Нежные лучи рассвета

Глубокая ночь. Волшебное время, когда природа погружается в тишину и спокойствие. Воздух наполнен ароматом трав и цветов,  бриз создаёт лёгкий шелест волн. Вдалеке еле уловимый крик ночных птиц и шум прибоя. Всё вокруг погружается во тьму, словно окутываясь с головой в одеяло. Лишь на небе сияют яркие звёзды, которые создают магический ореол над лесом. Всё готово. Лодка есть, никто ничего не подозревает (пока что), план просто безупречен! Только вот... Где Стид? Проспал? - Навряд ли... Заблудился? - Возможно... Стоит немного подождать. Он не уйдёт без Стида, он его дождётся. В любом случае он же мог просто задержаться где-то, а если что-то случилось? Вдруг его поймали? В голову Эдварда лезут только дурные мысли, ощущение тревожности и беспокойства не дают сидеть на месте, и в попытках отвлечься, заверяя что всё будет хорошо, делает всё что угодно, лишь бы скоротать время тяжёлого ожидания. Перламутровый рассвет озаряет все вокруг, отражая свои лучи в зеркальной глади воды. Уже наступает ранее утро. Солнце медленно поднимается из-за горизонта, окрашивая небо в яркие оттенки пастельно розового, оранжевого и фиолетового цветов. Уже пора отплывать, скоро начнут подозревать что-то неладное. Эдвард начинает думать что, что-то пошло не так. Времени на поиски уже нет... А, если это его выбор? Остаться здесь - со своей настоящей семьёй. Но, разве нельзя было бы прийти и сказать об этом прямо? Вместо того чтобы оставлять наедине с терзаниями. Стид не из тех неучтивых людей, которым всё равно на чувства других, он не такой, Эд знает это, тогда почему..? От этих мыслей Тич чувствует будто его предали, хотя, может так оно и есть? Кровожадный пират, Кракен, нещадяший никого, даже собственного отца, сам Чёрная, мать его, Борода чувствует беспомощность! Он не знает что делать. Ничего не остаётся кроме, как сесть в лодку и уплыть одному. В сердце щемит, грудь болезненно сдавливается, а в горле неприятно колит, воздух словно стал тяжелее и дышать стало труднее. Беря в руки вёсла, начиная грести уплывая от причала всё дальше, сначала медленно, глазами вглядываясь промеж деревьев, в надежде. И по мере отдаления опуская потухший взгляд... – Эдвард! – крича шёпотом, пытается окликнуть Тича Стид. Рассвет, лодка, двое. Что может быть романтичнее? Они одни, вдвоём, и их не интересует ничего кроме друг друга. Они отплыли достаточно далеко, подальше ото всех, им стоит поговорить с глазу на глаз, ведь такой подходящей обстановки может больше и не быть, когда только водная гладь сможет услышать их душевные раны, унеся их далеко-далеко. Вода легонько качает лодку, ветер нежно обдувает их лица. Эд держит за мягкую, тёплую руку Стида, крепко и в то же время лаского, насколько только мог, в силу своей грубоватой кожи от мозолей, будто если отпустит то, потеряет его навсегда. Только ему было дозволено видеть Чёрную Бороду таким – "помятым" и измученным жизнью. Эд знал что может верить Боннету, может проявить перед ним слабость, он доверяет ему и рядом с ним чувствует себя в безопасности, он может открыться ему, рядом с ним – он свободен. Стид в свою очередь понимал, что Эд не всегда может быть грубым и жестоким, как писали в книгах или рассказывал в байках Пит, что это не всегда так. Стид старался поддерживать его и помогать ему в трудные моменты, быть опорой. Они молчали несколько минут, затем Эд прервал тишину: – Что случилось? Почему ты не пришёл вовремя? – немного хриплый, дрожащий голос, может от холода, а может по-другой причине, но он выдавал беспокойство. – Ох, я... Прости... Просто, Найджел, брат-близнец того, кого я у-убил. Он попытался мне отомстить, и... – Отомстить? То