Джэм и Кен

На следующее утро Джейми и Кенни отправились домой пешком, как они обычно делали, проведя ночь в доме Кенни. Свежий зимний воздух овевал их щеки, и Джейми слегка поежился, застегивая молнию на куртке, чтобы защититься от холода. Кенни заметил, что Джейми дрожит, и инстинктивно обнял его за плечи, притягивая к себе. Его дыхание клубилось в холодном воздухе, когда он говорил. - У меня нет куртки, чтобы дать тебе, но я поделюсь с тобой теплом своего тела. - сказал он с игривой ухмылкой, нежно сжимая плечо Джейми. Пока они шли, Кенни внезапно повернулся к Джейми с озорным блеском в глазах. Без предупреждения он начал щекотать Джейми под ребрами, его пальцы скользили по чувствительной коже под курткой. - Эй, прекрати! - Джейми взвизгнул, пытаясь увернуться от щекотливой атаки Кенни, пока они шли. Его ноги слегка заплетались на обледенелом тротуаре, и он крепче сжал руку Кенни, чтобы не упасть. Кенни только рассмеялся, не прекращая своих атак на те места, где Джейми было щекотно. - Что случилось, Джей? Не можешь справиться с легкой щекоткой? - поддразнил он, и в его голосе прозвучала игривая насмешка. Джейми не удержался и взвизгнул, когда пальцы Кенни нащупали особенно чувствительное место. - Ах, Кенни! Прекрати! - выдохнул он между приступами смеха, тщетно пытаясь оттолкнуть руку Кенни. Кенни только улыбнулся шире, его собственный смех звенел в морозном утреннем воздухе, пока он продолжал мучить своего парня. Щеки Джейми раскраснелись как от холода, так и от его неудержимого смеха, когда он изо всех сил старался не отставать от Кенни, широко шагавшего по обледенелому тротуару. - Кто-нибудь поскользнется и упадет на задницу, если не будет осторожен. - выдохнул Джейми, наконец-то сумев перевести дыхание. Его глаза блестели от непролитых слез смеха, когда он игриво посмотрел на Кенни. Когда Джейми и Кенни наконец подошли к дому Джейми, обдуваемые холодным зимним ветром, Кенни не выказывал никаких признаков того, что собирается прекратить свои игривые мучения. Джейми задыхался и брызгал слюной, отчаянно пытаясь отдышаться, и безудержно хохотал, его щеки горели от холодного воздуха и неустанных поддразниваний Кенни. - Отвали! - Джейми задыхался между приступами смеха, его голос был хриплым и напряженным. Он попытался вывернуться из хватки Кенни, но тот по-прежнему крепко обнимал его за плечи, прижимая к себе. Кенни только усмехнулся, и его собственный смех зазвенел в бодрящем утреннем воздухе. - О, что случилось, Джей? Не можешь справиться с легким поддразниванием? - поддразнил он, и в его голосе послышались озорство и веселье. Джейми смог только покачать головой, все еще пытаясь отдышаться, когда слегка споткнулся на обледенелой ступеньке крыльца своего дома. Кенни схватил его, крепко сжав руку Джейми и помогая ему восстановить равновесие. - Вот так, - сказал Кенни с ухмылкой, наконец-то уступая в своей щекотной атаке. Он нежно сжал руку Джейми, его большой палец успокаивающе выводил круги на ткани рукава куртки. Джейми прижался к Кенни, все еще тяжело дыша, пытаясь взять себя в руки. Он посмотрел на Кенни со смесью раздражения и нежности в серо-голубых глазах. - Ты невозможен, - пробормотал Джейми, но в его словах не было искреннего энтузиазма. Небольшая, неохотная улыбка тронула уголки его губ, когда он посмотрел на своего парня. Кенни только ухмыльнулся, его глаза тоже искрились весельем и нежностью. - Но тебе это нравится, - сказал он низким, дразнящим голосом. Он наклонился ближе, и его холодный нос коснулся холодной щеки Джейми. - Не так ли, Джей? Джейми какое-то время возился с ключом в замке, его пальцы от холода стали неуклюжими. Он несколько раз повернул ключ, прежде чем, наконец, услышал щелчок открывающегося замка. Он посмотрел на своего парня, который небрежно прислонился к дверному косяку, засунув руки в карманы пиджака. - Ну, я думаю, увидимся позже, - сказал Кенни, и в его голосе зазвучали слегка неловкие нотки. Он пожал плечами, его плечи слегка приподнялись и опустились, когда он посмотрел на Джейми сверху вниз. Джейми прислонился к дверному косяку, повторяя небрежную позу Кенни, когда тот с игривой ухмылкой посмотрел на своего парня. - Да, увидимся позже... придурок, - поддразнил он мягким и непринужденным голосом. Он театрально закатил глаза, но нежная улыбка, расплывшаяся по его лицу, выдала его истинные чувства. В уголках глаз Кенни появились морщинки, когда он