Глава 13. Магия рун
17 июля 2025 г., 20:03
Vera magica incipit ubi verba
finiunt-in spatio inter exhalationem
et pulsationem ultimam. [лат.]
Гостиная снова погрузилась в тишину, нарушаемую лишь потрескиванием углей в камине. Все взгляды устремились на Пасифику. — Всё началось с того, что — тихо сказала она, глядя в огонь. — Я нашла удивительный синий камень с руной, который красиво переливался на солнце! — Как этот? — неожиданно раздался голос Тома. Все повернулись к нему. Парень достал из-под футболки тонкую цепочку и поднял вверх — на ней висел небольшой камень с выгравированным знаком. В свете камина руна отливала глубоким синим оттенком, почти как в описании Пасифики. — Да, — женщина улыбнулась. — Именно такой. — Подожди, это ТОТ САМЫЙ камень? — спросила Вилл, разглядывая руну. — Тот самый, — подтвердила Пасифика. — Я носила его годами, пока не передала Тому, когда ему исполнилось пять. — Почему? — нахмурился Том, сжимая подвеску в ладони. — Потому что… — её взгляд скользнул к Мейсону. — Я больше не нуждалась в защите, а ты — да. Вилл заинтересованно склонила голову: — Так откуда он вообще взялся? Пасифика откинулась в кресле, её взгляд стал отстранённым, будто она снова видела перед собой тот лес, тот камень…***
Пасифика Нортвест только что переехала в город, и её переполнял восторг! Каждый уголок Reverse Falls казался ей удивительным — старинные здания с секретами, загадочные лесные тропинки, местные легенды, которые так хотелось проверить. И самым удачным стечением обстоятельств стало знакомство с Гидеоном Паинсом — таким же неутомимым исследователем тайн, как и она сама. Одним утром, когда солнце только начинало растапливать ночной иней на траве, Пасифика и Гидеон отправились в лес. Воздух был свеж и прозрачен, а под ногами хрустел прошлогодний лист. Паинс, в своем неизменном голубом жилете и кепке с ёлочкой, шагал рядом с подругой. Он жестикулировал, рассказывая очередную легенду городка Reverse Falls, — И вот именно в этих лесах, — Гидеон понизил голос до шёпота, — живёт Тенетник. Существо из теней и паутины. Говорят, он плетёт свои сети между деревьями, и если ты услышишь шёпот на древнем языке…» — О боже, — закатила глаза Пасифика, — опять твои страшилки. «Тенетник»? Серьёзно? Это же просто местная версия йети для туристов. — Но как ты объяснишь исчезновения фермера Джонса в 92-м? Его нашли в трёх милях от дома, утверждавшего, что он прошёл всего десять шагов! — Алкогольное опьянение, — безжалостно парировала Пасифика. — Давай, лучше поищим ту поляну, о которой ты рассказывал. Девушка шла впереди, раздвигая высокую траву, когда солнечный луч неожиданно отразился от чего-то в земле. — Эй, посмотри! — Пасифика наклонилась и подняла странный камень. — Красивый. Наверное, кварц с какими-то примесями. Гидеон ахнул: — Это же древняя руна защиты! По легендам, такие камни… — Оставь свои легенды, — перебила его Нортвест, но камень всё же сунула в карман. — Просто сувенир. Пошли! Через несколько дней камень превратился в изящную подвеску — Пасифика была мастером на все руки, она аккуратно обработала края и закрепила его на тонкой серебряной цепочке. С тех пор девушка почти не снимала его, пряча под одеждой, считая талисманом на удачу.***
Афиши были расклеена по всему городу: «Мистические Близнецы: Шоу, Которое Перевернёт Вашу Реальность!» Гидеон уговорил подругу пойти с ним. — Ну, пожалуйста, Пас, что тебе стоит сходить со мной на шоу? — Это обычные шарлатаны, которые вымогают деньги. — фыркнула девушка. — Вот сходим и я докажу тебе, что они не шарлатаны. Пошли, будет весело! — Ох, ладно, так уж и быть. Шоу оказалось… неожиданным. А после шоу ей начало казаться, что за ней кто-то следит…***
