Kiss my lips through the darkness

Холодный пот покрыл ладони, фриссон прошёлся от локтей до лопаток. Страх в который раз заставлял его безмолвно смотреть в глаза кошмару, это была идиотская привычка. Может, ему казалось, что остолбеней он посреди комнаты, то останется незамеченным, и свет свечи не заблестит в его зенице. Силуэт тем временем остановился на мгновение, контур огня в его глазах расширился, руки сжались в кулаки. По всей видимости, Венти стоит бежать, пока он не подумал о чём то похожем, как со входом на террасу поместья — «подойду, познакомлюсь, мы же видимся в первый и последний раз». До второго визита с такими мыслями можно и не дожить. Венти сразу понял, кто перед ним. Яркие красные глаза раскрывали сущность, а добавить к этому старое поместье посреди леса, жуткий холод в нём и собственную наивность — пазл собирается воедино. Его не раз пугали чудовищами, подобным стоящему перед ним. Эти рассказы были полны крови, ненависти и странностей. В какой-то мере каждому нравилось слушать истории полные загадок и ужаса, но видеть вампира вживую не входило в планы любого слушателя. — Ты пришла. Эти два безобидные слова перепугали Венти до чёртиков! Этот безразличный тон в дуэте с грамотным произношением показались не на шутку злобными в момент паники. А плавные движения тела, идущего в его сторону, вскружили голову — такой грациозности Венти ещё не видел. И больше не желал — как только это началось, он бросился прочь. Да только успел сделать всего два шага, как его схватили за руку и дёрнули на себя. Венти чуть было не закричал, выпустив первый визг изо рта, но всего секунда, и он удивлённо ахнул. Руки целовали. Обсыпали тыльную сторону ладони десятками теплых прикосновений. Венти не решался подать ещё какой-либо звук, поэтому в недоумении замер на месте. — Сегодняшний день тянулся дольше сотен проведенных ранее, ожидание на тебя было пыткой. И о чём это он? Сотни лет? Ожидание на него? Он минуту назад говорил о женщине, а сейчас — о нём? Венти запутался. Он взглянул в яркие красные глаза за ответом, и какого же было его удивление увидеть в них тревожность. — Прости меня. Я даже не представился. Моё имя — Дилюк Рагнвиндр, хозяин этого поместья, но если ты захочешь, оно будет и твоим. Венти попятился назад, когда понял, что хватка рук мужчины ослабла. Парень попробовал жестами показать, что ему пора, и он не хочет поместья. А что ещё можно сказать? «Господин вампир Рагнвиндр, можно я уйду без дыр на шее?» — было одним из первых вариантов. Венти не каждый день видит не то что вампира, он не каждый день видит новых людей, и не знает, что говорить. — Любовь моя, скажи хоть слово. Кажется, Венти скоро умрёт. — Вы перепутали… В тот момент, когда Венти ужаснулся первым словам хозяина замка, Дилюк первым словам гостя был неописуемо рад. Дилюк сжал ладони Венти в своих, ожидая продолжения. Алые волосы спадали от лица к груди, Дилюку приходилось опускать голову, смотря на «избранницу». — …меня с какой-то госпожой… Время, похоже, остановилось. Дилюк вскинул брови и открыл рот, выпуская острые клыки наружу. Венти уже испустил было дух, как услышал смех. — Ошибки быть не может, ты — моя любимая, как бы я тебя не узнал? — Господин, я, скорее, любимый. — Человек? Конечно. — Дилюк, прекращай этот цирк! Стоило смеху прозвучать из уст третьего лица, как глаза вампира запылали горячим цветом красных бриллиантов. Дилюк заострил клыки в порыве гнева и прорычал к незнакомому голосу над ними: — Ты обещал не мешать, иуда! — Не нужно вспоминать божьего апостола, я не предаю тебя. — Убирайся прочь, нам сейчас не до тебя. — Твоей названой подружке до тебя тоже нет дела. Венти всеми силами пытался освободиться от этого кошмара. Двери не поддавались, возможно, из-за старости, возможно, из-за кого-то, кто подобрал отличное время, чтобы закрыть их. Когда за его спиной ссора превратилась в молчание, он замер и сглотнул огромнейший ком в горле. — Пижон, ты знаешь, как унизительно бегать по лесу в теле кабана? — спросил незнакомый голос. — Выпустите меня! — Не знаешь. Такого