Open your eyes

У Мина болит голова, а сейчас только два часа дня. Все мысли сплелись в один ком, не давая нормально существовать. Пока его сотрудники возвращаются с обеда, готовясь к предстоящим делам, Юнги лишь массирует себе лоб и виски́, надеясь дожить до сегодняшнего вечера. Мин Юнги — успешный бизнесмен, что упорным трудом возвысил себя на третью строчку в Forbes, став одним из самых богатых людей Южной Кореи и Восточной Азии. Мужчина блистал на обложках известных журналов, появлялся на отечественных телеканалах, жертвовал деньги в фонды по борьбе с онкологическими заболеваниями, детским домам и другим фондам. В общем, репутацию себе он создал блистательную. К нему не было никаких вопросов, а все тайные и темные секреты, которые есть у каждого, были заперты на железный замок, ключ которого висел на шее у Юнги. Сейчас мужчина работает над крупной сделкой с новыми партнерами из Китая, с которыми Юнги хотел работать. Их компания застраивает весь Китай и постепенно расширяется на Евразию и другие страны Азии. Крупная сделка с китайской компанией не то чтобы озолотит Мина, но точно пополнит его личные финансы. Именно поэтому сейчас мужчина терроризирует весь персонал, чтобы те не дай бог ничего не упустили и не испортили. Особенно Мин запрягает финансистов, юристов и еще пол-компании — конечно же понимая, что в случае удачи он выдаст всем премию как хороший и справедливый начальник. В тихом помещении раздается писк, после которого звучит голос секретарши. Е Джин — умная и компетентная сотрудница, что выполняет свою работу на отлично. Она ни разу не подводила Мина, а в стрессовых ситуациях оставалась в разуме, подбадривала своего начальника. Юнги дорожил ей как сотрудницей. — Господин Мин, к вам начальник Со с секретарем. Можно? — Да, Е Джин, пригласи их. Со Богён и Ким Еннам — именно они работают с новой приобретенной землей господина Мина, что выкупил себе в собственность около тысячи гектаров земли с жилыми частными домами. — Господин Мин, — мужчины согнулись в уважительном поклоне, а после по велению Юнги сели на кресла, стоящие около стола мужчины. — Господин Мин, мы выполнили ваше указание, оповещая жильцов домов. Мы договорились почти со всеми. Мужчины невольно переглянулись. Они давно работали в «Nuneul tgo company», которая принадлежит их директору, поэтому знали его нрав и предпологали реакцию. Вывести его на крик достаточно тяжело, но проверять не хочется. Еннам передает двумя руками полную папку, на которой большими буквами было написано: Пак Донхен. Мин дернул бровью, ухмыляясь, а после серьезно смотря на мужчин. Он открыл папку, где на первой странице красовалось большое лицо с хитрыми лисьими глазами самого Донхена. Юнги перевел взгляд на текст, внимательно изучая документ. Фамилия — Пак. Имя — Донхен. Полных лет 47 Работает на рынке продавцом рыбы более пятнадцати лет. Разрешение на ловлю и продажу рыбы отсутствует. Семейное положение: вдовец. Есть сын. Наблюдался год назад в наркодиспансере Покойная жена: Фамилия —Пак. Имя — Сумин. Возраст на момент смерти 39 лет. Была найдена 29 сентября в парке, расчлененной по седьмому позвонку, отделяющему ноги от груди. На лице были обнаружены разрезы, проходящие от краев губ до ушей. Глаза выколены. По результатам экспертизы жертва была изнасилованной. Общий сын. Фамилия — Пак. Имя — Чимин. Полных лет 19. Учится в старшей Сеульской школе на отлично. Друзей и отношений не имеет. Пак Чимин является интерсексуалом, может иметь детей. К каждому из членов семьи прилагалась фотография. Юнги внимательно изучал каждого из членов семьи, но взгляд остановился на сыне Донхена, Чимине. С фотографии на него смотрел мальчик с напуганными глазами, темными, как крыло ворона, волосами, пухлыми щечками и полными персиковыми губами. Мальчик был не только полностью в его вкусе, но еще и являлся интерсекс-персоной. В их мире это было большой экзотикой, но такие парни имели матку и могли выполнять детородную функцию без осложнений. Таких мальчиков часто можно было встретить в эскорте. — Почти? И что же не так с Пак Донхеном? Вы не смогли договорится с простым рыбаком? — Юнги был немного раздражен. Его подчиненные не могут справится с прямыми указаниям, и конечно, это не может не злить. — Господин Мин, он отказывается платить в любом случае. Говорит, что ни в коем случае не станет платить налоги… Кхм… — мужчина тактично замолчал. — Не станет платить налоги…? — директор вопросительно поднял бровь, понимая, что явно ничего хорошего он не услышит, но он должен знать, с кем будет иметь дело. — Платить «лживой, гнилой грязи, что не достойна его внимания». Что нам сделать, господин Мин? Попробовать еще раз или отправить повестку в суд? Директор задумался. Нет, точно не повестка. Его интересует мальчик, поэтому Юнги сможет договориться с Донхеном. Мужчина нажимает на красную кнопку на своем телефоне. — Е Джин, отмени, пожалуйста, на сегодня все встречи. Я уезжаю по личному расписанию.

