Kiss my lips through the darkness

Стекло тряслось с такой силой, как если бы буря пыталась прорваться сквозь него. Вазы и стеклянные украшения попадали с полок, карты помялись, а страницы книг зашелестели. Каждый предмет почувствовал на себе злость порыва ветра, всюду остался след холода. Треск деревянной рамы свидетельствовал о том, что окно окончательно распахнулось, тюль трепетала как сумасшедшая. Венти пытался отодвинуть мать, выкарабкаться из крепкой хватки, чтобы его догадки подтвердились. Он надеялся увидеть лишь одного из тех, кто умело превращался в чёрный дым, кто приходил в самый неожиданный момент. В долю секунды ветер стих, слышалось только как с крыши капают капли воды, и как тяжёлые ноги ступили на подоконник. Это был он. Мать Венти давно смотрела на гостя, но сына всё так же держала около груди, позволяя только дышать и брыкаться. — Не подходи! Скорее всего, никто подходить и не собирался, но мать была на волоске от истерики. В мгновение, когда она расслабила хватку и напрягла голосовые связки, Венти сумел высунуть голову из крепких объятий. За тканью вуали рыжие волосы пытались опередить своего хозяина и запрыгнуть внутрь, вслед за ветром. Чёрный, как всегда, элегантный костюм обтягивал мощное от злости тело, а эмоцию эту можно было прочесть ярко-красными глазами и нахмуренными бровями. В дверь с грохотом постучали: — Луиза! Венти, открой дверь! Что вы там делаете? В тот же момент послышался смешок из стороны окна, слишком громко прозвучавший в ушах: — Откроешь? Венти не сдвинулся с места. Сейчас перед ним стоит выбор, решающий его судьбу. Даже на тестовое задание ему давали больше времени, чтобы не допустить фатальных ошибок, но сейчас жизнь предоставила выбор между её продолжением и конечном счёте. Конец был сладок, нежен и быстр, в то же время сложен и опасен, а продолжение терпким, шершавым, но обеспеченным и безопасным. — Ты искусил моего мальчика! Ты чудовище! Демон… Пот выступил на женской спине, Венти отлично это чувствовал. Нежные материнские ладони превратились в кошачьи лапы, выпустив в плечи когти. Та всеми силами пыталась удержать около себя сына. Если она попытается открыть дверь, то может остаться без него. Её единственное дитя украдут. В дверь колотили всеми силами, но на происходящее в комнате это никак не влияло. — Иногда миру нужен монстр, — сухо ответил Дилюк. — Ты никогда не думала, что в каждом есть доля светлого и тёмного? Что же выбрала ты по отношению к своему сыну? — Ты ничего не понимаешь! Я ведь только… — Держала сына взаперти с самого рождения, — продолжил Дилюк. — Это ты хотела сказать? — Твой рот полон грязи! Не превращай благие намерения в грехи… Я хотела только… Луиза почувствовала, как по щеке медленно стекала солёная капля. Голос непривычно дрожал, сердце колотилось от ужаса. Ей не хотелось расставаться с глазами, так похожими на её собственные, звонким мальчишеским голосом, с родной кровинкой. Такого же мнения был и её муж, кричащий за дверью. Венти вытащил руки из хватки, после чего нежно повернул голову матери к своим глазам. Несколько секунд они смотрели друг на друга, но ни у кого не нашлось слов. Венти только поджимал губы в неудачных попытках. После немой паузы парень встал на цыпочки и оставил своими губами мокрый след на бледном лбу. Женщина поняла, что это может означать. В уголках её глаз снова выступили слёзы, а охрипшим голосом она попыталась перекричать грохот за дверью: — Не надо! Прости меня, подожди! Было слишком поздно, Венти давно выкарабкался на волю. Несколько шагов, и он возле окна. Капли изредка попадали на его лицо. Позади ревущая мать не могла смотреть на то, как её сына подхватывают за руки и до хруста в костях сжимает в объятиях вампир. Пускай ногами Венти не чувствовал пола, но губами давно примкнул к чужим. Он сделал свой выбор. На вид руки Рагнвиндра действительно могли переломать все кости в его позвоночнике, но сейчас в миг показались нежными. Одна поглаживала плечо, вторая, стараясь не придать дискомфорта, держала ноги. Пускай поза не была романтичной, но губы были самыми сладкими. Дилюк ни на секунду не прикрыл глаз, но Венти прямиком утопал под пыльным надзором. Глаза мужчины будто излучали неповторимое и манящее тепло. Всё было относительно хорошо до тех пор, пока разъярённый голос не прервал чувствительную минуту. — Что тут происходит? Венти от неожиданности резко повернул голову в сторону отцовского голоса. Оказалось, его мать открыла дверь. Отец поднял с пола свою жену, прижав её к себе. В ту же секунду Дилюк сделал так же по отношению к Венти. — Кто ты такой? Зачем тебе мой сын? Ответа не