улыбнулся Джейми в ответ, нисколько не обидевшись на шутливое оскорбление. - Эй, я не придурок! - запротестовал он, но в его голосе не было настоящей убежденности. Он протянул руку и игриво щелкнул Джейми по лбу, его палец отскочил от нежной кожи. Джейми издал тихий, прерывистый смешок, его рука потянулась, чтобы потереть то место, куда Кенни его ударил. - Продолжай твердить себе это, - парировал он, и в его голосе слышались сарказм и веселье. Его глаза искрились весельем, когда он посмотрел на Кенни, любуясь красивым лицом своего парня, все еще слегка раскрасневшимся от их прогулки и холода. Джейми уже собирался войти внутрь, все еще тихо смеясь и подшучивая над Кенни, как вдруг входная дверь распахнулась. Джейми замер, его глаза расширились, когда он оказался лицом к лицу со своим отцом, стоявшим в дверном проеме. Время, казалось, замедлило свой бег, когда Джейми увидел своего отца, в голове у него промелькнул миллион мыслей за долю секунды. Глаза отца были широко раскрыты, лоб наморщен в замешательстве и с намеком на что-то еще, чего Джейми не мог понять. Это было похоже на оленя, попавшего в свет фар, застывшего и не знающего, как реагировать. Сердце Джейми подпрыгнуло к горлу, бешено колотясь о грудную клетку, когда он осознал, в каком компрометирующем положении они с Кенни оказались. Они оба были раскрасневшимися, запыхавшимися и явно растрепанными после прогулки и игривого поддразнивания. Куртка Кенни все еще была расстегнута, а волосы Джейми, вероятно, были в беспорядке из-за блуждающих рук Кенни. - Э-э, привет, пап, - пробормотал Джейми слегка дрожащим голосом. Он с трудом сглотнул, пытаясь подобрать слова, отчаянно пытаясь придумать оправдание тому, почему они выглядели такими виноватыми и расстроенными. - Я, эм, я просто... мы просто... Глаза мистера Миллера сузились, когда он перевел взгляд на Кенни, а челюсть слегка сжалась, когда он увидел, как высокий мальчик навис над его сыном. Его голос был низким и строгим, с резкими нотками, от которых у Джейми нервно скрутило живот. - Что ТЫ делаешь здесь первым делом с утра? - спросил мистер Миллер, и его тон не оставлял сомнений в том, что он был далеко не рад видеть Кенни на пороге своего дома. Кенни отступил на шаг от двери, и его глаза слегка расширились, когда он увидел суровое, неодобрительное выражение на лице мистера Миллера. Он чувствовал напряжение, исходящее от отца Джейми, и от этого у него нервно скрутило живот. - Э-э-э... просто проводил Джейми домой, сэр, - пробормотал Кенни, и его голос прозвучал чуть более пронзительно, чем обычно. Он потер затылок, внезапно почувствовав себя неловко и виноватым под пронзительным взглядом мистера Миллера. Глаза отца Джейми сузились еще больше, когда он выслушал сбивчивое объяснение Кенни. Холодный утренний свет отбрасывал резкие тени на его лицо, подчеркивая недовольно сжатую челюсть и острый, обвиняющий взгляд. - Я знаю, что мой сын способен самостоятельно дойти домой. - сказал мистер Миллер низким и строгим голосом. Каждое слово он произносил четко, не оставляя места для недоразумений. - Ему не нужно, чтобы ты «утруждал себя» его сопровождением. Слово «утруждал» было произнесено с особым ударением, в нем сквозили презрение и неодобрение. Взгляд мистера Миллера был по-прежнему прикован к Кенни, его глаза пристально впивались в глаза более высокого мальчика. Кенни нервно потер затылок, чувствуя, как ледяной взгляд мистера Миллера прожигает его насквозь. - Да... Думаю, да, сэр. - пробормотал он, пытаясь оправдаться. - Я просто хотел убедиться, что Джейми благополучно добрался домой, вот и все. Если Кенни думал, что его объяснение успокоит мистера Миллера, он жестоко ошибался. Джейми наблюдал, как лицо его отца приобрело еще более темный оттенок красного, а в глазах вспыхнули едва сдерживаемые гнев и отвращение. Мистер Миллер повысил голос, он звучал резко и язвительно, когда он говорил сквозь стиснутые зубы. - Мне не нужен футболист, который нянчился бы с моим сыном, он не ребенок. - отрезал он, его слова были полны презрения и едва сдерживаемого гнева. Его глаза вспыхнули такой яростью, что Джейми слегка отпрянул, внезапно почувствовав себя маленьким и незначительным между двумя нависшими фигурами. Кенни выглядел как нашкодивший щенок: уши его были опущены, а хвост поджат, когда он пытался защититься от словесной атаки мистера Миллера. Он еще более нервно потер затылок, запустив пальцы в