Проклятие возлюбленных

В летний день, такой же теплый, как в Кении, Юта проснулся в другом мире. Это был прекрасный мир, лишенный полуразумных проклятий, ползущих по щелям каждой ржавой трубы и пустотелого кирпича на периферии его зрения. Он не знал, где находится, и, возможно, в той жизни, где он не встретил Годжо-сенсея, ему было бы все равно — он просто лежал на спине, глядя в чистое небо над головой и размышляя о жизни, которая была бескровной, безлюдной и безжизненной. Однако судьба распорядилась иначе, и в настоящем, где он узнал из прошлого, что можно остаться в живых, если продолжать защищать тех, кто нуждается в защите, Юта поднялся из круга заброшенных зданий и отправился в неизвестность. Первый намек на то, что он здесь не свой, был замечен по довольно явному отсутствию врожденной проклятой энергии у каждого прохожего, мимо которого он проходил. Внешность их была самой разной, многие совсем не похожи на его собственную, а некоторые даже явно нечеловеческой. Тем не менее, мужчины и женщины шли и разговаривали между собой — у странных существ была своя компания. Эти странные существа не были проклятиями, гармонично вписавшимися в общество; Юта не ощущал врожденной злобы, присущей всем проклятиям, с которыми он сталкивался раньше — особенно за последние два года, проведенные им в качестве мага. Рика-тян, постоянно находившаяся рядом с ним, все это время была молчалива, но любопытна, терпеливо ожидая его слов и подтверждений, чтобы исследовать окрестности. В конце концов они прошли мимо магазина сладостей, и ее тень задрожала от волнения. Проклятые не питаются так, как смертные; это не мешало Юте устраивать с ней пикники, как в детстве. — Юта… — раздался искаженный голос Рика-тян, когда они проходили мимо магазина одежды, представленного манекенами в красивых платьях. — Мы можем увидеть их позже, Рика-чан, — мягко сказал он ей. В ответ на его обещание губы искривились в ласковой улыбке. За время обучения Юта хорошо освоился с работой за завесой. Их работа в качестве скрытых защитников была само собой разумеющимся делом на благо мирных жителей и самих шаманов. Это было популярным обсуждением в обществе, не считая того, что завеса еще и выкуривает проклятия, как насекомых под лесным пожаром, но традиция сходилась на том, что чем меньше внимания привлекается, тем лучше, потому что никому не нравилось отвлекаться на подсчет трупов перед слетающимися на них стервятниками. Поэтому яркий взрыв стал для него легкой неожиданностью, заставившей схватиться за рукоять меча, завернутого в обычную пурпурную ткань. Проклятия могут быть невидимы для обычных людей, но ущерб, который они приносят, несомненно, реален. Странно, что бой происходит так открыто, подумал он, — как-никак, спасенная жизнь — это еще одна прожитая жизнь. О подробностях он расскажет потом. Мышечная память сменила непринужденную позу Юты на осторожность — он легкими шагами направился к месту клубов дыма и разбитых мостовых. Рика-тян вибрировала от возбуждения. Ее любимым цветом всегда был красный. Юта, признаться, не торопился добраться до места назначения, которое находилось в сотне метров от него. Этого времени хватило, чтобы вторая подсказка раскрылась: с крыши дома неподалеку на него набросился мускулистый блондин в обтягивающем костюме. — Не бойтесь, — героически прокричал он, — ибо я здесь! — Неведомая энергия, казалось, окутала его кулак, прежде чем он ударил прямо в шлейф разрушений, и тогда Юта заметил сомнительного вида человека, стоящего по колено в цементе. — Будь ты проклят, Всемогущий! — с досадой воскликнул он, подняв над собой зеленый щит. Но это было бесполезно, так как удар Всемогущего без труда пробил его насквозь, раздробив на тысячи мелких кусочков. Полицейские сирены выли все ближе и ближе, машины с визгом останавливались, устремляясь к месту происшествия, чтобы поставить заслон, защищая мирных жителей, получивших от осколков максимум полуглубокие царапины. Интересно, — подумал Юта. — Где я? — спросил он вслух. И действительно, где он был — надеюсь, в Японии, поскольку все говорили с ним на одном языке. Отвлекаясь на толпу, болеющую за Всемогущего, Юта смог ускользнуть незамеченным. Здесь ему было не место.