Братик

- Неистовый зверь, мой повелитель! Моя колыбель – твоя обитель! – сладкий голос четырнадцатилетней блондинки раздавался из динамиков караоке, пока она сама распевалась в ещё закрытом кафе. – И ты уже решил, что будем делать всё наверняка! Плохая Девочка! - Я заплачу тебе бабки, только поменяй песню. – Драгнила уже трясло, и он пытался запить нервы алкоголем. – Пожалуйста. Я так больше не могу. - Детки подросли. – съязвил брюнет, наклоняясь к замученному братцу. – Рёбра и бёдра уже не запихать в пацанскую футболку и джинсы? За тобой уже вещи не донашивает? - Издеваешься? - Немного. В основном злорадствую. - Чего тут злорадствовать?! - Потому что я тебе это говорил с самого начала!!! – с этими словами Гажил тупо поставил перед Нацу бутылку и зарычал в лицо. – За счёт заведения! Ты – идиот, и увы, это ты не отработаешь! - Вот что мне с ней делать?! - Внимательно следить, чтоб её не трахнули в переулке… Ну и самому лишний раз судьбу не испытывать… Она полезла на пилон? - Куда она полезла?! - Голову выше! – Леви чётко и уверенно выполняла роль надзирательницы, пока Люси отработанно до совершенства заскочила на пилон, демонстрируя шикарный шпагат. – Тётушка хорошо тебя натаскала. Прогресс на лицо, и ты стала заметно увереннее держаться на шесте. Гажил, включи музыку, а ты, Люси, покажи класс! И Люси показала выступление, которое было не стыдно показать в баре за место сегодняшнего выступления Леви. Тренированное тело, отработанные движения, она танцевала так, словно всю жизнь провисела на пилоне, а Гажил лишь тоскливо вздохнул: - Ну вот почему ей нет восемнадцати? - Не знаю, каким «балетом» они там занимались… - сквозь зубы рычал Драгнил. – Но у меня есть несколько вопросов к этому хмырю и его супруге. - Надо же! – издевательски фыркнула Леви и забрала у Гажила морковный сок. – Так говоришь, словно это его вина. - А чья?! - Ты очень удивишься. – девица посмотрела Нацу прямо в глаза и выдохнула в самое лицо. – Твоя, и ничья больше. - В смысле?! – надо признать, Нацу и впрямь опешил. – И как же я на это повлиял?! - А ты хочешь узнать? А я тебе расскажу! Нацу, знаешь, первая модель взаимоотношения полов у ребёнка появляется в детстве. Иными словами, дети копируют поведение старших. Уловил суть? - Если честно, не очень. - А теперь вспоминаем, дорогой Драгнил, с какими шлюхами ты таскался и к каким «девочкам» бегал по ночам! – парень хотел было что-то возразить, но в один момент осознал услышанное и просто словил пробку, чего Леви и ждала. – Вот, мыслительный процесс пошёл. Вспоминаем, в какой среде выросла твоя сестра. Отец – алкаш и брат – наркокурьер. Первому тупо не давали, второй – конченный потаскун, что бегал по тупым и ярким. К счастью или нет, Люси пересекалась и с другими сомнительными личностями, с не самым нормальным жизненным укладом, но основополагающую установку, что баба должна быть «бомбой, которую все хотят», мой дорогой мальчик, в её золотую голову заложил ты, а не Акнология. Ну а если совсем коротко и просто: меньше по блядям скакать надо было, того глядишь, и сестра бы не выросла шлюхой! - Я однозначно возьму её на работу в восемнадцать. – тоном прошаренного профи выдал Рэдфокс, глядя, как Люси ловко крутится на пилоне, минуя все законы физики, под стать обеим своим наставницам. – Интересно, меня зажопят, если я скажу проверке, что она совершеннолетняя? - Только через мой труп. – прорычал Нацу и поднялся с места. – Люси, пошли домой! - Я приду через пару часов. – как само собой разумеющееся выдала блондинка. – Ирен сказала, что я должна много тренироваться, чтоб не потерять результат! - Я бы по базарил с Ирен… Но не в курсе, кого из них двоих боюсь больше. – нервно закурил Нацу. – Короче, я приду за тобой через два часа! - Я сама дойду! - И это тоже только через мой труп! На самом деле, слова Леви основательно засели во взбалмошной голове. Образ Люси был просто идеален, именно таких девушек Нацу всегда предпочитал, однако одно дело, когда подобную красавицу снимаешь на вечер, а другое – когда за неё не прочь заплатить уже тебе… И это твоя сестра… И ей четырнадцать… Твою мать. Помимо шикарного вида у милой белёсой булочки появилось и своё мнение, на пару с гонором, который вложил в неё уже Драгнил, и ещё никогда прежде так сильно не жалел о содеянном. Когда они шли по улице на неё оборачивались все мужчины от мала до велика, но воистину братский пердак загорелся, когда они пришли в ресторан. Вообще Нацу не таскался по таким местам. Нет, ему не было жалко денег, он просто не знал, как находиться за столом, где скатерть дороже всего, во что ты одет. Однако, внутренний голос тихо шептал, что, если этого не сделает Драгнил, за другим «спонсором» дело не встанет. Люси, казалось, даже сидя в пододеяльнике поверх братских семейных трусов будет смотреться в этом месте просто идеально. Но всё же оделась она под стать брату, чтобы того не сильно смущать, хоть это было и нереально. Изумительный белый сарафан в пол, белые босоножки и огромная шляпа от солнца. Изящный бюст подчёркивался не только великолепным декольте, но и изящностью линий. Проклятый портной не дал Нацу и шанса нормально поесть, отбивая весь аппетит из-за стремительного отлива крови от желудка куда-то в сторону паховой артерии, и, кажется, только сейчас Нацу понял всю прелесть ресторанов. Когда ты приводишь вторую половинку в столовку по типу фастфуда, туда сваливает весь сброд, кому нужно быстро и дёшево, а потому Драгнил боялся даже представить, сколько бы кофе и пирожков было бы от соседних столиков в качестве комплимента. В этом плане ресторан – сосредоточение дико богатых и культурных, а потому терпеть пришлось только тоскливые и немного укоризненные взгляды. Первые – в адрес Люси, вторые – в сторону кроссовок Саламандра. Официант обслуживал этот столик, словно благородная леди привела в ресторан собаку на передержке. Читая меню Нацу пытался просто понять слова, которые там были написаны, пока Люси умело и отработанно делала заказ. Горячий шоколад с мускатным орехом, кролик с трюфелями и десерт Павлова. Из всех этих слов старший брат понял только «кролика», а потому заказал себе шашлык и пива, чтоб на столе было чуть больше знакомых продуктов… И тут Нацу допустил страшнейшую ошибку! Он спросил, какое пиво у них есть. После пятиминутной лекции о зёрнах и технологии, Саламандр смог выжить только два слова «тёмное нефильтрованное», а Люси лишь тактично добавила «принесите что-то на своё усмотрение». Наверное, это было очень вкусное пиво, но Нацу пытался изо всех сил сконцентрироваться на лице своей сестры, однако сила притяжения то и дело тянула взгляд вниз на идеальное декольте. И без того невысокий градус упал в ноль, когда Нацу принесли счёт, и он снова вспомнил, почему не ходит в такие места. Прикинув в голове стоимость костюма, еженедельных походов в ресторан и прочих мелочей, спонсор вдруг осознал, что бабы – это нереально дорого, а они даже не дошли до развлекательной программы! По плану была прогулка по парку, поход по магазинам и намечалось кино. Господи, к чёрту силы, дай денег!!! Под конец дня спровадив свою ненаглядную сестричку в квартиру, и точно убедившись, что она спит сладко и крепко, Нацу направился в новую хату, где с упорством шестнадцатилетнего пубертатного девственника, забыв про сон и голод, начал готовить хату к заселению! Что делать с Люси он не знал, но нарядить ту в паранджу совесть не позволяла. В конце концов, эти коррективы надо было вносить пару лет назад, причём в своё поведение, так что теперь действуем по обстоятельствам! За сколько можно закончить ремонт в двухкомнатной квартире? Вот Нацу удалось за три недели установить мебель, поклеить обои, провести все необходимые косметические вещи и при этом не сойти с ума. Вот и хорошо, сейчас они переедут на новую хату, но Драгнил ещё не знал о том, что сестрёнка времени тоже зря не теряла. Она что-то говорила про халтуру, однако братец был занят более насущными делами, а тактичная леди не должна навязываться со своими непонятными бабскими приблудами, и разговор был отложен в долгий ящик. В конце концов у неё есть люди, которым это более интересно. *** Она сидела статно и важно, под стать своему отцу, однако было в её взгляде что-то от наезда. Настроение было далеко не лясы точить, но, как и положено даме её статуса, она не могла отказаться от встречи, тем более, если папочка в коем-то веке научился идти на компромиссы не только с ней. Стареет. Они сидели в самом дорогом ресторане Магнолии, для этих двоих был зарезервирован целый этаж, пока на первом расположился Рэдфокс со своей компанией и люди Немейского Льва. Надо отдать должное, не смотря на не самые простые отношения двух организаций, на первом этаже царила