волосы и пытаясь найти нужные слова, чтобы успокоить разгневанного мужчину. - Я... я не пытаюсь нянчиться с ним, сэр, - заикаясь, пробормотал Кенни, его голос был едва громче шепота. - Я просто пытаюсь быть вежливым, вот и все. - он опустил взгляд на свои ноги, не в силах больше выдерживать разъяренный взгляд мистера Миллера. Плечи Кенни поникли, уверенный в себе, общительный мальчик, каким он был несколько мгновений назад, теперь выглядел маленьким и неуверенным под тяжестью неодобрения мистера Миллера. Сердце Джейми разрывалось от боли, когда он видел, как его парень чувствует себя неуютно и как на него обрушивается гнев отца. Ему хотелось протянуть руку, взять Кенни за руку и затащить его внутрь, где они были бы в безопасности от пронизывающего холода и еще более холодного взгляда отца. Но Джейми был не настолько глуп, чтобы пытаться вмешаться. Вместо этого он застыл на месте, чувствуя, как внутри у него все переворачивается от волнения и чувства вины. Мистер Миллер крепче сжал плечо Джейми, его пальцы впились в мягкую плоть. Джейми вздрогнул от внезапного прикосновения, его тело напряглось, когда он попытался вырваться из крепкой хватки отца. Кенни резко поднял голову, и его глаза расширились от беспокойства, когда он заметил, что Джейми чувствует себя неловко. - Я понимаю, но не стоит быть такой занозой в заднице. - холодно произнес мистер Миллер, его голос сочился презрением. Его глаза вспыхнули гневом, когда он посмотрел на Кенни, призывая его ответить. Кенни несколько раз открыл и закрыл рот, не издав ни звука, пока пытался найти подходящий ответ. Джейми видел, как в глазах Кенни боролись обида и разочарование, желание постоять за себя боролось со страхом еще больше разозлить мистера Миллера. В конце концов, Кенни просто опустил взгляд, его плечи поникли в знак поражения, и он промолчал. Мистер Миллер крепче сжал плечо Джейми, его пальцы впились в мягкую плоть с такой силой, что Джейми вздрогнул. Джейми попытался вырваться, но хватка отца была твердой и крепко удерживала его на месте. Без предупреждения мистер Миллер начал подталкивать Джейми внутрь, его рука крепко легла на спину сына, чтобы подтолкнуть его к порогу. Джейми слегка споткнулся, застигнутый врасплох этим внезапным действием, но тут же выпрямился. Когда его заталкивали внутрь, Джейми оглянулся через плечо на Кенни. Их взгляды встретились на короткий напряженный миг, и губы Джейми беззвучно шевельнулись, произнося слово «пока». На его лице читалась смесь извинения, тоски и безмолвной мольбы о понимании. Затем Джейми так же быстро исчез внутри дома, оставив Кенни одного на крыльце, все еще встречающегося с ледяным взглядом неодобрения мистера Миллера. Дверь за ними плотно закрылась, щелчок замка эхом разнесся в напряженной атмосфере, как выстрел. Джейми последовал за отцом на кухню, его шаги были тяжелыми и неохотными, когда он последовал за высоким мужчиной. Холодный линолеум холодил его ноги даже в носках, заставляя пожалеть, что он не надел домашние тапочки, прежде чем его затащили внутрь. Оказавшись на кухне, мистер Миллер повернулся к сыну, его глаза сузились, и в них появился холодный обвиняющий взгляд. Джейми почувствовал тяжесть этого взгляда, явное неодобрение, исходившее от отца ощутимыми волнами. Он с трудом сглотнул, пытаясь обрести дар речи, и встретился взглядом с отцом. - Почему ты снова был с этим тупым спортсменом? - спросил мистер Миллер низким и сердитым голосом. Эти слова ударили Джейми, как пощечина, заставив его слегка вздрогнуть на месте. Джейми посмотрел на отца широко раскрытыми серо-голубыми глазами, в которых читалась неуверенность. Он с трудом сглотнул, прежде чем заговорить, его голос был тихим и неуверенным. - Я... у него был день рождения, я просто зашел поздравить его, - пробормотал Джейми, его слова вырывались в спешке, когда он пытался объясниться. Пока он говорил, Джейми опустил взгляд, не в силах больше выдерживать напряженный, обвиняющий взгляд отца. Он сосредоточился на особенно поцарапанном и потертом месте на кухонном полу, наблюдая, как свет из окна над раковиной играет на потертом линолеуме. Джейми нервно теребил руки, его пальцы скручивались и переплетались друг с другом, что выдавало его дискомфорт и беспокойство. Он знал, что его отец не одобрял Кенни, ему не нравилось время, которое они проводили вместе, но он не ожидал такой резкой реакции, особенно с утра пораньше. Молчание, последовавшее