Кафе тонуло в теплом свете фонарей, а за окнами уже сгущались сумерки. Пасифика нервно теребила край салфетки. — Гидеон, я не шучу, — её голос звучал тише обычного, почти шёпотом. — Кто-то следит за мной. Она описала всё: тени в переулках, шаги, которые повторяли её маршрут, ощущение чужих глаз на спине. Гидеон, обычно такой болтливый, на этот раз слушал молча, его пальцы медленно стучали по кружке с остывшим какао. — Может, тебе показалось? — наконец произнёс он, но сам не выглядел убеждённым. — Говорю же тебе, мне НЕ показалось! — воскликнула девушка. Решив, что с Паинсом этот разговор бесполезен, Пасифика резко поднялась из-за стола, схватила свою сумку, накинула джинсовку и вышла на улицу, даже не попрощавшись. Осенний воздух обжег легкие, но она почти не заметила этого — ее мысли были переполнены подозрениями. Из мыслей девушку вырвал звук шагов позади и мурашки по спине. Она ускорила шаг, намеренно начала петляя по знакомым улочкам, сворачивая то в один переулок, то в другой. Шаги за спиной повторяли каждый ее поворот, каждый неожиданный разворот. Сердце колотилось все сильнее, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки. «Нет, это не паранойя. Он здесь.» Сделав последний резкий поворот за угол старого книжного магазина, она вдруг рванула вперед, перейдя с шага на бег. Кроссовки гулко отдавались по асфальту, а дыхание стало прерывистым. Затем, резко развернувшись, она крикнула в темноту: — Хватит прятаться! Кто ты такой?! Тишина. Лишь ветер шевелил опавшие листья у её ног. И вдруг — движение. Из тени вышел Мейсон, слегка запыхавшийся, с наушниками в ушах. На нем не было привычного костюма — только голубая толстовка на молнии, простая футболка, черные спортивные брюки и кроссовки. Он вытащил один наушник, притворно удивленно подняв брови. — Эй, ты чего так кричишь? Девушка сжала зубы. — Ты следишь за мной? — Что? — он рассмеялся, но в его глазах промелькнуло что-то натянутое. — Я на пробежке. Просто вышел размяться. Пасифика чувствовала, как ярость подкатывает к горлу. — Ты врешь. Ты уже неделю ходишь за мной по пятам! Парень вздохнул, скрестив руки на груди. — Послушай, если бы я хотел тебя преследовать, разве я стал бы так очевидно попадаться на глаза? Она открыла рот, чтобы ответить, но… доказательств действительно не было. Только ощущения. Только этот противный холодок на спине. — Ладно, — сквозь зубы процедила она. — Но если я еще раз замечу тебя там, где тебя не должно быть… — Тогда кричи громче, — он ухмыльнулся, вновь засовывая наушник в ухо. И прежде чем она успела что-то ответить, он уже развернулся и побежал прочь, растворяясь в ночи. Пасифика стояла, сжимая кулаки.***
Утро в Reverse Falls выдалось туманным. Пасифика пробиралась сквозь чащу, стараясь не упустить из виду тропинку, ведущую к месту её школьного проекта — редкому виду папоротников, которые нужно было сфотографировать. Лес был тихим, слишком тихим, будто затаившим дыхание. Неожиданно кусты впереди зашевелились, и на тропу вышел Мейсон. — Ты? — Пасифика нахмурилась. — Что ты здесь делаешь? — Исследую местную фауна, — ответил он, но его глаза скользнули куда-то за её спину, будто что-то уловив. — Правда? И какая именно «фауна» тебя интересу… Её слова прервал низкий, хриплый рык. Земля под ногами затряслась, а ветки деревьев резко закачались, хотя ветра не было. Из-за стволов показалось нечто — высокое, сгорбленное, покрытое шерстью цвета ржавчины. Длинные когтистые лапы, морда, напоминающая не то волка, не то медведя, но слишком вытянутую, почти змеиную. Жёлтые глаза горели неестественным светом. — Тенегрыз. — прошептал Мейсон, резко хватая Пасифику за руку. Чудовище бросилось вперёд. Глифул хватается за брошь и в ту же секунду голубой камень вспыхивает, и воздух перед ними сгущается в полупрозрачную мерцающую стену. Тенегрыз врезался в неё с оглушительным рёвом, отброшенный на несколько шагов назад. Но чудовище не сдавалось. Оно встряхнуло лохматой головой, ядовито-жёлтые глаза вспыхнули яростью, и чудовище снова бросилось в атаку. Когтистые лапы царапали магический барьер, оставляя на нём трещащие следы. Стена