весьма расслабленная и даже позитивная обстановка. Фрид и Бикслоу ловко обыгрывали Джета и его людей в покер, Лаксас гонял шары с кем-то из их охраны, а Гажил злобно жевал никотиновые жвачки, досадно глядя то в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, то на сына, что ютился в углу в маленьком манежике, с интересом разглядывая мужчин в дорогих костюмах. Пусть привыкает. С такой родословной воров в законе он будет видеть до конца своих дней. Заказав на баре коктейль «лонг-айленд» и виски с колой, брюнет направился, наверное, к самому недовольному столику в Магнолии, который, вопреки ожиданиям, оказался не на втором этаже. Селин сидела со свойственным только ей брезгливым осуждением всего сущего. Воистину, чтобы ты не сделал для этой бабы, ей всегда было мало, плохо, и мог бы лучше, но так уж и быть, она тебя прощает… Яблочко от яблоньки. И всё-таки, хоть она и «Папина Дочка», она вся в мамочку! Без спроса поставив перед женщиной коктейль, получив уже такой родной взгляд полного ничтожества и снисхождения, Гажил просто сел за стол и молча уставился в сторону Лаксаса, что обыгрывал в бильярд уже третью партию, и тут до Селин дошло, почему Леви выбрала именно этого косматого маргинала. - Ты ведёшь себя точь-в-точь как мой муж. – почти со злобой выдала аристократка. - Не знаю, в каком месте Леви – Папина Дочка… В моём понимании она – точная копия вас. - Дерзишь. - Это мой город. – даже с какой-то осторожной угрозой прошептал смотритель Магнолии, придвигая бокал ближе к гостье. – Последнее, что я буду здесь делать, это прятать глаза и голову от гостей, тем более, если это родители матери моего сына. - Она действительно могла выбрать только одного мужчину – которой был бы точной копией её отца. - Вас это обижает? - Немного. - И почему же? И тут, наверное, впервые в жизни, каменная маска безразличия слегка дрогнула, а в глазах мелькнула тоска и даже какая-то обида. - Она любила Артура… А я – нет. Я не удивлена, что он так сильно на ней помешался, ведь в ней он искал утешение, которого я давать… Не хотела. Он меня устраивал во всём: деньги, власть, страстный любовник, рядом с ним мне было спокойно, я жила как королева, но полюбить этого человека я не смогла. – отпив коктейль, на губах мелькнула немного виноватая ухмылка. – Воистину, дети чистые и бескорыстные существа, им не надо ничего, они любят просто по факту. Она носила папе обкусанные кексики с обеда, и говорила, какой самый вкусный. Рисовала открыточки, дарила поделки из бумаги, а один раз он повздорил с кем-то в кабинете, ей было года четыре, она выбежала прямо к отцу, вцепилась в ногу и на полном серьёзе потребовала, чтоб этот негодяй не смел так разговаривать с её папой… Растаял не только Артур, но и все остальные маргиналы, решили всё полюбовно и больше не ругались. Наверное, сын бы не смог его так любить… Никто не смог бы его так любить, как она. Ни одна любовница, жена, никто… Я не понимала, как у неё это получается. Я делала всё то же самое, она вела себя так же, как и я, но это что-то другое. Наверное, я просто не умею этого делать. – тут Селин достала сигарету и закурила. – В день, когда она откусила ему кусок мяса на руке и забрала кольцо, он не вернулся домой. Стыдно признаться, но я волновалась только за себя, а потому поспешила домой, дабы сгладить все конфликты, пока они не вышли за пределы допустимого. Артур вернулся домой только на третьи сутки, был разбит, пьян, даже не удосужился забинтовать руку, а на логичный вопрос «что случилось?», злобно ответил, что спьяну растянулся на клумбе и земля попала в глаза. Персонал и я пытались не смотреть на идеально белую рубашку, на перебой доказывая друг другу, что у Артура к шестидесяти годам началась аллергия на цветы, траву, клумбы, воздух, и вообще, какая разница, из-за чего глаза красные, а лицо опухло. Перепил. Он ничего не ел почти неделю, похудел, осунулся, я боюсь даже представить, что было бы, если бы не Джет. – Селин как-то неоднозначно глянула через плечо на правую руку мужа, что весьма ловко орудовал в карты. – Да, наверное, это второй человек после Леви, для кого Артур – это не только деньги и власть. Слушок ходит, что до сих пор знатно сохнет по Леви, но своё место знает до нездорового фанатизма. Отец Джета был приближённым Артура, знал того с детства, в некоторых кругах даже называл того другом, погиб в перестрелке, когда мальчишке было двенадцать. Эту утрату Артур переживал достаточно горько, взял под свою опеку вдову, а мальчишку определил в солдаты. Мать Джета прожила достойную жизнь, снова вышла замуж, Артур накинул «молодожёнам» на свадьбу и «приданное», а вот Джет уходить из семьи отказался. Ходит слушок, что именно он станет Немейским Львом, но это пока что не точно. - Не тянет он на Немейского Льва. – без толики какого-то пренебрежения выдал Рэдфокс, оценивая парня профессиональным взглядом. – Хотя, внешность может быть обманчива. - Ты не поверишь, но он с тобой согласится. – Селин явно нравилась реакция Рэдфокса. Его растерянность вызвала на её лице лишь ироничную ухмылку. – Джет – сторожевой пёс, перфектно выполняет команды, дисциплинирован, придирчив к мелочам, но он никогда не стал бы Немейским Львом. Его задача «служить», и в её исполнении ему равных нет, а вот Леви нужен был тот, кто «правит». - Ещё более собачья работа. – и столько обречённости было в его голосе, что в алых глазах даже мелькнула какая-то зависть, глядя на аккуратного мальчика в строгом костюме. – Вот никому не посоветую. Сам бы с радостью сел бы подле начальника, лапки сложил и служил бы без зазрения совести. - А что помешало? - Мой «начальник» меня не спрашивал. Отпиздил за отрезанные пальцы и пляски с гранатой, на пять лет сослал в «лечебно-трудовой профилакторий» лес валить, под пристальным наблюдением надзирателей с автоматами и блатными ЗК, а как откинулся, ещё раз отпиздил, вручил ключи от «Железного Дракона» и сказал: ты Смотритель, или Покойник? Выбирай. - Как романтично. - Не то слово. Эх. – Гажил тоскливо отпил виски и глянул на лестницу, что вела на второй этаж. – Вот интересно, о чём они говорят так долго? - Она молчит, и он тоже. – тяжело вздохнула Селин, допивая коктейль. – Они будут долго ждать, пока второй пойдёт на компромисс, и, как и положено всем кошкам от мала до велика, это битва в гляделки займёт несколько часов. А пока Селин и Гажил тихо дожидались конца света, на втором этаже всё медленно к нему двигалось. Она вглядывалась в лицо своего отца и только сейчас заметила, как же он постарел. Волосы почти полностью окрасились в цвет серебра, карие глаза выцвели, на лице уже появились заметные глубокие морщины, а сам он явно не собирался больше ни за что драться. Подумать только, Папочке уже шестьдесят один. Воистину, время не щадит никого. Для его габаритов он встал настолько тихо и почти незаметно, что Леви даже не сразу это заметила. Протянув дочери руку, та сразу поняла, чего хочет родитель, манерно отпила красного полусладкого, встала, взяла руку отца и послушно проследовала с ним на середину пустого зала. Тихая живая музыка, невидимые и неслышные официанты и только два человека, между которыми разве что только искры не летали. Она смотрит ему в глаза, даже когда он ведёт её в танце. Это у него две левые ноги и те деревянные, а потому зрительный контакт становится реально обременяющим. - Поехали домой, Котёнок. – наконец, не выдерживает Немейский Лев. – Ну сколько этот балаган ещё будет продолжаться? - Без Лили я не поеду. – надменно выдаёт дочка. - А мы его заберём. - Гажил не отдаст. - Кто его будет спрашивать? - Я. - Зачем? - Он отец моего сына и твоего внука. - На свете было почти четыре миллиарда мужиков. – и столько сдавленной отчаянием злобы было в этом вздохе. – Почти четыре миллиарда… Это однозначно карма. - Вот так и получается. - Хм… Давай я ему будку в паре километров от дома построю. - Сомневаюсь, что он будет там жить. - Я ему лоток с поилкой поставлю. - Точно не согласится. - Цепь крепкая. Я хорошего сварщика найду, заварит ошейник прямо на глотке. Не вырвется. - Уверен? - Я возьму ошейник с шипами внутрь. - И как ты Рэдфокса на него посадишь? - А вот тут, Котёнок, тебе снова придётся «понравится». Эти слова вызвали улыбку на молодом личике, от чего Леви прикрыла глаза и прильнула к груди отца. Большой, тёплый, властный, рядом с ним ничего не страшно, для него нет невозможных задач, он поставит на колени всё и всех, а за любимую дочку пойдёт даже наперекор своим интересам. Да, она не смогла бы сойтись с мужчиной, который бы хоть на йоту не был точной копией её отца. - Папа. – тихо, почти шептала девица. – Я останусь в Магнолии, хочешь ты этого или нет. Мне здесь хорошо, у меня есть сын и любимый мужчина. - Ты можешь