***

Участок земли, который выкупил Юнги, был достаточно привлекательным. Частные дома, что стояли на нем, были ухоженными, часто можно было встретить маленькие садики во дворе дома, гладкий и чистый газон. Около некоторых домов был даже частный бассейн, что не могло не радовать глаз Юнги. Но были и другие дома. Старые, ненужные, грязные. Дом Пака Донхена был таковым. Трещины ползли по дому, где-то была видна плесень, но то, что увидел Мин, даже удивило его. Во дворе дома рос сад, словно его телепортировали сюда. Дорожки чистые, окна светлые и прозрачные, а в самом саду растут самые разные цветы — яркие лилии и пионы сразу бросались в глаза. Директор сначала поморщился от внешнего вида дома, но после, заметив красоту во дворе, вскинул бровь. Неужели кто-то из них двоих занимается садом? Когда Мин позвонил в дверь, понял, что замок не работает, и постучался. Прислушавшись, он услышал мат и неторопливые шаги. Дверь ему открыл сам Пак Донхен. — Кто вы и что вам нужно? — сиплым голосом послышалась со стороны Пака. Юнги внутренне закатил глаза — ни здравствуйте, ни до свидания, ну что за воспитание? — Или вы опять от этого директора? Я сказал вашим шалопаям и тебе скажу, что ничего подписывать я не… — поток слов Донхена остановил жгучий взгляд Юнги, который просверлил его насквозь. — Еще раз я услышу, как вы отзываетесь о моих сотрудниках, я снесу ваш сарай моментально, а после о вас пойдет такая слава, что вас не то что в квартиру, вас в будку к собаке не пустят. Я понятно изъясняюсь? Мин Юнги, как директор, который дорожит своими сотрудниками, ненавидит, когда какие-то идиоты вроде Пака оскорбляют его коллег. Мужчина уже был зол, поэтому сразу перешел к делу. — Вы отказали моим сотрудникам в оповещении о платеже земельного налога, и у меня есть два для вас выхода. Либо я сношу ваш дом и больше не разрешаю жить на моей земле и закупать квартиру в строительных компаниях, которые со мной сотрудничают, либо вы оплачиваете налог. Но тем оплачиваете, что впечатлит меня и я это с радостью приму, потому что ваши жалкие деньги меня уже не интересуют. Лицо мужчины напротив изменилось с грубого на удивленное и униженное. Обдумать предложение ему не дал звук, будто что-то разбилось. Его глаза сразу покраснели, а кулаки сжались, готовясь к удару. Из-за спины Донхена появился мальчик с напуганными до ужаса глазками и дрожащей губой. — От-тец, прости! Минни не хотел, Минни очень жаль! — мальчик, который, видимо, и являлся Чимином, сейчас дрожал от ужаса и страха перед отцом. Чимин и правда заинтересовал Мина. Мальчик был невысоким, примерно по ключицы мужчине, у него были подкаченные ножки, стройное подтянутое тело, а ягодицы… Мин будет спорить, если кто-то скажет, что это ничем не привлекательная задница. Но самое интересное, это то, что Чимин говорит о себе в третьем лице. Юнги встречал такого рода поведение, но он не уверен, что поведение Чимина связанно с его предположением. Донхен же громко задышал, а после, глянув на Мина, усмехнулся и сказал. — У меня есть чем вас удивить, мистер Мин…