дрожала, покрываясь паутиной трещин. Мейсон сжал амулет крепче и резким движением выбросил вперёд левую руку. Из его ладони вырвался луч голубого света. Он ударил Тенегрыза прямо в грудь, чудовище отлетело куда-то в сторону и казалось не подавало признаков жизни. — Что это было?! — испуганно спросила Пасифика. — Некогда объяснять, бежим! — крикнул Мейсон, толкая Пасифику вперёд. Они мчались сквозь лес, не оглядываясь, пока не выбежали на знакомую тропинку у окраины города. Пасифика тяжело дышала, прижимая руку к груди. Мейсон огляделся, но лес уже был тихим. Именно тогда его взгляд упал на шею девушки — на цепочке болтался камень с выгравированным символом.***
Вернувшись домой, Мейсон тут же достал второй дневник — он точно помнил, что где-то здесь он видел похожий символ. И не ошибся. «Руна «Айгизор» — один из шести рунных камней, способна защищать разум владельца от любого магического воздействия.» Глифул откинулся на спинку стула, размышляя.***
— Так, с вами всё ясно, — прервала воспоминания Вилл. — А что насчёт Мейбл? Пасифика и Мейсон переглянулись, затем их взгляды устремились к Уиллу. — Что ж, теперь моя очередь продолжить историю, — демон слегка откинул голову, размышляя. — С чего бы начать… Он на мгновение замер, будто перебирая в памяти давние события, а затем начал рассказ, его голос звучал глухо, словно доносясь из самой глубины прошлого. — После того как этот, — Уилл бросил выразительный взгляд в сторону Мейсона, — решил свалить из города, мои и без того мрачные дни погрузились в непроглядную тьму… Он замолчал, и в его глазах мелькнуло что-то неуловимое — то ли тень сожаления, то ли искра старой ярости. — Мейбл пыталась заполнить пустоту. Но пустота, знаете ли, — он усмехнулся, — вещь коварная. Чем больше ты в неё всматриваешься, тем сильнее она затягивает.***
Темной ночью, когда дождь хлестал по крышам домов, Мейбл стояла на узком парапете балкона своего дома. Её босые ноги чувствовали холод бетона, а пальцы ног автоматически сжимались, будто цепляясь за последнюю связь с этим миром. В глазах — пустота, глубже, чем ночное небо над головой. Ветер рвал её растрёпанные волосы, а сердце бешено колотилось — Всё кончено… — прошептала она, закрывая глаза. Вместо шага вперёд она просто медленно наклонилась назад, как ныряльщик, готовящийся к прыжку. Её тело уже преодолело точку невозврата, когда… Чьи-то холодные пальцы впились ей в запястье. Её падение резко остановилось, тело болезненно дёрнулось в суставе плеча. Она повисла в воздухе, а спасшая её рука дрожала от напряжения. — Не в мою смену! — процедил дворецкий. Она закатила глаза, увидев перегнувшееся через перила лицо Уилла — впервые за всё время на нём читалось напряжение. — Отпусти! — закричала она, брыкаясь. Но он лишь стиснул зубы и перекинул её через перила. Мейбл ударилась о пол, но тут же вскочила, лицо её исказила ярость. — Ты… Что ты творишь? Мейбл бросилась на него, царапая, кусая, но Уилл даже не шелохнулся, принимая её удары. Последующие дни превратились в изматывающий ритуал. Мейбл не оставляла попыток покончить с собой, а Уиллу ничего не оставалось, кроме как спасать девушку из лап смерти. В один из таких дней Глифул решила обратиться к Сайферу. — Слушай, Уилл, у меня есть одна мааленькая просьба. — начала из далека девушка. Мейбл стояла в дверях, ее обычно аккуратные каштановые волосы спутались в грязные пряди. Глубокие синяки под глазами — свидетельство бессонных ночей — резко контрастировали с мертвенной бледностью кожи. Губы, лишенные привычного блеска, дрожали. — Прошу, убей меня! — Мы оба знаем, что я не могу. — сухо ответил демон — Можешь! Ты просто не хочешь! — ее голос сорвался. — Я знаю, как ты меня ненавидишь… — Даже если и так, но я повязан сделкой, которую не могу нарушить. — Он закрыл книгу. — и я не ваш палач, мисс Глифул. И не ваш спаситель. Она ударила кулаком по столу. — Тогда зачем ты вообще