его при мне так не называть? - Я называю вещи своими именами. – Леви подняла глаза на отца и достаточно твёрдо продолжила. – Всё изменилось, и я не хочу ничего менять. Ваши тёрки с Гажилом уже давно изжили себя, конфликт исчерпан, а я хочу спокойно жить так, как мне комфортно. - Кольцо ты мне явно отдавать не собираешься. - Это – моё кольцо. – твёрже голоса был только взгляд. – Это кольцо отойдёт Лили, когда он вырастит, а до тех пор оно будет у меня. - Ох, Котёночек. – мужчина резко остановился, осторожно взял дочь за волосы на затылке и прошептал в самые губы любимого чада. – Передай своему ненаглядному Рэдфоксу, что даже когда он отрезал мне пальцы и надел моё кольцо… Я не ненавидел его так сильно, как сейчас. Когда ты богат, у тебя уйма власти, людей в подчинении, и ты зачастую решаешь, кому жить, а кому сдохнуть, воистину начинаешь ценить людей, для кого можно быть слабым и мягким. В глазах супруги он был Атлантом бытия, в глазах подчинённых и врагов – Богом, и только дочь его любила просто так. Не за деньги, не за власть, а за большие руки и тёплый живот, на котором удобно спать… И вот она нашла себе другие руки и живот, которые любящий папочка рьяно желал вспороть прямо в этом ресторане. Ревность – штука страшная и крайне разрушительная. Вот уже год он пытается утащить дочь обратно, а она всё капризничает и капризничает. Может Рэдфокса застрелить? А Леви сказать, что сам умер? Хороший вариант, вот только тогда они точно переругаются окончательно. Рэдфокс этого не стоит. Они ещё долго обсуждали процесс сепарации, который давался отцу крайне тяжело, а уже ближе к десяти вечера, так и не придя к общему знаменателю, отец и дочь спустились вниз к остальным присутствующим. В целом, всё было бы очень даже неплохо, если бы… - Гажил. – достаточно твёрдо выдал криминальный авторитет, явно пытаясь удержаться где-то в районе «я хочу тебя ушатать, но мне нельзя». – Я хотел… У меня плохо получается говорить на равных. - Прошу. – Джет возник из неоткуда и протянул обречённому Боссу листок бумаги. По лицу начальника было видно, как сильно он хочет порвать своего человека, но этого тоже ему нельзя. – Я составил речь. Гибкий список фраз, всё необходимое, все мысли и планы, которые вы хотели обсудить с Рэдфоксом и даже возможные вариации, как вам отвечать на не самые приятные и довольно щепетильные вопросы. Повисла тишина, Начальник посмотрел на подчинённого, Джет стоял спокоен, как удав, Рэдфокс стоял с каменным выражением лица, точно зная, что поножовщина ему не нужна, и это выбесило Немейского Льва ещё больше. - Только честно, твои подчинённые так же делают? – тяжело выдохнул Артур. - Мои подчинённые делятся на два типа. – холодно ответил брюнет. – На «Равных» и «Закрой хлебало или ушатаю». - И как, часто ушатываешь? - Постоянно… У него вообще хлебало не закрывается. Артур ничего не ответил, а лишь обречённо вздохнул, достал очки и вгляделся в строки. Прочитав все заготовки, зубы заскрипели с новой силой: - Я не могу это прочитать. - Не волнуйтесь, Господин, я прочту вам это на ушко, а вы скажите. - Иногда я хочу его стукнуть. – Артур сложил очки и обречённо посмотрел в алые глаза напротив. – Гажил, я хотел поговорить с тобой, с глазу на глаз. У меня плохо получается говорить на равных, но я постараюсь. - Не волнуйтесь. У меня тоже это не очень хорошо выходит. Наверное, Рэдфокс хотел пошутить и как-то разрядить обстановку, но тут Джет протянул листочек и ему. Ошалело взяв пергамент, Железный Дракон вгляделся в строки, и увидел такие же заготовленные фразы с пометками, как хозяин может отреагировать и инструкцией на случай ЧП. Вот такого поворота Смотритель Магнолии не ожидал, а потому ошалело глянул сначала на парня, а после на отца своей пассии. - И часто он это делает? – даже с каким-то страхом выдохнул Гажил. - Постоянно. – подметил МакГарден. – Ты ещё на светские мероприятия не ходил под его надзором. Соберёт все компроматы и досье на каждого из гостей. Полный список членов семьи, любовников, детей, сотрудников, промониторит каждый шаг, каприз, конфуз, вплоть до школьных косяков и списка аллергий. Всё, что может расположить и вывести из себя даже в самый непредсказуемый момент. - Хорош. – не без страха восхитился Рэдфокс. - Лучший. – поправил Немейский Лев. - Благодарю. – Джет не смог сдержать едва заметной улыбки гордости. – Работаем на качество и опережение. Механизм должен идеально выполнять свою функцию без казусов и осечек. Я подготовил переговорную: Виски. Ваши вкусы разнятся, но я нашёл оптимальный вариант. Мясная палетка, оливки, вы не ценитель сыра, господин Рэдфокс, но я всё же подобрал вариант, который вам стоит попробовать. До меня дошла информация, что вы бросили курить, а потому я сложил напротив вашего стула никотиновый пластырь на пятнадцать миллиграммов, чтобы ничего вас не отвлекало. Вам же господин, кубинские сигары и гильотина. Может есть вопросы? - Только один. – ошалело выдохнул Смотритель Магнолии. – Сколько вы платите этому парню? - Много. - Приятного вечера. – Джет как ни в чём не бывало поклонился и направился прочь. Мужчины же немного нервно переглянулись и отправились в переговорную. Всё идеально, всё по пунктам, всё по полкам, не хватало только инструкции по эксплуатации. Однако неловко себя чувствовал только Рэдфокс, так как для Артура такая картина была привычным делом. Немейский Лев ловко достал уже заготовленный коньяк и разлил по стаканам. - Мне страшно спросить. Ваш Джет часом не родственник Акнологии? - Нет. Но поверь мне, пару раз мой дорогой друг спрашивал, может ли он взять Джета на некоторые мероприятия. - И что вы ответили? - Что бы он спрашивал у Джета. – Артур опрокинул стакан и почти с болью посмотрел на мужчину напротив. – Эта работа унесла жизнь его отца, моего друга, и, если честно, я надеялся, что он оставит это дело. Я не держу Джета, хоть надо отдать должное, это лучший мой человек. В нём идеально просто всё, и иногда меня это пугает. - Меня тоже. – Гажил подошёл к палетке, наколол сыр на зубочистку и съел. – Твою мать… Я боюсь этого парня. - Пока ты не перешёл дорогу мне или Леви, тебе боятся нечего. - А я её не перешёл? А вот от этих слов лёд в стакане Немейского Льва звякнул, а взгляд карих глаза медленно метнулся в сторону брюнета. Разговор сулил быть нелёгким, и всё же Немейский Лев никогда не славился хождением вокруг да около. - Гажил. – Артур повернулся к мужчине и, как и положено человеку его положения, начал вести разговор прямо в лоб. – Я хочу забрать Леви и Лили домой. - Они дома. – холодно и спокойно выдал Рэдфокс. – Оба. - Я знал, что с тобой будут проблемы. – толи старость давала о себе знать, толи МакГарден и впрямь не хотел усугублять едва наладившиеся отношения, но вместо привычных двух пуль в голову, мужчина налил стакан виски и протянул брюнету. – Я не помню, когда в последний раз разговаривал с людьми на равных. О своей дочери я говорил только как полноправный хозяин. Всех её мальчиков я расценивал лишь как игрушки, охотно подчищая ряды всех, кто заставлял её плакать. Наверное, только с Джетом я не разрешал ей буйную вседозволенность, да он и сам особо границы не переходил… Наверное, он был бы единственным человеком, которому я бы отдал Леви со спокойной душой, без страха за неё… Ведь я точно был уверен, что он всегда останется в моей полной власти, как и вся его семья. Жаль. Он – покорный пёс, а она хотела «непокорного льва». – эти слова заставили Артура иронично улыбнуться. Сказал бы ему кто-то лет десять назад, что его дочь родит ему внука от мужика, который отрезал ему пальцы, болтуна бы не нашли даже с собаками. – Дочь… Дочь любила меня больше, чем жена, любовницы и благодарные вдовы моих людей вместе взятых. Все эти шлюхи готовы стелиться под тебя за деньги, цацки и прочий мусор, а Дочь убегает от няньки с недоеденным кексиком, которые они готовили, с которого стекает шоколад и кладёт тебе прямо на планшет, документы и белые рубашки, потому что «Папа должен попробовать»! Дети… Никто на свете не умеет любить, как дети. Я скучаю по этим временам. - Мне пока сложно это понять. - Знаешь. – мужчина закурил дорогую сигару и тоскливо глянул в окно. – Я уже старый. С возрастом всё меньше хочется бороться, брать что-то силой, потому что это действительно даётся тяжелее, чем раньше. Знал бы, что всё так сложится, застрелил бы тебя ещё тогда, но всё сложилось, как есть и может оно и к лучшему. - Я не понимаю, к чему вы ведёте. - Я хочу, чтобы моя дочь и внук вернулись домой. – даже как-то угрожающе спокойно выдал МакГарден. – Что бы они покинули Магнолию, вернулись в поместье или хотя бы были в её досягаемости… С тобой или без – мне не принципиально. А вот это серьёзное заявление. Оно серьёзно настолько, что