за объяснениями Джейми, было тяжелым и гнетущим, секунды тянулись с мучительной медлительностью. Джейми чувствовал, как взгляд отца сверлит его макушку, и от тяжести этого взгляда у него по коже побежали мурашки от беспокойства. Он приготовился к ответу отца, его желудок скрутило в узел, когда он ожидал неизбежного выговора. Мистер Миллер фыркнул, и этот насмешливый звук, словно ножом, прорезал напряженную тишину кухни. Джейми слегка вздрогнул от этого звука, его плечи втянулись, словно он пытался стать меньше ростом. - Как удобно. - сказал мистер Миллер, и его голос сочился сарказмом и презрением. - День рождения, да? Тогда почему ты остался на ночь? - его глаза сузились, когда он посмотрел на Джейми острым и обвиняющим взглядом. Голос Джейми слегка дрогнул, когда он поспешил успокоить отца. - Его отец сказал мне спать на диване, я даже не спал в его комнате. - быстро сказал он, выпаливая слова в спешке. Джейми не поднимал глаз, его руки все еще нервно болтались по бокам, когда он пытался убедить своего отца, что между ними не произошло ничего неподобающего. Мистер Миллер издал резкий, презрительный смешок, от которого у Джейми мурашки побежали по коже. - О, мне все равно, заставлял ли его отец тебя спать на полу или на диване, дело не в этом.  - сказал он, повышая голос с каждым словом, пока не перешел почти на крик. - Дело в том, что я вообще не хочу, чтобы ты общалась с этим тупоголовым спортсменом! В глазах Джейми вспыхнул внезапный вызов, когда он посмотрел на своего отца, слегка выпятив подбородок. - Он не "тупоголовый"! - сказал Джейми, повысив голос, когда начал защищать своего парня. - Он умный, и забавный, и... и он действительно хорошо ко мне относится. - слова вырвались у него в спешке, наползая одно на другое, пока Джейми пытался убедить своего отца в достоинствах Кенни. Норман прервал Джейми резким, насмешливым смехом, который прозвучал резко и неприятно для ушей Джейми. - О, он умный и забавный, не так ли? Что ж, позволь мне кое-что сказать тебе, сынок, - сказал Норман, и в его голосе послышались покровительственные нотки, от которых у Джейми скрутило живот. - Этот парень получит спортивную стипендию, а затем отправится в какой-нибудь модный колледж в другом штате. И знаешь, что произойдет потом? - Норман наклонился ближе, его глаза сверкнули холодным, жестким огнем. - Он забудет о тебе, как только переступит порог кампуса. Такие парни, как он, не задерживаются рядом, Джейми. Они уходят и никогда не оглядываются назад. - голос Нормана был тихим и мрачным, слова поразили Джейми, как удар под дых. Он чувствовал тяжесть слов отца, мрачную уверенность, стоящую за ними, отчего его сердце пронзила внезапная острая боль. Норман просто продолжал говорить, пресекая любые попытки Джейми возразить или защитить Кенни. - Помяни мои слова, сынок. От этого мальчишки одни неприятности, и я не позволю тебе губить свою жизнь из-за безнадежного дела. Джейми стиснул зубы, слушая жестокие слова отца, каждое из которых резало, как нож. Он чувствовал, как в нем закипает гнев, ощущая его горький привкус на языке. Когда отец наконец остановился, чтобы перевести дух, Джейми увидел свой шанс. - Ты не знаешь, о чем говоришь, - пробормотал Джейми низким и напряженным от едва сдерживаемой ярости голосом. Он развернулся и, не дожидаясь ответа отца, направился в свою комнату. Половицы заскрипели под быстрыми, сердитыми шагами Джейми, когда он удалился в убежище своей спальни. Он захлопнул за собой дверь, с такой силой, что рама задрожала. Джейми прислонился к ней, его грудь вздымалась от волнения, когда он пытался переварить резкие слова отца. Слезы защипали уголки его глаз, но Джейми смахнул их, не позволяя жестокой оценке отца в адрес Кенни подействовать на него. В глубине души он знал, что его отец ошибался, что Кенни был совсем не таким, как описывал Норман. Джейми пересек комнату и бросился на кровать, зарывшись лицом в подушку и издав приглушенный вопль разочарования. Он не мог поверить, что его отец мог говорить такие ужасные вещи о Кенни, особенно когда знал, как сильно Джейми заботился о нем. Слова отца эхом отдавались в его голове, жестокая, пренебрежительная манера, с которой он говорил о Кенни, заставляла Джейми сжиматься от гнева и боли. Как мог его отец быть таким слепым, таким невежественным в отношении человека, которого Джейми любил? Кенни был добрым, заботливым и верным... он