Избавь меня от тьмы

В трехэтажном доме посреди густого хвойного леса горел свет. Он лился из окон на гладко выстриженную лужайку, пытаясь дотянуться до темной полосы деревьев. Фигуры внутри сновали туда-сюда, не обращая ни малейшего внимания на то, что происходит снаружи. Я подавил вздох раздражения. Терпение не было моей сильной стороной, а сидеть неподвижно по несколько часов подряд все же требует определенной выдержки. И хотя я не был хорошим следопытом, но достиг некоторых успехов: ни один вампир из клана Калленов меня не засек. А это, надо сказать, вполне себе достижение. «Пожалуй, надену кремовую блузку. Она выгодно оттеняет волосы. И Эммет от нее в восторге» Я тихо выругался и спрыгнул с пушистой еловой ветки. Надоело. Если дело дойдет до казни, клянусь, блондинка умрет в числе первых. За две недели непрерывной слежки ее упоение собственной внешностью довело меня до чертиков. Не похоже, чтобы в ней крылось что-то стоящее внимания Вольтури, кроме раздутого самомнения. К счастью или сожалению, жизнь Калленов вообще не баловала интересными событиями. Они притворялись людьми, ходили на работу и в школу, оплачивали счета, покупали продукты – все ради маскировки. В общем старались быть нормальными. Местные жители этого мелкого городишки на окраине Вашингтона чувствовали, что с ними что-то не так, но закрывали на это глаза. Здесь мир людей и мир вампиров достиг хрупкого равновесия, некоего баланса. Баланса, который я собирался нарушить. Я шел медленно, достаточно медленно, чтобы быть замеченным. Мне нужно было подумать. Это задание оказалось сложнее, чем казалось на первый взгляд. Мне требовался хороший план. Идеи сменяли одна другую, но неизменно сталкивались с одной и той же проблемой – непогрешимостью Калленов. О, за то время, что я провел здесь в поисках слабого места, я увидел достаточно доказательств их серьезности и ответственности. Ни одного повода для вмешательства Вольтури. – Так уж и ни одного? – раздался голос за моей спиной. Я вздрогнул и обернулся. Невысокая фигура, облаченная в черную мантию, стояла в нескольких шагах от меня, прислонившись к дереву. Меня застали врасплох, что происходило редко. Обычно я слышал мысленный голос задолго до того, как кто-то решал ко мне подойти. – Привет, Джейн. Я думал, что читать мысли – не твой конек. – Поверь, не трудно догадаться, о чем ты думаешь, учитывая, сколько времени ты здесь торчишь. – она усмехнулась. – Есть новости? Я отрицательно покачал головой. – Тебя послали за этим? – Аро беспокоится. Ты давно не выходил на связь. – Несмотря на внешнюю строгость, мысли Джейн блуждали далеко. Она вновь и вновь проигрывала в голове разговор с Аро, то так, то эдак, оценивала выражение его лица, интонацию, движения головы и рук. Ее мысли полнились восхищением и непоколебимой верностью. Любое его задание она выполняла безукоризненно, чтобы заслужить похвалу обожаемого предводителя. Я внутренне сжался от отвращения, но виду не подал. Только губы сами собой растянулись в язвительной усмешке. – Ну, конечно, мне следовало бы догадаться. – Советую поторопиться, Эдвард, мастер не любит ждать, – зная о моем даре, она пыталась сосредоточиться на чем-то отвлеченном, не связанном с Аро. Получалось плохо. – Знаю, – чуть более напряженно, чем нужно, ответил я. Джейн кивнула и растворилась в темноте. Похоже это было предупреждением. Я сполз на землю, оперся на шершавый ствол, и застыл. Даже ночью лес жил своей жизнью. Поскрипывали ветви старых сосен, шелестели папоротники, время от времени показывались животные. Эта симфония звуков успокаивала, помогала сконцентрироваться. Я сделал глубокий вдох. Я найду выход. Это не первое такое задание. Я справлюсь. И тогда ему придется все мне рассказать, он обещал. Послышались осторожные шаги и мерное сопение. Я резко втянул в себя воздух. Лань. Горло невыносимо засаднило. Я сморщился от омерзения и приготовился к прыжку.

