Любовь пронзающая века.

౨ৎ 企业 ౨ৎ

      В затемнённой комнате студии, освещаемой лишь тусклым светом из коридора, просачивающимся через входную дверь, слышался шум поскрипывающего старенького дивана и сбитое дыхание двух возбужденных парней.       Лихорадочно целуясь, крепко обняв друг друга и тесно прижавшись, Юнги и Чимин стонали в унисон от возбуждающих объятий. И, хоть это был не первый раз, когда парни предавались страстному петтингу, сегодня, казалось, были сорваны все сдерживающие оковы.       Прижимая младшего вплотную к своему паху, Юнги только и мог, что сбито шептать: — Что же ты делаешь со мной, Чимин-а, я так хочу тебя, кажется, что, если бы моя воля, я бы всего тебя сожрал, ни кусочка не оставил.       Обхватив ладошками лицо желанного партнера, Чимин, целуя каждый сантиметр, жарко шептал: — Да, так, милый. Сделай еще раз так бедрами, мне так приятно.       Поднырнув кистями рук под пижамные штаны Чимина, старший обхватил крепкие ягодицы еще сильнее, впечатывая парня в свое тело.       Почувствовав приближение пика удовольствия, младший обессиленно уронил голову на изгиб шеи, жарко и тяжело задышав и застонав в теплую кожу: — Юн-и, я... Писец, я скоро, мне так хорошо.       Дрожь оргазма пробила стройное тело, и, ощущая последние хаотичные спазмы в паху, Чимин, от удовольствия прикрыв глаза, растаявшей медузой растекся по желанному телу. Перед глазами замелькали привычные искры и сознание, растворившись в удовольствии, покинуло парня.