это может в корне изменить баланс сил в криминальном мире. Если честно, идея была соблазнительной: сесть под крылышко, сложить лапки и послушно выполнять команды начальника, но есть одно «но»… - У вашей дочери был пёс… А приехала она сюда. Зачем? – с таким нежеланием Рэдфокс отказывался от хлебной халтуры. – Когда она пришла работать в мой бар, она устроила такой разгул в Магнолии, что я за ней с автоматом бегал по городу. Ваша дочь, не из тех, кто будет сидеть на цепи… А потому «цепной пёс» ей не нужен. И, казалось, Немейский Лев просто раздавит этот стакан, а Гажил лишь спокойно отпил коньяка, меланхолично глядя в глаза звереющему тестю. В начале его пути не было цепей, хоть он и с большой охотой на неё бы сел. Вместо этого ему пришлось править против собственной воли, и именно это сделало его похожим на Немейского Льва. Леви не нужен очередной идеальный Джет, а «Хозяин» в доме будет только один, и пусть Рэдфокс моложе, но в доме тестя он даже не шестёрка. - Леви не сидит на цепи, запертая в башне. – тяжело вздохнул Железный Дракон. – Вы можете видеть её когда угодно, она может приехать к вам в любой момент… Но Лили останется в Магнолии, пока сам не решит поехать. Я не стану чинить вам препятствия или настраивать их против вас, но вашей сошкой я не стану. Я пролил слишком много крови, своей и чужой, чтобы просто на радостях встать на колени, будучи в своём городе и имея всё, о чём в прошлом не мог и мечтать. Наверное, в этом ресторане только Немейский Лев во всей красе осознал смысл сказанных слов, но легче от этого не становилось. Он никогда не уступит власть, не из вредности, а потому, что это его натура, вот только что ему делать со всем этим балаганом, вопрос оставался открытым. Это будет длинная ночь. *** Стопка глянцевых фотографий мерцала в руках агента. Профиль, анфас, полный рост, ничего особенного, просто безобидные фотографии миловидной блондинки, однако на лице мелькала явная досада. Ну почему ей только четырнадцать? Тяжело вздохнув, мужчина отложил фотографии и направился в сторону выхода, под ошалелые взгляды фотографа. - Ей четырнадцать. – предостерегая вопрос выдал мужчина, наливая себе воды из кулера. – Это даже не рассматривается. - Почему?! – чуть ли не с обидой выдал фотограф. – Она под опекой брата, можно получить разрешение! - Джейсон. – резко прервал начальник. – Ей четырнадцать. Наш журнал специализируется на рекламе купальников и нижнего белья. Это даже не рассматривается, ни с каких сторон, даже в закрытой ночнушке. Это не просто скандал, это подсудное дело. Разговор закрыт, мне эти проблемы не нужны. Восемнадцать стукнет – прям сразу на работу возьму, но это годика через четыре. Спорить с начальником себе дороже, а потому сразу, как ушёл Босс, Джейсон собрал фотографии и тоскливо пошёл пить кофе. Вот тебе на, два дня работы и всё псу под хвост! В том, что Люси взорвала бы все журналы, фотограф не сомневался, но, к сожалению, возраст штука нам не подвластная. Было бы круто начать её раскручивать сейчас, так сказать, подготовить почву, да и с шестнадцати всё станет сильно проще. С Люси он познакомился совершенно случайно, на профессиональной фотосессии. Она не сказала, кто её сюда отправил, сказала, что это настояла тётушка, а Джейсон вопросы не задавал. Молодое, ещё не до конца оформившиеся тело, миловидное личико, но главное, статность. Люси очень хорошо держалась на камере и на людях, могла подыграть и великолепно танцевала. У неё были все задатки восходящей звезды, которая могла сделать всё, а значит начинать надо было уже сейчас, но как? Нужно было бить в молодёжные журналы, платье и украшения, можно косметику, однако тут нельзя было и переусердствовать. В конце концов она только ребёнок, а если её перехватят более продвинутые коллеги, то этот самородок уйдёт у него из-под носа! Тут нужно было проявить смекалку и терпение. Из грузных дум его вырвали шальные ручки, что так нагло и без спроса почти вежливо забрали фотографии из хватки. От неожиданности Джейсон вздрогнул, но стоило ему увидеть человека рядом, кровь ещё пуще прилила к ногам. - МардГир! – попытался улыбнуться Джейсон, хоть улыбка и дрогнула. – Не ожидал вас увидеть! Давно вас тут не было видно! - Я проездом. – мужчина не без интереса смотрел на фотографии. – Как зовут? - Люси. – улыбка фотографа таяла на глазах. - Хорошо… Сколько лет? - Четырнадцать. - Бывало и лучше. – статный мужчина не смог сдержать лёгкого разочарования. – Есть потенциал… Дашь мне контактик? - МардГир. – и чуть ли не мольба прозвучала в голосе несчастного фотографа. – Вы отбираете лучших из лучших, но эту модель нашёл я. - Жаль. – тактично улыбнулся аристократ и протянул фотографии обратно фотографу. – Надеюсь у тебя всё получится. Не смею лезть в чужой огород, но, если вдруг у тебя возникнет желание, или девушка захочет податься в другое место, дай ей мой контакт. На этом МардГир развернулся и ушёл, оставив фотографа в лёгком шоке. Ещё никогда прежде этот человек не отказывался от того, что хотел получить, а тут прямо спокойно решил не лезть в чужую кормушку. Ладно, ему же лучше. Сейчас нужно подсуетиться и найти нужный полигон. А пока Джейсон спешно искал место, где бы раскрутить свою модель, влиятельный аристократ неспеша вышел из здания, сел в своё авто и направился в свой личный офис. Настроение было замечательным, планы в голове сменялись один за другим, хотелось всего и сразу, но в его сфере нужно проявить терпение и хитрость. Добравшись до своего офиса, МардГир заварил себе кофе, велел секретарю его не беспокоить ближайший час, вальяжно расселся в своём кресле и достал из кармана одно из фотографий молодой блондинки. Джейсон хороший фотограф, нюх у него что надо, а ещё он имеет замечательную привычку подписывать фотографии, указывая имя и номер телефона, во избежание потери хоть чего-то, а потому аристократ просто не имел права упустить такой шанс. Только имя и телефон, но этого было более чем достаточно, чтобы пробить человека. Люсьена Драгнил, четырнадцать лет, опеку несёт старший брат, учится на дому. Превосходный вариант, даже лучше, чем нужно, а потому, не теряя времени, мужчина ловко набрал номер, а дальше дело за малым. Как мало женщинам надо для счастья. Два-три надёжных слова и вот она, самая счастливая и ты преуспел. Одним выстрелом двух зайцев, а самое главное, ещё и спасибо скажут. Трубку подняли не сразу, но это ничуть не омрачило настроение знатного профессионала. А пока судьба Люси решалась в лучшую сторону, кукуха Нацу летела в тартарары. Это был официально самые ужасные полгода в его жизни. Что не день, то какой-то цирк со стразами и спецэффектами. Они наконец-то переехали, и жизнь вроде как даже наладилась, но бесконечные разъезды лишь ещё сильнее выбивали из колеи. Оставить эту девчонку одну дома было не менее рискованно, чем брать с собой, и за пару месяцев это окончательно выбило братца. Уезжаешь в командировку – дёргаешься, чтоб никто не зажал в переулке. Приезжаешь с командировки – дёргаешься чтобы самому нигде не зажать. Да что это за иллюзия выбора?! ‑ Нацу! – звонкий голосок сестрички бился в голову словно влетевший воробей. – Я сегодня вернусь поздно! - Это ещё почему? – с лёгкой опаской поинтересовался Драгнил, нервно сжимая в руках баночку холодного пива. Самое то, после тяжёлого трудового дня. - У меня съёмки! - Какие ещё съёмки?! – вот тут Драгнил уже реально начал терять самообладание. – Ты где снимаешься?! - Когда я жила у Ирен, она нашла студию и фотографа, Джейсона. – Люси буквально светилась от счастья. – Джейсон сказал, что у меня есть все задатки модели! А сегодня мне позвонил МардГир и пригласил на съёмки! - Кто такой МардГир? - Это коллега Джейсона, только более серьёзный и высокий уровень! Меня пригласили на съёмки в Столицу! - Ты не едешь. - Что? - Я сказал: «ты не едешь». – уже более сурово повторил Саламандр, отпивая пива. – И давай закроем этот разговор, пока он не перешёл в скандал. - Ну почему?! – у Нацу даже не возникло вопросов, где она так хорошо научилась рыдать на публику. – Нацу, ну хочешь, поедем со мной! Такой шанс бывает раз в жизни!!! - Люси, ты лично знаешь Гажила, Леви и Ирен!!! – казалось парень сейчас просто разобьёт стеклотару об это миловидное личико. – Какой, мать твою, раз в жизни?! Ты можешь ткнуть пальцем в любой журнал и сниматься там уже завтра!!! - Тогда чего ты так бесишься?! - Потому что… - вдруг брат резко осёкся, явно пытаясь придумать объяснение, однако, не преуспев в этом, он завёлся ещё больше. – Потому что!!! Ты никуда не поедешь! - Если ты так боишься, что перестану от тебя зависеть, так и скажи!!! А вот это явно стало последней каплей терпения братика, но и сестрёнка тоже терпеть это больше не собиралась. Не