последовало. Отец холодным взглядом смотрел на то, как незнакомец сжимал его сына в интимной хватке. Ему было противно видеть, как Венти без возражений смотрит в его сторону свысока, без доли колебаний. — Если тебе нужны деньги — я дам! Чего ты хочешь? На мужчину смотрели монотонным взглядом, а лёгкая улыбка намекала, что сейчас эти предложения были скорее похожи на унижения. Именно поэтому отец решил сменить тон: — У меня десятки связей! Я найду тебя до утра! — Власть, действительно, превыше всякого, но я не тот, кто её боится. Венти… Парень поднял на Дилюка вопросительный взгляд. — Сейчас, боюсь, не самое подходящее время, но, всё же, — Дилюк сжал его ладони в своих, — могу я забрать всю твою жизнь? Венти понимал, что это означало. Если он будет долго думать, это может обидеть либо его родителей, либо Дилюка. Он отвёл глаза от груди вампира и взглянул на родителей. Мать захлёбывалась слезами, отец молча оскалился, не в силах держать эмоции в себе. Некогда эти люди подарили ему жизнь, учили его, наставляли. Венти ещё никогда не видел, как его мать рыдала. Этот момент навеки останется в памяти. Он смотрел на них в последний раз. Венти больше не боялся. Он откинул голову на плечо, но не в силах смотреть на родителей, сразу отвернул её. Мокрые следы от дождя появлялись на его лице в момент ожидания. Дилюк тихо извинился, после чего ветер резко ударил в лицо, боль от укуса почувствовалась всем телом. Будто разряд молнии ударил прямиком под кожу. Женский крик ужаса заставил выйти из секундного забытья, за ним послышался и голос дворецкого. Ноги Венти подкосились от нахлынувшего чувства усталости, но руками он крепко вцепился в рубашку Рагнвиндра. Дилюк не растерялся — молниеносно подхватил обессиленное тело, позволяя тому удобно держаться за него. Он старался сделать всё быстро, но менее болезненно. Сейчас было слишком мало времени на подготовку и сам процесс, дворецкий уже позвал охрану, и чуткие уши Дилюка слышали около трёх пар ног, поднимающихся по лестнице. Венти изредка хрипел или шипел от боли, иногда немного крутил головой и стучал по плечах руками, в надежде остановить сей болезненный процесс. Конечно, это ещё не самое ужасное чувство, которое он мог пережить, но сровнять это с чем-либо — не выйдет. — Хватайте его! В комнату ворвалось ещё больше людей. Крики, шум и страх заполнили комнату. Дилюк, будто под гипнозом, до последнего не подавал признаков заинтересованности в них, игнорируя. Конечно, сейчас его главной целью внимания являлся Венти. Тот, в свою очередь, побледнел до неузнаваемости, с кончика его губ текла струйка слюны, в глазах блестели слёзы. Шершавые руки охранников уже тянулись к ногам безразличной пары, и в момент, когда их голоса были максимально близко, в своих полуоткрытых глазах Венти мог видеть, как темнота заполняет всё вокруг. Это был чёрный дым, но сперва ему показалось, что он вот-вот упадёт в обморок. В какой-то момент его сердце заполнило бесценное чувство спокойствия. Дилюк больше не мучил его, а нежно целовал место свежего укуса. По плечу плавно текли несколько тёплых струек, но чужой язык быстро справился с ними, после чего было слышно, как Дилюк довольно облизывался и почти что урчал, словно сытый кот. Было подозрительно тихо. Странно, но кроме смены обстановки Венти больше ничего не чувствовал. И правда, когда он открыл глаза, перед ним развевались красные шторы, а уши улавливали шум мелкого дождя, который слышался из стороны открытых дверей балкона. Всё те же балдахин и догоревшие свечи, а главное — витающий запах роз. Дилюк шёпотом спросил: — Как ты себя чувствуешь? На удивление, обычно, но всё же что-то поменялось, например, желания на детальное объяснение у Венти не нашлось. — Нормально. Голос был сухим и охрипшим, как если бы он наглотался солёной воды. — Тебе выпал шанс перенести самую лёгкую форму перевоплощения. Ты знал, что укус подлинного вампира самый безболезненный? Дилюк осторожно подхватил его и уложил на кровать. — Я ничего не чувствую. — Бессмертие это не болезнь, но может передаться при укусе. Только ночью ты ощутишь все его прелести. Лицом Венти ощутил приятный холодок от поверхности постели. Одним глазом он наблюдал, как Дилюк мечется по комнате и закрывает шторами каждый просвет. Его фигура казалась до сумасшедшего привлекательной. Глаза слипались, а жар в груди бушевал как тысячи запертых в клетке бабочек. Дилюк медленно подошёл к постели и сел на край кровати. Венти хотел было подняться к нему, но Дилюк не позволил. Он сам лёг около него. — Жаль только, что ты никогда не сможешь увидеть, насколько тебе идёт красная радужка глаз.