Kinktober 2023 Fyolai

      — То есть как, прямо в рот? — Достоевский с подозрением взглянул на Гоголя, который, чуть усмехнувшись, усадил Фёдора на диван, а сам сел на пол, устроившись между его ног.       — Именно так.       — Ну не знаю, звучит, мягко говоря, не очень...       — Я гарантирую, что тебе всё понравится, — заверил его Гоголь, своими неугомонными руками уже снимая с Достоевского брюки. Последнему оставалось лишь довериться и смириться. В конце концов, пока что всё, что делал Николай, было довольно приятно, поэтому Фёдору было даже немного любопытно.       Вскоре Достоевский остался без брюк. Гоголь с улыбкой погладил небольшой бугорок, спрятанный под нижним бельём.       — Я могу начать?       — Как будто у меня есть выбор, — буркнул Фёдор, хотя, если честно, он совсем не возражал.       Бельё исчезло так же быстро, как и брюки. Коля с лёгкой улыбкой взглянул на Фёдора снизу вверх, после чего наконец взял в рот головку, старательно вылизывая и при этом не переставая сверлить Достоевского взглядом, чтобы понять, как он себя чувствует. Тот же сохранял полную невозмутимость — по крайней мере, внешне.       Гоголю хотелось видеть наслаждение на его лице, поэтому он взял в рот глубже, внимательно следя за реакцией. Фёдор чуть вздрогнул и, кажется, даже немного покраснел, что вполне устроило Колю. Он начал двигать головой вперёд и назад, с каждым разом стараясь взять глубже — весьма своеобразный способ проверить свои силы.       Рвотный рефлекс не заставил себя долго ждать, но Гоголь героически держался, каждый раз напоминая себе дышать носом. Достоевский же с силой сжал простынь и, тяжело дыша, прикрыл глаза. Он с трудом сдерживался, ощущая, как ловко скользит мягкий горячий язык. Фёдор одной рукой зарылся в светлые волосы, чуть поглаживая Гоголя по голове.       Ласки длились около десяти минут, после чего Фёдор с глухим стоном излился Коле на лицо. Тот совсем не расстроился; с лёгкой улыбкой слизал жидкость с губ, а остальное вытер салфеткой.       — Ты даже там сладкий.       — Фу, — Достоевский неприятно поморщился, а Гоголь звонко рассмеялся. — Иди к чёрту, Коль.       — Я тоже тебя люблю.