зная, как совладать с эмоциями и с сестрой, Нацу попытался схватить ту за запястье, за что тут же получил крепкую пощёчину. Сложно сказать, трезвила ли она его, или разозлила того ещё больше, но блондинке было уже плевать. - С тех пор, как я приехала, ты только и делаешь, что пытаешься запереть меня дома и нацепить на меня паранджу! Пока я выглядела как пугало с обоссанного переулка, тебе было плевать и на танцы, и на всё остальное, а теперь тебя это напрягает! Думаешь, я не знаю, почему?! Да тебя просто бесит, что от тебя зависит всё меньше и меньше! Что мой мир больше не вертится вокруг тебя и твоих интересов! Что без тебя я выживу, что у меня есть люди, которые мне помогут с жильём, с работой, со связами, а самое главное, что я больше не завишу от тебя финансово! – с этими словами блондинка резко развернулась и направилась в свою комнату, но резко остановилась. – Знаешь, что, братец… Я поеду в Столицу, с тобой или без! - Выйдешь за пределы этой квартиры – назад можешь не возвращаться. – утробно прошипел парень, глядя на девушку совершенно чёрными глазами. В его лице и словах не было не капли блефа. – Я не шучу. Уйдёшь отсюда только один раз. Эти слова заставили её замешкаться лишь на секунду, после чего она со злостью захлопнула дверь в свою комнату. Нацу же ещё с пару секунд стоял, силясь перевести дыхание, после чего потёр саднящую щёку и тихо зарычал. Ещё никогда в жизни он не испытывал такого лютого желания выбить дверь с ноги и набить рожу четырнадцатилетней девке. Надо держать себя в руках, а потому он лишь молча направился на кухню и продолжил глушить пивасик, плавно переходя к беленькой. Дети – это кошмар, но Подростки… Нацу пошёл спать где-то часам к пяти утра, будучи пьяным в такие щи, что не заснул на столе лишь из-за того, что был зол до пены у рта, а потому утро было поздним и болезненным. Поднялся он часам к двум дня, башка раскалывалась, сушняк был лютый, а потому раскачался парень только где-то к половине третьего. Воспоминания о вчерашнем вечере начали медленно всплывать в голове, но ноги ой как не хотели идти к комнате блондинки. Нужно собрать всю волю в кулак и направиться к этой вздорной девке, что Нацу и сделал уже ближе к трём, однако спеси резко поубавилось. Его не удивила пустая комната сестры, не напугало отсутствие сумочки, но вот то, что реально заставило кровь вскипеть, так это пустой шкаф. - Сука. – прошипел Саламандр сквозь зубы и буквально заорал на весь дом. – Да пошла ты, блядь неблагодарная!!! Чтоб ты сдохла от СПИДа в своей Столице, шлюха!!! Если честно, соседи не вызвали ментов только потому, что был разгар рабочего дня и никого не было дома. Казалось, Драгнил разнесёт всё, что так злостно и упорно строил всё это время, но ему было всё равно. Разбив добрую половину своей новой обители, Нацу вышел из хаты только за очередной порцией спиртного. Прекрасный отпуск плавно превращался в жёсткий запой, а ему было плевать. - Я тебя с такой дыры вытащил, блядина. – шипел Нацу на третьи сутки, филигранно выучив дорогу до алкомаркета и обратно. – Надо было тебя там оставить, мразь. Подождать, пока подрастёшь и явиться, цену сбивать у мамочки… Сука… Чтоб ты сдохла, паскуда. *** Столица была прекрасна, под стать молодой перспективной модели. Огромные небоскрёбы сияли даже днём, народу было существенно больше, чем в Магнолии. И пусть ей не было восемнадцать, она точно знала, что тут урвёт свой счастливый билет. - Люсьена Драгнил! – знакомый голос МардГира окликнул недалеко от выхода с вокзала. – Как добрались до Столицы? Я надеюсь, дорога вас не утомила. - Немного. – виновато выдала довольно помятая, но очень счастливая блондинка. – Я рада видеть вас. - Пройдёмте, я познакомлю вас с одним человеком. С этими словами МардГир забрал у Люси чемодан и повёл её в сторону платной парковки. Люси было не привыкать к роскоши, однако заметив крутой чёрный лимузин, даже её впечатлил уровень данной организации. Галантно открыв дверь перед молодой моделью, девушка увидела статного мужчину в дорогом костюме, который весьма оценивающе и беспристрастно осмотрел Люси, явно что-то подмечая у себя в голове, и только когда пара села в машину, джентльмен отложил планшет и радушно улыбнулся даме. - Познакомьтесь, Люсьена, этого человека зовут Инбер. – почти с гордостью представил МардГир. – Он является одним из крупных спонсоров нашей организации и заинтересован в молодых моделях. - А это ничего, что мне нет восемнадцати? – робко поинтересовалась Люси. - Это довольно-таки большая проблема. – даже слишком спокойно выдал Инбер, поправляя очки, не прерывая зрительный контакт с девушкой. – Мы не сможем начать съёмки без разрешения вашего опекуна, однако это не мешает нам подготовить почву и понять, с чем мы имеем дело. - Простите. – Люси нервно заправила прядь и попыталась скрыть опаску за улыбкой. – Но если мы не будем сниматься, то зачем я здесь? - Я думаю мы немного неправильно начали. – улыбнулся Инбер и протянул Люси чашку заготовленного кофе. Только сейчас она заметила в насколько крутом лимузине она находиться. – Не знал, пьёте ли вы кофе. Вам сливки, сахар? - Сливки, пожалуйста. – Люси пыталась выглядеть статно, как её учили Леви и Ирен, но одно дело, когда ты делаешь это под присмотром любимого Дяди Джека Потрошителя, и совсем другое, когда ты совершенно одна. – Так зачем я здесь? - Я буду предельно краток, Люсьена, дабы не тратить ваше время. – Инбер спокойно отпил кофе, и надо отдать должное, хоть и пристально оглядел каждый миллиметр этих прекрасных ножек и личика, ни намёка на какую-то потерю контроля за этими очками не наблюдалось. – Любая модель имеет «срок годности» и, к сожалению, её рассвет наступает до восемнадцати и заканчивается вскоре после наступления ею совершеннолетия. Старше тридцати удерживаются только модели, сумевшие уцепиться и наработать имя, а потому, дабы укорениться в этом бизнесе, необходимо начинать как можно раньше. Вам интересно, почему мы вас пригласили, если съёмок не будет. Ответ весьма прост: во-первых, мы хотим в живую посмотреть, с чем имеем дело, и стоит ли модель наших вложений. Мы предоставляем услуги журналам, рекламам, выставкам, нам нужны модели для живого присутствия представления элитных автомобилей, всевозможных мероприятий, список перечислять можно бесконечно. Как и положено, есть стандарты, есть специфики, общественное мнение и много других факторов. Хрупкая и худенькая дама с накаченными губами на фоне спортивного снаряжения будет смотреться как пышка, рекламирующая таблетки для похудения. Модель не должна соответствовать жёстким правилам, она просто должна быть на своём месте. Этим мы и собираемся заниматься. Наша задача определить типаж, бюджет и целесообразность. В конце концов, мы должны определиться, какие фотографии и для каких целей мы будем делать. Как только мы закончим подготовительный процесс, найдём целевые аудитории и определимся с целями, тогда нам потребуется юридическое разрешение от вашего опекуна, что вы можете сниматься. - И что тогда мы делаем? – робко поинтересовалась блондинка. - Пока что мы едем в отель. Там вы сможете отдохнуть, привести себя в порядок и хорошо выспаться. Уже завтра мы поедем в главный офис, дабы вы ознакомились с нашей программой и планом действий. Если он вас полностью устроит, то мы смело сможем приступить сразу, как только у нас появится проект и разрешение вашего опекуна. План был надёжен, как швейцарские часы, и Люси была преисполнена уверенности, чего не сказать о МардГире. Он смотрел в глаза Инбера и узнавал этот взгляд. Инбер был из тех, кто мог продать грязь землекопам, а потому он мог вывернуть абсолютно любую ситуацию в свою выгоду, но что-то явно пошло не так, и это однозначно омрачит их планы. Гостиница была под стать лимузину. Шикарный пятизвёздочный отель, пентхаус, терраса и вид. Шикарный вид на Столицу, которую Люси ещё только предстояло покорить без помощи брата и всех остальных, однако где-то глубоко внутри скреблись кошки. Как там Нацу? Что он делает? Бесится, дёргается, ищет её, бухает, или просто болт на неё забил? Знают ли Гажил и Леви, где она? Ладно, в конце концов, она сейчас должна думать о другом. Сейчас она найдёт нужных людей и связи, а уже после приедет к брату, и они всё обсудят. Шикарная ванная комната, ничем не уступающая комнате в поместье Акнологии, если не считать неумного унитаза. Почему-то в голове всплыл образ ванной в квартире Лисанны. Почему она помнит её имя? Она так хорошо помнила первую чистую и светлую ванную в своей сознательной жизни, что могла описать её до каждой точки на плитке. Она вспомнила, как Нацу мыл её в ведре на разгромленной кухне квартиры её отца. Казалось, что с того времени прошла целая вечность, а не каких-то