***

Мягкое пушистое тело животного неподвижно лежало у моих ног, пока я поправлял одежду и отряхивался от листьев. Кровь животных не приносила мне удовольствия или насыщения, но отлично перебивала голод. И вызывала жгучую ненависть. До приезда в Форкс моя диета была менее строгой. Собственно, вся моя жизнь была менее ограниченной, чем здесь, но и свободой это нельзя было назвать. Я состоял в высшей королевской свите Вольтури, правая рука мастера Аро. Статус предполагал определенные привилегии и обязанности, которые следует выполнять неукоснительно, если не хочешь оказаться запертым в тесной камере один на один с Джейн. Я вздрогнул от одной мысли об этом. Вольтури – самый могущественный вампирский клан, своего рода королевская династия, следящая за порядком в мире живых мертвецов. Основатели клана – одни из самых древних ныне живущих вампиров – Аро, Кай и Маркус. Они олицетворяли собой власть, им нельзя было не подчиниться. Правители беспощадно карали любого нарушителя законов, любого вампира, посягнувшего на их репутацию. Или любого, кого они считали угрозой для своего положения. Например, Калленов. В свите состояли только талантливые, одаренные вампиры, чья преданность не вызывала сомнений. Я был одним из них. Все Вольтури предпочитали человеческую кровь. Свежую. Тысячи невинных душ уже никогда не покинут стен нашего замка. И хотя я не участвовал в таких кормлениях, кровь пил человеческую. При всей своей сущности, монстром я быть не хотел. Поэтому убивал только тех, кто сам был способен на убийство. Это было справедливо. Я вершил правосудие и полагал, что мною движет перст божий. Когда мне не удавалось найти жертву, я прокрадывался в донорское отделение больницы и выносил пару пакетов охлажденной крови. Не так вкусно, как из вены, но тоже неплохо. Разнообразие. В Форксе с населением три с лишним тысячи человек едва ли найдется хоть один серьезный маньяк. К тому же, проблема была в другом. В глазах. Человеческая кровь окрашивает радужку в ярко-алый, пугающий неестественный цвет. Это вызывает подозрения и вопросы, а мне следует избегать лишнего внимания. Первое время я пользовался контактными линзами. На этот эксперимент ушло два десятка упаковок, прежде чем я понял: мой яд растворяет линзы в течение получаса. Потребовался более надежный способ маскировки. Идею подкинули те, из-за кого я оказался здесь – Каллены, точнее их золотисто-карие глаза. Такой эффект достигался за счет крови животных, которой они питались. Со временем глаза темнели до черного, но после сытного перекуса вновь приобретали приятный медовый оттенок. В любом случае, это не так вызывающе, чем красный. Учитывая, что скоро мне нужно будет показаться на людях, я принял правила игры и перешел на эту мерзкую диету. Пожалуй, стоит вернуться на свой пост, понаблюдать за ними еще немного. Я что-то упускаю. Раздражение вновь захлестнуло меня волнами, нарастая с каждой секундой, грозилось вылиться в очередной приступ гнева. Красная пелена застлала глаза, и я остановился. Какого черта? Почему Аро нужен предлог? Почему он не может как сотни раз до этого просто прийти и перебить их? Уж армия Вольтури по численности в разы превышает число Калленов. Размахнувшись, я впечатал кулак в ствол молодой тсуги. Раздался влажный хруст. С дерева слетело несколько испуганных птиц. Я отошел достаточно далеко, чтобы услышали обитатели дома, поэтому страха быть обнаруженным не испытывал. Это развязало мне руки. Удары становились сильнее, резче. Щепки вперемешку с хвоей и корой разлетались во все стороны. Ухнула пара сов и сорвались с ближайших елей. Воздух наполнился запахом древесины, мокрой листвы вперемешку с отчаянием. Мне нужно было найти лазейку. Найти брешь. Так не бывает. Приступ прошел, и голова прояснилась. Я осмотрелся. Кучи поваленных деревьев, развороченные корни, переломанные ветки, помятая трава. Я изорвал свою черную рубашку, теперь в нескольких местах виднелись клочки бледного тела. На костяшках пальцев проступили красные ссадины. Несмотря на каменность наших тел, кровь творила с ними чудеса. Пройдет пара минут, и они затянутся. Интересно, влияет ли на скорость заживления тип крови? К примеру, человеческая заживляет быстрее, а животная – медленнее? Звучит как бред, потому что тогда Каллены… Мысль поразила меня как гром, как взрыв. Она была настолько очевидной, что стало смешно. Я замер. План сложился сам собой. Каллены – вампиры. Вампиры, которые очень долго не пили манящей человеческой крови. А что, если один из них сорвется и выдаст всех? Да еще и прикончит кого-нибудь из местных? А если не прикончит, то можно будет аккуратно ему «помочь». Слухи в этом маленьком городке разносятся быстро. А если умножить эту скорость на коэффициент недоверия к Калленам, мы получим достаточно весомый повод для вмешательства Вольтури. И казни виновных. Я усмехнулся и направился в сторону дома. Теперь дело за малым – спланировать одну маленькую человеческую смерть.