и врагу не пожелаешь, с чем мой брат искренне не согласен, хотя сам и не думал попробовать. В глазах накопились слёзы. От безвыходности и непонимания, страха и ужаса Венти обронил слезу. Каждую секунду, пока она скользила по щеке, изо рта невидимого во тьме человека, говорящего откуда-то сверху, вылетали устрашающие своим тоном фразы. — Что ж, карты раскрыты, жертва убегает, а я голоден. Мы сможем обсудить все детали после того, как я перекушу. Внезапно возникшая тень дёрнулась, и её холодные руки обхватили шею. Возле уха послышалось хихиканье, которое окончательно выпустило из Венти все прячущиеся эмоции. Он рыдал, пока незнакомец слизывал его слезы и усмехался над ним. Бесполезные махи руками и топот не сдвинули мужчину ни на сантиметр, это только ускоряло ход его действий. Внезапная вспышка света заставила его остановиться и оглянуться, после чего Венти ощутил облегчение в области шеи. Рагнвиндр прижал незнакомца к стене слева от дверей, подсвечником надавливая на его кадык и тяжело дыша. Охрипший голос недовольно прошипел: — Ты знаешь, что я голоден! И теперь знаешь, что он не поможет тебе с родословной! Почему ты всё ещё о нём заботишься?! — Голод действительно сводит тебя с ума, раз ты до сих пор не понял, что я не собираюсь и дальше тратить своё время на поиски нового наследника. — Этот… Ты действительно не понимал, что он парень?! — Вон отсюда. После недовольного стона возле Дилюка засияла чёрная дымка, которая плавно вползла в щели стены, растворившись в поместье. Дилюк выдохнул и оглянулся. Его глаза не видели минуту назад стоявшего возле двери человека, но он хорошо чувствовал страх. На сжатом в руках подсвечнике тотчас запылали три свечи от одного лишь взгляда на них, глаза напряглись. Долго искать не пришлось: парня, который спрятался под столом и сжал колени, было отлично видно, иногда Дилюк мог отчётливо слышать всхлипы. Не долго думая, он направился к столу. — Прости за это. Дилюк присел на корточки и взглядом оглянул мальчишку на наличие травм, которых не наблюдалось. Венти даже не оглянулся, он всё ещё трясся от страха. Дилюк должен что-то придумать, чтобы успокоить его, показать, что его бояться не стоит… — Венти, я прав? Как часто ты видишь танцующие огни? Этот трюк он иногда использовал перед тем, как «поужинать». Языки пламени на свечах в этот момент начали кружиться в парах, подскакивать и дёргаться. Сперва Венти не особо заинтересовался таким глупым вопросом, но больше от вампира не следовало слов, из-за чего он повернул к нему голову и уже произнес букву «ч», забыв о продолжении «то». Всё его внимание забрали действительно танцующие огоньки. Ловкий свет игрался, во время танца выискивая себе пару и сливаясь с ней воедино. Венти даже не заметил, как приоткрыл рот от изумления. В рассказах матери о кровососах никогда не было слов о умении ими заставлять огонь танцевать. Однако параллельно к разглядыванию огней, он рассматривал и рыжего вампира. Острый нос, тонкие губы и брови, густые волосы, дорогая одежда. Воистину его вид напоминал человека статусом выше среднего. Если сейчас сравнивать внешний вид Венти: мокрая бежевая блуза, в местах прилипшая к спине, чёрный, поцарапанный ветками пояс и кожаные сапоги по самые колена, с видом этого монстра, то вовсе не понятно, кто тут сын графа. — Дашь руку? Здесь холодный пол, не нужно засиживаться, — Дилюк протянул ладонь. Сперва Венти не решался, оглядывался и мямлил что-то себе под нос, но со временем поднял руку. — Наверное, ты думаешь, что попал в ад. Но не стоит бояться моего сожителя. В прямом смысле. Дилюк посадил гостя на мягкий стул, а сам провел пальцами по столу и положил руку на бедро, отвернувшись к окну. — Ты знал, что вампиры питаются не только кровью? Мы можем чувствовать множество эмоций на больших расстояниях, а некоторые даже насыщают нас. Например, страх. Тот вампир, который набросился на тебя — обожает страх по вкусу. Венти на секунду задумался: если он перестанет бояться, то шанс стать высосанной сухой палочкой вырастет или нет? Но не похоже, что мужчина возле него