шесть лет. Она успела побыть приёмной дочерью Гажила, стала сестрой наркокурьера, познакомилась с Леви, нашла опеку в лице Чёрного Георгина и Примадонны Балета… Вот интересно, а отец ещё жив? Из дум Люси вырвала горячая вода, что обожгла руки, пока она пропускала её, дабы помыться. Не время забивать голову тем, что нельзя исправить. Нужно сосредоточиться на завтрашнем дне, а что делать с Нацу, она будет решать по мере поступления проблем. *** По лицу Инбера никогда невозможно понять, о чём он думает, особенно, если он читает. Сводки новостей, политика, биржа, пожары в Арболесе. Хм, это может повлиять на курс и акции, но в панику впадать пока рано. Терпение и ни одного необдуманного решения, вот почему он стал настолько влиятельным человеком на злобу дня МардГира. Инбер сидел в своём кресле, спокоен как удав. Сейчас он закончит читать, а после откроет бутылку вина и немного расслабиться перед завтрашним днём. Однако севший напротив МардГир решил не дожидаться друга, открыл бутылку и разлил по бокалам. Поняв, что вечер потребует больше нервов, чем планировалось, Инбер отложил планшет и уставился на своего компаньона. - Ты чем-то недоволен. – предостерегая вопрос, заявил МардГир, протягивая другу бокал. – Что я опять сделал не так? - Зачем ты её сюда притащил? – Инбер слегка подался вперёд и упёрся локтями в колени. – И ради бога, вот давай без этих твоих «перспектива/смотрю в будущее/ты мне спасибо скажешь». Зачем ты притащил эту малолетку? - Тело. – тоскливо выдохнул брюнет и сурово глянул на Инбера, отпивая вина с бокала. – Наш бизнес, это «Тело». Мы ищем красивое Тело, которое можно продать. Я нашёл Тело, а ты – продаёшь. В чём проблема? Инбер молчал достаточно долго, как вдруг немного нервно усмехнулся, потёр лицо, отвёл взгляд и снова посмотрел на своего давнего коллегу по цеху: - МардГир, скажи мне, ты знаешь, что такое кордицепс? - Если честно, понятия не имею. - Это болезнь. – издалека начал спонсор. – Грибок, который поражает мозг муравья, из-за чего тот начинает вести себя неадекватно, сваливает из муравейника куда-то повыше на ветку, там прорастает, испускает споры, поражает новых муравьёв и цикл повторяется. - Какой интересный абсолютно ненужный факт. - А ты знаешь, я очень люблю читать ненужные факты. - На тебя крайне непохоже. - Ненужные факты позволяют обращать внимание на ненужные вещи вокруг тебя. - Тебе это помогло? - Знаешь, что самое интересное в кордицепсе? – Ибер явно собирался дочитать эту лекцию. – Его нелогичность. Он изменяет поведение муравья и заставляет его свалить из муравейника. По логике, если его задача инфицировать максимальное количество муравьёв, он должен пилить обратно в муравейник, но тут неувязочка. Идентифицировать больного несложно, он ведёт не так, как должен, и муравьи, мало того, что не пускают больного в дом, так ещё и выбрасывают его нахрен подальше от муравейника, как только тот сдохнет. То-есть, поведение муравьёв заставило болезнь приспособиться к тому, что в дом их не пустят, и надо инфицировать их на безопасном расстоянии. - Чудеса Эволюции! – съязвил мужчина. - Вот именно, что Эволюции. – Инберу явно было не до смеха. – Если хорошо подумать, друг мой, муравьи очень тупые существа, а потому меня не оставляет вопрос: сколько муравейников должно было сдохнуть от кордицепса, пока эти твари не придумали гнать больного нахрен? - Ладно. – МардГир наконец отложил вино и тоже подался вперёд. – Что не так? - Кто эта девка? - Люсьена Драгнил, четырнадцать лет. – МардГир пытался не выказывать нервозности, что было достаточно тяжело при такой взгляде спонсора. – Живёт с братом, он же опекун. - Кто её брат? - Нацу Драгнил, двадцать два года, работает раз через раз, ничего из себя не представляет. - Хорошо. – Инбер потёр глаза, не снимая очков, и снова глянул на брюнета. – Где ты взял эту девчонку? - Я «одолжил» одно фото у Джейсона. - Где Джейсон взял эту девчонку? - Инбер, послушай… - Ты не знаешь. – почти с наездом выдохнул спонсор, начиная нервозно перебирать пальцы. – Ты не знаешь, откуда Джейсон достал эту девку. Кто к ней имеет отношение, кроме её брата. Ты ничего не знаешь об этой девке и предлагаешь мне кота в мешке. - Успокойся. – МардГир попытался хоть как-то сгладить углы. – Эта девчонка приехала сюда одна. Её брат до сих пор в Магнолии, я проверил. - Кто её брат? - Среднестатистический молодой придурок. Официальной работы нет, мотается халтурами. - То-есть, человек не сильно высокого интеллектуального склада ума? Такое «Дворовое Хулиганьё»? Я тебя правильно понял? - Да, именно так! - А теперь скажи мне, мой дорогой друг, почему у «Заборного Быдла» сестра – высокая аристократия? – и столько сдавленного гнева было в этих словах, что казалось, Инбер сейчас просто ударит своего компаньона. – Девочка учится дома, из школы такое поведение притащить не могла. У неё не тоненькие ножки, а жилистые, как у атлетов. Вся её фигура – это каменный стан, который кулаком не пробьёшь, при этом ни одной царапины или синяка, значит не борьба. – Тут Инбер вновь подался вперёд и буквально прошипел. – Ты слышал, как она говорит? Её дикция, словарный запас, паузы, чувство такта? Её мимика, жестикуляция, даже дыхание! Ты хочешь сказать, что это в ней воспитал подзаборный дурик?! – спонсор откинулся на спинку кресла и отвёл глаза. – МардГир… Я родился в очень богатой семье потомственных аристократов. Я видел очень много отчаявшихся школьниц, с самых низов общества, от мала до велика! Это девчонка… Мы о ней чего-то не знаем. Не может сестрёнка такого человека проявлять манеры высокой аристократии. - И что ты предлагаешь? - Я?! – Инбер почти оскорбился. – Это ты мне притащил четырнадцатилетнюю девицу! Вот ты мне и скажи, что с ней делать! – с этими словами мужчина взял свой планшет и начал что-то активно вбивать. – Я подсуечусь на журналы косметики, молодёжных одежд и аксессуаров. Может удастся пропихнуть в авто, но тут огромная конкуренция, ничего не обещаю. Всё, что по закону я смогу сделать – сделаю. - Ну а если что в обход закона? Казалось, Инбер сейчас разобьёт планшет об эту надменную башку, однако вместо этого он лишь отложил гаджет и с ненавистью глянул на партнёра поверх очков: - Знаешь, почему манеры и аристократичность – знатный повод занервничать? Потому что обычно такими повадками обладают очень страшные люди. - Неправда. - Так или иначе, МардГир, сапёр дважды не ошибается, так и наше ремесло не прощает ошибок. Мне нужна гарантия, которую ты не можешь мне дать. Брат – не единственное лицо, с которым эта девка плотно общается, и её знакомые – точно не торчки местного раскола. Наш бизнес держится на терпении и осторожности. Времена изменились, эскорт почти легален, как и остальные услуги подобного рода. Деньги любят тишину, и нет ничего хуже для бизнеса, чем шум! Морали изменились, принудительная вербовка теряет смысл, так как бордели ломятся от обилия дам, желающих сорвать лёгкие деньги. Зачем копать чужие грядки руками, если тебе к дому приносят уже мытую картошку? – мужчина на нервах отпил вина и рвано выдохнул. – Это – Грязь, МардГир. Посмотри на неё! Это не падший ангелочек, что жаждет продать целку подороже, а нормальная девушка, про которую мы вообще ничего не знаем. - Только не говори, что тебе её жалко. - Я расценю это за оскорбление. А жалко мне времени, денег и нервов, которые мне придётся потратить, если родственники этой устроят шум! Последний инцидент мы еле отмылись, и то лишь потому, что эта дура не удосужилась прочитать договор и подписала отказ от претензий! Если бы его не было, я бы мотал срок! Мне нужны модели, эскорт, тела всех пошивов, и Люси идеальный вариант! Но ты мне предлагаешь самородок по цене угля, а такого не бывает. Не бывает таких девчонок, чтоб красивая, умная, аристократка, спортсменка, брат – быдло и типа всё сама. Товар зачётный, но так подставляться я не стану. Или ты достанешь мне всю её родословную до прабабки и случайных знакомых, или забирай свою блонду и втюхивай её тем, у кого с башкой не алё! А всё так хорошо начиналось, от чего МардГир знатно погрустнел. Такой мясной кусочек, но Инбер уже давно не играет в эти игры. Времена изменились, отношение к путанам тоже, причём как со стороны общественности, так и со стороны потенциальных женихов. Целка уже не раритет, нынче образцовая жена обладает качествами зарабатывать деньги и не ебать мозги, а потому бордели ломились от обилия дам, желающих продаться добровольно. Мараться с каким-то сопротивлением, так ещё и несовершеннолетней, по меньшей мере нерентабельно. Проституция почти легализована, путана может уйти в любой момент, и уж точно, такие люди, как Инбер, даже мараться не станут о «Лёгкие Деньги». Допустим толтосумчик заплатит миллион за такую