***
Время уже перевалило за 7 утра, а Костя только собирался уходить. Владу Плотникова отпускать никак не хотелось. Они проболтали с 11 вечера до утра! Ни с кем юноша ещё так не общался. Так открыто, так заинтересованно, так по настоящему - Кость, можешь со мной лечь, вместе поспим, - предложил Коноплев. Н-да, сомнительное предложение, тем более незнакомцу. Но Коноплев идёт против стереотипов, он ж этот, панк. Да и Костя уже не был незнакомым. Все прекрасно! Да и если окажется, что Плотников маньяк, то юноша будет даже не против. Лишь бы остаться с мужчиной ещё хоть на несколько мгновений. - Влад, я же в соседней квартире живу. Но если ты не против, Schön*,- и опять эти немецкие слова! Влад уже бросил гадать о чем говорит Плотников, используя немецкую речь, а просто наслаждался этим рычащим акцентом. - И что, что ты пососедству? - аргумент. Оба легли на кровать, деля один небольшой плед на два тела. Сначала Костя перетянул на себя одеяло, потом Влад, потом снова Костя. И так несколько раз. За окном уже почти светло, а парни всё ещё делят это злосчастное одеяло. В конец концов, Плотников накрыл этим пледом себя, прижал к себе белобрысого, которого так же укутал в плед. Идеально. Что именно идеально? То, что Коноплев впервые почувствовал что-то кроме безразличия и холода. Он впервые за долгое время почувствовал тепло, комфорт и уют в компании, казалось бы незнакомого человека. Костя был слишком родным для незнакомца***
Проспали бы ребята ещё долго, если бы не телефонный звонок. Звонили Плотникову. - Сколько?! - невольно переходя на крик удивился мужчина. Влад, только проснувшись ни чёрта не понимал. Почему Костя орёт? Почему Костя и он лежат в одной кровати? "Пидорасы" - прошептал внутренний голос. - Кость, а че произошло? Че орёшь? - сонным, слегка хриплым, не отошедшем ото сна голосом промямлил юноша. - Я опоздал! - крикнул мужчина и со скоростью света и с молитвою в придачу убежал в свою квартиру, путь к которой младший решил открыть добровольно. Решив сейчас Плотникова не расспрашивать, Коноплев тоже понял сколько время. 13:34 В такое время на работах все кипит. А мужчина, который скорее всего тоже работал обычно в такое время, а тут он спал спокойно с белобрысым. Зашибись. "Из-за тебя у него проблемы" - мерзкий внутренний голос. Этот голос появляется всегда и везде. В любой ситуации. Абсолютно.***
- Влад, иди сюда, - приказом тоном выкрикнул отчим с кухни, где они с мамой сидели и пили чай. Влад же в свою очередь тихо отсиживался в своей комнате и вспоминал минувшую ночку. Хорошо ж с Костей было! - Иду, - недовольно буркнул юноша. Зайдя на кухню, Коноплев удивился: за столом сидел Костя. Как там говориться? "Вспомнишь солнце, вот и лучик "? Ну вот, такая же ситуация наглядно! - Знакомся Влад. Это - Константин Андреевич Плотников, твой репетитор по немецкому языку, - заявила мать. "ЧТО БЛЯТЬ?! " - в этот момент юноша был полностью согласен с голосом. - Приятно... Приятно познакомиться, Константин Андреевич, - промямлил ели как белобрысый. Мужчина хитро улыбнувшись, подмигнул юноше. - Константин, наш мальчик совсем не силен в немецком языке. Мы бы хотели это исправить. Пока он не ходит в школу, не могли бы Вы с ним позаниматься? - вежливо попросил отчим. - Нечего, я с вашим мальчиком поработаю, - это слишком не правильно звучит. Или Владу так показалось?***
- Господи, Влад! Неужели так сложно понять, что когда я говорю "Du hast" не надо петь мне продолжение песни! - вскипал Плотников, смотря на довольную рожу юноши. - Нет, Кость, нельзя, - максимально спокойно изрёк Коноплев и продолжил напевать песню и постукивать тонкими пальцами по столу в такт. - Не "Кость", я Константин Андреевич, - строго произнёс репетитор. Константин Андреевич, а вы гей? - слишком нагло спрашивает Коноплев. Сверкает глазками и хитро щурится, словно лисица. Определённо очаровательный парень. - По мне не видно? - отвечает старший вопросом на вопрос и приподнимается с кресла, ччто было любезнг предложено хозяином квартиры. - Или хочешь проверить? - хитро улыбается. - Да, - смело выпали Влад. - Мы с тобой ещё поговорим, Schön, - подмигнул и ухмыльнулся. - А сейчас мы вернёмся к злосчастному глаголу, - с грустью и усталостью проговорил Константин.***
Из комнаты юноши доносились крики на немецком. Всё ясно, Коноплев уломал Плотника сыграть одну песенку Rammstein. Ага, одну, бойтесь. Играют они уже половину альбома. И ничего. И Косте хорошо, и Владу. На колонке играла вступительная часть трека 《Sonne》, и парни во всю подпевали, считаю на немецком от одного, до девяти в унисон. После, резкое изменение звука со спокойного в дикий. Белобрысый играл на воображаемой гитаре, а Андреевич схватился за такой же воображаемый микрофон. Горланя вырученные текст наизусть, парни пропели всю песню. На последок, Коноплев решил добавить немного "огонька" в свое "выступление " и прыгнул на Костю, желая повиснуть на его шее. Так и сделал. Разбежавшись настолько, насколько позволила площадь комнаты, юноша подбежал и прыгнул на Плотникова. Костя поймать-то поймал, а вот только не удержал и свалился сразу же вместе с Владом. Оказались на полу. Ну не совсем так. Костя на полу, а Коноплев на Косте. Улыбнувшись такому расскладу событий, юноша приподнялся и слегка заерзал. Сильно видимо захотел проверить гетеросексуальность репетитора. Вот он и пошёл на радикальные меры. - Что ты делаешь, kleiner Perverser*?- с едва видимой улыбкой произнёс Плотников. - Ихь либе ду, - кое-как сказал юноша. - Ich liebe dich, глупенький, - улыбнулся и прильнул к губам юноши. - Вообще похер, я тебя люблю, - прошептал Коноплев в поцелуй. - И вообще. Во всем виноват Rammstein, - прошептал Костя и вновь прильнул к