теряет голову от его шеи или эмоций — почему? И был ещё один важный вопрос, который Венти решился тихо спросить, настолько тихо, чтобы Дилюк не зашипел в его сторону со словами закрыть рот. — Почему вы заперли меня? Дилюк как-то грустно выпустил из лёгких воздух, а после собрался и объяснил: — Знаешь, я долго наблюдал за тобой. В это время я верил неписаному правилу: когда один человек любит другого, другой обязательно должен тоже влюбиться. Я искренне верил, что ты девушка со специфичным вкусом в одежде. Конечно, это… Почему ты смеёшься? Я говорю серьёзно. Сперва Дилюку казалось, что парень снова начал плакать, но потом к нему дошло, что Венти хихикал со смеху. — Ну, дело было не только в одежде, ведь, насколько я знаю, парни ведут разгульный образ жизни, ссорятся с родителями, не ночуют дома и тому подобное. Но ты не совпадал ни с одним из пунктов… Мне казалось, ты сдержанная и тихая девушка. Смешок стих. Гробовая тишина надавила на горло, горькая правда опустила глаза. Как оказалось, Венти молча опустил голову на свои согнутые в локтях мокрые руки. В этот момент к Дилюку дошло, что он ляпнул лишнего. Он сразу начал вспоминать последний трюк, которым отвлекал жертву, но остановился на простой словесной поддержке. — Я тоже не веду разгульный образ жизни, с утра до ночи сижу тут и всегда сплю дома. Получается, что я тоже вполне себе мог бы прикидываться скромной девушкой. После этих слов Дилюк не чувствовал эмоции грусти около себя. — Ты спишь ночью? — Нет, но из-за тебя мне приходилось сбивать график. — И на это есть причина. — Да, мне есть, что тебе рассказать. Венти заинтересованно и молча взглянул на грудь Дилюка — он готов слушать. — Я не помню, когда родился на свет и каким было моё детство, но я отчётливо помню все тонкости бремени возложенного на меня. Я подлинный вампир, но для тебя объясню это как «чистокровный». Когда я нашёл тебя, то думал, ты та женщина, с которой я мог бы продолжить род чистых вампиров, но моя неосторожность давно плачет со смеху. Венти кое-что показалось довольно странным, он решил спросить: — Как бы у нас получились чистокровные вампиры, если я человек? — Один мой укус сделает тебя самым что ни есть чистым вампиром. — Если тебе так нужны дети, почему раньше не укусил кого-то? Венти уже не боялся ляпнуть лишнего, ведь он считал себя самым адекватным в этом доме. — Раньше всё было иначе. Несколько месяцев назад была убита моя племянница — последняя подлинная после меня. И это значило, что каждый нечистый вампир должен находиться лишь под моим присмотром. Моя семья была как королева в терновом венце вместо короны многие столетия. Ты понимаешь? — И мне бы пришлось тоже их контролировать? — Да, тебе придется. Венти нахмурил брови. — Тебе холодно, я разожгу камин, — Дилюк направился в конец зала. — Что? Что это значит? На полпути вампир остановился и не оглядываясь ответил: — Я спасу твою сидящую в клетке душу в обмен на столетние муки тела. — Что это за глупая фраза? Что ты знаешь обо мне?! — Венти давно встал и говорил довольно громко, из-за чего его голос эхом отражался от потолка. — Сядь! В глаза Венти ударила волна холодного воздуха. В ушах зазвенело, а ноги подкосились. Сверху в этот момент был слышен злорадный смех того самого незнакомого вампира, который с лёгкостью просачивался сквозь звук шипения и гудения. Когда Венти поднял глаза, то увидел распахнутые окна. Дилюк уже светил своими глазами возле него. Вены на его шее стали толще и синее, но непонятно что делало их такими: своя или чужая кровь. Он тяжело вздымал грудью и казалось, что ещё несколько таких вдохов, как все пуговицы на рубашке выпрыгнут от страха и покатятся кто куда. Успокоившись, Дилюк прошипел: — Не заставляй меня хотеть сожрать тебя. Венти попятился. В спину дул ветер, который указывал путь на свободу — к дверям. Несколько шагов, и он побежал на террасу, не оглядываясь перепрыгнул ступени и помчал по одной из узких троп. Пускай деревья нещадно давали ему пощёчины своими ветками, дождь мочил волосы, а ноги вязли в грязи — он не переставал бежать.