девочку, эти же бабки уйдут на то, чтобы спасти свою жопу от федералов и прочих страшных вещей. Ему хватает скандалов и ложных заяв на изнасилование со стороны конченных дуриков, дабы урвать что-то от его фирмы… Только настоящего обвинения ему не хватало. Да, Инбер был очень умным и расчётливым, подмечал мелочи, подгадывал моменты, и тут он точно знал, овчинка выделки не стоит. Журнальчики, косметика, одежда, может рекламировать спортивное питание, но до восемнадцати и без согласия родителей, ну его нахрен! Жадность и Гордыня – грехи, которые сгубили очень много его коллег, и спасло его то, что он никогда не зазнавался, а ещё не вёлся не «Лёгкие Деньги». Как жаль, что не все его коллеги разделяли его философию. *** Ледяная вода плеснула в лицо и затекла за шиворот, от чего несчастный парень поёжился. Голова раскалывалась, содержимое желудка рвалось наружу, и как же хорошо, что тут стоял такой милый тазик! Фаршило Нацу минут пять, и только после того, как блевать стало нечем, а глаз перестало косить, он удосужился поднять их на комнату, в которой находился и знатно прифигел. Он был не дома, а в апартаментах Железного Дракона. Ошалело переводя взгляд, Драгнил пытался вспомнить, как он тут оказался, как вдруг мутные глаза уцепились за такую родную косматую шевелюру. Гажил что-то готовил, откуда-то из-за стенки доносилась приглушённая музыка, но не похоже, чтобы бар был открыт. - Гажил. – осипшим голосом позвал Нацу. – Как я тут оказался? - Очнулся наконец, придурок. – прошипел начальник, заделывая смузи для своей ненаглядной женщины. – Ты здесь, потому что у меня было хорошее настроение. Если бы оно было плохим, я бы дал тебе захлебнуться в собственной блевотине, животное. - Что случилось? - Какой сегодня день, Нацу? – брюнет отбросил полотенец и повернулся к парню. – Ты вообще в курсе, какое сегодня число? - Не помню. – силясь не рехнуться от головной боли шептал парень. – Что-то шестнадцатое или восемнадцатое. - Двадцать четвёртое. - Что?! – знатно охренел парень. – Какое ещё… Подожди… Я восемнадцатого приехал из командировки! - И с тех пор прошло ты неделю не просыхаешь!!! - … - Нацу пытался собрать мозги и глаза в кучу. – Как я тут оказался? - Ты неделю не выходил на связь, твой телефон разрядился и до тебя было не дозвониться. Я пытался дозвониться до Люси, но она только сбрасывала и писала, что с ней всё хорошо, и не стоит о ней беспокоиться. Понятное дело, ни хрена меня это не успокаивало, а потому я приехал к тебе, и охуел в край! – с этими словами Гажил запульнул в Нацу обоссанные джинсы и заблёванную рубашку. – Ты настолько ужрался, падла, что под конец начал ссать под себя!!! Когда я попытался перетащить тебя на кровать, ты начал блевать желчью со спиртом! Сука, я думал тебе скоряк вызывать придётся!!! Ты что там устроил?! И где Люси?! - Мне насрать. - А вот теперь, Драгнил, харе ломать комедию! Я спрашиваю, где твоя сестра?! - Где бы ни была, надеюсь она сдохла!!! Даже не столько сами слова, сколько эта злоба и ненависть в голосе, заставили Гажила опешить, но из ступора он вышел лишь когда Нацу на ватных ногах добрался до бара и достал оттуда очередную бутылку. Поймав горлышко на лету, Гажил отобрал бутылку и поверну к себе Саламандра. Только сейчас он заметил, что помимо жёсткого похмелья, всё лицо парня опухло не только от избытка воды в организме. - Что случилось? – уже более осторожно поинтересовался Гажил. - Веришь, Гаж… Мне похуй. – шатающийся Нацу осторожно взять начальника за волосы и выдохнул в самое лицо недельный перегар. – Вот ВААПСЧЕ похуй. Чтоб эту шлюху СПИДозные торчки по всей Столице ебали. - Люси в Столице? - Мне насрать. - Что она там делает? - Я сказал: Мне насрать!!! Это был тупиковый диалог, который однозначно не увенчался бы ничем, однако у Гажила на этот счёт был другой план действий. Получив от Нацу хоть какой-то ориентир в виде имени, Рэдфокс забил по каналам искомого человека, при этом запер Драгнила в апартаментах с бутылкой воды и аспирином. Пусть просохнет маленько, тем более что тот ему нужен трезвым. Такие как Рэдфокс могут найти инфу на любого человека, а потому уже на следующий день Нацу глушил морковный сок на пару с Леви, под лютую панику своего начальника. - Ты знаешь, кто такой МардГир?! – брюнету явно было не до смеха. - Мне плевать. – как заведённый повторял Саламандр, допивая сок. – Плесни коньяка. - Какого коньяка, Нацу?! - Пятизвёздочного, если есть, но обойдусь и тремя. Наверное, он хотел пошутить, но Рэдфокс лишь выбил из рук Нацу стакан, от чего тот отлетел в сторону и разбился вдребезги. Нацу плохо соображал, и не без помощи адреналина, как реакцию на сжатую глотку, гонец начал приходить в себя. Вопреки ожиданиям, в алых глазах было больше страха, чем гнева, но всё же Рэдфокс не парил горячку. - Нацу. – сдавленно прошептал мужчина и положил перед парнем какие-то распечатки. – Ты знаешь, кто такой МардГир, или нет? - Нет, не знаю. – рычал парень, таки вырвавшись из хватки. – Что ты делаешь?! Мне больно! - МардГир – это очень богатый и элитный фотограф, отошедший от дел. У него своя студия, где он отбирает лучших моделей и направляет их дальше, по карьерной лестнице. - Заебись. - Нацу, мать твою! - И эта манда тоже была шлюхой! Звонкая пощёчина слегка отрезвила гонца, чего не сказать о его начальнике, который разозлился ещё больше. Знатно встряхнув эти розовые лохмы, Гажил едва не разбил лицо Драгнила о стол, показывая распечатки. - Вот! – бесновался брюнет. – Сука, Нацу, этот ублюдок вербует девок в сексуальное рабство. - Отлично. - Что значит «отлично»?! - Это значит, что надеюсь, что её оформят в самый говённый бордель!!! – буквально закричал парень, подрываясь на месте и вопя в растерянное лицо Босса. – И я очень надеюсь, что первым клиентом у неё будет торчок с туберкулёзом!!! Хоть одна хорошая новость за эту неделю!!! - Ты вообще слышишь, что ты говоришь?! - Я слышал, что говорила она… А она – что сказал я! – ноги легка подкосились и Нацу рухнул на стул. – Я эту Суку отбил от криминала Харгеона, что собирался пустить её в расход, и что она сделала? Свалила к криминалу, только теперь в Столицу! Молодец, девка! Не мелочится! Сука поганая! А знаешь, что?! Я подожду, когда эти подонки её раскрутят, а потом сниму её себе на всю ночь! О будет потеха! Может она мне даже скидон сделает, так сказать «для членов семьи»! С этими словами Нацу рухнул на стул и открыл приложение с билетами на поезд. - Что ты делаешь? – опешил брюнет. - Я? Еду в Харгеон. - Нахрена?! - Как это «нахрена»?! Четырнадцать лет, самый сок! Рекламу делать, сообщу лично!!! Молодое мясо надо пиарить, тем более, если ты урвал его у мясников! Саламандр был зол и совершенно не думал. Гнев, обида, ревность, всё это слилось в один комок, который рвал изнутри, а в таком состоянии тебе абсолютно наплевать, что и с кем будет. Он на полном серьёзе купил себе билет на поезд в Харгеон, и уже собирался уходить, как вдруг на стол упала ОНА. Нацу забыл, когда в последний раз приходил в себя настолько быстро. Тело онемело, к горлу подкатил ком, а серые глаза ошалело вглядывались в самое страшное, что когда-либо видел Драгнил. Карта. Самая обычная, потрёпанная игральная карта, каких в колоде тридцать шесть или пятьдесят две, в зависимости от наличия пятёрок и ниже. Время её явно не пожалело, потёртая желтизна, немного покоцанные края, один уголок загнулся и оторвался, но Нацу смотрел на неё так, словно на него наставили дробовик. - Поиграем в Бога? – одними губами выдохнул Рэдфокс, но этого было достаточно, чтобы Нацу подпрыгнул от ужаса и метнулся рукой к поясу. – Один раз ты выиграл… Хочешь сыграть ещё? Вот как знал, что надо сохранить. – Смотритель Магнолии осторожно придвинул к своей сошке карту и тихо продолжил. – А теперь возьми её и сходи проветрись. Когда успокоишься, подумай о том, что ты только что спизданул и после этого пиздуй сюда. Нам нужно решить, как разгребать это дерьмо. Взял карту и пиздуй, дебил. Легко сказать, если б он мог хотя бы сдвинуться с места. Казалось бы, какая-то картонная карточка, но только не эта. Какого хрена она здесь? Он был просто уверен, что больше никогда не увидит эту дрянь, и вот опять. На столешнице бара, словно смеясь ему в лицо, упиваясь его жалким ничтожеством и страхом, на него глядела такая старая, забытая, но до одури родная шестёрка бубны. Он бы сжёг эту падлу, но эта сука выжжена на нём, как клеймо. Он сорвался с места почти бегом, забыв, и про карту, и про начальника, игнорируя редких прохожих на улице и адскую головную боль. Чем дальше он убегал от Железного Дракона, тем стремительнее становился бег, а под конец он нёсся так быстро, что сносил пешеходов на бегу и пару раз чуть не попал под машину. Он выбился из