здесь?! Молчание. После бесплодного разговора с демоном, Мейбл с силой хлопнула дверью и направилась в сторону кабинета. Её шаги гулко раздавались по пустому коридору. В кабинете Мейбл подошла к книжном шкафу, она резко распахнула дверцы. Пыль взметнулась в воздух, заставив её чихнуть. — Куда Диппер, пихнул эти чёртовы книжонки? — бормотала себе под нос девушка. Вдруг её взгляд упал на знакомые потертые корешк с едва видимыми золотыми тиснениями. С глухим стуком она швырнула их на массивный дубовый стол. Мейбл пролистнула несколько страниц. Вдруг её взгляд привлекли странные записи и рисунки. — Что это…? — её голос дрогнул. Она провела пальцем по странным символам — это были те самые древние руны, о которых когда-то рассказывал Диппер. — Интересно… Её глаза вспыхнули — не безумием, а одержимостью. Следующие дни Глифул провела в кабинете, окружённая книгами и исписанными листами. Она копировала руны, изучала их значения, пробовала комбинации. А затем перешла к практике. В столовой Уилл поправлял скатерть, когда в дверях появилась она. В её руке блеснуло лезвие. — Дай руку. — голос девушки звучал как приказ, без права отказа. Он не успел отреагировать — она рывком схватила его за запястье, закатала рукав и прижала кинжал к коже. — Что ты задумала?! — в его голосе прозвучало напряжение. Но Мейбл игнорировала его. Лезвие впивалось в плоть, вырезая странные символы. Кровь текла по руке, но девушка не останавливалась. — Руна исцеления… руна стойкости…— она бормотала, будто в трансе. Уилл стиснул зубы, его пальцы сжались в кулак, но он не вырывался. Когда последний символ был завершён, Мейбл отступила на шаг, её глаза горели. — Теперь проверим. Она взмахнула кинжалом — лезвие вонзилось ему в плечо. Уилл резко выдохнул, но не закричал. Затем несколько глубоких порезов на ладони и последний удар в живот, от которого демон упал на колени. Мейбл замерла, наблюдая, как Уилл корчится от боли. Через пару минут кровь перестала течь, а плоть начала срастаться у неё на глазах. — Работает… Её губы впервые за долгое время расплылись в хищной ухмылке. Каждый день она усложняла тесты: резала его, наблюдая, как плоть срастается; ломала кости, проверяя пределы регенерации; жгла кожу, чтобы увидеть, насколько быстро руны справятся с этим. С каждым новым экспериментом рун становилось всё больше.***
Вечер опускался на город, как тяжелая бархатная завеса. Улицы, ещё недавно залитые золотистым светом заката, теперь тонули в сумеречной синеве. Фонари зажигались один за другим, их тусклое мерцание отражалось в лужах, оставшихся после недавнего дождя. Воздух был свеж и прохладен, ветер шевелил опавшие листья, заставляя их шуршать под ногами редких прохожих. Мейбл шла не спеша, ее шаги были почти бесшумны. Чёрная толстовка с капюшоном, наброшенным на голову, скрывала ее лицо от посторонних глаз. Синие джинсы и поношенные кроссовки делали ее похожей на обычную девушку, решившую прогуляться по вечернему городу. Но в её движениях чувствовалась натянутость, будто каждый мускул был готов к действию. Она давно не выбиралась из дома. Слишком много воспоминаний связывали эти улицы с тем, что она пыталась забыть. Но сегодня что-то заставило ее выйти — то ли скука, то ли необъяснимое предчувствие. Любимая кофейня встретила её знакомым теплом и ароматом свежесваренного кофе. Мейбл заказала латте, свой любимый напиток, и устроилась за свободным столиком у окна. В пальцах она вертела телефон, бесцельно листая новости, но мысли её были далеко. Звон колокольчика над дверью заставил ее вздрогнуть. Она подняла глаза. В дверях стоял парень. Высокий, в ярко-жёлтом худе с капюшоном, натянутым так, что лица почти не разглядеть. Но когда он повернулся, делая заказ, капюшон слегка съехал — и на мгновение Мейбл увидела глаза. Такие же, как у Уилла… Сердце дрогнуло. «Не может быть.» — пронеслось в её голове. Парень взял стакан, развернулся и вышел. Она