***

      Пролетев сквозь время, душа Чимина очутилась в просторной купальне заставы. Расслабленно лежа в теплой воде, Император наслаждался водными процедурами. Прикрыв глаза, он думал о том, как именно провести сложную для себя беседу с колдуном, чтобы выведать все тайны.       На коленях перед небольшим бассейном стоял хрупкий молодой юноша с ярко выраженной корейской внешностью. Его темные глаза скользили по белому как снег телу Императора, нежные руки порхали с трепетом по оголенным плечам, выглядывающим из воды. Намыливая и легко растирая кожу, он, пользуясь задумчивостью властителя, легко скользнул рукой с мочалкой под воду. Добравшись рукой до низа живота, парень, немного помедлив, двинулся еще ниже, переходя нежными движениями на пах.       Замерев в своей невидимости, душа Чимина тем не менее испытывала вполне себе человеческие эмоции, в частности и ревность. Смотреть на то, как наглый парнишка ласкает и облизывается на его Юнги, не хватало терпения и спокойствия.       К счастью для Чимина, Император, почувствовав интимные прикосновения, зарычав как тигр, перехватил чужую руку, нагло добравшуюся до члена.       — Ты кто такой? Кто тебе позволил, мальчишка? Я прикажу казнить тебя за такие вольности! — закричал он на паренька, с силой отталкивая от себя.       Упав вниз и растянувшись на мраморном полу, парень залепетал: — Хосок-щи прислал меня прислуживать вам, мой Император. Прошу простить меня, я не хотел ничего плохого, но вы так красивы, мой господин, я не смог удержаться...       — Убирайся вон! — рявкнул Юнги. — Не попадайся мне на глаза более, иначе сгниешь в темнице.       — Вызови ко мне братьев Чон, — дал распоряжение страже возле дверей Мин, поднимаясь из тёплой воды.       Стоя в полный рост в небольшом бассейне, полностью обнажённый Мин принялся выжимать длинные смоляные мокрые волосы.       Два судорожных вздоха наслаждения разорвали пространство купальни. К счастью для нервной системы, Император услышал один из двух: — Да ты, я погляжу, бессмертный! — зарычал он пареньку-слуге, замершему и пожирающему его взглядом. — Убирайся вон!       Униженно кланяясь, парнишка попятился к дверям, до самой выхода не отрывая восхищенного взгляда.       Замерший, невидимый и неосязаемый дух Чимина вполне себе разделял эмоции паренька. Там, в будущем, Чимину не представлялось пока ещё возможности увидеть старшего полностью раздетым, и сейчас он просто наслаждался видом красивого тела. Император был среднего роста, даже немного выше по корейским стандартам, его достаточно широкие плечи переходили в крепкую, накаченную, с отчетливо прорисованными мышцами спину, отмеченную шрамами, оставшимися после многочисленных сражений рядом с отцом. Живот его был немного впалым, а бедренные косточки ярко выраженными и четко выступающими. Стройные, даже скорее худые ноги переходили в офигенски красивую, подтянутую попу, а расслабленный член поражал своими размерами, весьма далекими от корейских стандартов. Длинные тонкие пальцы украшали изящные кисти с переплетёнными выпуклыми венами, ползущими практически до локтей. Но главное, что бросалось в глаза и приковывало взгляд, - это белая, чистая, почти фарфоровая кожа тела.       Юнги был красив, с настоящей мужской красотой, с широкими плечами, и спиной, и вместе с тем изящной, точеной фигурой.       Вежливо постучавшись в покои, примыкающие к купальне, зашли начальник охраны с младшим братом. Накинув шелковый халат, Император поспешил к ним.       — Хосок, объяснись, — строго потребовал Юнги. — Какого черта ты отправил ко мне этого дурачка? Неужели ты думаешь, что я настолько слаб, что поведусь на первую же смазливую мордашку и аппетитную задницу?       Виновато опустив голову, Хоби произнес: — Простите, мой господин, мне казалось, вам было бы неплохо расслабиться.       — Не решай за меня, Чон, иначе я не посмотрю на годы нашей дружбы и ты окажешься в каземате.       — Теперь перейдем к тебе, Чонгук, — перевел взгляд на младшего Мин, — мои шпионы донесли о твоем возмутительном поведении в коридоре под моими дверями. Как ты собираешься оправдаться? Что это вообще было? Так долго было твое воздержание, что ты буквально чуть не отымел этого странного колдуна вчера ночью?       — Прости, хён, - пробубнил младший, — я влюбился с первого взгляда. У меня голову сносит от его лица и запаха. Никогда не думал, что подобное может произойти со мной.       Лукаво растянув губы в милой улыбке, Мин подмигнул своему начальнику охраны: — Да уж, Гук-и. Мы тоже не могли и подумать, что тебя когда-нибудь привлечет парень, сразу, знаешь ли, вспоминается твоя трехчасовая икота, когда ты застал нас с Чи в саду за поцелуями.       Тишину комнаты разорвал заливистый хохот двух друзей, и только покрасневший Чонгук, еще ниже склонив голову в пол, даже не улыбнулся.       — Ладно, любовничек, — вытирая выступившие от смеха слезы, сказал Император, — тащи уже свою принцессу на беседу. Обещаю, если он не выбесит меня случайно и я не отдам приказ его казнить, получишь его в дар. Делай с ним, что душа и тело пожелают.       Моментально повеселевший младший Чон поспешил к выходу.       Скинув халат, позволяя слуге одеть себя, Мин спокойно, но четко произнес: — Не делай так больше, Хосок-и. Ты просто не понимаешь силу моей любви к Чи. Он - часть меня, как рука или нога. Как невозможно заменить отсутствующий кусок плоти, так и другой человек не может заменить мне моего любимого. Сейчас это так, может, в будущем, когда боль поутихнет, все и изменится, но сейчас мне никто не нужен. Да, кстати, тебе не кажется, что мы слишком долго ждем твоего брата? — хмыкнул он. — Надо было тебя послать за пленником, эти, небось, целуются в уголочке тайком.       Как бы оспаривая последние слова Императора, двери, распахнувшись, пропустили внутрь Тэхёна и Чонгука, губы которых и впрямь были припухшими и слишком розовыми.       Старший брат, взглянув недовольным взглядом на брата, спросил Императора:       — Может, Чонгука отправим проверить охрану заставы? Как мне кажется, его присутствие все усложнит.       — Согласен, — кивнул Юнги. — Иди, Чонгук-и, ничего с твоим милым не случится. Хосок, распорядись о завтраке для меня и моего гостя, — выделил Юнги последнее слово ехидной интонацией.       — Присаживайся за стол, ведьмак, вкусно перекуси в последний раз. Думаю, в темнице тебя так не накормят.       Неторопливо и грациозно подойдя к столу, Тэхён стал подвигать к себе разнообразные блюда, принесенные слугами.       Исподволь наблюдая за колдуном, Хосок начинал понимать, почему его братишка так безоглядно потерял голову от этого странного парня. Тэхён был настолько гармоничен в своей простоте и чувстве собственного достоинства, что это вызывало даже не удивление, а восхищение.       Отпив глоток жасминового чая, Юнги задумчиво спросил:       — Ну и почему ты пытался убить своего Императора?       — Поверьте, мой господин, если бы я хотел убить вас - вы были бы мертвы. Я достаточно меток, — договорив, парень неуловимым движением сдернул с пояса начальника охраны клинок, взмахнул рукой и кинул его в сторону окна, пригвоздив к подоконнику сидящую на нем маленькую птичку.       Выронив из открытого рта кусочек сладкого яблока, которое перед этим жевал, Юнги замер, не отрывая взгляда от вибрирующего клинка.       Подоспевший, хоть и поздно, начальник охраны обхватил колдуна своими руками поперёк туловища и крепко сжал, обездвижив.       Подняв кисть до уровня чужих рук и нажав на загадочную точку на тыльной стороне ладони, Тэ с сожалением сказал:       — Прошу простить меня, Хосок-хён, но Император любезно пригласил меня разделить с ним завтрак, а я слегка проголодался.       Хосок, согнувшийся от страшной боли, пронзившей руку до плеча, лишь только и мог, что, прогнувшись в спине, стонать от болезненного ощущения.       — Немедленно отпусти его! — рявкнул Император. — Мы оба поняли, что ты реально крут. Давайте все же поедим.       Кисть Тэхёна разжалась, а Хосок, отходя от парня, с опаской поглядывал, растирая затекшую руку, возвращая ей кровообращение.       Неторопливо наслаждаясь едой, Юнги с интересом рассматривал Тэхёна.       — Допустим, я поверил тебе и ты не хотел смерти ни мне, ни советнику. Может, объяснишь тогда, почему был так жесток? Это все же отец твой, ты ведь знаешь об этом.       Немного печально улыбнувшись, колдун сказал: — Разумеется, знаю... Отец, который одного из сыновей отдал чужим людям, второго убил собственной рукой, а третьего морально уничтожил своей критикой и нелюбовью из-за, по его мнению, неправильной любви, из за неё же его рука, не дрогнув, распорола шею моего несчастного братика.       Взглянув тяжёлым взглядом на Хосока, Юнги жёстко сказал: — А ведь я подозревал это, Хоби, и говорил тебе о своих подозрениях.       Переведя взгляд на Тэ, он продолжил: — Мой отец причастен к этому?       — Да, — раздалось чётко в ответ, — Император отдал приказ.       Обхватив лицо руками, старший глухо застонал, незаметно промокая повлажневшие глаза. Конечно, он чувствовал и догадывался, что отец сделает все ради трона и власти, но убийство любимого сыном человека - это все же слишком.       Твёрдо взглянув в глаза юноши, Юнги пообещал:       — Всё виновные в смерти моего Чи будут наказаны, твой брат будет отомщен.       — Ваш отец уже пострадал от высшего разума, Император, — мягко сказал Колдун. — Для такого сильного и властного человека его состояние поистине наказание.       — Хорошо, — кивнул Юнги, — я бы не хотел брать такой грех на себя. Теперь давай выясним, каким образом мой несчастный Чи живёт в другом столетии, но периодически переносится в наше? Почему я его чувствую и даже вижу?       — Понимаете, мой господин...       Речь колдуна прервала резко распахнувшаяся дверь. В неё буквально ввалился младший брат Тэ и Чи, ученик лекаря - Ким Сокджин. Израненное и избитое тело парня практически на весу держал Чонгук.       — О мой Император! Хвала Богам, вы живы и невредимы!       Резко вскакивая из-за стола, Юнги закричал: — Да что случилось?       — Совет... Они взбунтовались! Узнав от верного им лекаря о состоянии вашего отца и о том, что теперь ими будет управлять неопытный парнишка, они, собрав армию из верных им людей, напали на дворец, — жадно опрокинув кубок с водой, Сокджин продолжил. — Мятеж затевался давно, ещё год назад. Есть то, что вы с Императором не знали: ваш старший брат, Мин Джихун, нашёлся, тот, который в одной из битв пропал без вести. Его взяли в плен после сильного ранения, планировали подлечить и шантажировать несчастного отца. Но пока он был в плену, он соблазнил или, быть может, полюбил дочь врага и они сбежали на родину. К несчастью, преодолевая сложный путь, они попросились на ночлег в поместье одного из мятежников, его опознали и вместе с женой и новорождённым сыном заперли под арест. Что именно пообещали и посулили ему - неизвестно, но он возглавил эту попытку захвата власти. Бывший начальник охраны господин Чон, ваша верная слуга и моя мать госпожа Пак Джису и ваш отец заперлись в замке и пытаются противостоять мятежникам. Меня с небольшим боем удалось отправить за вами вслед. Если бы не ваша неожиданная поездка, мы все были бы мертвы. Наблюдая за вами из окна, я увидел вооружённых людей и поднял тревогу.       Договаривая последние слова, Ким жарко покраснел, тайком взглянув в сторону Чон Хосока.       — Боюсь, что мятежники не остановятся на осаде замка и просто-напросто подожгут его.       Два голоса, один из которых был не слышен большинству присутствующих, с болью выдохнули:       — О боже, там же мама!       — Мы немедленно выезжаем, — твёрдо сказал Император. — Чонгук, отправь впереди нас извещение феодалам, что с каждого поместья мне нужна дюжина вооружённых людей. Хосок, позаботься о Сокджине, ему ещё предстоит обратный путь. Ким Тэхён, ты идёшь со мной, посмотришь на состояние Ким Намджуна, выдержит ли он дорогу. Свое наказание он получит, но сначала я найду и предъявлю доказательства его вины.