есть убить? Что значит просто?! Да, нихера не "просто"!! – голос стал напряжённее, в глазах читалась ненависть. За мгновение один человек будто сменился другим. Мышцы напряглись сдавливая руку возлюбленного. – ДА Я ЕГО В ПОРОШОК СОТРУ, ДА КАК ОН... – пыл остыл, как только в осознание пришло что, перед ним сидит живой Стид. Но, злость никуда не ушла. Он был зол сам на себя за то, что не мог хоть как-то помочь Боннету. –Думаю, в этом есть моя вина... Я не должен был оставлять тебя одного. Боннет, видя как его друг подавлен, начинает чувствовать грех за это, садится рядом, приобнимая свободной рукой того за плечо, слегка наклоняя его тело в бок, и нежно целуя в щетинистую щёку. Прикосновение слегка пухлых, мягких губ, даёт понять что всё хорошо, оно успокаивает. – Всё хорошо. Я здесь, рядом с тобой - цел и невредим. Голова Эда падает на плечо Стида, расслабляясь на нём. – Что произошло дальше? Ты убил его? – голос становится прежним. – Не совсем... Он споткнулся, когда начал приближаться ко мне, выставив пистолет вперёд и уже намеревался нажать на курок, но в итоге выстрелил в себя, тем самым у-убив. Но, формально я являюсь причиной его с-смерти... Видеть смерть человека своими глазами, тем более уже дважды, – ужас, который невозможно описать словами. А, особенно для нашего "крошки" Боннета. Ты не знаешь, как помочь, как остановить этот кошмар, и ощущение страха пронизывает тебя насквозь. Пускай Эд привык к убийствам, глядя, как жизнь покидает тела людей. Ему, казалось, было всё равно на них, и смерть стала для него лишь повседневным актом насилия. Но, для Стида всё находилось в другом измерении. Дважды пережить столь жуткую потерю постигло его как непомерный удар, которым нельзя оправиться. И всё же Стид не мог позволить себе оставаться связанным этими мучительными эмоциями. Он должен был найти силы справиться с болезненным прошлым, вырваться из его крепкой хватки и продолжить жить дальше – с самым важным человеком в его жизни. – Ты не виноват. Он заслужил это. – твёрдо говорил Эд, положа свою руку на щёку Стида и поглаживая её, подушечками своих пальцев смахивая заблестевшие глаза от наворачивающихся слёз. Тич чувствовал мягкость кожи человека, сидящего рядом, в этот момент он понимал, что Боннет был единственным кого он хотел касаться. Время словно остановилось, проблемы ушли на второй план. Они наслаждаются этим моментом, понимая, что ничто не может быть прекрасней, чем быть вместе. Их сердца бились в унисон, понимая, что их любовь - это самое важное что у них есть. Их лица стали ближе. Эд спустил руки на  талию Боннета. Стид же, в свою очередь обвил руками его шею. Губы плавно дотрагиваются, мягко касаясь друг друга. Движения легки и ласковы. Чувствуется деликатная нежность, страсть медленно начинает возрастать, охватывая их обоих. Постепенно увеличивая напор, кусая нижнюю губу, поцелуй становится более интенсивным, проникая языком глубже. Их тела соприкасались, тепло расходилось по всему их телу. Весь мир исчез вокруг них, они сливаются воедино, погружаясь в безграничные эмоции и страстное желание друг друга. По мере того, как момент наслаждения тает, они нехотя разрывают своё объятие, они смотрели друг на друга влюбленными глазами, в которых видно яркое свечение, свидетельствующее об их глубоких чувствах. Этот любовный взгляд наполнен радостью, восхищением. На их лицах появляется улыбка, сияющая и тёплая. Это улыбка, которая говорит о том, что у них есть нечто особенное друг для друга, что они пройдут через любые испытания - вместе. Лишь нежные лучи рассвета озаряли их обоих, будто уделяя внимание только им. – Ты - мой маяк. – А, ты - мой Кракен.