вскочила, оставив почти нетронутый латте. Улица. Вдалеке мелькнул его силуэт, сворачивающий в переулок. Мейбл бросилась за незнакомцем, её кроссовки гулко стучали по мокрому асфальту. Она резко свернула за угол, но переулок был пуст — лишь мигающий фонарь бросал неровные тени на кирпичные стены. Тогда она заметила движение в глубине — желтый блик мелькнул между мусорных баков. Мейбл рванула вперёд. Её рука впилась в ткань толстовки, резко развернула парня и прижала к стене. — Чёрт, а я так хотел насладиться своим любимым напитком. — раздосадовано пробормотал парень, глядя на разлившийся стакан. Мейбл прижала лезвие к его горлу. — Воу, полегче! Денег нет, могу только конфеткой поделиться! — незнакомец поднял руки, вжимаясь в стену. — Уилл? — прошептала она, и в этом одном слове смешались гнев, надежда и боль. — А? — И что тебе дома не сиделось? Тоже решил съебать? — О чём ты? Видимо ты меня с кем-то путаешь. Меня вообще-то зовут… Он не успел договорить. Лезвие блеснуло в полумраке. Кинжал вошёл в плечо. Жёлтая ткань моментально пропиталась тёмно-красным, кровь растекалась по рукаву. Затем ещё несколько ноживых ранений. Парень ахнул, скорчившись от боли. Она не слышала его стонов. В ушах стоял звон. И только когда он осел на землю, а его дыхание стало прерывистым, она очнулась. — Нет… Мейбл упала на колени, тряся его за плечи. — Проснись! Но тело в её руках было безжизненным. Паника сжала горло. — Что я наделала? Дрожащими руками она полезла в карман, доставая брошь. Пространство дрогнуло.***
Знакомые стены, разбросанные вещи. На столе — ворох бумаг, раскрытые дневники, заметки с торопливыми набросками рун. Мейбл опустила безжизненное тело на диван, а сама начала лихорадочно перебирая страницы. — Где… Где… Вырвав листок с нужными символами. Мейбл дрожащими руками рванула ворот худи, с силой стягивая его через голову раненого. Ткань, пропитанная кровью, с хлюпающим звуком отделялась от тела. Под ней оказалась чёрная футболка, уже пропитанная алым в области плеча и груди. Она резко движение разорвала ткань, обнажая бледную кожу с зияющими ранами, из которых сочилась тёмная кровь. Она обмакнула палец в кровь, всё ещё сочащуюся из порезов, и начала выводить руны на его груди. Каждый символ давался с трудом — пальцы скользили по влажной коже, линии получались неровными. Кровь смешивалась с потом, растекаясь красными дорожками по бледной коже. Но постепенно магия начала действовать. Раны медленно стягивались, будто невидимые нити сшивали плоть. Руки дрожали, когда она накладывала повязки. Пальцы, запачканные кровью, бессильно опустились. Она рухнула на пол рядом с диваном, прислонившись спиной к холодной деревянной поверхности. Голова тяжело откинулась назад, глаза закрылись. В ушах всё ещё стоял звон — то ли от адреналина, то ли от ужаса перед тем, что она натворила. Тяжелое дыхание незнакомца было единственным звуком в комнате. Она не знала, сколько прошло времени — минута или час — когда услышала слабый стон. Веки дрогнули. Он открыл глаза. Комната повисла в тягостной тишине. Парень медленно приподнялся на локте, морщась от боли в едва затянувшихся ранах. — Думал, мои дни сочтены, — его голос звучал хрипло, но с лёгкой усмешкой. — Второй раз умереть не входило в мои планы. Мейбл вскочила, как ошпаренная. Её глаза, широкие от шока, скользили по его лицу. Белокурые пряди падали на высокий лоб. Эти глаза — жёлтые, как янтарь, с вертикальными зрачками, будто у хищника. В отличие от Уилла на его лице не было никакой повязки, скрывающей правый глаз. Но овал лица, скулы, линия подбородка… Его взгляд медленно, оценивающе скользнул по разбросанным книгам, засохшим чернильным пятнам на полу, странным символам. Потом остановился на ней. Девушку, которая кого-то ему напоминала, кого-то из далёкого прошлого. — Так значит, я жив? — незнакомец первым нарушил тишину, пальцами непроизвольно касаясь свежих шрамов. Мейбл