бы никогда просто так не бросил Джейми. Правда ведь? От этой мысли сердце Джейми сжалось от страха и неуверенности. У Джейми защемило сердце, когда он подумал о предстоящих испытаниях, о препятствиях, которые грозили разлучить их. Кенни был его скалой, его якорем в бурном море подростковой жизни. Мысль о том, что она может потерять его, о том, что никогда больше не увидит его улыбки и не услышит его заразительного смеха, заставляла грудь Джейми сжиматься от болезненной, отчаянной тоски. Он потянулся за телефоном и дрожащими пальцами вытащил его из кармана. Сердце Джейми бешено колотилось, когда он просматривал фотографии, остановившись на селфи с вечеринки по случаю дня рождения Кенни. Они улыбались в камеру, прижавшись щеками друг к другу, рука Кенни покровительственно обнимала Джейми за талию. В этот момент, навсегда запечатленный на экране, они выглядели счастливой парой. Джейми провел пальцем по лицу Кенни, и горько-сладкая улыбка заиграла в уголках его рта. Он знал, что им придется быть более осторожными, более скрытными. Подозрения отца уже усиливались, и Джейми не мог позволить себе дать ему еще один повод не одобрять Кенни. В голове Джейми проносились мрачные, пугающие мысли, когда он смотрел на фотографию на экране своего телефона. Счастье и беззаботный смех той ночи теперь казались далеким воспоминанием, омраченным суровой реальностью жестоких слов отца. Палец Джейми дрожал, когда он водил по улыбающемуся лицу Кенни, изображение слегка расплывалось, а на глаза навернулись слезы. У Джейми засосало под ложечкой, когда он позволил себе допустить ужасающую возможность того, что его отец, возможно, прав. Что, если Кенни действительно получит стипендию, а потом встретит в колледже какую-нибудь симпатичную, популярную девушку, которая впишется в его новую жизнь? Сердце Джейми сжалось при этой мысли, болезненная, отчаянная боль разлилась по его груди. Воображение Джейми нарисовало яркую, душераздирающую сцену. Он представил себе Кенни, теперь звезду студенческого футбола, идущего рука об руку с потрясающе красивой девушкой по лужайке кампуса. Ее длинные светлые волосы развевались на ветру, а яркая улыбка затмевала даже ослепительную ухмылку Кенни. Кенни повернулся к ней, его глаза сияли любовью и обожанием, от которых сердце Джейми болезненно сжалось. - Я так больше не могу, Джейми. - представил он, как Кенни произносит это, и его голос наполняется вновь обретенной уверенностью и решимостью. - Я понял, что я не гей. Я не хочу быть геем. Я хочу быть настоящим мужчиной, рядом с которым будет настоящая женщина. Джейми представила, как Кенни протягивает руку, и бриллиант на кольце сверкает на солнце, когда он протягивает его девушке. - Ты выйдешь за меня замуж? - спросил он, и его голос, чистый и гордый, разнесся по переполненному двору. Джейми с болью наблюдал, как девушка ахнула, ее глаза заблестели от слез счастья, когда она обвила руками шею Кенни. - Да, - прошептала она, и в ее голосе звучала преданная, вечная любовь. - Да, конечно, я выйду за тебя, Кенни. Когда они обнялись, Джейми почувствовал, как его сердце разлетелось на тысячу осколков. Он рухнул на деревянный пол своей спальни, по его лицу текли слезы, и он издал мучительное, сдавленное рыдание. Было слишком легко представить, как Кенни бросает его, забывает о том мальчике, которым он был, и начинает новую жизнь без Джейми. От этой мысли у Джейми скрутило живот от страха и отчаяния. Рыдания Джейми сотрясали его маленькое тельце, когда его терзали сомнения и неуверенность в себе. Он свернулся калачиком, прижав колени к груди, а слезы обильно текли по его щекам. Его сердце словно сжимали в тисках, каждый удар посылал по венам новую волну боли. - Я даже не знаю, почему нравлюсь Кенни. - выдавил Джейми между всхлипами, его голос был хриплым от отвращения к самому себе. - Я просто застенчивый, хилый парень, который проводит все свое время, рисуя глупых персонажей комиксов. Я не популярен, я не спортсмен, я не... ничто. Джейми снова всхлипнул, когда подумал о Кенни - высоком, красивом, уверенном в себе и любимом всеми, особенно девочками. Почему такой человек, как Кенни, хочет быть с таким стремным, неуверенным в себе парнем, как Джейми? Это не имело смысла. Они были полными противоположностями во всех отношениях. - Я просто ботан. - прошептал Джейми, и в его голосе сквозило презрение к самому себе. - Жалкий маленький ботаник-гей, который влюбился в самого потрясающего парня в школе. Я вообще не понимаю, почему Кенни что-то во мне находит. Чем больше Джейми думал об этом, тем больше убеждал себя, что чувства Кенни к нему были мимолетными, проявлением любопытства, которое со временем пройдет. Кенни поймет, что его место рядом с кем-то, кто был бы ему ровней, а не с таким застенчивым, неуклюжим парнем, как Джейми.

