Пациент

Камила прилетела обратно домой той же зимой. Почти год спустя после их расставания. И в мыслях было тихо. Ведь истерика уже прошла, а может быть её и не было. Она узнала случайно. Фото бывшей девушки одного из его друзей в соцсети, микроблог чужого человека, в котором была грустная история о нём. Мила даже не сразу поняла. Она никогда ещё не ощущала холод между ними так явственно. От него не было ни слова о диагнозе. Ведь он расстался с ней под предлогом, что любовь прошла, и сделать уже ничего нельзя. И она не знала, зачем вернулась. Спросить: «Ну как ты там?» Как в той песне, что она слушала. Она ведь… год искала повод, чтобы написать, о том что он всё так же дорог. Ведь он был родным. Несмотря ни на что. Она не могла не приехать, узнав как он болен.

***

Даже самые счастливые моменты ранят тогда, когда становятся лишь воспоминаниями. Когда они работали вместе над проектом, только они трое, сложности были на каждом шагу. И их первую нейросеть хотели украсть для именитого сотрудника кафедры. И после другой драмы, со Смирницким, Влад смотрел на неё своим мягким взглядом, а она могла лишь надеяться, что за ним стоят те же чувства, что уже зародились в её душе. Сколько он сделал тогда для неё… — Подари мне улыбку. Так просто. Спустя четыре месяца знакомства, показавшиеся ей тогда целой жизнью. Просто улыбку. И она никогда прежде не чувствовала себя такой красивой, как в тот момент. И оттого ей не пришлось притворяться. Она была счастлива. Она улыбнулась ему искренне и широко. А он с легким смешком долго смотрел на неё и ничего не говорил. Она хотела разгадать, что он думал, какие мысли стояли за его задумчивым взглядом. А через два дня он впервые поцеловал её. Все карты стали открыты разом. Всего через два дня они уже были вместе. Но тот задумчивый взгляд отпечатался в её сознании. И за три с половиной года отношений она вспоминала его иногда, и это дарило ей сотни бабочек в районе солнечного сплетения. А последние четыре — это же воспоминание стало в ряд самых тяжелых, тех, после которых она плакала не переставая. Из первый поцелуй, не самое красиво сказанное признание — они ведь так и не признались по-настоящему. Быть вместе воспринималось как естественное продолжение их общения. — Мне обнять тебя? На её губах ещё горели новые и почти незнакомые ощущения, а он нашел в себе силы на ироничный тон. Это почти возмутило её. — Только попробуй не обнять. И они засмеялись от этого её ответа. И тут же она уткнулась носом в его шею, чувствуя, как его руки обхватывают её талию. И теперь, когда почти девять лет спустя, они снова встретились, она пропустила через себя это воспоминание с новой — третьей стороны. Словно само его присутствие вызывало ностальгию. И это было почти странно. В голове всплывало не так много моментов из времени, когда они были вместе. Наоборот. Самое начало. Всё, что было до того первого поцелуя. Потому что они уже были влюблены, хотя ещё и не признались друг другу. Но они были по-настоящему счастливы. Тогда.