Пациент

Камила понимала, что одной из причин, почему она так тянулась к Владу сейчас был Смирницкий. И даже так она отдавала себе отчёт, что сама себя обманывает. Но это было очень удобно. Она встречала его все эти 4 года, вживую всего два-три раза, но в её информационном пространстве его было много. Каждое её взаимодействие с Сигнусом сулило встречей с ним. И последние две встречи она хотела использовать как топливо для своих амбиций. Когда она приходила разговаривать с Лёшей в сентябре, в коридоре столкнулась именно с этим человеком. — Лебедева, сколько лет, сколько зим. И его ухмылка, и этот неприятный блеск в его выцветших светлых глазах. И снова она хотела завыть. И в конце октября, когда она занималась продвижением компании, и присутствовала на конференции, он был одним из спикеров. И снова подошёл к ней, так же самодовольно ухмыляясь. — С твоими-то навыками и опытом… Лебедева, присоединяйся к нам. От одних этих воспоминаний ей становится тошно. Сейчас она проводит день за днём изучая всё, что передал ей Влад на той флешке. Она знала, что ищет, но понятия не имела, где именно это найти. Спецификаций слишком много, в каждой слишком много деталей. Сопоставление и анализ, ей было проще пронумеровать листы, распечатать всё и искать вручную, выделяя необходимое маркером. За окном начало ноября, а у неё впереди ещё шестьсот с лишним страниц. И сделав перерыв, она заваривает себе какао, и залезает с ногами на кровать. Ноутбук с бумагой отложены в сторону, а она снова в телефоне. Список акционеров Сигнуса вызывает в ней тихое раздражение. Когда-то давно, в другой жизни, не иначе, они учились в одной школе. А позднее судьба пересекла их пути, так как они выбрали смежные специальности. Когда на конкурсе студенческих работ, проект Влад, Лёши и Камилы занял первое место, Серову предложили стажировку, и Лёша был зол. — Мы работали втроём, почему все лавры только ему? Камила испытывала совсем иное. Они были второкурсниками. И обошли то, что создал Смирницкий с первого курса магистратуры. И дело было даже не в том, что сама идея того проекта принадлежала Серову, и том, что помимо трети работы в проекте он взял на себя полностью планирование и непосредственно управление. Она считала, что он более чем достоин забрать главный приз в виде стажировки, так как деньги в размере восьмидесяти пяти процентов шли кафедре. Нет. Тогда её восхитило не это. Влад публично доказал факт подтасовки голосов, так как научным руководителем Николая был сотрудник компании, который хотел получить капитал в размере тех восьми десяти процентов призовых в обход полного налогообложения. Влад подробно расписал разницу процентных ставок на налогооблагаемую базу. Тот мужчина хотел отразить в отчетности налог целиком, а ту часть, что не снимается с призовых денег, оставить себе, выделив двадцать процентов Смирницкому. Это был скандал. А более того, это раскрыло, что сотрудники готовы идти на подобное ради откровенно небольших сумм денег. И оскорблённое лицо Николая она никогда не забудет. Такое же как когда Влад обошел его годом ранее, в совершенно другом состязании, и доказал несостоятельность исследования целиком. Из-за восторга внутри Камила не заметила, что происходило с Лёшей. И сейчас отчасти злилась. Она всегда старалась примирить Райковского с Серовым. Но вот в некоторые моменты… Иногда ей кажется, будь она чуть внимательней, Лёша бы их не предал. Но и простить его она не могла. Лёша за годы бакалавриата стал ей по-настоящему близким человеком. Который знал, почему она ненавидит Смирницкого.