***

Когда Джейми вошел в класс в первый день после зимних каникул, его желудок уже скручивало от волнения. Джейми занял свое обычное место в конце класса, стараясь раствориться в тени, отбрасываемой флуоресцентными лампами, мерцающими над головой. Он не поднимал глаз, его пальцы нервно теребили молнию на рюкзаке, пока он ждал, когда прозвенит звонок и начнется урок. Когда мистер Питерсон, наконец, вошел, привлекая внимание аудитории, Джейми выпрямился на своем стуле. Обычно накрахмаленная рубашка учителя была немного помята, а воротник галстука ослаблен. Было ясно, что праздничные каникулы прошли для него не так расслабляюще, как для студентов. Он тяжело опустил свою сумку на парту в передней части класса, и звук эхом разнесся по внезапно притихшему классу. - Доброе утро, - сказал он усталым голосом, глядя на море лиц перед собой. Ответом ему был хор вялых приветствий и ворчания. Мистер Питерсон вздохнул и провел рукой по лицу, прежде чем продолжить. - Я надеюсь, вы все приятно провели каникулы. Боюсь, у меня есть новости, которые могут охладить ваш энтузиазм по поводу возвращения. Он сделал паузу, позволяя предвкушению нарастать, и обвел взглядом комнату. Студенты заерзали на своих местах, на их лицах отразилась смесь любопытства и опаски. - Я определился с основным заданием на этот семестр. - объявил он, и в его голосе послышались нотки смирения. - Вы будете работать в парах, и вместе вы напишете короткое сравнительное эссе, которое должно быть опубликовано в конце семестра. Тема: любовь и утрата в пьесах Шекспира «Ромео и Джульетта» и «Отелло». Комната взорвалась какофонией стонов, воздух наполнился разочарованными подростковыми голосами. Джейми откинулся на спинку стула, его захлестнула волна ужаса. Он нервно огляделся по сторонам, гадая, с кем бы ему быть в паре, и от всего сердца надеясь, что это не будет тот, кто сделает его жизнь невыносимой на ближайшие несколько месяцев. Мистер Питерсон издал резкий, нетерпеливый вздох, когда на него обрушилась какофония жалоб. Он поднял руку, выражение его лица стало суровым и раздраженным. - Ладно, ладно, хватит. - рявкнул он, и его голос прорезал шум, как нож. - Я знаю, что никто из вас не в восторге от этого задания, но это обязательное условие, так что вам всем придется с ним смириться. Он подождал, пока утихнет последнее ворчание, прежде чем продолжить, его тон стал безразличным и скучающим. - Теперь, чтобы составить из вас пары, я решил расположить вас по фамилиям в алфавитном порядке. У меня здесь есть список... - он помахал в воздухе слегка помятым листком бумаги, прежде чем положить его на свой стол. Мистер Питерсон начал зачитывать пары имен ровным и незаинтересованным голосом. В классе воцарилась тишина, ученики внимательно слушали, им не терпелось узнать, кто же будет их партнером. - Баллард и Бенсон... - бубнил он, даже не останавливаясь, чтобы запомнить имена, прежде чем перейти к следующей паре. - ...Карсон и Дэвис... Джейми выпрямился на своем стуле, его сердце учащенно забилось, пока он ждал, когда мистер Питерсон дойдет до букв «М». Кенни ведь уже в классе, да? Джейми попытался вспомнить, видел ли он своего парня тем утром, но из-за волнения ему было трудно мыслить здраво. - ...Миллер и Паркер, - объявил мистер Питерсон, водя пальцем по списку и зачитывая их имена вслух. Глаза Джейми расширились, и он повернулся, чтобы посмотреть на обычное место Кенни, ожидая увидеть там своего парня, который ухмыляется и машет ему рукой. Но стул был пуст, и Джейми охватила новая волна паники. Где Кенни? Почему его до сих пор нет? Как только мистер Питерсон закончил зачитывать список пар, он поднял глаза и спросил весь класс: «Итак, все знают, кто будет их партнером на этот семестр?» Сердце Джейми бешено колотилось в груди, когда он открыл рот, чтобы заговорить, готовый указать на вопиющее отсутствие Кенни в комнате. Но как только он собрался что-то сказать, дверь в класс распахнулась, и в комнату, запыхавшись, вбежал Кенни с раскрасневшимся лицом и слегка