сил лишь когда добежал до парка на окраине и рухнул на скамейку в ужасе глядя на водную гладь. Голову разрывало на части, но уже не от похмелья. Откуда? Откуда взялась эта проклятая карта? Неужели Гажил реально её сохранил? Он был уверен, что больше никогда не увидит эту мразь, так какого хрена она вновь появилась в его жизни?! - Бриллиант или Гвоздь, на котором распяли Христа? – этот проклятый голос отдался где-то на затворках сознания так громко, что Нацу показалось, он слышит его у себя за спиной. Ужас был таким сильным, что на серых глазах навернулись слёзы, и не в силах это терпеть Драгнил в отчаянии закрыл уши руками. – Вот так посмотришь, вроде шестёрка. А если перевернуть – девятка. Коварная карта… Под стать тебе… Бубновый Оборотень. - ХВАТИТ!!! – не в силах сдерживать истерику закричал парень на весь парк. – Хватит! Хватит!!! Крик и слёзы разносились по всей округе, но к бесконечным колодам и страху примешался голос Гажила: - Сыграем в Бога? Один раз ты выиграл. Хочешь ещё? *** Эта была прекрасная неделя, которую Люси провела в компании замечательных людей и интересных знакомств. Ею заинтересовались несколько агентств, в основном молодёжные журналы, однако, для начала работ было необходимо получить разрешение от опекуна, чем Люси стремилась заняться немедленно. Она точно знала, что Нацу скорее всего уже отпустило, а значит они смогут спокойно и лаконично поговорить. Они вместе приедут на съёмки и всё будет в ажуре! Во всяком случае она была в этом уверена. - Ну, как настроение? – улыбнулся МардГир, глядя на воинственный настрой блондинки. - Хух, я готова ко всему! – девица была во все оружия. – Мне очень понравилось предложение журнала «Волшебник»! Я безумно благодарна вам за то, что вы позволили мне участвовать в этих проектах! Даже не представляю, что бы я без вас делала! - Ну что ж, тогда может отметим? – с этими словами МардГир достал бутылку шампанского, однако встретив растерянный взгляд карих глазок, он лишь усмехнулся, повернул этикетку и указал на нолик внизу. – Безалкогольное. Чисто для антуража. Толи от нервов, только просто от комичности ситуации, Люси звонко засмеялась и осторожно села на диванчик. Почему бы и не поддержать антураж, тем более что сегодня она едет домой, дабы привезти сюда брата. Всё складывалось просто идеально! Спрос со стороны работодателей есть, мотивация, ресурс, успешный успех, а самое главное, у неё всё получается! МардГир разлил безалкогольное шампанское по бокалам и протянул Люси. Лучше просто быть не может. Стекло звякнуло, она отпила шампанское, и они ещё долго беседовали о перспективах и возможностях. Минуты плавно перетекали в часы, скоро одна должна поехать на перрон… Она открыла глаза достаточно резко, но встать не смогла. Руки и ноги не слушались, было очень плохо, ей казалось, что мир крутиться перед глазами не переставая. Она не понимала, сколько времени, где она находиться и что случилось. Слегка прийдя в себя, она услышала странный скулёж и тихий плачь в темноте и только сейчас поняла, что она тут не одна. Света не было, но она точно знала, что людей тут с дюжину или больше, однако из дум её врывала распахнутая дверь и стремительно приближающиеся шаги. С ней не церемонились, а просто резко подняли на ноги и потащили чёрт знает куда. Её привели в комнату, очертание которой ей было не понять, и всё, за что уцепился глаз, это за мужчину, что брезгливо косился в её сторону. Он явно был чем-то очень недоволен и, как оказалось, его гнев был направлен не на Люси. - Аккуратнее! – заявил мужчина. – Разобьёшь лицо ей, будешь компенсировать! - И что вы с ними так возитесь? – недовольно буркнул один из охранников. – Это всего лишь шлюхи. - Шлюха – твоя мамаша, а это – Товар. – почти с любовью поправил старик. – А с товаром нужно обращаться хорошо, иначе придётся платить издержки. - Где я? – рвано выдохнула Люси, пытаясь встать, но её ловко уложили обратно на пол, приставив спиной к стенке, чтоб язык не запал. – Где МардГир? - Сиди и не дёргайся, девочка. – старик ласково погладил девицу по белёсым волосам. – Чем меньше ты будешь дёргаться, тем меньше будет нервов и прочего. Сколько их? - Двадцать четыре. - Хороший улов. Проследите, чтоб они сильно не буянили. Узнаю, что лапали товар – пристрелю. Я не шучу. Мысли давались Люси плохо, однако их хватило, чтобы почувствовать укол в руку, а после вновь провалиться в пустоту. Время где-то потерялось, она понятия не имела, где она, что происходит, и кто все эти люди, но в один момент она резко проснулась. Её всё ещё несло с наркотиков, но она хотя бы понимала, что происходит, а потому огляделась по сторонам, и что-то ей подсказало, что лучше бы она продолжала спать. Их было много, молодых красивых девиц, явно обдолбанных чем-то, и медленно приходящих в себя. По периметру стояли охранники в форме и при оружии, но внимание привлекали другие. За большим столом вели переговоры какие-то дядечки под пятьдесят, обхват талии которых мог сравниться разве что с обхватом их кошелька. Из разговоров, остатками белёсого рассудка Люси смогла разобрать своё имя, а после и цену, которую один из толстосумов знатно пытался сбить. - Ты в своём уме?! – бесновался богатей. – Она столько не стоит! - Товар дорогой. – продолжал упорствовать старик, что явно привык к таким торги. – Или берёшь, или расходимся. - Ну хотя бы штукарь скинь. - Я хочу домой. – тихий плачь откуда-то со стороны заставил блондинку повернуть голову в сторону девицы, которую уже готовили к отправке. – Пожалуйста, отпустите! Я хочу домой! - Вколи ей транквилизатор. – скомандовал охранник. – Пусть спит, а дальше это будет не наша забота. - Так ты берёшь блондинку или нет? – командный голос старика заставил голову девицы повернуться. – Клянусь, ещё оно торги, и я подниму на неё цену. Просто так из вредности! Она не могла разглядеть лицо покупателя, только общие черты. Где-то около пятидесяти, жирный, что жесть, лысый, он смотрел на Люси, явно оценивая, стоит ли она таких денег, но возраст и обещанная целка сыграли решающую роль. Её собирались отдать дороже всех, и от этой мысли она резко протрезвела. - Я никуда не пойду!!! – закричала девица, филигранно заехав в нос охраннику. – Я еду домой к брату!!! Воистину, если бы её не купили, её бы отпиздили так, что пришлось бы лечить до следующего торги. И пусть её учили защищаться Леви и Ирен, что она могла сопоставить против вооружённой охраны? Воздух из лёгких выбили, били без синяков, однако вмешался покупатель и потребовал скидку, на что было решено вколоть дурь. Мир снова помутнел, её потащили к выходу, а сама блондинка почему-то не испытывала страха. Наступила апатия, она посмотрела на девку, которую уже тащили к выходу на пару с ней, и от чего-то она улыбнулась. Вот будет потеха, когда Ирен об этом узнает. Ох, кровь прольётся немалая. - А она с норовом. – гадко восхитился покупатель, взял девицу за лицо и посмотрел в мутные глаза. – Я люблю девочек с характером. Казалось, он готов положить её прямо здесь, но есть комнаты и поудобнее. Что ж поделать, такова жизнь. Сегодня будет весёлый вечер, во всяком случае мужской коллектив в этой комнате так думал. Автоматная очередь заставила вздрогнуть всех и каждого, а через мгновение спиной в дверь влетел один из охранников и ошалело попятился в сторону стола покупателей. - Ты вообще больной псих!!! – охранник уже не мог скрыть слёз страха в голосе, отползая в сторону стола спиной. – Да ты вообще знаешь, с кем связался???!!! - Вообще похуй. – раздалось из прохода, а пуля вошла в лоб и вышла со стороны затылка, забрызгав мозгами дорогие костюмы солидных дядечек. – Это не я с вами связался, Суки… А вы со мной. В гробовой тишине комнаты, как и положено хозяину положения, вальяжной походкой вошёл молодой парень. Увешанный оружием, гранатами и прочим дерьмом, он лениво огляделся, как вдруг на глаза попалась тарелочка с белым порошком. Резко воодушевившись, незваный гость подошёл к столу, окунул пальчик и профессионально втёр себе в десну. - Хорошая дурь… Лучше ребят на ресепшне. Говоришь им «возьму только своё и никто не пострадает», нет, блядь, пока башку не прострелишь, нихуя не доперает. – стрелок лениво сорвал капюшон с розовых волос и посмотрел на всех как на говно. – Уважаемые, граждане-товарищи, сутенёры, покупатели и их свита, у меня к вам будет огромная просьба. – серые глаза резко почернели далеко не от наркоты, холодный взгляд резал не хуже ножа, а в руках щёлкнул затвор. – Патронов у меня мало, так что будьте душками… Встаньте покучнее. Эти слова вводят в секундное замешательство, ставшее роковым для многих в этой комнате, и только губы четырнадцатилетней блондинки дрогнули в едва заметной улыбке, прошептав из последних сил: - Братик.