***

      Легонько похлопывая щеки Чимина, потерявшего сознание после испытанного удовольствия, Юнги не знал, смеяться ему или переживать. Подобного с ним ещё не случалось. Спустив в штаны как юный девственник, впрочем, каковым он и являлся, младший просто отключился прямо на его груди. Осознав, что Чимин подозрительно долго не шевелится и не издаёт своих блядски кайфовых стонов, старший здорово испугался. Все возбуждение улетучилось, оставив после себя ноющую боль в паху.       Отчаявшись, жутко перепуганный старший уже схватил телефон, чтобы сдаться лидеру и рассказать, что малой опять без сознания или в гребанном глубоком сне.       Набирая номер, Юнги с облегчением услышал слабое копошение на диване.       Резко открыв глаза, Чимин подскочил с дивана и истерически затарахтел:       — Что ты сидишь такой спокойный? Их же там всех убьют! Тебя, Хосока, Чонгука, Тэхёна, Сокджина, думаю, и Намджуна до кучи, не верю я, что он предаст власть Императора, если меня не погнушался грохнуть. Что делать? Что делать? Не, ну не в полицию же звонит? Как они-то помогут? Только я один по векам шастаю.       Офигевший от странненького монолога, Юнги только и мог, что лупать глазами за бегающим по студии Чимином.       — Эээээ, Чимин-и, тебе опять эта муть приснилась? Ну, про перенос в прошлое, — испуганно выдохнул Юнги.       — И вовсе не муть, — тыкнулся ему в лицо маленький пальчик. — Там мятеж, всех грохнуть могут, и тебя, причём, первого, а ты тут усмехаешься сидишь.       Словив мельтешившее тело, притягивая на свои колени, Юнги выдохнул в волосы младшего:       — Остынь, я жив, здоров, никто на меня не покушается, вот, попробуй, живой, теплый. Ну хватит тебе бредить, Пак, твои сны уже реально напрягают. Ещё одного твоего обморока я не переживу. Мою реально уплывающую кукуху впору ловить уже.       Приходя в себя и расслабляясь в крепких объятьях, Чимин, легонько поцеловав висок, сказал: — Дааа, ты прав, это просто сон. Прости меня.       — Я, конечно, подозревал, что твой первый оргазм со мной будет улетным, — хмыкнул Мин, — но все же не до такой же степени? Я просто лучший любовник. Согласен? Но ты тоже неплох, сознание со мной ещё никто не терял.       Ласково потираясь лицом о тёплую грудь, Чимин лукаво прошептал:       — А я очень доволен, что в прошлое перенёсся, я тебя там совсем-совсем голеньким видел. Ну хорош, нечего добавить. К тебе там, правда, какой-то педик приставал, но ты с ним здорово разобрался, я и приревновать толком не успел.       — Кстати, я понял почему ты в настоящем Тэ недолюбливаешь. Уделал он вас с Хоби в прошлой жизни прямо на раз-два. Красавчик вообще. А Чонгук-то с первого взгляда его полюбил, в секунду из натурала в гейское озеро нырнул. А меня ты-то как своим видом завёл, мммм, такой аппетитный. Круче даже, чем любимый мною рамен.       — Да закрой ты уже свой сексуальный рот, Пак, — глухо простонал Юнги в губы младшего, — через час мемберы просыпаться начнут, а нам ещё до общаги добраться надо. Если бы не это, показал бы я тебе и в настоящем, насколько аппетитный.

౨ৎ 企业 ౨ৎ