растрепанными волосами. - Извините за опоздание, мистер Питерсон, - задыхаясь, сказал Кенни, все еще пытаясь отдышаться, и быстро направился к своему столу. - Тренер Томпсон задержал нас еще немного для последней тренировки. На мгновение выражение лица мистера Питерсона потемнело от раздражения, а брови сошлись в суровой гримасе. Однако, когда Кенни упомянул тренера Томпсона, поведение учителя изменилось, его хмурое выражение смягчилось и стало более нейтральным. - Что ж, постарайтесь, чтобы это больше не повторилось, Паркер, - сказал мистер Питерсон все еще немного грубоватым тоном, но без прежней резкости. - Я ожидаю от своих учеников пунктуальности. Кенни кивнул и опустился на свое место рядом с Джейми, бросив в его сторону быструю извиняющуюся улыбку. Джейми почувствовал, как узел тревоги в его животе ослабевает, а страх, сковывавший его, исчезает теперь, когда Кенни был здесь и все объяснил. Кенни потянулся под столом и сжал руку Джейми в знак молчаливого приветствия, но тот лишь неловко хлопнул его по руке в ответ. - Эй, - прошептал Кенни низким и немного хрипловатым от недавней физической нагрузки голосом. – что я пропустил? Джейми наклонился чуть ближе и таким же тихим голосом ответил: «Просто обычные стоны и жалобы на то, что приходится работать в паре. О, и мистер Питерсон зачитывал список, кто с кем в паре. Очевидно...» - Джейми замолчал, его желудок скрутило от внезапного беспокойства. - Очевидно, мы в паре, но я не знаю, хорошо это или плохо. - признался он, его голос слегка дрожал от неуверенности. Лицо Кенни расплылось в игривой улыбке, когда он наклонился еще ближе к Джейми, его дыхание все еще было немного теплым после недавнего напряжения. Он протянул руку и взъерошил волосы Джейми, от этого прикосновения по спине Джейми пробежала легкая дрожь. - Похоже, это мы с тобой вдвоем, да? - сказал Кенни, и в его голосе зазвучали дразнящие нотки. Его карие глаза искрились озорством, когда он смотрел на Джейми, а улыбка на его лице становилась шире с каждой секундой. Джейми игриво оттолкнул руку Кенни, почувствовав, как вспыхнули его щеки от этого интимного жеста на глазах у всего класса. Он наклонился еще ближе, понизив голос до дразнящего шепота. - Да, я тоже так думаю, идиот, - пробормотал Джейми, но в его словах не было настоящей злобы. Несмотря на беззаботный момент, который Джейми только что разделил с Кенни, давние сомнения и неуверенность в себе снова нахлынули на него. Он не мог удержаться от того, чтобы не обдумать каждую мелочь их взаимодействия, превратив искреннюю улыбку Кенни в нечто более зловещее в своем воображении. Может быть, Кенни был просто рад найти легкого партнера, с которым он мог бы повысить свои оценки, не прилагая особых усилий. От этой мысли у Джейми скрутило живот от горькой смеси гнева и отвращения к самому себе. Или, возможно, Кенни на самом деле был раздражен тем, что оказался в паре с застенчивым, неуклюжим парнем, которого, как он почему-то убедил себя, он любил. Возможно, в тот момент Кенни представлял себе всех остальных людей, с которыми он предпочел бы работать, - популярных девушек, которые могли бы заставить его хорошо выглядеть перед друзьями, спортивных парней, которые действительно могли бы соответствовать его энергичному характеру. В голове Джейми вертелись разные варианты, и каждый из них был мучительнее предыдущего. Джейми искоса взглянул на Кенни, его взгляд был неуверенным и настороженным. Он попытался поймать взгляд Кенни, надеясь понять его истинные чувства, но Кенни уже сосредоточился на том, чтобы порыться в своем рюкзаке, казалось, не замечая внутреннего смятения Джейми. Это только усилило неуверенность Джейми, заставив его задуматься, не выжидает ли Кенни удобного случая, чтобы бросить своего парня и найти более привлекательную партнершу. Сомнения и страхи бушевали в голове Джейми подобно буре, угрожая поглотить его полностью. Джейми казалось, что его разум раскалывается надвое, и два противоположных голоса кричат друг на друга, каждый из которых пытается заглушить другой. Он крепко зажмурился, пытаясь отгородиться от хаоса в собственной голове, пытаясь разобраться в истинных чувствах Кенни. С одной стороны, рациональная часть мозга Джейми шептала, что Кенни действительно заботился о нем. Он вспомнил все те маленькие моменты, которые они пережили вместе, то, как загорелись глаза Кенни, когда он увидел его, то, как нежно он держал его