молча кивнула. — Прости, что напала на тебя в том переулке. — Её голос звучал чужим даже для неё самой. Уголок его рта дёрнулся. — Жив — и на том спасибо. Я, кстати, Билл. Билл Сайфер. А ты Мейбл Паинс? — Э-э, вообще-то Глифул. — поправила девушка — А ты… Случайно не родственник Уилльяма Сайфера? Дверь скрипнула, открывшись. Уилл замер на пороге, его единственный глаз широко распахнулся. Он посмотрел сначала на Мейбл, потом на человека, сидящего на диване. — Какого черта?! Ты тут что забыл?! — спросил Уилл. — Конкретно в этой комнате? Она меня сюда притащила. — Билл усмехнулся и кивнул в сторону Мейбл. — А что касается города… — он развёл руками, — …ну, это долгая история. Если вкратце: я устроил небольшой апокалипсис, потом меня уничтожили, но перед смертью я попросил у Аксолотля второй шанс — и вот, пожалуйста. Переродился тут, в новом теле и по всей видимости в другом времени. Не думал, что после смерти смогу вновь встретить старых знакомых. — Вы знакомы? — вмешалась в разговор Мейбл. — А тебя только это интересует? — спросил Билл. Следующие пару часов Сайферы рассказывали Мейбл про параллельные вселенные, и как они работают. А так же Билл рассказал про некого бога Аксолотля, который даровал ему второй шанс.***
Несколько месяцев спустя атмосфера в доме изменилась. Вечерний свет, просачивающийся сквозь плотные бархатные занавески, дробился о пыльные стёкла книжных шкафов, оставляя на полу длинные, искажённые тени. Лампа на столе, покрытая зелёным стеклянным абажуром, отбрасывала неровный свет. Воздух в кабинете был густым — от запаха старой бумаги, чернил и чего-то ещё, едва уловимого. Билл, развалившись в кресле, листал один из дневников, закинув ноги на стол. Его глаза скользили по страницам, время от времени останавливаясь на особенно интересных моментах. Мейбл сидела за столом, записывая что-то в своём дневнике. Её движения были точным и уверенными. Уилл же стоял у шкафа, скрестив руки на груди. Его единственный глаз был прищурен, а губы поджаты. Он явно не был в восторге от нового жильца. — Ты всё ещё здесь… — процедил он, не глядя на Билла. Тот не отрываясь от книги, лишь ухмыльнулся. — А где мне ещё быть? Да и знаешь. — он бросил взгляд на Мейбл. -… здесь довольно интересно. Уилл фыркнул и отвернулся. Мейбл подняла голову, заметив напряжение. Она оторвалась от записей, медленно подошла к Уиллу, её каблуки глухо стучали по деревянному полу. Взгляд её был тяжёлым, почти хищным. Демон не отводил глаз, но в его позе читалось напряжение — он знал, что сейчас будет игра по её правилам. Она остановилась вплотную, так близко, что он чувствовал её дыхание на своей коже. — Ревнуешь? — прошептала она. Мейбл провела пальцем с заостренным ноготком по его скуле, едва не царапая. Уилл не дрогнул, но его челюсть напряглась. — Уже соскучился по нашим играм? — прошептала она, хватая его подбородок, заставляя смотреть ей прямо в глаза. Он не ответил, лишь сделал едва заметный глоток. Глифул усмехнулась и обошла его, скользя ладонью по его плечу, как будто проверяя, не дрогнет ли он. Её шаги были бесшумными, кошачьими. За его спиной она остановилась, её губы почти коснулись его уха. — Или, может, боишься, что Билл окажется… интереснее? Её голос был низким, сладким ядом. Уилл резко отстранился. — Схожу, пожалуй, за кофе. Демон покинул помещение, а Мейбл осталась стоять на месте, её улыбка медленно таяла. Билл наблюдал за этой сценой с явным интересом. — Хм. Так вот как вы развлекаетесь? — Он бросил книгу на стол. — Не то чтобы, — Мейбл пожала плечами, возвращаясь к столу. Сайфер откинулся в кресле, задумчиво глядя в потолок. — Ладно, оставим его. Меня больше интересует это. — Он ткнул пальцем в записи. — Руны? — Именно. Ты их изучаешь, тестируешь. И они работают? — Да. Билл кивнул, его глаза загорелись знакомым блеском. — А если… — он наклонился вперед, — …если применить их для восстановления магии? Мейбл приподняла бровь. — Что ты имеешь в виду? — Видишь ли я был лишён своей силы, — его голос стал тише, но в нём зазвучали старые нотки — те самые, что когда-то обещали хаос. — Но если руны могут усиливать и восстанавливать… может, они помогут вернуть то, что у меня было? Девушка замерла. В её глазах загорелись огоньки азарта и интереса.***
