыбнулся. — Алан! — вдруг воскликнула Аврора и подбежала к подходившему к ним парню. Тот улыбнулся и подхватил её на руки. Кайла, которая шла рядом, лишь закатила глаза и подошла к Дениэлу с Францем. — Вот вечно так, я вроде её семья… — Семья у неё большая, — улыбнулся Дениэл. — А Алан — один. Привет! Клаус с Эмери улыбнулись, наблюдая за этой сценой со стороны. *** Клаус не мог знать, да и никто, пожалуй, не мог, но за ними в тот момент пристально наблюдали. На крыше особняка расположились три человека. Они выглядели так, словно сорваться отсюда для них не представляло никакой опасности. Один из них напоминал Альберта, второй — был до безумия похож на Клауса, ну а третий, лишь слегка, походил на Франца. Улыбкой, которая сейчас сияла на его лице, но столь редко появлялась у самого бывшего принца. — Какие счастливые… Скажи, Ал? Он повернулся к своим собеседникам, сквозь которых видел, как покачиваются верхушки деревьев на ветру. Александр Дракон счастливо улыбнулся, глядя на малышей. — Если бы вы знали, как я горжусь ими. Ими всеми… И как жаль, что Клаус уже никогда тебя не простит. Он посмотрел на Урана Рована, который фыркнул и отвернулся. — Есть вещи, которые прощать нельзя… — произнёс он. — Правильно говорят, горбатого могила исправит, — хохотнул парень, который выглядел несколько старше своих спутников. — Этого же исправила. Александр тоже засмеялся, так что Уран просто не смог дальше хмуриться. Он посмотрел на сына. — Но вообще-то, он сильно преувеличивал в своих рассказах. На Викторию и Мэй я в жизни руку не поднимал. Перед девчушкой выставил меня сущим чудовищем, ей богу. — Ты им и был, — улыбнулся Александр. — Ещё и бросил нас всех, ушёл. — Чтобы не вредить дальше… То, что со мной было… Урана передёрнуло. — Может быть, здесь тоже Алерия постаралась? — с ноткой надежды в голосе спросил Александр. Но Уран вздохнул. — Не нужно оправдывать меня Алерией, прошу. Никак она на меня не влияла… Я сам рассудком помутился. Из-за чего не знаю, но что-то на меня находило в те минуты… Ладно, не важно. Кстати. А вы не думаете, что стоило найти того мальчика? Который погиб тогда. Может присмотрели бы за ним хоть. — В этом нет нужды, — улыбнулся Александр. — Тот мальчик ближе к ним, чем вы думаете. Ближе, чем они могут предположить… А ты чего притих, Стеф? Он посмотрел на мужчину и понял, что тот глядит на Франца. — Как он вырос…— проговорил Стефан. — И так похож на Кристу… И на Лану. Ты взгляни… — Одно лицо, — кивнул Уран. — Да и на тебя чем-то смахивает. Тот кивнул, но не ответил, наблюдая за племянником, явно польщенный таким сравнением. Этот человек был родным дедушкой Франца и звали его Стефан Редвуд.  Александр вдруг оглянулся. — Вы не оставите меня? Ненадолго. Уран посмотрел на него с лёгким недоумением, но исчез. Стеф так же пропал, пожав плечами, а рядом с Александром вдруг опустился Альберт. Разумеется, он не мог увидеть его, но Александр сына видел. — Я так люблю тебя, — проговорил он негромко. — Если бы ты знал, как я люблю и горжусь тобой. И мне очень жаль, что я провёл так мало времени с тобой. Может быть, мне следовало пойти с вами тогда? Но мне лишь хотелось защитить вас, не дать Алерии найти особняк… А если бы я пошел с вами — рано или поздно она бы нашла нас всех. Альберт вдруг повернул голову и посмотрел, как показалось Александру, прямо на него. Но Альберт лишь улыбнулся, глядя, как солнце садится за деревья. Александр собирался уже исчезнуть, как вдруг услышал слова Альберта. — Как же мне тебя не хватает, пап… Александр посмотрел на сына и поспешно растворился в воздухе. Он не был уверен, способны ли призраки плакать. Но в тот миг глаза его точно наполнились слезами.