за руку, игривое поддразнивание, которое всегда заканчивалось мягким, нежным поцелуем. Эта часть Джейми хотела верить, что Кенни был искренне рад работать с ним в паре, что он рассматривал это как возможность тесно сотрудничать с парнем, которого он любил. Но другая часть сознания Джейми, снедаемая постоянным беспокойством и неуверенностью в себе, кричала ему, что Кенни просто притворяется. Что забота и привязанность, которые он проявлял, были не более чем прикрытием, способом держать Джейми в узде, размахивая иллюзией любви перед ним, как морковкой на палочке. Этот голос в голове Джейми нарисовал мрачную картину, в которой Кенни втайне испытывал отвращение при мысли о том, что ему придется работать в паре с кем-то таким неуклюжим и неуверенным в себе, как Джейми. В этом мрачном сценарии Кенни просто выжидал подходящего момента, чтобы перестать притворяться и раскрыть свои истинные чувства - что он никогда не смог бы по-настоящему полюбить кого-то вроде Джейми, что он просто использовал его в своих корыстных целях, будь то более высокая оценка или простой способ повысить его эго. В голове Джейми пульсировало, когда два голоса боролись друг с другом, каждый из них пытался заменить другой своей собственной искаженной версией реальности. Он потер виски, чувствуя, что сходит с ума, что он больше не может доверять своим собственным чувствам или суждениям. Чем дольше он сидел там, заблудившись в лабиринте собственного разума, тем больше, казалось, сгущалась тьма, тем больше он начинал верить, что привязанность Кенни была не более чем жестокой шуткой на его счет. - Эй, взгляни на это. – внезапно сказал Кенни, подталкивая Джейми локтем и указывая на подчеркнутый им отрывок. – Тебе это не напоминает сцену на балконе в «Ромео и Джульетте»? Ну, типа, то, как Отелло говорит здесь о Дездемоне… Джейми заставил себя сосредоточиться на тексте, включиться в академическую дискуссию и не позволять бурлящим мыслям поглощать его. Кенни, казалось, искренне заинтересовался параллелями, в его голове роились идеи. Джейми вздохнул и потер виски, пытаясь отогнать головную боль от стресса, которая грозила усилиться. Ему нужно было поговорить с Кенни об этом, обнажить свою неуверенность и услышать из его собственных уст, что он не просто временное развлечение. Что он важен для него. Но не здесь. Не сейчас. Он найдет способ поговорить об этом позже, когда они останутся одни. А пока он постарается сосредоточиться на текущей задаче и не позволить ядовитым сомнениям отца испортить то, что должно было стать приятным моментом. Прозвенел звонок, вырвав Джейми из его мрачных мыслей и вернув к яркому флуоресцентному освещению классной комнаты. Трясущимися руками он собрал учебники. Кенни появился рядом с ним, его большая рука успокаивающе легла ему на спину, и они вместе с остальным классом направились к двери. - Я тут подумал, что мы могли бы выпить по молочному коктейлю после школы. – начал он непринужденным тоном. – Может быть, прогуляемся по парку, только мы вдвоем… Он замолчал, увидев лицо Джейми, и озабоченно сдвинул брови. - Что не так? – тихо спросил он, наклоняя голову, чтобы заглянуть Джейми в глаза. Но тот лишь покачал головой, пытаясь изобразить ободряющую улыбку, но почувствовал, что это больше похоже на гримасу. - Ничего. – пробормотал он, повыше закидывая рюкзак на плечо. – Просто… семейные дела. Ничего особенного. Кенни нахмурился, явно не купившись на его отпор. Но прежде чем он смог продолжить, в его кармане завибрировал телефон – без сомнения, его тренер прислал сообщение с напоминанием о тренировке. - Черт. – пробормотал он, взглянув на экран и поморщившись. – Мне пора бежать, Джейми. В другой раз? Парень кивнул, заставляя себя собраться. - Да, конечно. Иди… занимайся своими спортивными штуками. - «Спортивные штуки»? Когда ты так говоришь, это звучит так… первобытно. Как будто я иду охотиться на мамонта или что-то типа того. Сам того не желая, Джейми рассмеялся, чувствуя, как напряжение спадает от нелепости. - Иди, лови своего мамонта, Тарзан. – поддразнил он Кенни, пихая локтем в его твердый, как скала, бицепс. Кенни схватил его за руку и притянул к себе для быстрого, крепкого объятия, от которого у него перехватило дыхание и закружилась голова. - Я позвоню тебе позже. – пообещал он, и его голос прозвучал низким рокотом у его уха. – Потом поговорим, хорошо? Джейми кивнул. Тренировка. Конечно, он всё понимал.