Мейбл сжала перо в пальцах так, что костяшки побелели. Перед ней на столе лежал испещренный пометками блокнот — результат нескольких недель изнурительных поисков. — Ну что, звёздочка, — Билл растянулся в кожаном кресле, лениво потягивая янтарную жидкость из хрустального стакана. Лёд позвякивал, отражая свет в его глазах. — Ты будешь любоваться своим творением или мы перейдём к самой интересной части? Мейбл резко выдохнула, смахивая со лба непослушную прядь волос. — Если ты такой умный, почему не подберёшь руны сам? Билл лишь рассмеялся, откинув голову. — О, но ведь у меня такой талантливый… партнёр, — протянул он, намеренно делая паузу перед последним словом. Глифул подошла к креслу, остановившись в шаге, выхватив стакан из его пальцев она опрокинула остатки виски. Алкоголь обжёг горло, оставив после себя терпкий шлейф. Мейбл с силой поставила пустой стакан на стол. — Ну что же, — протянул он, разводя руки в театральном жесте, — я весь в твоем распоряжении. Без лишних слов она устроилась у него на коленях, усаживаясь так, словно это было её законное место. Ноги её легли вдоль его бёдер, колени упёрлись в мягкую спинку кресла по бокам от его торса, а спиной она почти касалась стола. В одной руке — заточенный кинжал, в другой — чернила. — Устраиваешься поудобнее? — поинтересовался он с ехидной ухмылкой. — Заткнись, — буркнула Мейбл. — Ты уверен, что хочешь это сделать? Мейбл подняла на него взгляд. — Кто не рискует… — он сделал паузу, — …тот пьёт шампанское: дешёвое, скучное и пресное. Мейбл вывела первый символ на его внутреннем запястье — руны защиты. Кровь выступила каплями. Девушка дышала учащенно, её пальцы скользили по его торсу, оставляя за собой сетку из линий, которые пульсируют, как живые. Каждый последующий штрих оставлял после себя дымящийся шрам, чернила впитывались в плоть. Она чувствовала, как под ней напрягаются мышцы, но демон не издал ни звука, лишь иногда морщится от боли. — Последняя руна… — прошептала Мейбл, и в её голосе впервые зазвучала неуверенность. После завершения последнего шриха, кабинет погрузился в мерцающую синеву, будто сам воздух кристаллизовался вокруг них. Густой запах озона и медного привкуса крови висел в пространстве - магия возвращалась, вплетаясь в его существо раскалёнными нитями, пульсируя в жилах горячим, почти невыносимым током. Его глаза хищно сверкнули, а на лице расплылась ухмылка. Билл наклонился ближе, и его горячее дыхание с примесью алкоголя коснулось её щеки. — Что дальше? — прошептал он, и его голос звучал так, будто исходил сразу отовсюду – из стен, из теней, из самого воздуха. Мейбл замерла, чувствуя, как его дыхание обжигает кожу. В глазах Билла плясали золотые искры — смесь азарта и чего-то более тёмного, более личного. Его пальцы сжали её бёдра, впиваясь в плоть даже через ткань. Ответом стал её внезапный поцелуй: горячий, почти яростный. Алкоголь на его губах смешался со вкусом её помады. Его руки, всё ещё вцепившиеся в её бёдра, сжались сильнее, прижимая её к себе так, что даже воздух между ними казался лишним. Она ответила тем же - её пальцы впились в его волосы, коротко остриженные, но достаточно длинные, чтобы запутаться в них. Кинжал со звоном упал на пол, но ни один из них не обратил на это внимания. Билл прижал её к столу, он провёл рукой по её шее, обнажая плечо. Губы спустились к шее, целуя, кусая, заставляя её голову запрокинуться назад от наслаждения. Его ладонь скользнула под её блузку, касаясь горячей кожи. В этом мгновении не существовало ничего, кроме их дыхания, сплетённого в единый ритм.
